Помоги проекту - поделись книгой:
– Синяк будет... – совершенно спокойно, словно вроде бы ничего такого, из ряда вон выходящего, не произошло, сообщила она, показывая свое запястье.
– Ну, это переживешь как-нибудь... – подобрав свою борсетку, Скопцов взял ее под руку. – Пошли отсюда.
– Пошли, – согласилась девушка, покосившись на иномарку и валяющихся рядом с ней окровавленных бандитов.
– Что, ко мне пойдем? – с большой неохотой спросил Василий после того, как они повернули за ближайший угол.
– Не-а... – взгляд Анжелы оставался все таким же чистым и незамутненным. – Мне же домой надо.
– Отчаянная ты девка! – выразил свое восхищение Василий.
Его новая знакомая в ответ просто промолчала.
– Ладно, что с тобой делать! Пошли "тачку" искать... – Скопцов только головой покачал.
Некоторое время они шли молча, потом Анжела спросила:
– Слушай, а ты где так драться научился?
– Жизнь заставила... – пожал плечами Скопцов. Не нравилось ему рассказывать о своем армейском прошлом.
– Тяжелая жизнь?.. – покосилась на него попутчица.
– Да так... – и, чтобы перевести разговор на другую тему, спросил: – А о чем ты с ними разговаривала?..
– С этими?.. – Анжела слегка повела подбородком куда-то в сторону.
– Ну да...
– Ни о чем... – девушка нахмурилась. – "Поехали, покатаемся, шампанского выпьем..." Скоты!
Василий посмотрел на нее с интересом – впервые за непродолжительное время их знакомства девушка позволила себе хоть как-то выразить эмоции.
– Почему так? – поинтересовался он.
– Потому что скоты... – огоньки ненависти в ее глазах потухли. – Я еще совсем девчонкой была... Молодая, дурная... Ну, и прокатилась вот так вот разок...
Больше Анжела ничего не говорила. А Скопцов не спрашивал... Наверное, жизнь в очередной раз столкнула его с какой-то человеческой трагедией. С тем, о чем не говорят даже самым близким людям, не то чтобы случайному знакомому.
И, кстати, он только в этот момент обратил внимание, что исчезло все напускное, все расхожие выражения, вся кажущаяся простота и бесхитростность. Теперь в этой девушке была заметна какая-то глубина.
Минут через двадцать такой вот прогулки на одной из боковых улочек они увидели "девятку", за рулем которой тихо дремал водитель – уже довольно немолодой благообразный мужик.
– Слышь, командир!.. – Василий осторожно постучал костяшками согнутых пальцев по стеклу. – Девчонку бы домой отвезти...
– А почему бы нет? – спросил сам у себя водила. Смерил Анжелу взглядом. – Садись, красавица, прокачу с ветерком!
– Слышь, ты только смотри мне там, без глупостей! – нахмурился Скопцов.
Мужик покосился на Василия и кивнул головой:
– Не боись, парень, все нормально будет!
Перед тем как сесть в машину, Анжела ласково мазнула Василия мягкой ладонью по щеке:
– Ты – хороший. Звони...
– Обязательно! – поспешно согласился Скопцов, даже не думая о том, что телефона девушки он просто-напросто не знает.
– Пока! – уже с сиденья она помахала в воздухе пальчиками. Василий в ответ тоже взмахнул ладонью, а про себя несколько раз повторил номер машины. И повторял его снова и снова до тех пор, пока шел домой...
Поднявшись в квартиру, первым делом записал номер на одном из многочисленных листков бумаги, валявшихся возле телефонного аппарата. И только после этого обратил внимание на кое-какое новшество в интерьере его квартиры – по светлым обоям пробежала короткая темная строка, написанная, скорее всего, косметическим карандашом: "Позвони. Анжела..." И пять цифр.
"Да уж..." – хмыкнул Скопцов. Эта девица его заинтересовала. За ней явно стояла какая-то тайна. Но звонить... Это вряд ли. Сегодняшнее приключение оставило массу впечатлений. Но только тягостных. И стремиться к их пополнению Василию как-то не хотелось.
А хотелось спать. Быстро разобрав и застелив диван, Василий с удовольствием вытянулся на прохладных простынях. Уснул практически мгновенно, едва лишь голова коснулась подушки. И во сне вернулся в Грозный, где встретился с Командиром... Предвестником бед и несчастий...
Глава 3
Короче, все ложилось одно к одному. Хуже, наверное, быть уже не может. Жизнь-зебра вступала в очередную черную полосу. В таких вот ситуациях хуже всего валяться на диване и жалеть себя. Впрочем, при таком времяпровождении и до суицида недалеко.
Так что предложенная "независимым юристом" работа оказалась весьма кстати. И дело тут не только и не столько в деньгах. Просто на сегодняшний день это единственный вариант – делать то, чему он, Василий Скопцов, обучен. И если отказаться от него, то карьеру журналиста можно считать законченной.
Только, судя по всему, юрист теперь с ним и разговаривать не захочет. Значит, надо искать работу.
Интересно, остались ли в городе какие-нибудь газеты, в которые он еще не обращался? На этот вопрос Скопцов затруднялся ответить. А может, сменить профессию?! Заделаться, к примеру, частным охранником, сидеть себе где-нибудь сутки через двое и в ус не дуть! Надо думать, его, с таким славным прошлым, охотно возьмут на подобную работу. Но вот только выдержит ли он сам это отсутствие постоянного движения вокруг, эту затхлую болотистую статику? Сложно сказать вот так вот, навскидку. Только попробовать можно. Ведь не попробовав – не узнаешь. Может, имеет смысл попробовать?
Для начала необходимо было узнать адреса каких-нибудь охранных контор. С этим проблем не должно возникнуть – в любом рекламном листке, в разделе "Услуги" огромное количество предложений. Значит, надо дойти до ближайшего киоска "Роспечати"...
Скопцов начал собираться. Натянул черные джинсы, критически осмотрел воротничок той самой рубашки, что была на нем предыдущим вечером. Терпимо... Как и всякий мужчина, он терпеть не мог заниматься стиркой. Но куда денешься, когда живешь один, без жены и без горничной с замечательным стиральным порошком "Биомакс"? То-то... Чтобы не ходить чутком, приходилось справляться самому. Только он все равно старался делать это как можно реже.
Да, он не собирался больше заниматься писательством. Да, ему не понравился этот наглаженный и надушенный нахальный тип. Ну и что?! Это – эмоции. Как говорил Командир, "сопли". И только то, что в какой-то момент он этим самым "соплям" позволил возобладать... Это уже плохо. Явно указывает на потерю формы. Не физической – психологической. А что касается остального...
В том, что ему предлагали стать литературным негром, не было ничего оскорбительного. Наоборот, этот факт можно было расценивать как своего рода признание его способностей – употреблять слово "талант" Скопцов стеснялся даже наедине с самим собой. И, что самое главное, это была работа, это была возможность занять себя, вывести из состояния депрессивной расслабленности!
Что же касается творческой составляющей... Неизвестный клиент желает получить автобиографию. Прекрасно. Фактически это развернутый очерк. Ну, серия очерков! То есть то, что он умеет делать.
И, если брать по большому счету, в том, что произошло утром, виноват он сам, а не кто-нибудь другой.
Пытаясь обмануть самого себя, Василий решил, что должен позвонить Подлесовскому. Хотя бы для того, чтобы просто перед ним извиниться за утреннюю грубость.
Скопцов принял решение. Подошел к телефону и, сняв трубку, набрал один из нескольких указанных на визитке телефонных номеров. Можно было подумать, что Подлесовский сидел на месте и ждал его звонка – трубку сняли уже после второго гудка:
– Слушаю...
Скопцов узнал голос, но для порядка уточнил:
– Господин Подлесовский?..
– Да, – последовал короткий ответ.
– Это Скопцов... Вы извините меня, я утром был далеко не в лучшей форме... – это вслух. А про себя Василий подумал: "Интересно, сразу пошлет или покуражится немного?.." Но ошибся в своих предположениях.
– А-а, Василий Арсеньевич! – обрадовался юрист. Как старому другу обрадовался. Вроде бы и не было никакой размолвки всего лишь полчаса назад... – Я охотно принимаю ваши извинения!
– Спасибо... – вроде бы и цель, ради которой Василий начинал разговор, была достигнута... Но только он пока не спешил класть трубку. Переминался с ноги на ногу возле тумбочки, чувствуя, как медленно начинает наливаться краской физиономия.
– Вы еще что-то хотели сказать?.. – совершенно невинным тоном поинтересовался юрист.
– Короче, я тут подумал... – проклиная себя и собственную невыдержанность, начал было Скопцов, но только Подлесовский не дал ему закончить фразу. Проявил своего рода благородство к побежденному противнику...
– Насколько я понял, – перебил он Василия, – вы приняли решение? И, надеюсь, положительное?
– Да. – Почему-то это короткое слово далось Василию с большим трудом. Он сразу представил себе насмешливую ухмылку "независимого юриста" – а куда ты, мол, денешься!
– Прекрасно! Я рад, что мы сумели найти общий язык! – Голос на другом конце телефонного провода озаботился. – Вы сейчас не заняты?
– Как говаривал Винни-Пух, до следующей пятницы я совершенно свободен, – попытался пошутить Скопцов. Но его собеседник игривого тона не поддержал:
– Тогда вам необходимо подъехать ко мне в офис. Здесь, на месте, оговорим все условия. Запомните, а лучше запишите адрес...
Плечом прижав трубку к уху, Василий потянулся за листом бумаги.
Дверь приемной широко распахнулась, и в помещение вошел крупный, массивный мужчина. Молоденькая секретарша недовольно надула губки – этот посетитель ей определенно не нравился... Другие, что приходят к ее шефу, – люди как люди. "Баксовые" костюмчики, такие же галстучки, запах хорошего мужского парфюма... А этот... Натуральный бандит.
Модные остроносые туфли, черные джинсы, низко расстегнутая "гавайская" пестрая рубашка. Это, наверное, для того, чтобы каждый желающий мог видеть толстенную золотую цепь на могучей шее. Ну, и соответствующие внешнему виду манеры. Нет, чтобы как другие – шоколадку там или цветок преподнести. Этот, если ему и приходится иной раз ждать, все больше норовит на ее ноги пялиться и при этом сопит, как паровоз...
Но не в ее воле было выбирать, кого пропускать к шефу, а кого и отправлять восвояси. Изобразив какое-то подобие улыбки на хорошеньком личике, она сказала, кивнув при этом на дверь начальственного кабинета:
– Проходите! Борис Максимович вас ждет!
Посетитель молча прошел мимо ее стола, тяжело ступая по натертому до зеркального блеска паркету. Тяжелая деревянная дверь гулко захлопнулась за его спиной.
Секретарша скорчила вслед посетителю забавную насмешливую гримаску. Нет, тип крайне неприятный! Одно только радует – нашелся добрый человек и набил этому козлу морду! Вон, на носу большая нашлепка из марли, губы опухли, как вареники, а черных кругов под глазами не могут скрыть даже большие, в половину лица, солнцезащитные очки.
Борис Максимович Лосев, если брать за основу мнение его секретарши, был очень приличным человеком. Он носил модные костюмы и пользовался дорогой туалетной водой, не обвешивался золотом, как новогодняя елка мишурой, являлся членом двух закрытых элитарных клубов, играл в теннис и не употреблял спиртного. Все эти внешние признаки респектабельности, впрочем, вовсе не мешали генеральному директору ЗАО "Крастехноком" выступать в роли одного из наиболее значительных городских криминальных авторитетов и иногда откликаться на погоняло Боря Лось.
Возглавляемая Лосем команда была не то чтобы велика. Несколько бригад, до десяти человек в каждой. По масштабам Красногорска – очень немного.
И уровень... Они не контролировали заводы, дворцы и пароходы. Довольствовались малым – получали с ларечников, пасли нескольких сутенеров, занимались аферами в жилищной области. С такими монстрами, как Слон или Пахом, которые держали под своим контролем не только комбинаты и банки, но и уже уверенно внедрялись в политическую жизнь, Лось не конкурировал. Довольствовался малым...
Зато за ним не гонялись по городским улицам киллеры, нанятые недовольными конкурентами, а погоняло Лось пользовалось уважением в определенных кругах...
Хотя, опять же, называть его так позволено было не каждому, а только особо приближенным и доверенным лицам. Например, таким, как пришедший сейчас к нему в кабинет старый кореш Дима Паленый...
– Здорово, Димон! – Лось даже вышел из-за стола навстречу старому другу и соратнику.
– Здорово... – Паленый вяло пожал протянутую ему руку.
– Ты чего кислый такой?
– Да так...
– Кто тебя так приложил? – возвращаясь за свой большой письменный стол, поинтересовался Лось у Паленого.
Дима на мгновение задумался. Сказать, что ночью на улице какой-то мужик один утоптал их троих из-за какой-то "левой" ляльки – авторитет не поймет. На какое-то мгновение мелькнула шальная мыслишка – может, соврать, что в кабаке попали под каких-нибудь беспредельщиков, которые одолели их только благодаря многочисленности?
Нет, тоже не годится... Любое подобное действие в отношении его людей Лось воспринимает как личное оскорбление, покушение на свое положение в городе. Авторитет сейчас же поднимет пацанов, потребует этих беспредельщиков найти и примерно наказать. А где их искать?! Позора потом не оберешься...
– Прикинь, Боря, ты не поверишь, блин, – на лестнице упал! – ляпнул Паленый первое, что пришло на язык. – Какой-то урод лампочку в подъезде выкрутил...
– Кривой был, что ли?.. – недоверчиво покосился Лось.
– Да уж не трезвый!.. – развел руками Паленый.
Какое-то время Лось внимательно смотрел на старинного приятеля и помощника – в глазах авторитета явно читалось недоверие. Но только Паленый его взгляд выдержал.
– Ладно, давай о деле поговорим.
Испытывая небывалое чувство облегчения – неприятная часть разговора была завершена, – Паленый устроился в глубоком и мягком кресле возле стола.
– С "северов" машина пришла. Завтра уходит назад. Надо бы пацанам посылочку организовать. Курево, хавчик, бухло... Ну, что там еще, чтобы им не скучно было в глуши таежной сидеть?
– Бабу резиновую... – попытался пошутить Паленый, но шутка получилась кисловатой. При слове "баба" сразу же вспомнилась и вчерашняя лялька, и этот ее длинный приятель.
– Без бабы обойдутся, – лениво отмахнулся авторитет. – Они там и так, как на курорте. Спят, жрут и ни хера не делают. Сезон как-нибудь перетолкаются...
Паленый молча пожал плечами – авторитету виднее.
– У тебя что есть в ту сторону?.. – продолжал Лось.
– Есть тут один... Клиент...
– Кто такой?! – насторожился Лось.
– Да так... Никто... Чмо, "синяк"...
– Хата?..
– Однокомнатная...
– Живет с кем?
– Сейчас – один... Раньше с матерью жил, но она умерла.
Поделиться книгой: