Темное воссоединение

«Сейчас будет самое худшее», - подумала Бонни.

- Я хочу сфотографировать всех вас на диване, - сказала Кэролайн, расставляя их за цветами. – Викки, сфотографируешь?

До этого Викки старалась быть тихой и незаметной. А сейчас сказала:

- Конечно, - она нервно, быстрым движением убрала волосы с глаз и взяла фотоаппарат.

«Как будто слуга», - подумала Бонни, а потом ее ослепила вспышка.

Пока полароид печатал фотографию, Сью и Кэролайн щебетали и смеялись с фальшиво-вежливой Мередит.

Бонни стала рассматривать фотографию: Кэролайн как всегда была сногсшибательна со своими блестящими золотисто-каштановыми волосами и букетом орхидей напротив. Вот Мередит, выглядит покорной, ироничной, и мрачно красивой, даже не прикладывая к этому никаких усилий. А вот она сама, на голову ниже остальных, с красными взъерошенными локонами и с застенчивым выражением лица. На диване, позади неё, притулилась какая-то странная фигура. Это была Сью, конечно это была Сью, в какой-то момент показалось, что ее светлые волосы и синие глаза принадлежат кому-то другому. Кому-то пристально смотрящему на нее, будто она должна узнать что-то очень важное. Бонни нахмурилась и быстро заморгала, глядя на фотографию. Всё поплыло у нее перед глазами, и ужас пробежался мурашками по спине.

Нет, на фотографии всего лишь Сью. На какой-то момент она сошла с ума, или еще чего похуже, когда она позволила Кэролайн упросить ее собраться «всем вместе».

- Я сделаю еще одну, - подпрыгивая, сказала она – сядь и расслабься, Викки.

- Вот здесь! – все движения Викки были быстрыми и слегка нервными. Когда вспыхнула вспышка, она была готова бежать, как испуганный зверёк.

Кэролайн едва бросила взгляд на эту фотографию, доставая ее.

- Угадай, что у нас будет вместо торта? – спросила она. – Я создала свой вариант смерти шоколаду. Ну же, вы должны помочь мне покончить со сливками. – Сью последовала за ней; после некоторой паузы Викки присоединилась к ним.

Наконец хорошее настроение Мередит испарилось, и она повернулась к Бонни.

- Ты должна была мне сказать.

- Знаю. – Бонни смиренно опустила голову. Затем она посмотрела наверх и улыбнулась.

– Но тогда ты бы не пришла, и мы не устроили бы смерть шоколаду.

- А оно того стоит?

- Ну, помогает, - ответила Бонни, обосновывая. – На самом деле это не так уж и плохо. Кэролайн и вправду старается быть хорошей, и для Викки хорошо бы хоть раз выйти из дому…

- Я не вижу, чтобы ей было хорошо, - резко сказала Мередит. – Она выглядит так, будто у нее сейчас начнется сердечный приступ.

- Может она просто нервничает. По мнению Бонни, у Викки было предостаточно поводов понервничать. В прошлом она часто была под властью силы, которой не понимала, и она потихоньку сводила её с ума. Никто и не думал, что она станет настолько нормальной.

Мередит все еще строго смотрела на неё.

- Да и вообще, - утешительно продолжила Бонни, - это не настоящий твой день рождения.

Мередит взяла фотоаппарат, поднимая его все выше и выше. Все еще смотря на свои руки, она сказала,

- Но это так.

- Что? – начала Бонни, а затем немного громче, - Что ты сказала?

- Я сказала, что это мой настоящий день рождения. Мама Кэролайн, наверное, рассказала ей, её мама и моя долгое время были подругами.

- Мередит, о чем ты говоришь? Твой день рождения был на прошлой неделе, 30 мая!!

- Нет. Он сегодня, 6 июня. Это правда; это число на моих водительских правах и все такое. Мы празднуем его на неделю раньше, потому, что 6 июня - это день, когда напали на моего дедушку, и он сошел с ума.

Так как Бонни тяжело дышала и не могла говорить, она спокойно добавила:

- Ты же знаешь, он хотел убить мою бабушку. И меня тоже.

Мередит осторожно положила фотоаппарат точно на середину стола.

– Нам и вправду нужно пойти на кухню, - тихо сказала она. - Я чувствую запах шоколада.

Бонни все еще не двигалась, но ее мозг уже начал работать. Она смутно вспоминала, что когда-то говорила Мередит, но тогда она не сказала ей всю правду. И не сказала, когда это случилось.

- Напали, ты имеешь в виду, как на Викки, - Бонни поднялась. Она не могла сказать «мир вампиров», но она знала, что Мередит поймет.

- Да, как на Викки, - подтвердила Мередит. – Ну же, - добавила она еще тише. – Они ждут нас. Я не хотела огорчать тебя.

«Мередит не хочет, чтобы я расстраивалась, потому и не буду», - подумала Бонни, поливая горячими сливками шоколадный торт и шоколадное мороженое, - «мы дружим уже очень давно, и она никогда мне об этом не рассказывала».

На мгновение ее кожа похолодела, и слова начали выползать из самых темных уголков ее сознания. «Они не те, кем кажутся» - в прошлом году предупредил ее голос Хонории Фелл, используя ее тело, и предсказание оказалось ужасающей правдой. А что если это еще не кончилось?

Потом Бонни решительно потрясла головой. Она не могла думать об этом сейчас; слишком много людей, чтобы думать о таком. «И я уверена, что они все хорошие люди, и мы как-нибудь выкрутимся», - подумала она.

Странно, это даже не было сложно. Мередит и Викки поначалу почти не разговаривали, а Бонни была с ней любезна, но даже Мередит не смогла устоять перед кучей подарков на кофейном столике. Пока она не открыла последний из них, они говорили и смеялись. Настроение было хорошее, пока они шли в спальню Кэролайн, чтобы посмотреть ее вещи, CD и фотоальбомы. Была почти полночь, когда они шлепнулись в спальные мешки, все еще говоря.

- Как там Аларих? – Спросила Сью у Мередит.

Аларих Золцман был парнем Мередит или что-то типа того. Он был выпускником Герцогского университета, который специализировался на парапсихологии и был назван Феллс-Черч в прошлом году, когда начались нападения вампиров. Тем не менее, он начал общаться с ними и стал их другом.

- Он в России, - сказала Мередит. – Перестройка, слышали? Он там узнает, что они делали во время холодной войны.

- Что ты собираешься сказать ему, когда он вернется? – спросила Кэролайн.

Этот же вопрос хотела задать Бонни. Потому что Аларих был почти на четыре года старше, Мередит должна была просить его подождать, пока она окончит школу, чтобы говорить об их совместном будущем. А сегодня Мередит исполнилось восемнадцать, Бонни вспомнила, что выпускной через две недели. Что же после него случится?

- Я еще не решила, - сказала Мередит. – Аларих хочет, чтобы я пошла в Герцогский университет, я согласилась, но я не уверена. Мне нужно подумать.

Бонни не сильно обрадовалась. Она хотела, чтобы Мередит пошла в колледж Бун Джуниор вместе с ней, а не уехала и вышла замуж. Просто помолвка расстроила бы её не меньше... Было глупо иметь только одного парня в таком возрасте! У Бонни была дурная привычка менять парней одного на другого, когда ей вздумается. Она легко знакомилась с ними, и так же легко их бросала.

- Я еще не видела парня, который хранил бы верность так долго, - сказала она.

Все посмотрели на нее. Сью подперла подбородок рукой и спросила:

- Даже Стефан?

Бонни должна была знать. При таком тусклом свете, и шелесте листьев ивы на улице, разговор про Стефана и Елену был просто неизбежен.

Стефан Сальваторе и Елена Гилберт в городе были легендой, как Ромео и Джульетта. Когда Стефан впервые приехал в Феллс-Черч, все девчонки начали сходить по нему с ума. И самая красивая, самая популярная и самая недоступная девушка школы – Елена - не была исключением. А, заполучив его, она поняла всю опасность ситуации, в которую попала. Стефан был не тем, кем казался, его тайна была намного более темная, чем кто-либо мог догадаться. И у него был брат, Дамон, еще более таинственный и опасный, чем он сам. Елена встала между двумя братьями, любящим Стефаном и неотразимым диким Дамоном. В конце концов, она пожертвовала собой, чтобы спасти и примирить их.

- Может и Стефан, если ты - Елена, - прошептала Бонни, уставившись в одну точку. Атмосфера изменилась. Тишина стала немного печальней, как раз настолько, чтобы секретничать поздней ночью.

- Я все еще не могу поверить, что ее нет, - тихо сказала Сью, качая головой и закрыв глаза.

- Она была настолько живее других людей.

- Ее огонь горел ярче, - сказала Мередит, пристально глядя на розово-золотые лампочки на потолке. Ее голос был мягким, но с нотками напряжения, и Бонни показалось, что эти слова описывают Елену лучше, чем, что-либо, что она слышала до этого.

- Было время, когда я ненавидела ее, но я никогда не могла ее игнорировать, - согласилась Кэролайн, и ее зеленые глаза сузились, вспоминая.

– Ее невозможно было не заметить.

- Есть одна вещь, которую я поняла после ее смерти, - сказала Сью, - это то, что может случиться с любым из нас. Нельзя просто тратить попусту свою жизнь, потому что никогда не знаешь, сколько тебе еще осталось жить.

- Может быть шестьдесят лет, а может шестьдесят минут, - промычав, согласилась Викки. – Любой из нас может умереть сегодня ночью.

Бонни беспокойно наклонилась. Но ничего не сказала.

Сью повторила:

- Но я все еще не могу поверить, что ее нет. Иногда я ощущаю, что она где-то рядом.

- Я тоже, - растеряно сказала Бонни. Картинка теплой весны вспыхнула в ее голове, ярче, чем тускло освещённая комната Кэролайн.

- Она снилась мне прошлой ночью, я ее так реально ощущала, а она что-то пыталась сказать мне. Я все еще это чувствую, - обратилась она к Мередит.

Остальные молча уставились на нее. В любое другое время они бы начали смеяться, если бы Бонни намекнула на что-то сверхъестественное, но не сейчас. Ее внутренние силы были не вызывали сомнений и внушали страх.

- Правда? – выдохнула Викки.

- Как ты думаешь, что она хотела сказать? – спросила Сью.

- Я не знаю. В конце она сильно пыталась мне что-то сказать, но не смогла.

Опять воцарилась полная тишина, которая ослабила ее голос.

- Думаешь…думаешь, ты можешь с ней разговаривать?

Услышав это, они все удивились. Бонни смотрела прямо на Мередит. Раньше Мередит начала бы мечтать, но сейчас она с серьезным выражением лица смотрела Бонни прямо в глаза.

- Я не знаю, - медленно сказала Бонни. Вокруг нее кружились воспоминания ее ночного кошмара. – Я не хочу засыпать и с кем-то там встречаться, это точно.

- А это единственный способ связаться с мертвыми? Как насчет таблички с буквами и пластинкой или что-то типа того? – спросила Сью.

- У моих родителей есть такая, - сказала Кэролайн немного громче. Вдруг тишина и хмурое настроение развеялись, и в воздухе почувствовалось напряжение. Все сели поближе друг к другу, размышляя над чем-то. Даже Викки заинтересовалась, хотя и выглядела немного напуганной.

- Это сработает? - спросила Мередит у Бонни.

- Может, нам не следует делать это? – размышляла вслух Сью.

- Осмелимся ли мы? Вот настоящий вопрос, - сказала Мередит. Все опять посмотрели на Бонни. Она сомневалась, но всё-таки согласилась. Возбуждение змейкой ползло по животу.

- Почему бы и нет? – сказала она, – что мы теряем?

Кэролайн повернулась к Викки.

- Викки, там под сходами есть кладовка. Табличка должна быть где-то на верхней полке с играми.

Та не сказала ни слова.

- Принесешь ее? – Бонни открыла рот, чтобы что-то сказать, но Викки уже вышла за дверь.

- Ты можешь быть немного вежливее? - спросила Бонни у Кэролайн. – Ты же не мачеха Золушки.

- Да ладно тебе, Бонни, - сдавленно ответила Кэролайн. – Ей повезло, что ее вообще пригласили. И она это знает.

- Я думала, она теперь будет в нашей компании, - сухо сказала Мередит.

- К тому же… - начала Бонни, когда та закончила. Звук был тонким и пронзительным, а в конце хриплым, здесь не было ошибки. Это был крик. Он замер в мертвой тишине, а потом вдруг послышался грохот и еще один крик.

Какое-то время девчонки стояли в спальне, как парализованные. А потом все вместе выбежали в коридор и заглянули под сходы.

- Викки! – Мередит с ее длиннющими ногами просунулась вниз первой. Викки стояла напротив шкафа с одеждой, с протянутыми руками, будто она защищала лицо. Она схватила Мередит, все еще крича.

- Что случилось, Викки? – потребовала Кэролайн. Прозвучало это более сердито, чем испугано. Коробки с играми были разбросаны по полу, а карточки игры «Монополия» валялись повсюду. – Почему ты кричала?

- Оно схватило меня! Я потянулась к верхней полке, и что-то обхватило меня за талию!

- Сзади?

- Нет! Со шкафа.

Испугавшись, Бонни посмотрела в открытый шкаф. На вешалках висели зимние куртки, некоторые из них свалились на пол. Мягко освободившись от Викки, Мередит подобрала зонтик и начала пинать им висящие куртки.

- Не надо, невольно начала Бонни, но ничего, кроме одежды, зонтик не нащупал. Мередит оттолкнула куртки в сторону и увидела заднюю стенку шкафа из чистого кедра.

- Видишь? Здесь никого нет, - обратилась она. – Видишь рукава этих курток? – Если бы ты оказалась между ними, то тебе могло показаться, что это чьи-то руки.

Викки шагнула вперед и дотронулась до висящего рукава, затем посмотрела вверх. Она положила руки на лицо, ее длинные шелковистые волосы упали вперед, заслонив его. В тот ужасный момент Бонни думала, что она плачет, но потом услышала хихиканье.

- О Боже! Я и вправду попала между ними, я такая дура! Я сейчас уберусь здесь, - сказала Викки.

- Позже, - резко сказала Мередит. – Давайте пойдем в комнату.

Уходя, Бонни бросила последний взгляд на шкаф.

Когда все они собрались вокруг кофейного столика, для лучшего эффекта выключив пару лампочек, Бонни слегка прикоснулась к маленькой пластиковой штучке. Она никогда не пользовалась этим приспособлением, но она знала, как это делается. Если духи хотят говорить, то пластиковая штучка будет сама по себе скользить по буквам, из которых сложится предложение.