Ярость

Три пары безупречных глаз устремились на него, взгляды их были устрашающими.

Стефан мог чувствовать запах страха исходящего от Мэтта. Это был беспомощный страх, как страх кролика перед удавом, мыши перед совой. Для Мэтта было правильнее бояться их. Они были охотниками; он был - жертвой. Их задачей в жизни состояла в том, чтобы убивать жертву. И сейчас инстинкты выходили из-под контроля. Подаваясь своим инстинктам самосохранения, Мэтт запаниковал и собирался бежать, это решение сразу отразилась в голове Стефана."Когда добыча убегает, хищник преследует ее, это же так очевидно".

Все в трое из хищников были настроены решительно, и Стефан чувствовал, что он не ручается за последствия, если Мэтт решит убежать.

- Мы не навредим тебе, Мэтт! - сказал Стефан. Елена нуждается именно в тебе, и в чем она нуждается, не может убежать! Мы не причиним тебе боли!

Но мускулы Мэтта, все еще были напряженны, готовясь к бегству. Стефан понял, что они в этом случае последуют за ним, отбросив все меры предосторожности.

- Ты же сказал, что сделаешь что-нибудь для Елены! - отчаявшись, напомнил он Мэтту. Наблюдая, как тот делал свой выбор.

Мэтт вздохнул и расслабился:

- Ты прав, я сделал свой выбор! -прошептал он. Затем немного обдумав, спросил: - В чем она нуждается?

Елена наклонилась вперед к шее Мэтта, и указала пальцем на выступающую артерию.

- Еще один! - бысро произнес Стефан, Дамон же не предпринимал никаких усилий, затем Стефан обратился к Дамону:

- Скажи ей, что мы не собираемся убивать его!

- Попробуй здесь или вот здесь! - объяснял Дамон для эффективности, держа Мэтта за подбородок. Его хватка была достаточно сильна, Мэтт не смог бы вырваться.

Стефан тем временем, снова вторгся в волю Мэтта.

- Доверься мне Мэтт! - произнес он и встал за его спиной. - Но это должно быть твоим решением,ты все еще можешь передумать! - сказал Стефан со страданием в голосе.

Мэтт колебался некоторое время, потом произнес сквозь зубы:

- Нет, я все еще хочу помочь Елене. Я хочу помочь тебе, Елена!

- Мэтт! - прошептала Елена, смотря на него своими горящими глазами. Затем она потянулась губами к его горлу и с жадностью припала к нему.

Не было никакого признака ее неуверенности, которую она проявила к медработникам.

- Мэтт! - произнесла она снова, и вонзила свои клыки в шею.

Стефан поддерживал рукой Мэтта. Как только Мэтт почувствовал вонзающие клыки в кожу, попытался отскочить, но Стефан отреагировал стремительно.

- Не борись с ней, это причинит тебе боль!

Мэтт попытался расслабиться, но неожиданно помощь прибыла со стороны Елены. Которая излучала поток нежности, думая о кормлении волчонка.

Она резко ослабила хватку, что получилось у нее с первого раза, и она гордилась этим. Чувствуя при этом, как жажда постепенно утихает.

Стефан оценил ее усилия, сейчас он даже завидовал Мэтту.

"Елена не ненавидела Мэтта и не желала убивать его, потому, что он не приставлял никакой угрозы для Дамона. Она даже полюбила его."

Стафан стоял рядом и позволял ей, утолять жажду, в приделах возможного.

Затем он вмешался:

- Этого достаточна, Елена! Ты же не хочешь его поранить!

Ему требовалось объединить усилия с Дамоном, чтобы оторвать ее от Мэтта.

- Теперь ей необходимо отдохнуть, я уведу ее туда, где она будет в безопасности! -Сказал Дамон не спрашивая Стефана, он просто поставил его перед фактом.

Елена и Дамон вышли из комнаты.

- Я не забыл, как ты напал на меня, братишка. Мы поговорим об этом позже! - донеся голос, как только они ушли.

Стефан смотрел им в след. Он заметил, что Елена неотрывно смотрела на Дамона, как она беспрекословно следовала за ним.

Но теперь она была вне опасности - кровь Mэтта дала ей силу, в которой она и нуждалась. Это все, что имело для него значения. Он должен держаться от нее на расстоянии. В этом был весь Стефан!

Стефан повернулся, и взглянул в сторону Мэтта. Тот присел на один из стульев, и ошарашено смотрел вперед себя. Затем он повернул голову и посмотрел на Стефана, их взгляды пересеклись. Они мрачно рассматривали друг друга.

- Так! - произнес Мэтт. - Теперь я все знаю!

Он покачал своей головой, немного отворачиваясь в сторону. - Но я все еще не могу поверить в это! - бормотал он себе под нос.

Он осторожно прикоснулся рукой к шее, и вздрогнул:

- За исключением этого! - нахмурившись сказал он.

- Тот парень, Дамон, кто он? Спросил он у Стефана.

- Мой старший брат. - произнес Стефан, без эмоций. - Откуда ты знаешь как его зовут?

- Он был в доме Елены, на прошлой неделе. Тогда еще, ее котенок шипел на него! Мэтт сделал паузу, вспоминая что-то еще, - и у Бонни была странная реакция!

- Она о чем-то спрашивала? Что она сказала? - заинтересовался Стефан.

- Она сказала, что Смерть находится в доме.

Стефан посмотрел на дверь, через которую недавно вышли Дамон с Еленой.

- Она оказалась права!

- Стефан, что происходит? - с нотой протеста в голосе, спросил Мэтт. - Я все еще не понимаю. Что случилось с Еленой? Она теперь… Мы что-нибудь можем сделать?

- Похожа на кого? - жестко спросил Стефан - Что ты конкретно имеешь в виду? Неконтролируемая? Может похожа на вампира?

Мэтт отвел взгляд в сторону.

- И то, и другое!

- Что касается первого, она может стать теперь более рациональной, если будет утолять свою жажду, так считает Дамон. Что касается другого, есть только одна вещь, которую ты можете сделать, чтобы изменить это…

В глазах Мэтта засветился огонек надежды.

Стефан продолжил:

- Для этого тебе необходимо, вбить осиновый кол в ее сердце, только тогда она умрет!

Мэтт встал и подошел к окну.

- Тем неимением, ты не убил бы ее, потому, что это было уже сделано. Она утонула в реке! Ей необходимо была кровь. - Он сделал паузу, чтобы восстановить свой голос. - Мне кажется, это из-за моего брата, она должна быть мертвой, но вместо этого она изменилась. Ее обратил, такой как мы, отныне она теперь будет такой!

Стефан все еще находился за спиной Мэтта.

- Я всегда знал, что в тебе что-то есть. Я думал, это потому, что ты приезжий из другой страны. Но в глубине души, я знал, что это не все. Внутренний голос говорил мне, что я могу тебе доверять, что я и сделал.

- Как-то ты пошел со мной, чтобы взять вервен (голубая вербена), - высказался Мэтт.

- Да! Совершенно верно! Черт возьми, теперь ты можешь спросить меня, зачем я это сделал? - чуточку помолчав, он ответил, - Чтобы защитить Елену от Дамона! Оказалось, это не то, чего она хотела в конце концов! - Он не смог скрыть горечь от предательства, в своем голосе.

- Не суди строго, прежде чем ты не узнаешь все факты! - Это единственная вещь, которую я понял. - ответит Мэтт.

Стефан улыбнулся, он был искренне поражен, что теперь в ситуации с Еленой, он находился в том же положении, что и Мэтт. Он задался вопросом, сможет ли он поступить, как поступил Мэтт, быть столь же добрым? Сумеет справиться с поражением, как джентльмен? - он так не считал!

Стефан почти проигнорировал его. Но те слова, проникли в его сознание.

Тогда он вспомнил, что он натворил несколько часов назад, после того, как ушел в пансионат.

До этого момента он забыл про все; об охране «масонской ложи», и его жестоких и противных приятелях. Теперь, когда память вернулась к нему, позор и ужас охватили его.

Он был не в своем уме от горя, оно грузом давило на его, и причинной тому являлась Елена. Но это не служило ни каким оправданием, за то, что он натворил.

Действительно ли, он смог убить сегодня шесть человек? Были они на самом деле все был мертвы?! - эти вопросы беспокоили Стефана, ведь он давно поклялся себе, никого больше не убивать!

Стефан направился к выходу.

- Куда ты идешь? - спросил Мэтт. Когда тот не ответил, он последовал вслед за ним.

Они вышли из главного корпуса школы, шагая по дороге покрытой щебенкой. Чтобы поспевать за Стефаном, Мэтту пришлось перейти на легкий бег.

Они перешли дорогу, и зашли в здание хранилища.

Лицо швейцара Шелби было серым, искривленным от ужаса. Он, казалось было, попытался кричать, но только хриплое удушье вырывалось из его рта. Проталкиваясь мимо него, Стефан осмотрел комнату и испытал странное чувство дэжа вю.

Он часто заходил в эту комнату, приносил деньги на ремонт здания. А теперь комната была похожа на безумную комнату Потрошителя. За исключением того, что это была реальность.

Тела были разбросанный повсюду, окна были разбиты, вся видимая поверхность, была замызгана кровью, зловещими красно-коричневыми пятнами, поскольку кровь уже успела высохнуть.

При одном взгляде на это, можно было понять, что произошло. У каждого трупа виднелись на шее бледно-фиолетовые ранки, у всех, кроме Кэролайн ее шея была демаркирована, но ее глаза были чисты, и пристально смотрели куда-то.

Мэтт стоял позади Стефана и сухо произнес:

- Стефан, это ведь не Елена?! Она не могла…

- Тихо! - кратко, ответил Стефан. Затем он оглянулся в сторону уборщика, тот споткнулся об уборочную телегу, потом снова прислонился к ней.

Стефан пересек комнату, уборщик стал вытирать пол вслед за ним. Стефан опустился на колени перед охранником «Масонской ложи»

- Живой! - с облегчением произнес он.

Охранник дышал медленно, Стефан приподнял голову парню,тот слабо приоткрыл глаза.

"Ты ничего не помнишь!" - мысленно, обратился Стефан к нему. Он не мог понять, почему это должно его так беспокоить. Он запросто может покинуть это место и больше некогда не возвращаться. Но он не поступил бы так, пока Елена здесь.

Ту же фразу он вбил в сознание других жертв.

"Вы не помните, кто напал на вас!" - Стефана это переутомило, сознание его дрожало, как и его мускулы. Он выдохся.

Снаружи, Шелби наконец обрел дар речи и закричал. Стефан устало опустил голову охранника на пол, и повернул ее.

В эту минуту лицо Мэтта выражало отвращение, словно он почувствовал отвратительный запах. Он смотрел в сторону незнакомца.

- Елена этого не делала! - сказал он шепотом. - Это сделал ты!

- Тихо! - произнес Стефан, затем отошел в тень, и почувствовал на своей коже, прохладный воздух. Он чувствовал чьи-то бегущие шаги с улицы, со стороны кафетерия, возможно это люди услышали крики Шелби.

- Это сделал ты, не так ли? - Мэтт шагнул вперед к Стефану. По его голосу можно было заметно, что Мэтт хочет все выяснить.

Стефан посмотрел на него:

- Да, это сделал я! -сухо произнес он. Он смотрел на Мэтта сверху-вниз, не скрывая угрозы на лице.

- Я говорил тебе Мэтт, мы охотники, убийцы. Вы - овцы, мы - волки.

- И к тому же этот охранник напрашивался на это, с тех самых пор, как я приехал сюда.

- Можно было просто врезать в нос! Как ты сделал это раньше! Но это! - он указал пальцем на тело. Он медленно приближался к нему, смотря без страха, в упор. Стефан знал, что у Мэтта имелась физическая храбрость и он позволил ему продолжить:

- И ты не сожалеешь о случившимся? Ты ведь даже не сожалеешь об этом, да?

- А почему я должен? - произнес Стефан холодно. - Разве ты сожалеешь, когда объедаешься отбивной, разве чувствуешь жалостью к корове?

Он видел на лице Мэтта боль и недоверие, и продолжал давить на него.

«Сейчас было бы лучше для Мэтта, находиться далеко, на расстоянии или он может закончить жизнь тем же.»

- А я?! Кто я, Мэтт! Если ты не можешь общаться со мной, ты должен избегать меня! - сказал Стефан.

По выражению лица Мэтта было видно еще большее недоверие, скорее даже некое разочарование. Мэтт сжал челюсть и ушел прочь.