— Отлично! — Тогло зев Памдал захлопала в ладоши. — Когда я была здесь в прошлый раз, шел дождь, и гид нас туда не повел, опасаясь внезапного наводнения. А я хотела увидеть Убежище с тех пор, как прочитала триллер Хикаг зев Гинфер.

— Вы имеете в виду «Камни судьбы»? — Мнение Рэдна-ла о вкусе Тогло изменилось в худшую сторону. Стараясь оставаться вежливым, он произнес: — Не могу сказать, что там верно описан антураж.

— О, по-моему, это полная чушь! — махнула рукой Тогло. — Но мы с Хикаг вместе ходили в школу и с тех пор дружим, так что приходится читать всю ее писанину. А она так показала Убежище Ночных Демонов!.. Уж не знаю, есть ли там хоть дуновение истины.

— Дуновение, может, и есть — слабое-слабое, — уступил Рэднал.

— Я тоже читала, — вставила Носко зев Мартос. — Очень увлекательно.

— Наш гид считает, что это дрянь, — немедленно отреагировал ее муж.

— Ну, такого я не говорил, — заметил Рэднал, но никто из Мартосов его словно и не услышал.

— Ладно вам про дуновения! — безапелляционно заявил Бентер вез Мартос. — Идем так идем.

— Как скажете, свободный. — Хорошо бы в Убежище Ночных Демонов в самом деле обитали ночные демоны, подумал Рэднал. Тогда, если повезет, они бы утащили Бентера в свои камни, и никто в группе его бы больше не увидел — и не услышал. Увы, такие приятные случаи происходят только в книжках.

Туристы понемногу осваивались. Даже Пеггол выглядел уже не так несуразно на спине осла, как вчера. Отъехав от лагеря, Рэднал обернулся и увидел, как милиция и Глаза-и-Уши продвигаются к хлеву, намереваясь их снова тщательнейшим образом осмотреть. Потом он заставил себя забыть о расследовании убийства и вспомнить об обязанностях гида.

— Поскольку мы выехали сегодня довольно рано, нам, возможно, посчастливится увидеть мелких представителей рептилий и млекопитающих, которые прячутся в разгар жары.

Большинство…

Впереди неожиданно взметнулся фонтанчик песка. Рэднал замолчал и спешился.

— Клянусь богами, кажется, это сцинк-широконосик.

— Что?

Рэднал уже привык к удивленному хору голосов, неизменно сопровождавшему его рассказ о наиболее редких обитателях Низины.

— Сцинк-широконосик, — повторил он и нагнулся. Да, верно, вот приманка. А теперь — пятьдесят на пятьдесят, как повезет. Ухватит за хвост — ящерица просто сбросит этот придаток и убежит. А ухватит за шею…

Есть! Ящерица билась в руке, как кусок обезумевшей резины, пытаясь вырваться. При этом она опорожнила кишечник. Лофоса с отвращением фыркнула.

Через тридцать или сорок сердцебиений сцинк сдался и замер. Рэднал показал рептилию длиной с ладонь обступившим его туристам.

— Сцинки обитают по всему миру и широко распространены, но широконосик — довольно любопытное явление. Его можно назвать сухопутным аналогом морского черта. Посмотрите. — Он постучал по мясистому оранжевому наросту в конце спинного хребта. — Ящерица зарывается в песок, выставив наружу только эту приманку и кончик носа.

Особая мышечная система позволяет длинным ребрам изгибаться, казалось бы, самым невероятным образом. Когда насекомое «клюет» на приманку, широконосик кидает в него комочками земли или песка, а потом изворачивается и.. Прекрасное создание!

— В жизни не видел ничего уродливей! — заявил Мобли, сын Сопсирка.

Ящерице было все равно, что о ней говорят. Она уставилась на зрителей черными глазками-бусинками. Если этот вид протянет еще несколько миллионов лет (если Низина протянет еще несколько месяцев, нервно подумал Рэднал), ее далекие потомки вовсе утратят зрение, подобно другим ведущим подземный образ жизни сцинкам.

Рэднал отошел от тропы и опустил ящерицу на землю. Она молниеносно засеменила прочь, словно скользя на своих коротких лапках, и через сердцебиение слилась с почвой. Только ярко-оранжевая приманка выдавала ее присутствие.

— А какие-нибудь твари покрупнее не ловят самих сцинков по их приманкам? — спросила Эвилия.

— Вы совершенно правы, — ответил биолог. — Коприт различает цвета, и вовсе не редкость обнаружить в его припасах нанизанную на шип терновника ящерицу. Большеу-хие ночелицы тоже едят сцинков, но они, практически слепые, охотятся по запаху.

— Надеюсь, меня коприт не схватит! — засмеялась Эвилия. Она и Лофоса щеголяли в красно-оранжевых туниках почти такого же оттенка, что и приманка сцинка, — с двумя рядами крупных золотых пуговиц и в алых пластиковых бусах с золотыми застежками.

Рэднал улыбнулся.

— Да, полагаю, вам это не грозит. Теперь давайте про должим… Подождите-ка, а где свободный вез Мапраб?

Буквально через несколько сердцебиений пожилой ши-рокобровый вышел из-за густого терновника, на ходу надевая ремень.

— Прощу прощения за задержку — зов природы, пони маете ли, а мы все равно вроде остановились.

— Я просто не хотел вас потерять, свободный. — Рэднал проследил, как турист садится на осла. Это первый раз, когда Бентер извинился. Может, ему нехорошо?

Группа медленно двигалась на восток. Вскоре люди устали и начали капризничать.

— В вашем Парке все такое однообразное, одно место похоже на другое как две капли воды, — надула губки Лофоса.

— Вот именно, когда мы увидим что-нибудь новое? — поддакнул Мобли, сын Сопсирка. Рэднал подозревал, что лиссонесец согласился бы с Лофосой, даже если бы та заявила, что небо розовое; он буквально слюни пускал. — Здесь жарко, сухо и голо. А эти колючие кусты мне уже надоели!

— Свободный, если вам угодно лазать по горам и кататься в снегу, надо было ехать куда-нибудь в другое место, — сухо ответил гид. — Низина вам такого удовольствия не доставит.

Но горы и снег есть по всему свету, а вот ничего подобного

Котлован-Парку нигде нет. Если же вам кажется, что местные окрестности похожи на то, что мы видели вчера у Соленого озера, свободный, свободная, — он взглянул на Лофосу, — то уверяю вас, вы оба ошибаетесь.

— Ошибаются, ошибаются, — вставил Бентер вез Мап раб. — Здесь совсем иная растительность. Отметьте более широкие листья, олеан…

— Растения — они и есть растения, — отрезала Лофоса.

Бентер поднес руку к голове в жесте ужаса и смятения. Рэднал ожидал, что старик вот-вот разразится очередной желчной речью, однако он лишь пробормотал что-то тихонько и успокоился.

Примерно через четверть десятины гид привлек внимание группы к серому пятнышку на восточном горизонте:

— Убежище Ночных Демонов. Даю вам слово, что ничего подобного в Котлован-Парке вы еще не видели.

— Надеюсь, это будет интересно, о да, — сказал Голобол.

— Я просто обожаю то место, где демоны выходят на закате и кровь капает с их когтей! — с чувством произнесла Носко зев Мартос.

Рэднал вздохнул.

— «Камни судьбы», свободная, всего-навсего триллер, страшилка. Никакие демоны не живут в Убежище и, естественно не выходят оттуда ни на закате, ни в любое другое время, я провел там ночь в спальном мешке, а поглядите-ка — цел и здоров, и кровь моя при мне.

Носко скорчила гримасу, явно предпочитая мелодраму реальности. Находясь замужем за Эльтзаком, она вряд ли могла питать теплые чувства к окружающей ее реальности.

Убежище Ночных Демонов представляло собой груду серого гранита, на сотню кьюбитов возвышающуюся над ровной поверхностью Низины. В лучах безжалостного солнца отверстия всевозможных размеров, испещрявшие гранит, казались Рэдналу глазницами черепов, повернувшихся в его сторону.

— Похоже, в некоторые отверстия можно пролезть, — заметил Пеггол вез Менк. — Их не исследовали?

— Исследовали, многократно, — ответил гид. — Мы, однако, не поощряем это, ибо хотя никто пока не нашел ни одного ночного демона, там полно гадюк и скорпионов. И огромные скопления летучих мышей! Должно быть, эта картина — полчища летучих мышей, устремляющихся в сумерках на охоту за насекомыми, — во многом и породила легенды про Убежище.

— Летучие мыши есть повсюду, — возразила Носко. — А Убежище Ночных Демонов одно, потому что…

Неожиданно набрал силу ветер, ранее едва ощущавшийся, и поднял с земли пыль. Рэднал схватился за кепочку; а из множества глоток Убежища Ночных Демонов исторгся утробный вой — до того мрачный и глухой, что волосы на его теле едва не стали дыбом.

Носко пришла в экстаз.

— Вот! — воскликнула она. — Крик не знающих смерти демонов, которые жаждут вырваться на свободу и пленить весь свет силами ужаса!

Рэднал вспомнил про звездную бомбу, возможно, заложенную у Барьерных гор, и подумал об ужасах куда худших, нежели все демоны вместе взятые.

— Вы, конечно, знаете, что это всего лишь ветер играет на плохо настроенной лютне, если можно так выразиться. Под напором ветра и песка более мягкие породы разрушились, таким образом возникли отверстия, а гуляющие в них струи воздуха порождают те самые дикие звуки, которые мы только что слышали.

Носко зев Мартос раздраженно хмыкнула.

— Если есть боги, то почему не может быть демонов?

— Об этом поговорите лучше со священником, а не со мной. — Рэднал мог призвать в сердцах богов Тартеша, но, как и большинство образованных людей его поколения, иного применения им не видел.

— Видите ли, свободная, — сказал Пеггол вез Менк, — вопрос существования ночных демонов не обязательно свя зан напрямую с вопросом, обретаются ли они в Убежище Ночных Демонов. Правда, если демоны вообще не суще ствуют, то вряд ли мы найдем их здесь.

Мясистое лицо Носко исказил гнев, и все же она понимала, что Глаз-и-Ухо лучше не оскорблять. Поэтому она повернулась и заорала на Эльтзака. Тот, разумеется, немедленно ей ответил.

Ветер закрутил пыльные смерчи и бросал в лицо кусочки почвы, Убежище продолжало выть и стенать, щелкали камеры туристов.

— Жаль, что я не взяла записыватель, — сказала Тогло зев Памдал. — Самое интересное здесь не то, как выглядят эти пещеры, а как они звучат.

— Запись Убежища Ночных Демонов во время бури можно купить в сувенирном магазине возле входа в Котлован-Парк.

— Благодарю вас, Рэднал вез, пожалуй, я так и сделаю на обратном пути. Хотя приятнее было бы, конечно, записать то, что я слышала собственными ушами. — Взгляд Тогло мимолетно скользнул по продолжающим ругаться супругам Мартос. — Ну, по крайней мере кое-что из того, что я

слышала.

— Убежище Ночных Демонов находилось вроде бы на дне моря? — сказала Эвилия.

— Верно. — И снова может там оказаться, подумал Рэднал. Он представил себе, как в отверстия древних гранитных глыб заглядывают рыбы и забираются крабы в поисках останков змей и песчаных крыс. Картинка как живая стала перед его глазами, яркая и красочная… Дурной знак — выходит, нависшую угрозу он принимал очень серьезно.

Биолог настолько погрузился в свои мысли, что не сразу заметил воцарившееся молчание. А очнувшись, завертел головой, пытаясь понять, что происходит.

На склоне Убежища стоял, замерев, как изваяние, пещерный кот.

Он, должно быть, спал в какой-нибудь щели, пока его не разбудили крики. Кот зевнул, показав желтые клыки и розовый язык. Потом вновь посмотрел на туристов холодными янтарными глазами, словно прикидывая, с каким соусом их лучше съесть.

— Давайте отойдем назад, — тихо произнес Рэднал. — Ни к чему, чтобы он решил, будто мы ему угрожаем.

Если пещерный кот нападет, выстрел из ручной пушки ранит зверя (если, конечно, посчастливится попасть), однако никак не убьет. И все же Рэднал незаметно открыл клапан седельной сумки.

На этот раз все туристы сделали так, как было сказано. Вид огромного хищника пробудил в сердцах страх, восходивший к тем дням, когда люди только учились ходить прямо.

— А других здесь нет? — спросил Мобли, сын Сопсирка. — У нас в Лиссонленде львы живут в прайдах.

— Нет, пещерные коты по природе своей одиночки и собираются вместе только в брачный сезон, — ответил гид. — У них и у львов общие предки, но повадки совсем разные. В Низине нет больших стад животных, чтобы охотиться на них сообща.

Рэднал уже решил было, что пещерный кот собирается снова лечь спать, как тот сорвался с места. Длинная серо-бурая грива волной мелькнула в воздухе, когда хищник прыжком метнулся со склона Убежища. Биолог выхватил из сумки свою ручную пушку и еще успел заметить такую же в руке Пеггола вез Менка.

Но хищник бросился прочь от группы. Через сердцебиние его сероватая шкура уже почти слилась с песком. Яротно защелкали камеры. Потом зверь исчез.

— Какой красивый… — выдохнула Тогло зев Памдал и, омолчав немного, спросила уже более практично: — Где и находит воду?

— Ему много не надо, Тогло зев. Как и все обитатели Ни зины, пещерный кот обходится практически тем, что получает с телом жертвы. Кроме того, — гид указал на север, — в холмах есть несколько крошечных ручьев. В дни, когда охота на пещерных котов разрешалась, проще всего было найти такой источник и там залечь в засаде, ожидая, когда хищник придет на водопой.

— Какая жестокость! — воскликнула Тогло.

— С нашей точки зрения, безусловно, — кивнул Рэднал. — Но встаньте на место человека, у которого пещерный кот перебил стадо или унес ребенка. Нельзя судить по нашим меркам.

— Величайшая разница между прошлым и настоящим заключается в том, что мы, ныне живущие, способны творить зло в гораздо больших масштабах, — сказал Пеггол вез

Менк. Возможно, он думал о звездной бомбе. Впрочем, в недавней истории имелось столько примеров злодеяний, что трудно было с ним не согласиться.

— Ну, свободный вез Кробир, — сказал Эльтзак вез Мартос, — я должен признать, что ради такого стоило платить за поездку в Котлован-Парк.

Рэднал просиял — уж от кого он меньше всего ожидал доброго слова, так это от Эльтзака. Затем вступила Носко:

— Но еще лучше было бы, если бы пещерный кот пом чался на нас и пришлось бы в него стрелять.

— Верно, — кивнул Эльтзак. — Заснять бы такое!

«Неужели они соглашаются друг с другом, только когда оба не правы?» — подумал Рэднал.

— При всем к вам уважении лично я рад, что зверь предпочел ретироваться, — сказал он. — Я не хотел бы стрелять в столь редкого зверя и еще больше не хотел бы промахнуться. Тогда кто-нибудь мог пострадать.

— Промахнуться? — Носко повторила слово, как будто ей такая возможность и в голову не приходила. Да и немудрено — в приключенческих книгах герои всегда бьют без промаха.

— На самом деле стрелять метко не так легко, — сказал Эльтзак. — Когда меня призвали в Добровольную гвардию, я сдал зачет по обращению с винтовкой только с третьего раза.

— Ну так это же ты, а не гид! — с презрением бросила Носко.

Пытаясь перекрыть рев взбешенного Эльтзака, Рэднал сказал:

— Да будет вам известно, что за все время моей работы в Котлован-Парке мне ни разу не приходилось стрелять.

Он не добавил, что, будь у него выбор, он предпочел бы подбить Носко, а не пещерного кота.

Вновь поднялся ветер, и Убежище Ночных Демонов отозвалось душераздирающим воем. Рэднал представил себе, каково слышать эти звуки невежественному охотнику — не грех и мантию обмочить от страха. И все же глупо судить по меркам прошлого, когда настоящее многое освещает ярким светом. Если Носко верит в ночных демонов лишь потому, что прочитала о них в приключенческой книжонке, значит, боги обделили ее и тем крохотным разумом, который даровали сцинку-широконосику. Рэднал улыбнулся — вообще-то, похоже, сцинк и в самом деле ее смышленее.

— Пещерный кот убежал в одну сторону, а мы направимся в другую, — наконец сказал гид. — Держитесь вместе, не разбредайтесь. По мне, если кто по собственной воле отобьется, тому и быть съеденным.