Помоги проекту - поделись книгой:
– Мне ничего не известно, – не менее резким тоном ответила миссис Уорвик. – Я сама пришла к такому заключению.
Инспектор прошел по комнате и взял у сержанта Кэдволладера блокнот с записями, а миссис Уорвик тем временем продолжала.
– Я говорю все это сейчас, – заявила она, – поскольку вам ведь наверняка хочется знать правду, не так ли? Вы хотите убедиться, была ли достаточно веская побудительная причина для убийства со стороны отца того ребенка. Так вот, по моему мнению, она была. Только я не предполагала, что по прошествии столь долгого времени... – Ее голос постепенно сошел на нет.
Инспектор наконец оторвался от изучения следственных записей.
– Вы слышали что-нибудь вчера вечером? – спросил он.
– Понимаете, я немного глуховата, – быстро ответила миссис Уорвик. – Я ни о чем не подозревала до тех пор, пока не услышала встревоженные голоса за дверью моей спальни. Я спустилась сюда, и Жан сказал: «Ричарда убили. Ричарда убили». Сначала я подумала... – она провела ладонью по глазам, – я подумала, что это какая-то шутка.
– Жан – это ваш младший сын? – уточнил инспектор.
– Нет, он не
Она умолкла, и инспектор воспользовался этой возможностью, чтобы вновь перевести разговор на Ричарда Уорвика.
– Да, я понимаю, – сказал он, – но давайте сейчас поговорим о вашем сыне Ричарде...
– Я любила моего сына, инспектор, – сказала миссис Уорвик. – Однако я не закрывала глаза на его недостатки, и именно они в основном привели в итоге к несчастному случаю, который сделал его инвалидом. Он был очень гордым человеком, а кроме того, далеко не домоседом, и, естественно, жизнь инвалида и полукалеки слишком раздражала его. Она, прямо скажем, не улучшила его характер.
– Да, я понимаю, – заметил инспектор. – Можете ли вы сказать, что его семейная жизнь была счастливой?
– Не имею ни малейшего понятия. – Миссис Уорвик явно не собиралась продолжать разговор на эту тему. – Вы хотите спросить у меня еще о чем-нибудь, инспектор? – поинтересовалась она.
– Нет, благодарю вас, миссис Уорвик, – ответил инспектор Томас. – Но теперь мне хотелось бы поговорить с мисс Беннетт, если это возможно.
Миссис Уорвик поднялась с дивана, и сержант Кэдволладер поспешил открыть перед ней дверь.
– Да, конечно, – сказала она, – мисс Беннетт. Мы называем ее Бенни. Она именно тот человек, который сможет лучше всего помочь вам. Она весьма практичная, знающая и энергичная особа.
– Давно она живет с вами? – спросил инспектор.
– О да, очень давно. Она присматривала за Жаном, еще когда он был ребенком, а до этого помогала мне также и с Ричардом. Ах, да что там говорить, она заботится о всей нашей семье. Бенни очень преданный нашему дому человек. – С благодарностью кивнув стоящему у двери сержанту, она покинула комнату.
Глава 8
Сержант Кэдволладер закрыл дверь и, прислонившись к ней спиной, взглянул на инспектора.
– Выходит, Ричард Уорвик был пьяницей, да? – критически заметил он. – Вы знаете, я уже и раньше слышал, что он имел слабость к спиртному. А еще все эти его пистолеты, винтовки и духовые ружья. Если хотите знать мое мнение, то в голове у этого парня явно были не все дома.
– Может быть, – лаконично ответил инспектор Томас.
Зазвонил телефон. Ожидая, что сержант возьмет трубку, инспектор выразительно посмотрел на него, но Кэдволладер, уже погруженный в свои записи, добрел до кресла и уселся в него, совершенно не слыша телефонных звонков. Осознав, что мысли сержанта витают где-то далеко и, несомненно, касаются сотворения нового поэтического шедевра, инспектор вздохнул и, подойдя к письменному столу, взял трубку.
– Алло, – сказал он. – Да, что вы говорите?.. Старкведдер, он появился у вас? Вы уже взяли у него отпечатки пальцев? Хорошо... так... Ну, попросите его подождать... Да, скорей всего, я вернусь примерно через полчаса... Да, мне хотелось бы задать ему еще несколько вопросов... Все, до встречи.
Ближе к концу разговора в комнату вошла мисс Беннетт и остановилась около двери. Заметив ее, сержант Кэдволладер поднялся с кресла и занял выжидательную позицию за ним.
– Итак? – произнесла мисс Беннетт с вопросительной интонацией. Она обращалась к инспектору. – Вы хотели задать мне несколько вопросов? Сегодня утром я должна еще переделать массу дел.
– Я понимаю вас, мисс Беннетт, – ответил ей инспектор. – Мне бы хотелось услышать ваш рассказ о том несчастном случае с ребенком в Норфолке.
– Вы говорите о ребенке Мак-Грегора?
– Да, о ребенке Мак-Грегора. Прошлой ночью вы так быстро вспомнили его имя, насколько я слышал.
Мисс Беннетт повернулась, чтобы закрыть за собой дверь.
– Верно, – согласилась она. – У меня отличная память на имена.
– И наверняка, – продолжал инспектор, – то происшествие произвело на вас определенное впечатление. Хотя сами вы, по-моему, не ехали в том автомобиле?
Мисс Беннетт уселась на диван.
– Нет-нет, меня там не было, – сказала она. – В той поездке мистера Уорвика сопровождала его сиделка. Сестра Уорбертон.
– А вас допрашивали в связи с расследованием этого дела? – спросил инспектор.
– Нет, – ответила она. – Но Ричард рассказал нам обо всем, когда вернулся. Он говорил, что отец мальчика угрожал ему, даже обещал свести с ним счеты. Мы, конечно, не восприняли это всерьез.
Инспектор Томас подошел к ней поближе.
– Сложилось ли у вас особое мнение об этом случае? – поинтересовался он.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду.
Инспектор оценивающе взглянул на мисс Беннетт и сказал:
– Я имею в виду, не считаете ли вы, что несчастный случай произошел из-за того, что мистер Уорвик был пьян?
Она махнула рукой, явно выражая свое несогласие.
– О, я полагаю, его мать уже высказалась по этому поводу, – сердито фыркнула она. – Однако вам не стоит всецело полагаться на ее слова. Она предубежденно относится к любой выпивке. Ее муж, отец Ричарда, много пил.
– Значит, вы считаете, – предположил инспектор, – что Ричард Уорвик рассказал правду, – то есть что он не превысил допустимую скорость и что избежать того несчастного случая было невозможно?
– Я не понимаю, почему это не могло быть правдой, – упорствовала мисс Беннетт. – Ведь сестра Уорбертон подтвердила его показания.
– А на ее слово вполне можно было положиться?
Явно расценив его вопрос как одну из нападок на ее профессию, мисс Беннетт оскорбилась и достаточно резко сказала:
– Смею надеяться, что это так. В конце концов, люди, как правило, не склонны лгать, особенно в такого рода делах. Разве нет?
Сержант Кэдволладер, следивший за допросом, вдруг встрял в разговор.
– О, на самом деле как раз наоборот! – воскликнул он. – Если верить их словам, то порой создается впечатление, что они не только не превышали допустимую скорость, но при этом еще и умудрялись ехать задним ходом!
Рассерженный этим неожиданным вмешательством, инспектор медленно повернулся и посмотрел на сержанта. Мисс Беннетт также с некоторым удивлением взглянула на молодого человека. Смутившись, сержант Кэдволладер уткнулся в свои записи, а инспектор вновь обратился к мисс Беннетт.
– По моим понятиям, – сказал он, – в моменты отчаяния или горя человек может с легкостью угрожать отомстить за несчастный случай, в результате которого был убит его ребенок. Но если все обстоятельства дела были правильно установлены, то по здравом размышлении он, вероятнее всего, осознал бы, что Ричард Уорвик был не виноват в случившемся.
– О да, – сказала мисс Беннетт, – я понимаю, о чем вы говорите.
Инспектор, медленно ходя по комнате, продолжал:
– Если же, с другой стороны, автомобиль вилял из стороны в сторону и несся на повышенной скорости... Если эта машина была, скажем так, практически неуправляема...
– Уж не Лора ли рассказала вам об этом? – прервала его мисс Беннетт.
Удивленный тем, что она вспомнила о жене убитого, инспектор повернулся и внимательно взглянул на экономку.
– Почему вы решили, что она рассказала мне? – спросил он.
– Не знаю, – ответила мисс Беннетт. – Я просто предположила. – Со смущенным видом она взглянула на часы. – Это все? – спросила она. – У меня очень много дел сегодня утром. – Она направилась к двери, открыла ее и уже готова была покинуть кабинет, когда инспектор сказал:
– А теперь, если можно, я хотел бы побеседовать с юным Жаном.
Остановившись на пороге, мисс Беннетт повернулась к инспектору.
– О нет, понимаете, он сегодня с самого утра находится в каком-то взвинченном состоянии, – сказала она довольно агрессивным тоном. – Право, я была бы вам очень признательна, если бы вы не допрашивали его... не бередили ему душу. Мне только что удалось немного успокоить его.
– Я сожалею, но боюсь, мы должны задать ему несколько вопросов, – настаивал инспектор.
Мисс Беннетт решительно закрыла дверь и вернулась в комнату.
– Почему бы вам просто не разыскать этого Мак-Грегора и не допросить его? – предложила она. – Он ведь не мог уйти далеко.
– Мы найдем его. Не беспокойтесь, – заверил ее инспектор.
– Я надеюсь, что найдете, – резко ответила ему мисс Беннетт. – Подумать только, такая мстительность! Пожалуй, это не по-христиански.
– Конечно, – согласился инспектор, многозначительно добавив: – Особенно если мистер Уорвик был не виноват в том несчастье и смерть ребенка была неизбежна.
Мисс Беннетт внимательно посмотрела на него. Помолчав немного, инспектор повторил:
– Пожалуйста, я хотел бы поговорить с Жаном.
– Не знаю, смогу ли я найти его: возможно, он вышел прогуляться, – заявила мисс Беннетт, быстро покидая комнату.
Инспектор взглянул на сержанта Кэдволладера, кивком приказав ему следовать за ней. В коридоре мисс Беннетт попыталась остановить Кэдволладера.
– Нельзя сейчас волновать его, – сказала она и вернулась обратно в кабинет. – Инспектор, не беспокойте сейчас нашего мальчика, – решительно потребовала она. – Его так легко... расстроить. У него легко возбудимый, неуравновешенный характер.
Инспектор молча смотрел на нее пару минут, потом спросил:
– Он бывает даже разъяренным?
– Нет, что вы, разумеется, нет. Он очень мягкий, очень добрый мальчик. В сущности, он послушен, как ребенок. Я просто имела в виду, что вы можете расстроить его. Бессмысленно и даже вредно разговаривать с детьми о таких вещах, как убийство. А в сущности, он настоящий ребенок. Большой ребенок.
Инспектор сел за письменный стол.
– Вам нет нужды беспокоиться, мисс Беннетт, уверяю вас, – сказал он. – Мы вполне понимаем вашу позицию.
Глава 9
В этот момент разговор был прерван появлением в комнате сержанта и Жана, который сразу бросился к инспектору.
– Вы хотели видеть меня? – возбужденно воскликнул он. – А вы уже поймали убийцу? У него была кровь на одежде?
– Послушай, Жан, – предупредила его мисс Беннетт, – ты должен вести себя хорошо. Просто отвечай на вопросы, которые задаст тебе этот джентльмен.
Жан с готовностью кивнул мисс Беннетт и вновь повернулся к инспектору.
– О да, я постараюсь, – пообещал он. – Но нельзя ли мне спросить кое о чем?
– Конечно, ты можешь спрашивать о чем хочешь, – мягко заверил его инспектор.
Мисс Беннетт устроилась на диване.
– Я подожду здесь, пока вы будете говорить с ним, – сказала она.
Инспектор быстро встал и, подойдя к двери, приглашающе распахнул ее.
– Нет, мисс Беннетт, благодарю вас, – твердо сказал он. – Мы больше не нуждаемся в ваших услугах. Насколько мне помнится, вы говорили, что вас ждет масса дел?
– Я все-таки лучше останусь, – настаивала она.
– Сожалею. – Голос инспектора стал резким. – Обычно мы предпочитаем разговаривать с людьми с глазу на глаз.
Мисс Беннетт взглянула на инспектора, а затем на сержанта Кэдволладера. Осознав, что потерпела поражение, она раздраженно фыркнула и с достоинством покинула комнату, а инспектор закрыл за ней дверь. Сержант направился в нишу, готовясь начать очередные записи, а инспектор Томас тем временем устроился на диване.
– Я думаю, – доброжелательно сказал он Жану, – что тебе, наверно, не приходилось еще столь близко сталкиваться с убийством?
– Нет, не приходилось, – с готовностью ответил Жан. – Это ужасно интересно, ведь правда? – Он опустился на колени на скамеечку для ног. – Вы нашли какие-нибудь улики... отпечатки пальцев или пятна крови, или что-нибудь еще?
– Похоже, тебя очень волнуют пятна крови, – заметил инспектор с дружелюбной улыбкой.
– О да, – тихо и серьезно ответил Жан. – Я люблю кровь. Ведь у нее такой красивый цвет! Такой замечательный, чисто алый. – Он тоже сел на диван, нервно рассмеявшись. – А знаете, Ричард любил пострелять в животных, и потом они обычно истекали кровью. Вот уж действительно очень забавно, правда? Я имею в виду забавно то, что Ричард, который обычно убивал других, в итоге сам оказался убитым. Разве вы не находите, что это смешно?
– Я полагаю, что это имеет свою смешную сторону, – спокойно и довольно сухо ответил инспектор. Помедлив немного, он спросил Жана:
– А ты очень огорчился из-за того, что твой брат... вернее, твой сводный брат... умер?
– Огорчился? – Жан выглядел удивленным. – Что Ричард умер? Нет, с чего мне тут огорчаться?
– Ну, я думал, что, возможно, ты... очень любил его, – предположил инспектор.
Поделиться книгой: