О текущем моменте №№ 4 — 6 (88 — 90), 2009 г. Сад растет сам?

Такова внутренняя структура толпо-“элитаризма” на Руси, выявляемая на основе организационно-психологического подхода. Она оказывается уникальной и отличается от внутренней структуры толпо-“элитаризма” Европы, США, «передового» Запада в целом, подпавших под власть его культуры регионов планеты и от Востока (за исключением Японии[293]).

Эта структура, её устойчивость в преемственности поколений, проходящая неизменной через все общественно-экономические формации толпо-“элитаризма” в истории, сменяющие друг друга под воздействием развития производительных сил, — показатель того, что Русь не утратила смысл своей жизни — идеалы, которыми она характеризуется как региональная цивилизация.

Хотя способ жизни Руси в условиях толпо-“элитаризма” представляется идиотским, дурацким, однако такого рода мнения — выражение непонимания происходящего, которое нашло своё наиболее яркое выражение в “элитарной” субкультуре в широко известных словах Ф.И.Тютчева:

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить, У ней особенная стать — В Россию можно только верить.

Но умом Россию понимать — не “элитарного” ума дело в силу антирусскости “элитаризма”. Тем не менее умом Россию понимать — надо для того, чтобы быть Русскими.

Если это понимать, то реакция Русского духа — эгрегора нашей региональной цивилизации — на попытку её толпо-“элитаризации”, порабощения или уничтожения в ходе осуществления библейского глобально-политического проекта, — вовсе не дурацкая и не идиотская, хотя и не всем понятная. Чтобы это показать, обратимся ещё к одному высказыванию В.О.Ключевского, которое по сути своей является одним из постулатов Истории:

«Существующий порядок, пока он существует, не есть лучший из многих возможных, а единственно возможный из многих лучших.[295] Не то, что он лучший из мыслимых, сделало его возможным, а то, что он оказался возможным, делает его лучшим из мыслимых»[296] (В.О.Ключевский. Сочинения в 9 томах. Москва, «Мысль», 1990 г., т. 9, “Афоризмы и мысли об истории”, стр. 369).

Однако, принимая этот исторический постулат, не надо забывать о процессах развития и деградации, которые протекают, пока тот или иной «порядок» существует и поддерживает их течение.

Если соотноситься с задачей сохранения самобытности Руси и воплощения смысла её бытия в жизнь, то можно выявить два параллельно протекающих процесса, которые взаимно дополняют друг друга в решении этой задачи в обозримом историческом прошлом:

ПЕРВЫЙ. Сложившаяся на Руси иерархия холопства перед вышестоящими холопами и перед поработительными идеями цивилизационного строительства такова, что все эти холопы и Русь в целом под управлением холопствующей перед Западом “элиты” не могут стать органичной частью библейской цивилизации, что создаёт на протяжении последних 2 000 лет большие проблемы для заправил библейского проекта:

- “элита” туземцев необучаема, может только хапать;

— холопы под её властью неумелы и подлы во всех смыслах вплоть до безпредельности;

— ни “элите”, ни её холопам — никому ничего нельзя доверить, ни на кого ни в чём нельзя положиться — не соблюдаются ни законы, ни договорённости, ни «само собой разумеющееся»;

— оппозиционное местное знахарство встревает в процесс управления и не позволяет безраздельно контролировать через масонскую периферию программно-адаптивный модуль;

— уничтожить, как индейцев на территории нынешних США и Канады или как аборигенов Австралии, — не получается, поскольку в периоды системных кризисов и катастроф “холопы” вдруг перестают быть холопами и совершают казалось бы невозможное, в результате чего Русь из кризисов и катастроф выходит в новые этапы освоения потенциала её собственного развития, в котором укрепляется, не утрачивая своей цивилизационной сути — оставаясь сама собой.

ВТОРОЙ. Идёт процессразвития культуры, т. е. расширяется кругозор людей, осмысление ранее неизвестной либо недоступной информации изменяет их мировоззрение, миропонимание, способы мышления; под воздействием этого изменяется организация психики индивидов и характер их участия в коллективной психике, порождаемой обществом.

В результате взаимодействия этих двух процессов Русь в 1988 г. преодолела рубеж, после которого качество её общества и культуры по сути изменились, хотя по внешней видимости вроде бы ничего и не произошло, о чём говорилось ранее в начале раздела 3.3.4. С 1988 г. деятельность собственного предиктора Руси стала постоянным фактором глобальной политики, и концептуальную властность — по своему нравственному произволу — своевольно осваивают люди, осознанно избравшие для себя в качестве идеи цивилизационного строительства идею осуществления Царствия Божиего на Земле усилиями самих людей в Божьем водительстве; это качественно отличает ситуацию от эпохи 989 — 1988 гг., когда из-под власти библейского проекта эпизодически вырывались только отдельные люди в каких-то аспектах своей деятельности и большей частью на непродолжительное время.

Отечественная “элита” этому процессу преображения культуры не в состоянии противодействовать, поскольку в принципе необучаема, и у неё нет иных интересов, кроме как работа на принцип «наша власть — гуляем всласть!»; а у её кураторов от масонства и от внутреннего знахарства нет навыков работы с информацией, концептуально чуждой библейскому проекту, в частности, и толпо-“элитаризму” вообще; нет навыков работы и с социальными процессами, в которых реализуется такого рода информация.

Примером тому реакция части иерархии холопства на Концепцию общественной безопасности. Проблема смердяковых — найти самого крутого, и в то же время самого покладистого к их холопству господина. Поэтому, если прежний господин утрачивает авторитет, то некоторая часть хлопов, ещё до того, как господин падёт, начинает наводить мосты для того, чтобы признать господином ниспровергателя прежнего своего господина. В идеале для них было бы, чтобы Бог стал их “господином”, но чтобы при этом не они служили Его Промыслу, а чтобы Он служил им, в общем-то ни к чему не обязывая их самих, а только удовлетворяя их «хотенья», — такая вот шизофрения (исторически реально она выражается в учении РПЦ и в её политической практике по насаждению толпо-“элитаризма” на Руси).

Соответственно алгоритмики поиска самого крутого господина и наведения мостов для признания его в таковом качестве, некоторая часть холопов увидела за Концепцией общественной безопасности большие перспективы и потому обратилась к изучению КОБ, заявив о своей приверженности ей. В их среде оказались холопы двух типов:

Первые по своему холопству не могут даже вообразить, что в среде простонародья всегда есть потенциально концептуально властные люди, которые после того, как их дожали обстоятельства, способны сами выявить концепцию порабощения человечества и выработать ей эффективную альтернативу. Эти ищут и выдумывают знаки того, что некое древнее жречество, таившееся в засаде на протяжении многих веков, наконец-таки приступило к активной деятельности. И заявляют о своей готовности служить ему.

Вторые, понимая, что любое знание и любые навыки в принципе могут быть воспроизведены с нуля, в глубинах своего безсознательного по-прежнему убеждены, что «чумазый не может»[297] и не достоин, зато сами они — и есть та “истинная элита”, которая освоив знания КОБ, спасёт Отечество от власти прозападных, прокитайских, про… (нужное вписать) изменников и отщепенцев. Однако это — «холопство перед своим собственным величием, притом совершенно призрачным, болезненным продуктом своего же воспалённого воображения»,[298] а холопскую суть — алгоритмику психики — не скрыть: её надо целенаправленно выявлять в себе самом и изживать.[299] Если этого не делать, то процесс “освоения” КОБ такими истинно-элитными-холопами протекает в два этапа:

На первом они как бы искренне демонстрируют свою приверженность идеалам КОБ и какое-то время очень эмоционально защищают её от нападок противников и критиков.

На втором — их внутреннее холопство и приверженность принципам толпо-“элитаризма” берёт в них верх, поскольку наступает разочарование новым господином, поскольку тот не принимает их в привидившееся им «новое буржуинство» и они начинают себе и всем окружающим доказывать, что альтернатива несовершенна и её надо развивать и улучшить.

Кто бы возражал? — Действительно работы по развитию и воплощению КОБ в жизнь — не меряно:[300] осваивайте КОБ, приходите к человечному типу строя психики, осваивайте концептуальную властность и личностный потенциал развития — Бог вам в помощь.

В связи с последним приведём два коранических уведомления:

сура 2:107. «Разве ты не знаешь, что у Бога власть над небесами и землёй и нет у вас, помимо Бога ни близкого, ни помощника?»;

сура 3:150. «Да! Бог — ваш покровитель. И Он — лучший из помощников!»

И такого рода утверждения в Коране встречаются неоднократно. Бог в роли помощника — это подразумевает, что инициатива должна исходить от человека, иначе нет того, кому может быть адресован помощь. И это обстоятельство исключает холопство людей перед Богом,[301] т. е.:

Царствие Божие — не иерархия холопства, на вершине которой Бог.

Но на вопрос: Кто же вам мешает улучшать КОБ? Почему бы вам самим не сделать то, что рекомендуете другим? ― В ответ: Мы за это не брались; мы на это не подписывались; у нас своих дел по горло; вы — ВП СССР, вы и делайте так, чтобы нам понравилось, и вы обязаны принимать к исполнению наши критические замечания и руководящие указания. — Типичный пример необучаемости элиты холопов на Руси, но на сей раз — не в русле концепций осуществления толпо-“элитаризма”, а на подходах к Концепции Богодержавия.

Отечественная “элита” — правящая верхушка местной иерархии холопства — вне работы на преображение Руси независимо от того, убеждены “элитарии” в том, что у них «всё схвачено, проплачено и под контролем», либо кто-то из них чувствует, что «что-то не так» и что Русь управляется во многом помимо их желаний и действий и даже вопреки им.[302]

Т.е. на Руси на протяжении всей эпохи толпо-“элитаризма”:

— нравственно порочные типы сливались Русским духом в иерархию холопства перед западным “великолепием”, правящей верхушкой которой стала отечественная “элита”,

— а Русь тем временем развивалась самобытно, но без громких внешних проявлений — тихой сапой.

Первое было своего рода операцией прикрытия второго, а второе — составляло суть цивилизационного развития Руси.

————

В исторически недавнем прошлом есть единственный период, в течение которого “элита” была вынуждена работать на народ и самобытное развитие Руси, о чём она вспоминает как о кошмаре и повторения которого боится как огня. Это период, когда во главе «партии власти» и государства стоял И.В.Сталин, и его миропонимание и воля во многом определяли направленность и характер развития страны.

Это было не простое время, принёсшее множество трагедий индивидам, семьям, народам, сопутствующих попытке перехода человечества (а не только России) от управления по концепции толпо-“элитаризма” к управлению по концепции осуществления царствия Божиего на земле, которая в тот период исторического времени назвалась «строительством социализма и коммунизма» — строительством общества, в котором не будет места паразитизму меньшинств на труде и жизни большинства и зависти множества холопов к преуспевшему в паразитизме меньшинству; тем более — не будет места системно организованному паразитизму, на чём основываются все толпо-“элитарные” культуры. Но настоящая аналитическая записка — не о том периоде.[303]

Здесь лишь отметим:

Успехи в развитии культуры и народного хозяйства в тот период проистекали из массового воодушевления людей, которые впервые за многие столетия почувствовали — их труд на систему даёт отдачу: им самим, их детям и внукам.[304]

Чтобы эти слова не были «абстракционизмом» посмотрите на происходившее с 1917 по 1953 г. с точки зрения человека, который до 1917 г., закончив церковно-приходскую школу, начал работать слесарем в каком-нибудь железнодорожном депо в глубинке, и который видит, как его дети и внуки получают среднее образование, поступают в вузы, занимают должности, на которые до 1917 г. могли претендовать только дети дворян и наиболее богатой части купечества.[305] Понятно, что его оценка того периода будет весьма отличаться от оценок Н.С.Михалкова, чей клан, происходящий от царского постельничьего (или какого-то иного дворцового холопа), в 1917 г. действительно утратил возможности паразитизма, которые восстановил (и то только отчасти) в ходе реформ 1990х гг.

Воодушевление было вызвано тем, что идеи «коммунизма» — были провозглашены основой политики Советского государства и стали проводиться в жизнь во всех сферах деятельности общества.

И успехи в развитии страны в тот период признаны противниками коммунизма и И.В.Сталина персонально, убеждёнными приверженцами толпо-“элитаризма” в его либерально-буржуазной версии.[306]

З.Бжезинский:

«При Сталине Советский Союз действительно стал великой индустриальной державой. Действительно произошёл отток его населения из деревень. Была в полном объёме отстроена централизованная социалистическая система. И при этом у советской экономики был относительно высокий темп роста. Согласно советской официальной статистике национальный доход увеличился вчетверо в годы первых пятилеток, ежегодно давая прирост почти в 15 процентов. Это потребовало перемещения больших масс людей — за тринадцать лет число городских жителей удвоилось. С 1928-го по 1940 годы годовое производство электроэнергии выросло с 5 миллиардов киловатт до 48,3 миллиарда, производство стали — с 4,3 миллиона тонн до 18,3 миллиона; производство станков возросло с 2 тысяч до 58 400 в год; автомобилей стали выпускать не 8 тысяч в год, а 145 тысяч. В канун войны промышленность составляла 84,7 процента всей советской экономики. Даже если эти цифры и преувеличены официальной статистикой, то факт, что советская экономика добилась больших успехов, отрицать не приходится» (З.Бжезинский. “Большой провал. Рождение и смерть коммунизма в ХХ веке”).

И потому История не позволит похоронить его дело и предать его забвению[307]… Если она и не учит очень и очень многих, то безжалостно и безпощадно их наказывает за незнание её уроков и безсмысленное отношение к ним как к иллюзии.[308]

Т.е. период «сталинизма» — практическое подтверждение того, что Царствие Божие на Земле как идея цивилизационного строительства — единственная работоспособная концепция управления на Руси.

Всё остальное — от лукавого.

4. «Слоёный коктейль» глобальной политики

Обычно говорят «слоёный пирог», но пирог — это нечто запечённое, форма и содержание чего неизменна до начала поедания, а политика — она текучая, поэтому «слоёный коктейль» — более точная метафора, нежели «слоёный пирог», по отношению к тому, о чём пойдёт речь.

————

Поскольку речь пойдёт о политике в разных её проявлениях, то прежде всего обеспечим терминологическую определённость:

Глобальная политика это — деятельность по осуществлению целей в отношении всего человечества и планеты Земля. По своему существу это большей частью — управление спектром долговременных тенденций, что исключает во многих случаях соответствие текущей политики ранее сложившимся тенденциям, которые признаны неприемлемымы в концепции управления.

При формировании глобальной политики Землю, конечно, можно уподобить “Великой шахматной доске”, как то сделал З.Бжезинский в упоминавшейся ранее одноимённой книге, но на эту “доску” придётся поместить все страны, включая и свою собственную. В силу обстоятельства, выделенного курсивом в предъидущей фразе, приобщение к глобальной политике как к виду деятельности возможно на основе:

— либо всечеловечности,

— либо на основе предельно полной античеловечности, на каких позициях и стоят заправилы библейского проекта порабощения человечества от имени Бога.

Внешняя политика это — деятельность по осуществлению целей правящего класса государства вне пределов его территории и юрисдикции.

Внутренняя политика это — деятельность по осуществлению целей правящего класса государства на его территории в пределах его юрисдикции.

Правящие классы подавляющего большинства государственных образований в истории не однородны, в силу чего разные их подгруппы могут иметь разные интересы и по-разному распределять свои усилия между глобальной, внешней и внутренней политикой, вкладывая в каждую из них своё понимание смысла жизни. По этой причине глобальная политика, внешняя политика и внутренняя политика одного и того же государства в большей или меньшей степени могут не соответствовать друг другу и подавлять друг друга.[309]

Кроме того, восприятие процессов и проблематики, относимых к области глобальной политики, требует от индивида соответствующей широты кругозора, масштаба и культуры мышления.

Если этого нет, то:

Глобальная политика представляется ему несуществующей, выдумкой. Так что для некоторой части читателей всё, излагаемое в настоящей записке и в этом её разделе, в частности, — повествование о том, чего в природе нет. Но подвластность этому предубеждению, сформированному толпо-“элитарной” культурой целенаправленно, — это, прежде всего, их личностная проблема и беда…

Либо он убеждён в существовании некоего мирового заговора, но его представления о целях и способах осуществления которого — противоестественны.

Также надо понимать, что всякая эффективная политика (включая и глобальную) строится на основе схемы управления предиктор-корректор в её интеллектуальной разновидности.[310] Если политика строится как-то иначе, то проигрывает политике, проводимой в жизнь на основе схемы предиктор-корректор в её интеллектуальной разновидности.

————

Соответственно изложенному выше подходу к рассмотрению политики в целом как совокупности глобальной, внешней и внутренней политик прежде, чем говорить о текущей глобальной политике, необходимо вспомнить кое-что из предъистории, чтобы понять исторически сложившуюся проблематику, на разрешение которой глобальная политика может (или должна) быть направлена в настоящее время и в обозримой перспективе.

4.1. Общий кризис капитализма и попытка его преодоления на основе марксизма

Как было показано в разделе 3.3.1, США возникли в результате перезагрузки библейского проекта, который в своей предъидущей версии (феодализма на основе родоплеменного строя) зашёл в тупик. Следствием перезагрузки стало развитие Западной (библейской) региональной цивилизации на основе идей буржуазного либерализма. При этом, если пользоваться современным компьютерным слэнгом, следует понимать, что:

— буржуазный либерализм США — это версия «Professional edition» («профессиональная»);

— буржуазный либерализм в странах Европы (за исключением Франции) — это версия «Home, light edition», т. е. «домашняя, облегченная», не вполне функциональная вследствие того, что предъистория обществ европейских государств не была «обнулена» (как это было целенаправленно осуществлено при создании США) и продолжает оказывать своё воздействие на текущую политику;[311]

— буржуазный же либерализм во Франции — версия промежуточная между «профессиональной» и «облегченной» и отчасти — «экспериментальная».

Поскольку в миропонимании библейской культуры «лучшее — враг хорошего»,[312] то либерально-буржуазная Европа — системообразующими принципами построения её культуры и субкультуры управления во всех сферах жизни общества — обречена проигрывать США.[313] Чтобы Европе выиграть, т. е. сохранить и развить свою самобытность и культурное своеобразие её народов, — «там надо всю систему менять»:[314] т. е. надо выйти из-под власти заправил библейского проекта и вывести из-под их власти культуру…

Перезагрузка библейского проекта, развитие библейской региональной цивилизации и её агрессивная экспансия в другие регионы планеты на основе идей буржуазного либерализма действительно разрешили те проблемы, которые были неразрешимы в его предшествующей версии (феодализма на основе родоплеменного строя). Однако развитие и распространение за пределы библейской цивилизации культуры на основе идей буржуазного либерализма породило новые проблемы, которых сословно-кастовая система организации жизни национальных и многонациональных обществ в государствах прошлых эпох не порождала.

Одна из особенностей сословно-кастовой организации общества — регламентация норм поведения представителей разных сословий в жизни общества, включая и сферу потребления: монарх имеет право потреблять то, что не в праве потреблять все другие, родовая аристократия в праве потреблять то, что не в праве потреблять купцы, ремесленники, крестьяне, и т. д.

Наиболее известные примеры такого рода: осетровые (в прошлом они водились не только в реках Руси) в Англии — собственность короля, и каждый поймавший осетра обязан был безвозмездно передать его королю, съесть его в кругу семьи или друзей — преступление; Робин Гуд браконьерствует в Шервудском лесу, охотясь на «королевских» оленей, на которых простолюдин не в праве охотиться даже, если его семья умирает от голода; в Российской империи купец третьей гильдии не в праве иметь такой же выезд,[315] дом, какие в праве иметь купец первой гильдии; купец третьей гильдии не в праве заниматься теми видами предпринимательства, которыми в праве заниматься купцы высших гильдий; крепостной крестьянин мог завести какое-то промышленное дело, и в случае успеха такой крестьянин-капиталист платил своему барину-хозяину миллионные оброки, и хотя имел доходы, бóльшие, чем у подавляющего большинства дворян, но перед любым дворянином он — почти что безправный крепостной, а шансов выкупиться на свободу с семейством у него было даже меньше, чем у большинства «середняков», поскольку для паразита-барина его ежегодный большой оброк предпочтительнее, нежели единовременный выкуп; доступ к образованию, прежде всего высшему специальному (и соответственно далее — к профессиональной деятельности) — тоже обусловлен сословным происхождением и т. п.

На еврейскую диаспору, чтобы евреи не ассимилировались и продолжали исполнять свои функции в библейском проекте, тоже налагались определённые правовые ограничения в большинстве сословно-кастовых обществ докапиталистической эпохи.[316]

Такого рода примеров во всех исторически известных сословно-кастовых системах полно, хотя в каждой из них ограничения — специфические. Тем не менее, если с позиций теории управления смотреть на такого рода сословно-кастовые ограничения прав на ведение той или иной деятельности и прав на потребление природных и социальных благ, то можно сделать следующие выводы:

— прямые запреты на потребление не только ограничивали потребление непосредственно, но исключали возможности сбыта продукции сверх сословно-кастовых ограничений, чем опосредованно сдерживали развитие системы общественного производства,[317] международную торговлю и культурный обмен;

— как следствие сословно-кастовая система обеспечивала:

— если и не неизменность структуры статистики профессионализма и занятости членов общества, то медленные (по отношению к скорости смены поколений людей) её изменения, что было одним из факторов поддержания политической и финансово-экономической стабильности и управляемости[318] социальных систем;

- ограниченный уровень социального давления на среду обитания, что в большинстве случаев гарантировало устойчивость биоценозов и их самовосстановление на протяжении жизни общества в преемственности поколений людей.[319]

Развитие культуры на основе идей буржуазного либерализма сняло практически все названные выше ограничения, чем и породило множество проблем для заправил глобальной политики на основе библейского проекта.

Снятие этих ограничений открыло возможности для проявления разнородной личностной инициативы во всех сферах жизни общества. Это явление, став массовым — социально-стихийным, повлекло за собой «первую промышленную революцию» и последующий — непрестанно ускорявшийся в обозримом историческом прошлом[320] — технико-технологический и организационный прогресс.

Главным социальным последствием этого прогресса стало непредсказуемое изменение спектра предложения продукции и структуры востребованного общественным производством профессионализма, вследствие чего исторически складывающаяся структура обретённого в прошлом обществом профессионализма внезапно оказывалась не соответствующей структуре профессионализма, востребуемого системой производства на основе общественного объединения профессионального труда.[321]

Но отношение толпо-“элитаризма” к образованию людей в аспекте освоения личностного познавательно-творческого потенциала при этом исключало возможность быстрого освоения других профессий и трудоустройство в иных сферах деятельности. И это стало фактором, сдерживающим развитие производительных сил.

Кроме того ценообразование в условиях нерегулируемых государством рынков продуктов и рынка профессионализма ведёт к расслоению общества на богатых и нищих, с таким удалением полюсов богатства и бедности друг от друга, которое было невозможно в условиях сословно-кастового строя.[322] Причина этого — навязывание обществу принципа «каждый сам за себя», вследствие чего вопрос о развитии «социалки» и её законодательном обеспечении просто не встаёт, поскольку она представляет собой дополнительную нагрузку на бизнес, ухудшая показатели конкурентоспособности предприятий в сопоставлении с предприятиями, лишёнными каких бы то ни было социальных и экологических обязательств в прямой либо опосредованной форме.

Как следствие скученность бедноты в промышленных кварталах и фабричных казармах для рабочих повлекла за собой массовый рост заболеваемости населения, более высокую детскую смертность и общее снижение уровня здоровья населения.

Это всё в совокупности повлекло за собой рост внутриобщественной напряжённости (обострение классовых противоречий — если пользоваться марксистской терминологией).

Кроме того развитие производства на основе идей буржуазного либерализма практически сразу повлекло за собой первые биосферно-экологические неприятности.

Редкое производство может обходиться без воды, но этический подход буржуазного либерализма изначально исключал организацию производства и применение технологий на основе замкнутых циклов водопользования, в результате чего некогда чистые реки (сначала малые, а спустя несколько столетий — и большие[323]) превратились в зловонные «сточные канавы», и к концу ХХ века и некоторые морские и океанские акватории оказались покрыты плавающим техногенным мусором, а вода в них стала непригодной для жизни прежних биоценозов.

Потом к проблемам с водой добавились проблемы с загрязнением в промышленных районах воздуха[324] и почв по мере массового внедрения в производство химических процессов и перехода к техногенным видам энергии, используемым в производстве, увеличения общего объёма промышленных и бытовых отходов.[325]

Что касается социальных проблем, порождённых буржуазным либерализмом, то для заправил библейского проекта они были неприятны не потому, что массе людей было безпросветно плохо жить,[326] а потому, что рост внутриобщественной напряжённости ухудшал параметры управляемости социальных систем и в случае массовых беспорядков (народных волнений, тем более — продолжительных) — падала отдача от системы, что могло лишить ресурсов политические проекты, осуществляемые за пределами общества, впавшего в массовые беспорядки. Иными словами, хотя социальный хаос, бунты и революции могут быть элементами политических сценариев, но общества не должны впадать в такие состояния самопроизвольно, не управляемо, без санкций со стороны заправил библейского проекта.

Т.е. общий кризис капитализма — не пропагандистская выдумка марксистов, а действительно — суровая жизненная реальность.

Мы пишем о нём сейчас, когда он «расцвёл во всей красе», и так или иначе «достал» практически каждого жителя, если не всей планеты, то государств, более или менее цивилизованных на основе техносферы, порождённой библейской цивилизацией под властью идей буржуазного либерализма и политической практики на их основе. Мы пишем о нём, оглядываясь вокруг и вспоминая исторические факты прошлого.

Поскольку многим свойственно отношение к миру в стиле «пока гром не грянет — мужик не перекрестится», — они убеждены в том, что и все другие люди — такие же, как они, и потому перед их сознанием даже не встают вопросы о том, что кто-то в уже далёком от нас прошлом:

— мог видеть первые негативные плоды буржуазного либерализма;