Операция «Одиночество»

— Что у нас завтра?

— А ты еще не знаешь? — Рич легонько пробежал пальцами по клавишам компьютера. По экрану побежали строчки последних приказов. — Так, ремонтные работы, повреждения во втором доке, четвертая палуба, это не то... Отзыв из отпусков... А, вот! Читай!

“Приказ по Первой эскадре. 1 августа 2254 года Вторая ударная бригада в составе: авианосцы “Элеонора", “Кларисса", ТАКРы “Нахимов", “Нельсон", “Спартак", “Гаррибальди", “Багратион" выступают в район Рекна. Время выхода — 12.00 по Гринвичу. Задача: авианосцам — блокировать силы противника, крейсерам — разрушить ремонтные доки на спутниках Рекна, координаты: Ррин, квадраты А17, В3, G7; Карр, квадраты C5, J1, J12, K4; Крегг, квадрат В12. Командиру бригады, контр-адмиралу Ф. Алмейде прибыть на флагман “Элеонора" в 10.00. Подписано: командир Первой эскадры, адмирал Шведов." — Дик оторвался от экрана и удовлетворенно хмыкнул. Значит, предстоит бой. И будет возможность хоть немного рассчитаться за родных, за разрушенные города. Рекны даже не могут представить себе, какую волну ненависти подняли они среди людей... ни один пилот теперь не отступит, никогда.

— Алмейда, это кто? — поинтересовался Рич — Ты слышал о нем?

— Слышал. Франциско ди Алмейда, испанец. Потомственный аристократ. Один из немногих офицеров Патруля, закончивший два факультета — он универ и ангел одновременно. Я, кстати, видел в библиотеке его книгу по тактике крейсерского боя. Ченнинг как-то его упоминал, отзывался более чем хорошо. Так что, возможно, с командиром нам повезло.

Утром после завтрака четверо новоиспеченных лейтенантов явились в кабинет полковника Джеймисона с докладом о готовности к прохождению службы. Джоанна была еще несколько бледна, но держалась хорошо. На лице Анни вообще не отражалось никаких эмоций. Полковник удовлетворенно оглядел пилотов — ребятам сегодня предстоит бой, они должны быть в форме.

— Так, господа — полковник взглянул на дисплей и тяжело вздохнул. Некомплект пилотов впечатлял. — Вы входите в состав четвертой эскадрильи средних истребителей. К сожалению, у нас большие потери, поэтому остатки Четвертой были после боя переданы для доукомплектования Первой и Третьей. Так что в настоящий момент вся ваша эскадрилья состоит из всего их вас четверых. По возвращению к вам присоединится Дженнингс. Командира для вас у меня пока нет, поэтому временно исполнять обязанности комэска будете вы, Старк.

— Есть, сэр!

— Отлично. Сейчас вам надлежит проконтролировать заправку и вооружение ваших машин — Кстати, ваши “Палаши" — единственные из средних истребителей “Элеоноры", способные нести на борту “смерчи", так что в случае необходимости будьте готовы поддержать тяжеловозов. Пройдете в четвертый док, боксы с тринадцатого по шестнадцатый. В 11.00 — предполетный инструктаж, в 12.00 — мы уходим в рейд. Об остальном узнаете на инструктаже. Свободны.

Дик и Диди еще возились с боевым компьютером ее “Палаша", когда динамик сообщил: “Всем пилотам немедленно прибыть в зал 3, палуба 2 на инструктаж. Повторяю, всем пилотам прибыть на инструктаж!". Пришлось бросить работу — впрочем, Дик надеялся, что техники доведут компьютер до ума и без них. В «молельне»3собралось около восьмидесяти человек, хотя по штату полагалось гораздо больше. К огромной трехмерной голографической схеме Рекна и его спутников вышел высокий худой черноволосый мужчина лет сорока пяти. Его орлиный профиль производил впечатление силы и уверенности. “Алмейда — догадался Дик — до истинного испанского гранда ему не хватает только шпаги". Кстати шпага полагалась к парадному мундиру контр-адмирала, однако сейчас было не до церемоний.

— Итак, господа, прошу внимания. — Алмейда взял в руки длинную указку и повернулся к голограмме — По нашим сведениям, силы противника в количестве шести авианосцев и двенадцати крейсеров прикрывают планету здесь — он переместил указку к самой маленькой луне, Креггу, вокруг которого вспыхнули красные точки — и здесь — группа красных точек вспыхнула над северным полюсом планеты. Нашей целью не является атака на эти флоты, более того, желательно избежать огневого контакта с основными силами ударной бригады. Таким образом на ваши плечи ложится задача не подпустить тяжелые корабли противника к нашим авианосцам на расстояние пуска торпед. Пока крейсера будут заниматься ремонтными доками на поверхности спутников, основные ваши обязанности будут распределены следующим образом.

На схеме появились два больших зеленых значка и пять поменьше. Оба больших и один маленький сместились к Креггу, остальные, разделившись, направились к двум другим спутникам.

— Первая группа “Крисов" патрулирует непосредственное пространство возле авианосцев — возле больших значков вспыхнул рой мелких зеленых огней. — Ваша основная цель — торпеды противника. На истребителей не отвлекайтесь, вас прикроют. Будьте аккуратны — не попадите под огонь своих же авианосцев. Оба крыла “Шестоперов" под прикрытием второй группы легких истребителей атакуют основные силы противника.

Схема показала клин зеленых огней, устремившийся по направлению к полюсу. Дик удивленно вскинул брови — верное самоубийство... Как бы в ответ на его мысли, контр-адмирал продолжал.

— Повторяю, ваша задача — не воевать с флотом противника, а отвлечь его. Не требуется даже наносить им потери, хотя это и неплохо. Заставьте их нарушить строй, увертываться от “смерчей". Не экономьте торпеды — необходимо не дать флотам соединиться. “Крисы", ваша задача — прикрывать тяжелых. Не увлекайтесь дуэлями. Постарайтесь избежать лишних потерь. Начнете гоняться за машинами противника — потеряете своих, поэтому все время помните — не отвлекайтесь.

Еще одна маленькая группа зеленых искр возникла вблизи “красного пояса", обозначающего вторую часть флота Рекнов, висящую на орбите Крегга. Два других облачка присоединились к маркерам крейсеров, идущих к спутникам. Зеленые искры истребителей заняли место чуть впереди крейсеров, защищая неповоротливые махины от контратаки противника.

— Первое крыло “Ятаганов" прикрывает авианосцы. Вам поручается не пропустить истребители противника к тяжелым кораблям. Второе крыло — совместно с “Нельсоном" и “Спартаком" атакует Ррин, Третье, “Багратион" и “Гаррибальди", ваша задача — Карр. Четвертое крыло — вас, насколько мне известно, всего четверо, ваша задача поддержать “Нахимова" и авианосцев. Предположительно вам будут противостоять четыре крейсера и “Жейдер" — крупнейший авианосец рекнов. Прежде всего атакуйте “Жейдера", постарайтесь не дать ему возможности спокойно поднять истребители. Вас поддержит звено “Шестоперов" с “Клариссы", их позывные “Фокс" и “Крошка". Это все. Сход со струны и начало операции — в 22.00, время выполнения операции — тридцать минут. В 22.35 независимо от достигнутых результатов авианосцы и ТАКРы уходят, за пять минут до этого всем быть на борту, кроме “Шестоперов" — тяжеловозам уходить из боя своим ходом, по ситуации. Встреча для приема на борт — сектор JP076-A39, дистанция от Рекна — шесть парсек. Вопросы?

— Сэр? — с первого ряда поднялся пожилой офицер — Капитан Лебедев, командир первой эскадрильи “Шестоперов". Мы можем рассчитывать на поддержку истребителей “Клариссы" или должны надеяться только на себя?

— Да. Кроме крыла “Крисов" с “Элеоноры", с вами пойдет пятерка “Ятаганов" и три звена прикрытия с “Клариссы". Все остальные ее истребители совместно с “Нахимовым" атакуют крейсера противника у Крегга. Звенья сопровождения с ТАКРов прикрывают свои корабли. Еще вопросы?... Отлично, все свободны. Выход на струну в 14.00, то есть через сорок минут. Удачи, пилоты.

Дик уже почти полчаса сидел в кабине своего “Палаша". На часах было 21.45. Через пятнадцать минут “Элеонора" материализуется на орбите Рекна, всего в полусотне километров от предполагаемой позиции флота противника. И его команда стартует... вшестером против авианосца. Да-а-а, неслабо. Впрочем, и авианосец можно достать, если очень постараться.

Огромную посадочную палубу могучего корабля прикрывало легкое силовое поле, достаточное, чтобы удержать внутри воздух и слишком слабое, чтобы существенно затормозить стартующий или садящийся истребитель. Слева и справа от него сидели товарищи — Рич, Аня, Диди. Чуть поодаль возвышались громады двух “Шестоперов", переданных Дику в качестве подкрепления с “Клариссы". Мощные машины, имеющие на борту по четыре торпеды “смерч", были слишком неповоротливы и в бою отчаянно нуждались в прикрытии более подвижных истребителей.

— Алло, “Фокс", “Крошка", есть идея! — мысль сформировалась довольно четко и Дик рассчитывал на успех. Особенно, если встретит поддержку товарищей. Впрочем, в них он не сомневался.

— Слушаю тебя, “Фалькон" — это ответила “Крошка", миловидная невысокая женщина примерно тридцати лет, нисколько не огорченная, что отдана под начало зеленого новичка. Дик поймал себя на том, что не помнит, как ее зовут — их представили друг другу слишком быстро и имя «Крошки» напрочь вылетело у него из головы, хотя она назвалась, это он помнил. А спросить было неудобно, оставалось как-то выкручиваться, пользуясь, по возможности, позывным. Ладно, как-нибудь вывернемся...

— “Фокс" на связи. Давай, выкладывай. — молодой парень, всего на год или два старше Дика, был преисполнен энтузиазма, может потому, что был единственным изо всей группы, кто не потерял никого из близких — его родители и девятилетняя сестра жили в Париже, о чем он не замедлил поведать окружающим чуть ли не с восторгом. Полное отсутствие чувства такта несколько покоробило друзей, однако все, даже Джоанна, постарались отнестись к этому спокойно — радость по такому поводу, конечно, естественна, но надо же и о других думать. Ладно, повзрослеет — научится.

Убедившись, что пилоты «Шестоперов» готовы его выслушать, Дик начал излагать свой план, несколько сумбурно, поскольку продумать его в деталях у него не было времени, однако он не без оснований надеялся, что эти самые детали можно будет утрясти на месте.

— Единственная наша надежда — на внезапность. Ваши чудища излишне массивны, нам же не хватает огневой мощи. Поэтому порядок такой. Отключайте автонаведение своих “смерчей", пусть ваши стрелки берут управление на себя. С пятнадцати километров запускаете все четыре ракеты в связке и пусть стрелки сводят их в одну точку. Даже если рекны и поразят пару “смерчей", это не должно сыграть роли. Как только получите сигнал о входе торпед в гейген, рвите их, не дайте им разрушиться. После этого уходите из боя к точке встречи, иначе вам несдобровать.

— Не понял, “Фалькон". Смысл? — в голосе «Фокса» сквозило удивление пополам с возмущением, как же, его намеревались вывести из боя, дав всего один раз стрельнуть, да и то в белый свет.

— В принципе для полного погашения гейген-поля на ограниченном участке достаточно трех торпед. Но я думаю, что компьютерные системы наведения “Жейдера" достаточно хороши, поэтому рассчитываю на перехват по крайней мере половины из запущенных “смерчей". После взрыва ваших ракет мы нырнем в окно до того, как оно закроется, и влепим ракеты ему прямо в борт, в упор. А потом уйдем на форсаже. Иначе..., ребята, шесть истребителей против авианосца — это нонсенс. Так что это, пожалуй, наш единственный шанс.

Некоторое время пилоты молчали, взвешивая предложения Дика и обдумывая возможные варианты. Конечно, Старк номинально был командиром, однако официально назначен на эту должность не был, и фактически любой из его подчиненных мог оспорить любой из его приказов. Сам Дик прекрасно понимал это сложное положение — друзья скорее всего поддержали бы его в любой ситуации, а вот с «новичками» надо было разговаривать на языке веских аргументов, и никак иначе. Теперь он ждал ответа пилотов, вернее «Фокса» — в этом звене он играл роль ведущего, хотя был еще очень молод.

«Фокс» ответил спустя несколько минут:

— О’кей, возражений нет. Только я не завидую тебе и твоей команде, “Фалькон". И вообще, ты весьма рискуешь... если хоть несколько процентов их гейгена уцелеет, от вас не останется и мокрого места — поле ваши машины на атомы разложит! Да и если пройдете, внутри поля на вас обрушатся все лазеры этого монстра.

— А вот в этом-то я как раз и сомневаюсь... Компьютерная система наведения запрограммирована на поражение атакующих, а не бегущих целей. Это у них, как и у нас, стандартная система — цель, повернувшаяся хвостом, в настоящий момент не угрожает, а значит и не заслуживает огня. Разобраться в ситуации смогут только люд... рекны, в данном случае. А сколько у них там живых стрелков — вряд ли много. Поэтому шанс вырваться есть, и очень неплохой. А что касается поля — один или два процента нам не страшны, прорвемся. А если больше... Эй, Рич! Ты ныряешь со мной.

— Нет проблем, Дик.

— Аня, Джоан — ваша задача прикрыть нас сзади. Не очень-то хочется получить разряд в хвост, оглядываться там будет некогда. Добро?

— Вообще-то я предпочла бы составить тебе компанию... — в голосе Джоанны сквозило откровенное неудовольствие и Дик внутренне напрягся, ожидая, что придется долго убеждать упрямую брюнетку, однако та неожиданно уступила без сопротивления — Ладно, буду тебя оберегать. А Анечка и без твоих мудрых указаний с Рича глаз не спустит.

— Ну все, ребята, через три минуты старт. Боевая готовность.

— Я “Кувалда", к старту готов.

— Я “Миледи", к старту готова.

— Я “Фокс", к старту готов.

— Я “Сакура", к старту готова.

— Я “Крошка", к старту готова.

— Всем внимание! Три... два... один... — “Элеонора" вышла со струны, корабль слегка вздрогнул. — Пошли!

Истребители почти одновременно вырвались из раскрытого зева посадочной палубы. Радары обшаривали пространство в поисках целей. Тихоходные “Шестоперы" начали отставать от своих более резвых коллег. Дика это мало волновало — если его план сработает, то торпеды, выпущенные с этих махин опередят на пару секунд его истребители, что, собственно, и требовалось. Постепенно на экране боевого компьютера становилось все больше красных точек противника.

— Я “Сакура", нас атакует “Стилет", иду на перехват.

— Я “Фокс"! Вижу цель. Выход на дистанцию — три минуты.

— Анни, что ты там замешкалась?

— Все в порядке, Рич, догоняю вас. “Стилет" готов.

Где-то чуть в стороне разгорался жестокий бой — “Нахимов" плевался ракетами во все стороны, постоянно вспыхивали многочисленные огни лазерных батарей. Дик на секунду переключился на общий канал. “Элеонора" атакована, пока успешно защищается... Один из ТАКРов противника сильно поврежден, уходит из боя. “Нахимов" получил попадание сквозь пробоину в гейгене — к счастью, обычная ракета, без антиматерии. Незначительно повреждена двигательная установка, есть жертвы. Старк передвинул переключатель назад на свою частоту.

— Я “Крошка", запуск торпед!

— Я “Фокс", торпеды пошли!

— Рич, врубай форсаж! Идем в сотне метров за торпедами. Джоан, Анни — прикрывайте нас! “Фокс", “Крошка" — после подрыва сразу отваливайте, ваша задача выполнена!

— Я “Миледи", у нас гости... Иду в атаку.

— Дик, торпеда сбита... и вторая... третья... Есть подрыв!

— Отлично, Рич! Пять штук дошли, я и не надеялся. Ныряем, залпом все “смерчи" и драпать!!!

— Я “Сакура", мальчики, мы связаны по рукам и ногам. Не задерживайтесь!

— Я “Фокс", иду на выручку! — азарт в голосе парня испугал Дика. Неужели этот остолоп не понимает, что из него сразу сделают бифштекс. Джоанна, видимо, тоже мыслила похоже, потому что завопила так, что у Старка чуть уши не заложило.

— Ты с ума сошел, они же тебя похоронят! Черт, Дик, этот энтузиаст на своем тракторе попер прямо в самую кашу! Эй, Аня, у тебя двое на хвосте!

— Уже только один, Диди — “Фокс" его достал... “Фокс", уходи, тебя свалят... О че-е-е-ерт!!!

На том месте, где еще мгновение назад находился «Шестопер», теперь вертелся вихрь крупных и мелких обломков. Малоподвижная машина не смогла уйти от многочисленных ракет противника.

— “Фалькон", я “Крошка". “Фокс" сбит, иду в атаку.

— “Крошка", я “Фалькон"! Уходи, это приказ! Исполнять!!! Рич, запуск!

— Торпеды пошли.

— Ходу, “Кувалда", ходу...

— Я “Крошка"... выполняю ваш приказ... сэр. На базе лично набью вам морду.

— Если останешься жива, то ради бога!

Торпеды с АМ-начинкой достали “Жейдер". Одна все же была сбита автоматическими лазерными батареями, которые буквально залили огнем пространство вокруг огромного авианосца, но дистанция была слишком мала и компьютерная система наведения смогла-таки найти проход в этом кромешном аду. Три “смерча" почти одновременно врезались в броню колосса. Взрыв суммарной мощностью восемнадцать мегатонн моментально уничтожил огромный корабль, большая часть истребителей которого к этому моменту все еще оставалась на борту. С момента начала боя прошло одиннадцать минут.

Аня и Диди все еще продолжали вести смертельный хоровод с пятью “Стилетами", когда один из них вдребезги разлетелся от одновременного попадания двух “буранов" с кораблей Дика и Рича. Первая легкая ракета полностью погасила гейген-поле рекна, вторая разнесла его в пыль. Почти сразу взорвался второй, попав в перекрестный огонь Рича и Джоан. Дику удалось зайти противнику в хвост и залп импульсных пушек превратил его двигатель в кусок оплавленного металла.

— “Элеонора", я “Фалькон". “Жейдер" готов, задача выполнена.

— Мы видели вашу атаку, поздравляем. Просим поддержать “Нахимова", у него трудности с Г-драйвом.

— “Элеонора", мы попробуем проскочить к точке В12. Имеем еще четыре “смерча", можно попробовать достать доки!

— Добро, но будьте осторожны. Пятнадцать минут до отхода, прошу не забывать. Дерзайте, ребята!

Почти в эту же минуту полыхнуло пламя взрыва в хвостовой части истребителя Анны. Две ракеты, почти одновременно попавшие в “Палаш", пробили-таки защитное поле, полностью угробив Ф-драйв и почти разрушив гравигенераторы. Истребитель потерял почти 80% скорости и, несомненно, стал бы легкой добычей для двух оставшихся “Стилетов" и подошедшей им на помощь “Рапире", если бы не своевременное вмешательство Джоанны, которая бросила свой корабль между искалеченным “Палашом" и атакующими противниками и полностью игнорируя возмущенные сигналы системы компьютерного наведения, выпустила все четыре “пурги" в упор по “Рапире". Относительно слабая защита не справилась с четырехкилотонным взрывом, разорвавшим гейген-поля и почти испарившего всю носовую часть истребителя. Почти одновременно Дик влепил ракету в борт предпоследнего “Стилета", который, хотя и выдержав удар и потерявший при этом почти всю мощность щита, постарался убраться подальше, чтобы получить время на зализывание ран. Времени он не получил... всего один лазерный луч с “Палаша" Рича прошил кабину незащищенной машины, превратив пилота в жаркое.

— Рич, доведи Анни до дока и возвращайся!

— Есть, командир, Анна, уходи, прикрою...

— Диди, последний “Стилет" уходит... Ты это допустишь?

— Никогда... Вот тебе, сука, получи... и еще...

— Кстати, скорее всего, это кобель. Псоглавы, насколько я знаю, обычно не берут самок в армию. Хотя сейчас, возможно, у них будет ощущаться некоторая нехватка самцов. В том числе и нашими усилиями. Что у тебя осталось в наличии?

— Один “буран", два “смерча". Разрушений нет.

— Отлично, у меня две “пурги" и один “буран". Где там Рича носит...

— Здесь я, две минуты на форсаже. Аня благополучно села. Жду ваших указаний, комэск. У меня еще три “пурги". Цел и невредим. Пока мне забава нравится, можно продолжить.

— Так, девочки и мальчики, атакуем клином, Диди впереди, мы прикрываем ее с боков. Ныряем к спутнику, дальше на бреющем в квадрат В12. Джоан, выпускаешь торпеды, и свечкой вверх. Все ясно? Вперед!

Три истребителя в первые несколько минут движения к цели даже оставались незамеченными противником. Не имеющий возможности прорваться к цели “Нахимов", получив с «Элеоноры» информацию об отчаянной попытке пилотов прорваться к докам, постарался отвлечь огонь на себя, получая при этом все новые и новые повреждения. Неослабевающий огонь рекнов не давал полям восстановиться — счастье, что лазерным турелям крейсера пока удавалось отсекать тяжелые торпеды. Потери среди личного состава достигли 14%, ТАКР сильно сбавил ход.

Клин продолжал продвигаться к указанному квадрату. Наконец, их заметили. Сразу осознав опасность прорыва, рекны бросили против отважной тройки последний резерв — крыло “Рапир". Десять хоть и устаревших, но все еще очень опасных машин представляли собой весьма серьезную проблему.

— Внимание всем! Я “Нельсон"! Цель успешно поражена. “Спартак" вышел из боя — серьезные повреждения, жертвы незначительны. Вместе с “Шестоперами" ушел к точке встречи. Иду на помощь “Нахимову".

Одна из атакующих “Рапир" взорвалась — одновременное попадание ракет Дика и Рича. От неожиданности пилот второй рванул штурвал на себя, и врезался в истребитель, идущий в верхнем эшелоне... оба исчезли в ослепительной вспышке. Семеро оставшихся развернулись дугой, стремясь не пропустить наглецов к докам. Дик бросил машину в сторону, увернувшись от ракеты, и тут же дал залп из импульсных пушек. Крайняя в дуге “Рапира" дернулась, и завертелась в штопоре — похоже, управление было разрушено. Залп Рича прошел мимо цели, лишь заставив противника на мгновение нарушить строй. Но тут же в образовавшуюся цель нырнула Джоанна, выжимая последние капли мощности Ф-драйва, попутно влепив оставшийся “буран" в защитное поле ближайшего рекна, полыхнувшее голубым светом и тут же погасшее — мощность щита упала до нуля. Джоанна чертыхнулась — не везет! Однако расстраивалась она рано. “Рапира", правда, выдержала попадание, но тут же была расколота кинжальным залпом Дика — защитное поле уже не могло помешать лазерным трассам.

“Так, осталось пятеро... и одна “пурга" в запасе. Хреново. У Рича, допустим, еще две. Ладно, посмотрим, как вас учили летать...". Дик бросил машину в крутое пикирование, словно нарочно подставляя хвост ближайшему рекну. Тот, конечно, воспользовался моментом, однако вынужден был покинуть строй, вернее то, что от него осталось. Две машины почти вертикально неслись к поверхности. Одно попадание в кормовой щит, второе, третье... Бортовой компьютер докладывал монотонным голосом: “Пробой гейгена, сектор шесть, повреждений нет", “Пробой гейгена, сектор семь, повреждение Ф-драйва. Снижение форсированной скорости — 10%". Всего в сотне метров Дик изо всех сил рванул штурвал на себя, почти теряя сознание от навалившихся перегрузок. Рекн выйти из пике не успел...

— “Фалькон", я “Миледи"! Цель захвачена, торпеды пошли! Есть контакт!

— Умница, девочка, уходи, время почти истекло!

— Рич, как там у вас дела?

— Паршиво, крошка. Дик только что размазал одного по скалам, но их тут еще четверо крутится. Но мы справимся, не переживай.

В этот момент три из четырех атакующих “Рапир" исчезли во вспышках ракетных взрывов. Четвертая бросилась было бежать, но этим пилот продлил свою жизнь лишь на несколько секунд — два попавших в хвост истребителя “бурана" полностью лишили его защиты, а пущенная Старком последняя оставшаяся “пурга" доконала рекна. Дик поднял голову — всего в сотне метров от них неслось полное крыло “Ятаганов".

— Спасибо, ребята! Исключительно вовремя! Кого мне благодарить?

— Я “Шмель", Джеймисон... Поздравляю с завершением операции. Все возвращаемся на борт “Элеоноры", наше время истекло.

— Есть, сэр! “Миледи", “Кувалда", уходим. Еще раз спасибо, полковник.

— Сочтемся, “Фалькон". Торопитесь!

Один за другим истребители возвращались в доки. Сильно искалеченный “Нахимов" уже ушел на струну, “Нельсон" и подошедшие “Багратион" и “Гаррибальди" продолжали поединок с двумя оставшимися крейсерами рекнов. Внезапно один из них исчез с экранов радара — “Багратион" поразил его гроздью “смерчей" сквозь пробитые АМ-пушками щели в защитных полях. Второй, уже к тому времени оставшийся без тяжелых торпед и, следовательно, не имеющий ни единого шанса в поединке с тремя ТАКРами, бросился бежать. Вместе с ним стали отступать и последние истребители... их не преследовали.

Вернулись истребители прикрытия, сопровождавшие “Шестоперов" к основному флоту противника. Командир доложил — полностью уничтожен один крейсер противника, повреждены два авианосца. Истребители прикрытия сбили шестнадцать машин противника, при этом потеряв четыре “Криса" и три “Шестопера". Все цели на спутниках были разрушены.