Операция «Одиночество»

— Добро, “Миледи", побыстрее заканчивайте.

Небольшой по сравнению с огромными транспортами, но смертельно для них опасный эсминец вынырнул из-за астероида и быстро наращивая скорость стал догонять караван. В эфире громыхали рыкающие звуки языка рекнов. Джоанна прекрасно понимала, о чем идет речь — сказывались месяцы гипнообучения в Академии.

— Торговым кораблям немедленно остановиться. Повторяю, немедленно остановиться. Погасить С-драйв. При невыполнении приказа через пять минут открываю огонь. Повторяю...

— Мы мирный караван, наши корабли не несут оружия...

— Повторяю, немедленно погасить С-драйв. В вашем распоряжении четыре минуты. В противном случае открою огонь.

Несколько захваченных в плен в последних боях рекнов на допросе вели себя злобно и вызывающе, всем своим видом выражая огромную ненависть (непонятно только, откуда взявшуюся) ко всем людям вообще и к присутствующим в частности. Имперские истребители Рекна редко отступали, однако никто из них самоубийцами не был, тем более капитаны торговых судов, которых, хоть и с некоторой натяжкой, можно было назвать “гражданскими" лицами. Прекрасно понимая, что эсминец может за несколько минут угробить оба транспорта, даже не прибегая к торпедированию, и осознавая, что десяти минут до возможного выхода на струну у них нет и в помине, капитаны приняли единственно возможное решение. Розоватое свечение набирающего мощность С-драйва погасло, слабенькие, чуть сильнее чем у “Криса" гейген-поля трейдеров были выключены. Из подошедшего совсем близко эсминца высыпало два десятка облаченных в скафандры фигур — по случаю довольно необычного рейда “Надежный" принял на борт два взвода морских пехотинцев. Большая часть из них направилась к громадному лихтеру, человек шесть на сверкающих струях выхлопов ранцевых двигателей умчались к его меньшему спутнику.

— “Тень", “Миледи", я “Тренер" — как ваши дела?

Диди поймала себя на мысли, что совсем перестала следить за ходом боя. Боб ее не дергал, пользуясь редким случаем — дуэлью с противником тет-а-тет. В реальной боевой операции такое удовольствие выпадало редко — и противников оказывалось куда больше, и приятели всегда спешили помочь. Теперь же он наслаждался, мастерски уклоняясь от залпов имперца и следя только за тем, чтобы тот случайно не попал в замечтавшуюся Джоан. Когда девушка решила все же вмешаться, ее присутствие уже не требовалось — полуразрушенный “Бердыш" стремительно приближался к астероиду, явно увлекаемый сошедшим с ума автопилотом. Через мгновение машина вместе с возможно еще живыми пилотами врезалась в нагромождение мрачных скал огромного каменного обломка, превратившись в груду смятого и оплавленного железа.

— “Тренер", я “Тень"! Задание выполнено, возвращаемся.

— Отлично, ребята! Поздравляю, блестящая операция. Впору в учебники вставлять. Давайте на борт.

Истребители подошли к своим секциям, силовые лучи захватов притянули их к стыковочным гнездам и через несколько минут Боб и Джоан уже стояли в капитанской рубке “Надежного".

— Сэр! — раздался из динамиков внешней связи приятный женский голос — Это Джилли. Шавки слегка сопротивлялись, так что пришлось нескольких успокоить... совсем. “Малый пес" наш.

Джоан вопросительно взглянула на Снегова. Тот пожал плечами.

— Пехота предпочитает называть вещи своими именами... Трейдер класса 7 — “Малый пес", класса 14 — “Большой". Проще и понятней. Отлично, Джилли, сейчас вам требуется установить, что это за корабли, куда и откуда идут. — сказал он в микрофон, переключая диапазон. — “Большой пес", как ваши... Черт, что там у вас творится!?

Их динамика раздалось рычание, крики, грохот — видимо взорвалась граната. Гулко прозвучал треск автомата — в условиях космоса пехотинцы предпочитали пулевое оружие — свинец не мог повредить им самим, закованным в почти несокрушимую боевую броню, и не пробивал стены кораблей, в которых велся бой.

— Ловушка, сэр! Тут... — голос резко прервался, сменившись хрипом и бульканьем. Почти тотчас же другой голос, задыхающийся и дрожащий, прокричал. — Пытаемся отойти, сэр! Шавки атакуют из всех проходов... Это регулярные части, сэр! У них лазеры, нам долго не продержаться...

Оператор включил максимальное увеличение — изображение трейдера наехало на экран с такой скоростью, что Джоанна непроизвольно отшатнулась. Теперь хорошо была видна шлюзовая камера «Большого пса». Люк был раскрыт — когда десантники заходили в корабль, они, по привычке, оставили за собой путь к отступлению.

Экраны показали, как из шлюза выскользнули маленькие фигурки — одна, три, семь... Стоявшие в боевой рубке офицеры молча ждали, но больше никто не появился. Вместо этого из проема ударили лазерные лучи — десантники ответили очередями из своих короткоствольных автоматов, затем включили реактивные ранцы и стали стремительно удаляться от огромного корабля. Один явно был тяжело ранен — двое поддерживали безжизненное тело, буксируя его к «Надежному» с предельной доступной скоростью. Затем в динамиках раздался тот же голос, коротко и сухо доложивший обстановку:

— Это все, сэр, все, кто еще жив. Говорит сержант Энгельгардт, там прорва вооруженных рекнов в полной боевой форме. Мы потеряли половину парней, пытаясь выбраться из мышеловки. Лейтенант Смит тяжело ранен, остальные остались там.

— Возвращайтесь на борт, серж, через минуту открываю огонь. Ну-ка, Эббес — майор обернулся к лейтенанту, сидящему у пульта управления огнем эсминца — давай-ка его лазерами, потихоньку. Посмотрим, что у него внутри. По АМ-бункеру пока не бей, позже.

Лазерные батареи “Надежного" открыли огонь по неподвижному “Большому псу". Лучи вспарывали обшивку огромного транспорта, огромные пластины брони разлетались в разные стороны, влекомые струями уходящего из разваливающегося корабля воздуха. И среди этих обломков, ясно видимые на экране под многократным увеличением сотни... нет, тысячи крошечных тел — регулярные части имперской пехоты, огромные ШТ с полуотрезанными шагоходами, куски атмосферных истребителей... и снова солдаты... Большая часть людей в рубке отвернулась от экранов — одно дело, когда противник распадается на атомы в пламени аннигиляции, и совсем другое — смотреть, как беспомощно высыпаются несколько секунд назад еще живые враги из недр развороченного корабля. Возможно, кое-кто из них был все еще жив — если успел захлопнуть забрало гермошлема, однако подбирать их никто не собирался — гибель половины десантного отряда не слишком способствовала проявлениям милосердия.

Теперь уже вряд ли станет известна причина, по которой рекны открыли огонь по десантной группе — прекрасно понимая, что корабль непременно после этой акции будет уничтожен. Возможно, просто страстно желали умереть в бою и унести с собой жизни хотя бы нескольких патрульных. Хотя не слишком ли высокая плата за семерых солдат Морской пехоты? Впрочем, кто может в полной мере понять мотивы поступков представителей иной расы.

— Сэр, это “Малый пес"! — голос в динамике оторвал всех от созерцания этой картины всеобщего разрушения. Снегов кивнул Эббесу, и лазеры прошили главный топливный бункер. Корабль и высыпавшиеся из него «пассажиры», в том числе и те, кто мог еще быть жив, исчезли в огненной вспышке аннигилировавшего топлива. Затем он повернулся к микрофону.

— Слушаем вас, Джилли.

— Пленные... после некоторых уговоров... сказали, что “Большой пес" везет на борту Шестую Имперскую дивизию “Клык Императора" в полном составе. Вернее, вез. Так что улов у вас очень даже неплох. А у нас — его высокопревосходительство генерал Рарргррак, командир вышеупомянутой дивизии вместе со своим штабом... и четыре ящика каких-то документов. Они шли на Гемму, так что с тамошних властей причитается!

Гемма. Игорь прекрасно представлял себе, что способна сделать эта полностью оснащенная дивизия, солдаты которой, как, впрочем, и все рекны, не знали пощады, с цветущей колонией, основанной народами средиземноморья и регулярно снабжавшей Землю так необходимым сейчас продовольствием, пока силы Рекна не развернули операцию по захвату планеты. Он повернулся к Джоан, которая с мрачным видом смотрела на пустой экран.

— Ну и что ты об этом скажешь?

— Знаешь, сейчас я уже не так уверена в своей правоте, когда заявила Джеймисону, что это обычная пиратская акция — сказала девушка, зябко передернув плечами. — Если бы они смогли добраться до цели... Ужас, даже подумать страшно!

— Эббес, возьмете троих техников и отправляйтесь на приз — ваша задача довести его до Земли вместе с ... гостями. Возьмете троих... нет, двоих пехотинцев из взвода Джилли, остальные пусть возвращаются на “Надежный". А сейчас внимание! Приготовить АМ-генераторы. Этот сектор должен быть очищен...

Ловушка для кошек

Снова потянулись томительные дни ожидания. Снова и снова эксперты Снегова обшаривали каждый уголок системы в надежде вовремя заметить противника. Один раз удалось засечь конвой, но он вышел слишком далеко от астероида, где базировался “Надежный", и не было никаких шансов успеть к нему прежде, чем эти посудины будут готовы к следующему прыжку. Тем не менее экипаж не терял надежды, и в один из дней, кажется, уже 27 или 28 со дня начала рейда, этим надеждам суждено было осуществиться.

Последнее время Джоанна много думала о происшедшем. С течением утомительно — пустых дней перед ней стала складываться несколько иная картина, чем ей представлялось раньше, когда она с негодованием выслушивала приказ Джеймисона. Теперь ей было ясно, что полковник, так же как и она, был недоволен, даже возмущен порученной ей миссией. И в то же время она понимала всю необходимость этой работы. Ведь их небольшое суденышко всего за 25 минут уничтожило дивизию, которая, будучи высажена на планету, перестала бы быть легкой добычей. В настоящее время Гемма — красивая (судя по голограммам, конечно, сама Диди там не была) и плодородная планета, третий месяц сражалась за свою независимость. Собственно, сражались подразделения пехоты Патруля, собственное население Геммы было не слишком большим — около миллиона людей, в большинстве своем фермеров. Хотя, как из военной хроники знала девушка, многие фермеры объединились в отряды, чтобы противостоять захватчикам.

Если бы войска рекнов достигли цели... Пожалуй, мало кто из не такого уж и большого контингента Морской пехоты на солнечной планете смог бы вернуться к семье. Так что с моральной точки зрения Джоанна уже пришла к выводу, что их операция — не только важна, но и необходима. Все-таки военный флот Рекна был несколько потрепан в прошедших боях и хорошо вооруженных и защищенных авианосцев для перевозки войск им не хватало. К тому же наиболее сильные контингенты Имперской армии были брошены на штурм Ленна, поэтому когда еще они смогут выделить свежее воинское формирование для Геммы. Так что хотя это и не было победой, это было значительным шагом к ней.

Постепенно мысли девушки приняли иное направление. В чем вообще причина конфликта? Почему рекны, в первые годы контакта исключительно дружелюбные, хотя и более хищники по своей природе, чем человек, вдруг так изменили свое поведение? Не было характерного для предстоящей войны (она судила об этом в основном по информационным записям, которые они изучали в Академии) увеличения политической напряженности, напротив — вовсю развивался туризм, заключались взаимовыгодные контракты... Это тем более непонятно — правящий класс на Рекне представлял собой знать, дворянство, совсем не чуждое идее хорошо подзаработать, а торговля с Землей, как правило, приносила выгоду обеим сторонам, причем Рекну — заметно больше. С началом войны многие корпорации Рекна лишились огромных доходов.

Чем же все-таки вызвано столкновение? Конечно, как говорил дед Дика — Джоанна с удивившем ее саму оттенком легкой грусти подумала о парне, которого не видела почти месяц. “Как он там, вспоминает? Хотя... жив ли он вообще? Здесь постоянное безделье и тишина, а у него, видимо, бой за боем... Господи, сделай так, чтобы он был жив!" — как говорил старый Лесли, одной из причин могла быть зависть и нежелание подчиняться лидерству Земли, тем более, что правительство Федерации не скрывало своих замашек на роль руководящей и направляющей силы в галактике... А может, желание раздвинуть свои границы за счет Федерации, защищаемой “всего лишь" уже не одно столетие мирно дремлющим Патрулем сделало относительно миролюбивых псоглавов жестокими и равнодушными убийцами?

Но что толку думать о глобальных вопросах, когда на повестке дня самые насущные проблемы — как накормить израненную Землю, как защитить ее от неожиданных ударов. Собственно, война могла кончиться в одночасье — специалисты с высокой достоверностью рассчитали, что причиной выхода флота противника у Юпитера была боязнь застать на орбите Земли Первую эскадру — дата и место маневров по старой привычке держалось в секрете. Если бы рекны прыгнули сразу к Земле... Страшно подумать, что могло случиться — пожалуй, человечество вполне могло бы быть полностью уничтожено.

Джоан закрыла глаза и постаралась расслабиться. Каждый раз, когда ее мысли возвращались к “Черному дню" — как назвали люди тот долго непрекращающийся кошмар, когда одна за другой падали на города торпеды, начиненные антивеществом, она видела перед глазами ту ужасную картину — газон, еще дымящийся от прошедшего по нему пламени, и... “Нет, надо успокоиться. У меня должна быть спокойная, свежая голова. Прошедшего не исправишь, но нам дана возможность отомстить".

Сигнал тревоги ударил по нервам. Джоанна последние полчаса пыталась заснуть — что еще оставалось делать на корабле, который в целях маскировки не двигается сам и не выпускает истребителей. Так и приходилось проводить время — лежа на узкой койке в крошечной каюте, слушая музыку или пытаясь строить догадки о причинах войны или вынашивать планы мести. Правда, последнее время мысли девушки все чаше возвращались на борт “Элеоноры", где остался лейтенант Ричард Старк... Дик...

Сирена! Так, бронекостюм... шлем... быстрее, быстрее! Сейчас на счету каждая секунда. Батарей С-драйва накапливают заряд для прыжка 30 минут, в течение этого срока противник не может убежать. Джоан нырнула в шлюз. Вспыхнул индикатор — “Ждите. Откачка воздуха". Наконец (О, боже, как долго — 12 секунд) лампа погасла. Рука в перчатке ткнула в кнопку на другой двери шлюза. С шелестом отъехала дверь, открывая маленькое пустое помещение. В полу — эллиптический вырез, в котором торчала кабина истребителя — весь его корпус размещался снаружи, удерживаемый мощными захватами. Мгновение — и девушка уже сидела в кресле пилота. Руки автоматически выполняли работу — застегивали ремни, включали прогрев форсажной системы, запустили программу контроля систем. Мозг прислушивался к словам, доносившимся из интеркома внутренней связи.

— Приближается цель класса 16, эскорт — звено “Алебард". Время до прыжка — 23 минуты. Повторяю, конвой — трейдер класса 16 и две “Алебарды". “Миледи", “Тень" — старт!

— Есть, сэр!

Истребители стремительно приближались к каравану. Странно, “Алебарды" не свернули со своего курса, продолжая идти рядом с транспортом, изредка огрызаясь из кормовых лазерных спарок. Обычно такое поведение не характерно для конвоя. Или они подозревают о засаде... хотя, откровенно говоря, мысль о засаде просто напрашивалась — каким еще образом не имеющие струнного двигателя «Крисы» могли здесь оказаться.

— “Тренер", я “Тень"! Шавки стараются не принимать боя. Причина неясна. Атакую!

— Поосторожней, Дженнингс. Мне не нравится их поведение.

— “Миледи", атака, схема “дубль-ве".

Истребители рванулись вперед. Система атаки по схеме “дубль-ве" была предельно проста и предназначалась для гарантированного уничтожения несопротивляющегося тяжелого истребителя, имеющего сильные защитные поля. Две легких машины атаковали противника сзади и с малых дистанций выпускали по две ракеты класса “буран". Как правило, попадание одновременно четырех, пусть и легких ракет, напрочь гасило защитное поле тяжеловоза, а обычно и выводило из строя его двигательную установку. Вот и сейчас ведомая “Алебарда", которая вдобавок к разрывам “буранов" получила еще и счетверенный лазерный залп от “Криса" Джоанны, потеряла управление и стала медленно отклоняться от курса. Второй рекн, видимо, решил, что необходимо вмешаться и, заложив вираж, пошел в наступление. Патрульные вступили в бой. В общей сложности с момента отсоединения от эсминца прошло три минуты.

Игорь смотрел на экран сканера, ожидая момента, когда “Надежный" сможет вступить в игру. Еще несколько минут, и транспорт будет в непосредственной близости от эсминца. В принципе, можно атаковать и сейчас, пока ребята связывают последний эскортный корабль, но чем черт не шутит, лучше не открывать до поры до времени своего местоположения. Игоря беспокоил факт нетипичного поведения имперских пилотов — обычно, насколько он знал, конвой всегда сразу бросался на нападающих с единственной целью — уничтожить как можно скорее. Или, в крайнем случае, выиграть время. Внезапно на экране возникла еще одна точка, которой там не должно было быть...

Прямо за спиной у Диди разверзлось пространство, и на арене появилось новое действующее лицо. Огромный имперский крейсер сошел со струны буквально в полукилометре от крошечных корабликов землян, к тому времени уже покончивших с отчаянно сопротивляющимся последним тяжеловозом, и из него буквально брызнули звенья средних и легких истребителей.

— Игорь, это ловушка!!! Здесь ТАКР рекнов! Уходи, пока...

— “Тренер", уходи! Это конец!

Игорь понимал, что эсминец против ТАКРа, это более чем смешно — это признак мании величия. Но он не мог уйти. И не потому, что ухода никогда не простил бы ему Джеймс... и Дик, но и потому, что он сам никогда не простил бы себе брошенных на верную смерть товарищей. Он оглянулся. Лица товарищей отражали похожие мысли. Сандерс, второй помощник капитана, молча махнул рукой в сторону уже видимого на экране крейсера.

Шанс был. Незначительный, но все же был. Можно было попробовать атаковать противника именно сейчас, когда тот еще не видит эсминца, по прежнему спрятанного за скалой.

— Двигателям — полный. — Игорь принял решение, наверное, правильное, хотя ради двоих пилотов он рисковал всем кораблем. — На лазерных батареях — отражать торпеды. АМГ — ваша цель — “Рапиры". “Смерчам" — готовность к запуску по схеме “град". Вперед!

Крошечный, по сравнению с громадой крейсера, корабль вынырнул из тени астероида и на полной скорости пошел вперед. Казалось, что он хочет таранить противника, казалось, что капитан сошел с ума. Но впечатление было обманчивым, У Снегова был шанс, и он им воспользовался. Отрабатывая схему “град", торпедные аппараты одну за другой выплевывали тяжелые “смерчи" в сторону громады вражеского ТАКРа. Всего через четыре секунды запас торпед иссяк — восемь смертельных подарков неслись к еще не оправившемуся от неожиданного появления “Надежного" противнику. Всего несколько секунд понадобилось врагу, чтобы оценить опасность и начать реагировать. Но близко, слишком близко находился тяжелый корабль к столь безобидному на вид обломку камня...

Две торпеды были сбиты лазерными залпами. Еще одна врезалась в оказавшуюся у нее на пути “Рапиру" — от истребителя не осталось даже обломков. Остальные достигли цели. Две первых прорвали мощную защиту, вызвав яркие сполохи голубого пламени. Остальные нырнули в образовавшуюся прорубь.

В принципе, попадание трех ракет разрушали авианосец. Крейсер же был намного меньше... Чудовищный взрыв разметал истребители в стороны, некоторые были поглощены аннигиляционной вспышкой, некоторые потеряли все или большую часть полей. Истребитель Дженнингса был слегка поврежден, но почти не потерял скорости.

Эсминец тоже непрерывно диагностировал получаемые повреждения. Прорыв гейгена, сектор 3... сектор 5... пробоина, левый борт... АМГ-2 разрушен... пульс-батарея 2 разрушена... пульс-батарея 3 разрушена... Но “Надежный" продолжал идти вперед, в облако радиоактивной пыли, и из него градом во все стороны сыпались ракеты — на этот раз легкие “бураны" и более мощные “умные" ракеты класса “пурга". В том аду, который творился сейчас на месте гибели ТАКРа, пилоты не успевали реагировать на истерические вопли предупреждающих сигналов — и гибли один за другим.

Джоан взглянула на экран боевого компьютера. Так, осталось девять целей... шесть... четыре... три... все, ракеты и АМГ эсминца сделали все, что могли. Дальше — их работа.

— “Тренер", иди за трейдером. С этими мы разберемся.

— Спасибо, Игорь, я уже думала — все... Давай, Снегов, не упусти торгаша, мы закончим твое выступление. “Тень", как твои дела? Я видела, тебе слегка досталось...

— У меня все о’кей, крошка. Давай, устроим таксам Варфоломеевскую ночь!

Три оставшихся в живых “Стилета" приняли бой. Но их шансы против более быстрого и лучше вооруженного противника были минимальны. Правда в конце дуэли “Крис" Джоанны все же вышел из строя — последний рекн, прежде, чем его машина разлетелась на куски, успел влепить ракету в уже изрядно потрепанные поля Диди, почти разрушив хвостовую часть ее машины. Потеряв 90% хода, девушка мучительно медленно двинула искалеченный истребитель к “Надежному".

К тому времени транспорт уже был остановлен и призовая команда, на этот раз с категорическим приказом “сначала метко стрелять, а потом смотреть — в кого?" перешла на борт колосса. Корабль класса 16 существенно превосходил размерами авианосцы Федерации, он мог перевозить огромное количество груза. Таких трейдеров во всем Земном флоте вместе с кораблями частных компаний насчитывалось всего шесть.

— Эй, капитан! Это Джилли. Корабль в вашем распоряжении, сэр! А груз... сэр, мы, кажется накормим пару континентов... Корабль забит продовольствием, под завязку. В основном — сублимированное мясо и сотни тонн армейских пайков. Экипаж мы заперли в каюте, во избежание...

“Вот это удача!" — мелькнула мысль у Джоан, которая все еще не дошла до сферы действия силовых захватов эсминца. Специальный сухой паек пехотинца, примерно одинаковый и у землян, и у рекнов, весом всего 300 граммов, мог обеспечить взрослого человека достаточным, хотя и весьма однообразным питанием на шесть суток. Это нельзя, конечно, назвать деликатесом, однако есть вполне можно — в Академии они достаточно хорошо познакомились с этой гадостью. Да, скоро кое-кто на Земле вздохнет чуть спокойней.

Когда она наконец добралось до командирской рубки покореженного корабля и первым делом расцеловала несколько смущенного майора, Снегов встал, и торжественно объявил:

— Итак, господа, я считаю нашу миссию выполненной. Нами уничтожена пехотная дивизия Рекна, захвачен генерал со штабом и документами. Сейчас в наших руках груз продовольствия, который способна за год поставить колония типа Селесты. В то же время мы имеем ряд повреждений и, самое главное, полностью истрачены все тяжелые торпеды. В случае еще одной такой западни мы будем совершенно беззащитны, а в том, что это была именно западня, я не сомневаюсь. Поэтому я принимаю решение... — он сделал паузу, оглядел стоящих вокруг него людей. Шестьдесят. Было. Восемь погибли при попытке захвата “Большого пса". Шестеро увели второй корабль к Земле. Восемь человек погибло сегодня на боевых постах, совершая почти невозможный по мнению экспертов космического сражения подвиг, атаковав в одиночку крейсер. Тридцать восемь. — Принимаю решение возвращаться на базу. Сандерс, подбери людей из техников и морских пехотинцев для команды... как назовем трейдер?

— Пусть будет “Нежданный гость", вот уж точно, что здесь его не ожидали. — среди присутствующих послышались смешки. Название для трейдера было с удовольствием принято всеми.

— Добро. Итак, готовьте корабль к старту, цель — Земля. Желательно отправиться через три часа. Да, возьмите к себе малышку — он кивнул в сторону Диди — пусть покажет, какой из нее навигатор. Чему то их ведь все-таки учили, кроме пальбы...

Огромный трейдер вышел со струны на орбите Марса — Земные системы слежения с недавнего времени были запрограммированы на автоматическую “смерч" — атаку любой цели, материализовавшейся слишком близко к Земле. Рекны, потеряв четыре крейсера, пожелавших внезапно обрушить ракеты на планету, тоже быстро поняли выгоду подобной системы обороны, и теперь к их городам тоже было невозможно подступиться. Впрочем, ни один флотоводец Патруля никогда не позволил бы обрушить аннигиляционные “смерчи" на головы мирных жителей. Таким образом, возможность одним ударом уничтожить противника целиком и полностью практически исключалась, поэтому война в основном сводилась к сражениям могучих флотов и к наземным битвам на ряде колониальных миров Федерации, где рекнам удалось высадить десанты. Планетарные силы действительно вели напряженные бои, однако Флот ограничивался короткими стычками — изрядно потрепанные боевые суда требовали ремонта и пополнения.

Джоанна мастерски произвела расчет прыжка — трейдер вышел именно там, где ему было положено, ни на километр в сторону. Эсминец материализовался рядом. В эфир полетели шифрованные доклады, отчеты, рапорты. Через некоторое время были получены первые ответы. Снегов вызвал Диди на борт эсминца, попросив не задерживаться — “Гость" шел на орбиту, куда уже слетались шаттлы, которым предстояло много “веселеньких" дней — разгрузить монстра было не так уж легко.

Девушка прибыла на борт “Надежного" и явилась в капитанскую рубку. Игорь сидел в кресле, изучая показания приборов — сейчас он остался единственным пилотом корабля. Боб уже был здесь.

— Вы возвращаетесь на “Элеонору", ребята. Наша работа выполнена и, смею надеяться, выполнена отлично. Сейчас эсминец уходит на ремонт и, судя по вот этому ряду красных сигналов — он показал на консоль состояния систем, большая часть которой светилась тревожным багровым цветом — этот ремонт, пожалуй, продлится долго. Дженнингс, вы летите на своем “Крисе", Диксон — в присутствии посторонних Игорь обычно бывал несколько официален — можете подождать шаттла с авианосца. Если желаете — летите с “Тенью", если поместитесь. Ваша машина годна только на металлолом.

— Спасибо, майор. Я, пожалуй, помещусь... если Боб живот втянет.

Игорь взглянул на худого, как щепка, парня и рассмеялся — Ну, давайте, ребята. Счастливого пути. Спасибо за работу — вы были на высоте. Еще встретимся. Да, Диди, передай от меня привет Ричарду, скажи, что когда кончится война, мы с ним еще попробуем, кто кого.

Спустя час истребитель Боба, в узком свободном пространстве за креслом которого кое-как устроилась Джоанна, готовая ради встречи с друзьями вытерпеть любые неудобства, плавно вошел в ангар “Элеоноры", влекомый силовыми щупальцами системы автоматической посадки. Никто их не встречал, кроме техников, сразу подцепивших корабль к крану, который должен был доставить его к месту стоянки. Джоанна была заметно огорчена, она ожидала встретить друзей на летной палубе.

— Куда все подевались? — спросила она Дженнингса, который к происшедшему отнесся спокойно.

— Как ты считаешь, полковник Дженнингс или, еще лучше, контр-адмирал Алмейда должен со всех ног бежать в каюту Дика или Рича и кричать — господа лейтенанты, ваши друзья прибыли? Долго будешь ждать. Ребята наверняка еще не знают, что мы здесь.

Они знали. Две фигуры молча стояли в каюте, лица не выражали эмоций, лишь глаза старались уйти в сторону...

Джоанна сразу поняла, что случилось что-то недоброе. Еще не желая верить в черные мысли, формирующиеся у нее в голове, еще надеясь, что то, чего она так боялась весь этот месяц все же случилось, она с немым вопросом смотрела на друзей. Наконец из горла вырвались странные звуки, слабые и безжизненные:

— Где Дик...?

Рич медленно поднял голову и посмотрел девушке в глаза, блестящие от слез, готовящихся лавиной сорваться из их уголков. Глубоко вздохнув, он медленно произнес:

— Мы не знаем... Крепись, девочка, мы понимаем, как это тяжело. Три дня назад во время последнего рейда Ричарда сбили... Тело так и не нашли. Не уберегли, прости.

Лавина рухнула...

Франциско да Сильва, нынешний Председатель Совета Федерации планет, вступил в должность сразу после “Черного дня" — прежний Председатель, Богдан Шевченко, погиб в здании Совета, в Киеве, вместе со всем городом. Укоренившаяся много лет назад традиция размещать Совет на родине его Председателя, в свое время однажды приведшая к тому, что правительство Федерации расположилось на Марсе, в настоящее время впервые не была выполнена, поскольку Мадрид хотя и не был разрушен, как Киев, Токио и целый ряд других мировых столиц, но все же серьезно пострадал. После некоторых дебатов было решено перенести резиденцию в Париж — один из немногих городов, практически полностью избежавших падения торпед рекнов. Традиционно Совет включал в себя по одному представителю от каждой из планет Федерации, хотя при голосовании Земля имела право на два голоса. Таким образом, сегодня на заседании должны были бы присутствовать тридцать три человека.

Да Сильва подошел к окну, разглядывая уже в тысячный, наверное, раз Эйфелеву башню, возвышающуюся на домами, ее верхушка была скрыта туманом. Быстро несущиеся низкие облака обтекали туманный силуэт. Зрелище не надоедало — наоборот, после того, как ушла новизна, открывающаяся картина помогала Председателю сосредоточиться, сконцентрировать свои мысли на текущих проблемах. Он знал, что придут не все. Макс Трахтенберг, представитель Новой Германии, был на родной планете, когда имперский авианосец открыл огонь по беззащитным городкам и фермам. И выбрать нового члена Совета, похоже, теперь уже некому. Шевченко... да и еще несколько сенаторов уже никогда не соберутся за одним столом — в живых осталось не более двадцати пяти человек, которым люди доверили решать судьбы миров.

Сегодня предстояло рассмотреть новую проблему, еще недостаточно оформившуюся, но чрезвычайно важную, могущую иметь крайне неприятные последствия для всей Федерации в целом. Он еще раз оглянулся на стол, на котором лежал единственный лист бумаги, полученный сегодня из аналитического отдела Службы Безопасности. Три коротеньких абзаца на этом листе вызывали ужас...

Открылась дверь, в кабинет вошел секретарь. Молодой мужчина, довольно интересный, типичный англичанин с худым породистым лицом как-то оттенял своего шефа — низенького, полного, еще совсем недавно жизнерадостного испанца, который был, пожалуй, самым энергичным и деятельным из всего состава правительства.

— Сэр, Совет в сборе... кто мог. Ждут вас.

— Спасибо, Генри. Я уже иду.

Он последний раз бросил взгляд на бессмертное творение Эйфеля. Предстояло много работы, Земля голодает, многие районы стали практически непригодны для жизни. Разрушены города, стерты с лица планеты целые народы. Только вечный Париж, когда-то центр мировой, а теперь и межпланетной моды, все еще радует глаз своей старинной красотой.

Да Сильва вышел из кабинета. Стоящие на страже пехотинцы не шелохнулись. Он прошел по длинному коридору к залу заседаний, где уже собрались коллеги, собравшиеся для решения проблем выживания человечества.

Небольшой зал, длинный стол, покрытый зеленым бархатом, ряды кресел. Практически всегда Совет заседал в полном составе. Увы, сегодня многие кресла были пусты. Он прошел к своему месту во главе стола, к месту, которое никогда особенно не рассчитывал занять — и неожиданно для себя получил его — ценой жизни одного из лучших своих друзей. Не став садиться, Да Сильва оглядел собравшихся. Джон Эллиот с Селесты, Наоми Макумба с Кемта, Иван Даньков с Гардарики и другие... двадцать три человека, с ним — двадцать четыре. Девять пустых кресел.

— Ну что ж, мадам и мсье, прошу садиться. На сегодняшнем заседании мы, как всегда, в первую очередь должны рассмотреть вопросы обеспечения продовольствием и медикаментами наиболее пострадавшие районы. Все вы получили утром доклад нашего представителя на Тарке. Правительство Тарка, стремясь помочь Федерации, в экстренном порядке направило на Землю и наиболее пострадавшие колонии помощь. Прежде всего, это продукты. Примерно полмиллиона тонн. Кроме того, час назад я получил сообщение, что одна из операций по разработанному нами плану “Корсар" принесла удачу. На орбиту Земли вышел транспорт, имеющий на борту девяносто тысяч тонн сублимированного мяса и почти семьсот тонн армейских сухих пайков армии Рекна. Трейдер сейчас стоит под разгрузкой, первые партии продуктов уже поступают в Японию, Италию, Украину и другие регионы.

— Конечно, не стоит обольщаться — вставил Эллиот, — это капля в море, нужно несколько десятков, если не сотен таких кораблей, чтобы хоть на время отсрочить угрозу голода. Это не считая того, что мы имеем.

— Да, разумеется. Тем не менее, я рад что операция завершилась успешно. Мадам — он повернулся к высокой негритянке, представляющей планету Кемт, которую из за климата и цвета кожи большинства жителей прозвали второй Африкой — примите мои самые искренние поздравления. Это была ваша идея и я рад, что Совет ее поддержал.