Статьи 2008-09 гг. на "Рабкор. ру" (v.1.3)

- По данным Федеральной службы государственной статистики, в феврале констатировалось некоторое улучшение ситуации в промышленности. В январе падение производства в России составило 16 % в годовом выражении. В феврале падение равнялось 13,2 % по сравнению с февралем 2008 года. На что указывают данные Росстата?

- Для восстановления отечественной промышленности условий пока нет. Можно лишь констатировать (при верности данных), что было зафиксировано некоторое замедление промышленного спада. Однако кризис и не может развиваться линейно. В 2008 году он также наступал волнами. Сейчас мы переживаем волну медленного развития, но ее обязательно сменит новый период быстрого падения. Он может начаться еще до лета, а может прийти позже - даже осенью.

Вряд ли результаты февраля были фальсифицированы на 100 %, хотя возможно несколько приукрашены.

- Бюджет России в 2009 году будет дефицитным. Согласно утвержденному проекту, нехватка средств составит 3 трлн рублей. Покрытие ее планируют за счет резервов. Субсидии регионам сокращены на 9,5 % по сравнению с 2008 годом, но на 48,5 % увеличены дотации (они составят 579,8 млрд рублей). На 69,6 % запланировано увеличение субвенций бюджетам субъектов Российской Федерации и муниципальных образований (259,8 млрд рублей). По данным газеты «Ведомости», в наихудшем состоянии находится 21 регион, в 47 регионах доходы бюджетов упали более чем на 30 %. Как вы оцениваете положение региональных бюджетов? Как будет развиваться ситуация дальше?

- Для России типично стремление концентрировать доходы в федеральном бюджете, а расходы - в бюджетах региональных. Правительству это удобно как политически, так и экономически. В условиях кризиса такая схема получит дальнейшее развитие. Обернется это задержками зарплат, сбоями в финансировании региональных проектов и т.д. Финансовая и общеэкономическая ситуация в регионах будет ухудшаться, но и центр не добьется стабильности: дыры все равно придется латать, и чем дальше тем больше.

Регионы будут поднимать свою задолженность банкам (что затруднительно), а главное - демонстрировать дополнительную лояльность центру. Правительству это нужно, прежде всего, политически. Кризис - опасная пора, экономика перестает работать, а значит, власть начинает терять прежнюю устойчивость.

Беда России в том, что она лишь по названию является федерацией. На деле государство у нас унитарное. В условиях большой и многообразной страны это серьезная беда. Центр стремится решать всё, но что из этого выйдет, можно будет увидеть уже через год. Отказ от фальшивого федерализма в пользу федерализма подлинного (что фантастика) при изменении хозяйственной ориентации страны с внешнего рынка на внутренний могли бы положительно повлиять на ситуацию в регионах. Однако ничего такого само собой не произойдет.

- Еще в январе в прессе рассматривалась вероятность перехода России к однолетнему планированию государственного бюджета. Теперь это практически свершившийся шаг. Каково его значение?

- В 2007 году бюджет в России стали планировать на три года. Первый срок составлял 2008-2010 годы. Но выполнение трехлетнего бюджетного плана сорвал незапланированный кризис. Правительство фактически перешло на годовое планирование бюджета, прежде чем успело сделать это формально. Однако даже годовое планирование бюджета остается крайне сомнительным. Все дело в спонтанности и быстроте изменения экономических условий. Власти отстают от событий и не управляют ими, если не считать «благотворного» обрушения курса национальной валюты.

Планирование бюджета на три года себя не оправдало. Оно оказалось не планированием, а банальным расписанием расходов при лишенном основания прогнозировании денежных поступлений. Рассчитывать бюджет на год более разумно, но все равно сложно. Кризис - плохое время для статичного планирования, а динамики чиновники ухватить не в состоянии.

- В феврале Госдума приняла закон о повышении требований к размеру капитала банков. С 1 января 2010 года банки должны иметь размер собственных средств не менее 90 миллионов рублей, с 1 января 2012 года - не менее 180 млн рублей. На что направлен принятый закон?

- Закон прежде всего отражает интересы крупных банков, которым государство пока готово помочь на любую сумму. Направлен он на ускорение тихого поглощения малых кредитных институтов большими банками. Это не самый плохой сценарий для вкладчиков и экономики. Если в стране развернется укрупнение банков, надежность вкладов может увеличиться, а главное, немедленно не произойдет массы банкротств. Государству легче будет поддерживать банки - таков его план. На 1 июля 2008 года в России количество действующих банков составляло 1080. 329 из них имеют капитал менее 180 млн рублей, а 175 банков располагают капиталом менее 90 млн рублей. Все это материал для поглощений более крупными банками.

- Накануне и в ходе «Большой двадцатки» Россия представила идею создания новой глобальной валюты, способной заменить доллар в мировых расчетах. «Мудрый Запад» предпочел предложение новой валюты не заметить. Как вы оцениваете это предложение для G20 от России?

- Влияние США и их роль в мировой экономике поддержали доллар. ЕС также не настроен создавать новую валюту. Российское правительство обеспокоено эмиссией доллара, которая грозит вырасти еще и еще больше. Легко и приятно девальвировать рубль, обесценивая во имя «абстрактных» целей доходы и сбережения населения. Но совсем не то ощущение возникает у государственных мужей и крупных компаний, когда их собственные денежные капиталы обесцениваются монетарной политикой США.

Единая мировая валюта стала бы шагом вперед для глобальной экономики. Однако предложение России носило декларативный характер. Оно не могло быть принято, поскольку противоречит интересам США (это понимали в Кремле с самого начала). По итогам G20 в мировом хозяйстве сохраняется прежняя политика: США продолжают получать субсидии от других стран, кризис гасится потоками денег, что лишь дает текущий положительный эффект, но подготовляет новую тяжелую фазу спада. Перераспределение голосов в пользу «молодых экономик» в институтах мирового капитализма остается иллюзией. Вместо него мир идет к развалу существующих институтов. Их радикальное реформирование тоже возможно, но отнюдь не в ближайшей перспективе. О твердой мировой валюте экономисты и политики могут мечтать, но все это еще очень далеко от реальности.

- Вопрос газа в отношениях между Россией и Украиной по-прежнему актуален. В марте Путин грозил приостановить поставки газа в Украину (как следствие - в Европу), если не будут произведены платежи. Все обошлось. Киев отреагировал мгновенно. Потом были подписаны соглашения Украины с ЕС по модернизации украинской газотранспортной системы, вызвавшие крайне нервную реакцию Газпрома и чиновников из правительства. Каким может быть продолжение газовой истории? Каково положение Украины?

- Очевидно, власти Украины находятся под давлением стран ЕС, для которых новое прекращение поставок газа нежелательно. При этом финансовое положение Киева нельзя назвать даже относительно устойчивым. Экономика Украины в тяжелом положении, а государство не располагает ни резервами, ни стратегией борьбы с кризисом. Вполне возможно, что Украина и дальше будет срывать график поставок, а это в определенный момент сделает вероятным новое отключение Европы. Однако вряд ли подобное произойдет до нового падения мировых цен на нефть. Угроза прекращения поставок газа остается для России главным инструментов борьбы со снижением стоимости нефти.

Долгие месяцы новое падение цен на нефть, а значит, и на газ, оставалось кошмаром для российских чиновников и сырьевых монополий. В Кремле не забывают об угрозе нового падения цен. Правительство стремится прежним способом - нагнетая тревогу перед сбоем поставок - продлить ценовую стабилизацию насколько возможно. На это направлены многочисленные выпады в адрес властей Украины (которые, конечно, далеко не добросовестные покупатели).

Власти России недовольны тем, что в реконструкции украинской газораспределительной системы главную роль должны будут сыграть европейские компании. Европа вкладывает деньги в «повышение надежности украинского транзита», и, разумеется, этими деньгами не будут оплачены услуги российских компаний. Если бы РФ и Газпром хотели получить иной результат, требовалось строить отношения с Украиной совсем иначе. Но, конечно, наивно полагать, будто Украина - лишь жертва алчности российских монополий. Очевидно, что политика верхов страны привела ее к сегодняшнему плачевному состоянию. И присвоение газа российской корпорации - не единственное, что можно поставить в вину киевским чиновникам.

- Несмотря на улучшение настроения чиновников, в прессе звучат неутешительные прогнозы экономического будущего. В частности, предполагается, что по окончании кризиса в РФ сократится число металлургических производств, которые не понадобятся в прежнем количестве. Каков ваш взгляд на проблему?

- То, что промышленность понесет от кризиса тяжелые потери, бесспорно. На это указывают текущие хозяйственные процессы. Однако разговоры о окончании кризиса несвоевременны: их порождает лишь обманчивость стабилизации. Неверно также полагать, что после ликвидации кризиса (далеко не близкой) «столько производств не понадобится». Понадобится, и будет недостаточно. Потери индустрии придется восстанавливать. Нежелание чиновников сейчас серьезно бороться с кризисом дорого обойдется экономике.

Кризис подталкивает к росту монополизма: произойдет еще много поглощений и слияний. Многие компании не выдержат нагрузки. Впереди - масса банкротств. Монетаристы могут надеяться на скорое окончание кризиса, но научный взгляд на ситуацию не позволяет питать подобных иллюзий.

Сокращение производства в России в ходе кризиса будет повсеместным. Даже нефтегазовая отрасль понесет большие потери, хотя в компаниях этого сектора в подобное еще не готовы поверить. По мере развития хозяйственного спада мы получим схлопывание производства по всем отраслям, причем падение будет подталкивать новое падение. Принцип домино продолжит действовать, пока не начнется борьба с кризисом, то есть пока не изменится вся экономическая политика государства.

- Владимир Путин в одном из своих выступлений оценил антикризисные меры в 4,5 % ВВП. По его словам, если прибавить к этому еще усилия ЦБ, то «потянет на все 12 % ВВП»…

- Это очень туманное высказывание. Речь, очевидно, идет о воображаемом размере ВВП. Власти по-прежнему не готовы дать ответ, за счет чего может быть остановлен спад в промышленности и как восстановить утраченные показатели. Цифры выглядят внушительно, но они ни о чем не говорят. Среди многочисленных затрат правительства нет главной статьи - помощи населению как главного фактора борьбы с кризисом. Нет также системности в борьбе с кризисом, что делает меры властей бесполезными.

От траты государственных средств реально ожидать лишь временной стабилизации положения отдельных компаний, причины кризиса затронуты не будут. Как только выделяемые казной средства окажутся израсходованными, выяснится полная бесполезность подобной «борьбы» с кризисом. Объективности ради нужно признать, что в 2008 году такое уже несколько раз было. В 2009 году это также случится: денег для поддержания платежной устойчивости ведущих компаний будет нужно все больше, а общеэкономическая ситуация от этого продолжит только ухудшаться. Стабилизации будут сменять волны быстрого падения, а кризис продолжится. До дна ему еще очень далеко. И конечно, он не боится процентов ВВП, брошенных на борьбу с ним. Значимы лишь реальные меры по развитию рынков, производства и его технологической основы, которые невозможны без финансирования науки, социальных программ и иных системных мер.

- Правительство, наконец, представило свою антикризисную программу. Можно ли считать ее адекватной условиям?

- Программа выглядит как очень недурно составленный популистский документ. С одной стороны, сделаны реверансы в сторону населения, с другой стороны - в сторону коммерческих структур. Сказаны даже волшебные слова о сохранении промышленного роста и развитие внутреннего спроса. Но не приходится сомневаться, что меры по борьбе с кризисом останутся прежними. Падение цен на нефть может обернуться новой девальвацией рубля (уже большей), и внутренний спрос получит новый удар. Ориентированные на внутренний рынок производители опять будут принесены в жертву корпорациям-экспортерам. Рабочие опять заплатят за «антикризисный пакет помощи», которую получат монополии.

Программа не ставит вопрос о ликвидации безработицы и резком повышении платежеспособного спроса (нет цифр и нет понимания значимости этих мер для экономики). Правительство старается упомянуть обо всем, но при этом не предлагает системы развития национальной экономики. Из программы совершенно не ясно, почему вдруг национальное хозяйство должно заработать.

- Сейчас активно обсуждается возможность привлекать средства части госкорпораций для покрытия дефицита бюджета 2009 года - власть готова рассмотреть и такой вариант решения проблемы. В «Олимпстрое», «Роснано», Фонде содействия реформированию ЖКХ подтверждают факт переговоров. Как вы оцениваете эту инициативу?

- Очень может быть, что государству придется брать средства из своих мегапроектов. Ситуацию в экономике это не изменит - речь идет лишь об одном из источников покрытия возрастающих расходов. Решение об использовании средств госкорпораций будет означать свертывание этих якобы важнейших для страны проектов. От Олимпиады не откажутся, откажутся от размаха. Что касается «Роснано», то этот проект изначально не имел шансов на успех.

- Что вы думаете о продолжающихся, но все еще безрезультатных, переговорах о вступлении России в ВТО?

- Сейчас власти РФ стремятся поскорее вступить в ВТО и готовят все необходимое - удовлетворяют выставленные требования. На это, в частности, направлен и пресловутый закон о копировании, санкционирующий уголовное преследование за копирование информации в глобальной сети. Правительство еще верит, что цены на нефть долго удержатся на зимнем уровне. Не так оптимистичны в Газпроме. Реальность такова, что новая полоса снижения цен на углеводороды впереди, а это означает, что вопрос о вступлении в ВТО опять может оказаться в кризисе из-за нефти. Продавать нефть ниже себестоимости российским монополиям невыгодно, даже если страна станет членом ВТО. В целом для экономики вступление в ВТО будет означать мощнейший удар. Для борьбы с кризисом требуется не присоединяться к ВТО, а устанавливать таможенные барьеры и стимулировать спрос на собственном, внутреннем рынке.

- Перейдем от хозяйственных институтов и стратегий к людям. На сколько упали денежные доходы населения, каковы причины снижения уровня жизни в России? Стоит ли ожидать нового падения доходов трудящихся?

- Процесс падения доходов неоднороден. Потерявшие заработок люди уже в достаточно тяжелом положении. У большинства нет сбережений. Государственное пособие получить крайне сложно, несмотря на его ничтожный размер. Реально встает вопрос голода. Те, кто еще сохраняют работу, ощутили только снижение доходов. Им приходится больше экономить, некоторые не могут уже платить по долгам. Общий рост цен, несмотря на девальвацию, пока сдерживается заполненностью рынка нереализованными товарами.

Причин снижения уровня жизни две: падение доходов (рост безработицы и сокращение зарплат) и ослабление покупательной способности рубля. Вторая причина складывается как из эмиссионной политики государства, так и из общего сокращения потребления, вызывающего рост цен на товары первой необходимости. То есть растут цены на те товары, которые находят покупателей, - сейчас это продовольствие самого дешевого класса. Остальное не дорожает, потому что не продается.

Поражение кризисом промышленности началось осенью 2008 года. Спад в индустрии еще только начался. Впереди много месяцев падения производства и увольнений, прежде чем будет достигнуто дно. Доходы населения в 2009 году еще значительно упадут. Инфляция ускорится, сейчас этот процесс сдерживается снижением цен на некоторые застрявшие товары (включая группы продовольственных продуктов). Уровень жизни к лету упадет, а к осени снизится еще больше. В 2010 году промышленный спад не остановится.

- Правительство России в четыре раза сокращает бюджет госпрограммы содействия добровольному переселению соотечественников, запущенной в 2006 году. Как вы прокомментируете этот шаг?

- Программа содействия «возвращению соотечественников» не была бескорыстной. Она предусматривала материальную помощь квалифицированным специалистам, желающим «вернуться на родину» вместе с семьями. Декларировалось, что за три года программой смогут воспользоваться не менее 300 тыс. человек. Однако в 2007 году лишь 700 человек смогли получить по ней помощь. В 2008 году программой воспользовались уже 10 тыс. человек, что все равно очень мало.

Власти действовали и действуют в отношении русскоязычного населения стран СНГ цинично. Пока в экономике наблюдался подъем, квалифицированные соотечественники были нужны, теперь они становятся обузой. Тогда их заманивали, зная, что программа разработана так, чтобы не столько помогать, сколько декларировать помощь. Теперь про них решено забыть до нового хозяйственного подъема. Поэтому помощь им сокращают, а программу (красивую и полезную людям большей частью на бумаге) не улучшают, а свертывают.

- В феврале-апреле темпы роста безработицы замедлились. Однако проблема остается крайне острой. Некоторые чиновники уверяют, что ситуация с рабочими местами вскоре улучшится. Каков ваш прогноз на 2009 год?

- Для властей типично отставать от событий и маскировать подлинное положение дел. Поэтому из текущей ситуации делаются неверные, но приятные для публики выводы.

Действительно, темпы роста безработицы замедлились, но процесс не развернулся в обратном направлении. Число безработных на конец февраля оценивалось наблюдателями в 6-7 млн человек. За последующие два месяцы оно выросло, но не так радикально, как ожидалось. Произошло это из-за общеэкономической стабилизации, отчасти обеспеченной вливаниями средств в российские компании. Большую роль сыграло замедление падение или некоторое увеличение мировых цен на сырье.

Число безработных может удвоиться за год, а может и утроиться. Все зависит от скорости развития кризиса и от антикризисных мер властей. Пока они не сдерживают процесс, а работают на его ускорение (пускай и отложенное), например, девальвация рубля. Если по окончании периода стабилизации темп увольнений будет равен наблюдавшемуся в декабре 2008 года, то к 2010 году доля безработных в стране способно превысить 20 % от трудоспособного населения. Однако, скорее всего, показатель окажется ниже, но все равно будет очень большим.

- Как вы оцениваете действия правительства по поддержанию занятости? Как реализуется программа переобучения людей, потерявших работу?

- По большому счету, никаких программ нет. Однако ситуация исправима, вопрос исключительно в намерениях. Увы, намерения не прослеживаются, но если власти будут принуждены бороться с безработицей, их действия будут способствовать перестройке экономики и общему смягчению кризиса. Пока это вопрос будущего, время стабилизации плохо подходит для того, чтобы представить новый период спада. Работодатели сейчас увольняют людей, поскольку сокращается спрос. От увольнений спрос снижается еще больше, подстегивая новые увольнения. Ситуацию нужно развернуть - только в этом и состоит антикризисная политика. Власти раздают корпорациям кредиты, что откладывает, но не снимает проблемы.

- Изменилась ли экономическая политика США с избранием нового президента? Какова перспектива хозяйственных перемен в мире в связи с антикризисной политикой Соединенных Штатов? Как может развиваться экономическая ситуация в целом?

- Политика Белого дома остается прежней, неолиберальной. Перемены малозначительны. США говорят о свободном рынке и собирают помощь для себя. Получают они ее только потому, что другие страны верят в восстановление экономики США в прежнем виде. Однако объективно (Обама тут ничего не планирует) США идут к сокращению цены американской рабочей силы. Это приведет к тому, что не США будут рынком для китайских товаров, а Китай рынком для американской продукции, производимой на дешевой нефти дешевым трудом в США. То есть такова первая фаза, начальная тенденция. Иначе куда направится сбыт американских товаров? Однако это будет уже несколько позже. Сегодняшние экспортеры в США (ЕС, Китай и другие) спохватятся. Получится, что все закроют рынки перед носом друг друга и будут жестко регулировать товарный обмен. Но это будет уже во второй фазе кризиса. Тут выяснится, что проблема не решена: сбыта все равно нет, поскольку покупатели уже сильно обнищали и дешевое сырье при старых технологиях не помогает. Энергосбережение - глупость, а новых технологий в энергетике нет (это, кстати, гарантирует кризису долгую жизнь). На третьей фазе придется создавать рынки сбыта - это будет конец неолиберальной политики. Дальше начнется выход из кризиса при переформатировании мировой экономики. И уже затем откроется рост на новой технологической (и энергетической) базе при новом геополитическом и внутриполитическом раскладе (повлияет борьба классов).

28.04.2009 - Большие банки и маленькие люди

Почему крупнейшие банки получают помощь, а должники теряют дома? Отчего антикризисная политика так социально несправедлива?

Свыше десяти тысяч дел о неуплате ипотечных кредитов в России находится в судах. Еще примерно 110 тысяч заемщиков, по мнению Ассоциации региональных банков России, вскоре могут столкнуться с подобными проблемами. Более трех тысяч судебных дел завершено. Вынесенные по ним решения гласят: обратить взыскание на заложенное имущество, иными словами - изъять у должников жилье.

Стабилизация нефтяных цен и девальвация улучшили настроение чиновников. Но десятки миллионов россиян не почувствовали улучшений, подаренных мировой конъюнктурой и хитроумностью государственных финансистов, так ловко ослабивших рубль. Напротив, несмотря на публикацию антикризисной программы правительства и отчет кабинета в Думе люди встревожены кризисом не меньше, чем прежде. Их беспокоят не проблемы, о которых говорят по телевизору банкиры и министры. Их беспокоят собственные трудности.

Те, кто в период подъема приобрел жилье в кредит, теперь вынуждены бороться со все более осложняющимся финансовым положением. По открытым данным, просроченная ипотечная задолженность в январе составляла 0,7 %, а в феврале поднялась до 0,73 %. Весной лучше не стало. К апрелю доля просроченных рублевых ипотечных кредитов оказалась выше 1 %, а валютных - более 3 %. Все эти данные производятвпечатление сильно заниженных. Банки явно обеспокоены ситуацией гораздо больше, чем на несколько процентов. Кто, кроме них, обладает всеми данными по ситуации?

Еще хуже, чем у ипотечных должников, оказалось положение частных компаний. По статистике Банка России, просроченные кредиты в портфелях банков составили в апреле 3,3 %. В реальности доля просроченных долгов в апреле должна была превысить 15 %, а возможно, приблизилась к 20 %. В условиях кризиса все больше должников не в состоянии покрывать высокий российский банковский процент. Продолжает снижаться рентабельность компаний, падают доходы населения. Промышленное производство в стране за первый квартал упало на 15 %.

Неплатежи по ипотечным долгам становятся серьезной, растущей и долговременной проблемой для банков. Наряду с увеличением доли просроченных долгов компаний они будут все больше способствовать ухудшению положения кредитных институтов. Государство надеется поправить дела банков денежными вливаниями, но со временем оно может стать основным (едва ли не единственным) источником их финансирования. Подобное положение устраивает большие банки, но его никто не собирается распространять на простых людей. Поэтому люди вправе спросить: почему никто не намерен им помогать?

Если ведущие кредитные институты в результате своей политики несут убытки, то государство спешит им на помощь. Но если маленький человек не может платить по долгам, то государственная машина с легкостью лишит его имущества в пользу большого банка. В подобной логике нет ничего странного. Чиновники вправе тоже задать трудящимся вопрос: чего ради государство должно вам помогать? Власть в стране принадлежит крупным собственникам, а не абстрактному «многонациональному народу России».

Пока в мировом хозяйстве продолжается полоса стабильности, ситуация с просроченными ипотечными долгами будет ухудшаться медленно. Так же медленно будут накапливаться проблемы в банковском секторе. Однако начало нового периода быстрого падения способно сделать проблемными половину и больше займов. Потенциал ухудшений очень велик и пока даже не осознается, как год назад не осознавался сам экономический кризис. Государству, несмотря на очередной прилив оптимизма, вряд ли удастся заменить своей финансовой помощью прежнюю доходность банков. Экономическая активность в стране в 2009 году еще существенно снизится.

Все годы экономического подъема банки раздавали кредиты, теперь оказавшиеся в большой мере плохими. Наиболее неразумной оказалась политика больших, а не средних и малых банков. Им были доступны дешевые западные займы, что позволяло спекулировать капиталами. Займы брались под низкий процент, а предоставлялись часто под завышенный в два и три раза. Число проблемных кредитов выросло, и банкиры немедленно пожелали поднять процент по кредитам. Положение должников не принималось во внимание. Но не это стало для банков «спасительным источником». При первых же трудностях на помощь к большим банкам поспешило государство с безграничными возможностями по «докапитализации».

Экономической прессе еще долго предстоит удивляться, почему предоставленные банкам кредиты не дошли до реального сектора. Но разве чиновники не знали заранее, что банки не станут раздавать дополнительные кредиты «плохим должникам»? Все это изначально брали в расчет. Все это изначально было частью государственной политики, нацеленной на помощь сырьевым корпорациям, крупнейшим банкам и неоказание поддержки населению. В сущности, правительство беспокоило и беспокоит лишь положение монополий, частью которых являются большие банки. Никакой иной антикризисной политики нет.

Маленькие люди и прогорающие предприятия могут потратить еще немало времени на удивление. «Патриотические экономисты» способны написать еще сотни невнятных трактатов по спасению экономики от кризиса, наперебой предлагая их чиновникам как «самые лучшие для страны и экономики». Все это не изменит существующего порядка. Крупные банки (ВТБ, Газпромбанк, Сбербанк) останутся равнее равных, а государство будет проводить прежнюю политику. Трудящимся не стоит рассчитывать, что чиновники вдруг осознают, что пособия по безработице в 1000 рублей недостаточно для жизни. Все, что есть «безумного» в антикризисной политике властей, - хорошо продуманные и очень нужные для сырьевых гигантов и их банков меры.

Что же способно изменить ситуацию? Наверняка это не глобальное чудо, которого ждут власти. Чтобы в России что-то стало по-новому, необходим субъект перемен.

29.04.2009 - Интервью Реалтпресс - «Окончание стабильности»

Что готовит нам период экономической стабилизации? Какова ее природа? Стабилизация - это пауза перед новым падением или вестник скорого завершения кризиса? Что ожидает Россию в 2009 году? На наши вопросы отвечает Василий Колташов, руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений (ИГСО).

Около 70% строительных компаний в России находятся на грани банкротства. Такое заявление сделал недавно вице-президент Ассоциации строителей России Владимир Пономарев. О чем говорят эти данные?

Стабилизация посеяла массу иллюзий. Главная из них: бесконечность периода стабильности. На деле финансовые ресурсы, затраченные государствами на поддержание платежеспособности компаний, подходят к концу. Не только в России, но во всем мире приближается новая волна кризисного падения. Она наверняка окажется сильнее первой. Отложенная эпидемия банкротств вероятно вскоре начнется.

Правительству удалось за последние месяцы удержать под контролем ситуацию с текущими платежами крупнейших компаний. Однако никаких серьезных шагов по поддержанию и увеличению потребительского спроса сделано не было. Многие заводы получили возможность работать, но не на сбыт, а на склад. Сектор строительной индустрии по темпу ухудшения ситуации остался в числе лидеров. Продавцы жилья идут уже на 50% скидки от заявляемой цены, но ситуация на строительном рынке по-прежнему очень плохая. Оснований для ее улучшения нет. В старом, докризисном виде рынок недвижимости в России больше существовать не сможет. Но никаких шагов к его перестроению со стороны государства не видно. Люди по-прежнему не могут приобрести жилье, а строители реализовать его. При том огромные средства за первые полтора года борьбы с кризисом ушли в неизвестность.

Правительство всеми силами вливает в ипотечные банки новые деньги. Но ситуация на рынке ипотеки остается сложной. Агентство по реструктуризации ипотечных жилищных кредитов (АРИЖК) бросило все средства головной структуры, государственного Агентства по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК), на уплату процентов за проблемных заемщиков. Неужели нет других средств, чтобы простимулировать внутренний спрос на недвижимость, кроме как надувания банков государственными деньгами?

В основе проводимой в России (почти во всем мире) неолиберальной экономической политики лежит порочный принцип. Считается, будто рабочая сила берется на рынке труда, капиталы дает кредитный рынок, а сбыт товаров осуществляется на товарном рынке. В реальности рабочая сила не рождается на рынке труда, как хлеб не образуется в хлебных магазинах. Чтобы товары находили сбыт необходимы потребители, которые получают средства от трудовой и коммерческой деятельности. Только на эти средства они могут приобретать нужные им предметы.

Порочность неолиберальной экономической политики состоит в том, что ни делается ничего, чтобы поддерживать потребителей или содействовать повышению качества специалистов на рынке труда. Все это якобы должен осуществлять рынок. На деле отсутствие в экономике и обществе регулирующей и организующей роли государства ведет в условиях современного кризиса к схлопыванию отраслей и крушению семейных бюджетов. Власти пытаются поддерживать финансовую сферу, на что брошены уже огромные суммы, а фундамент экономики разрушается. Вся стабилизация в мировом хозяйстве является верхушечной, но цена, заплаченная за эту сомнительную стабильность колоссальна. Не менее 2 триллионов долларов израсходовано на то, чтобы ничего не меняя в реальном секторе и положении населения, как работников и потребителей, создать видимость нормализации положения крупнейших компаний.

Чтобы поднять спрос на недвижимость необходимо изменить сам принцип функционирования жилищного рынка и характер государственной политики в данном вопросе. Жилье, как и здравоохранение не могут быть чисто рыночными. Государство должно обеспечивать людям бесплатно наилучшие условия лечения, вернувшись к нерыночной, бесплатной и бесполисной медицине. В жилищной сфере нужна большая национальная программа по закупке жилья и его предоставлению людям на доступных условиях (по минимальной цене или бесплатно) как в аренду, так и в собственность. При этом государство обязано установить твердые закупочные цены и снять с подрядчиков колоссальную нагрузку, связанную с покупкой земли и оплатой проведения коммуникаций. Земля в городах не может быть частной собственностью, ей должны распоряжаться муниципалитеты и центральные органы власти.

Все это регулируемый рынок. Описанные меры облегчат положение работников, снимут с них часть нагрузки, что положительно отразится на потребительской активности. За последние тридцать лет забылась простая истина, что накопление потребителей для экономики есть зло. Но если люди вынуждены взваливать на себя огромные займы, то это двойное зло для всей хозяйственной системы.

Преобразования в жилищной сфере помогут строительным предприятиям выйти из тупика. Все, что было сделано до последнего времени, не сняло ни одной проблемы. Они накапливаются с ужасающей скоростью. Обещания либеральных экономистов, что кризис сам по себе закончится и все будет по-прежнему, не многого стоят. Ни один из крупных кризисов в истории капитализма не оставался без больших перемен. Каждый раз они диктовались новыми экономическими условиями. По-старому ни экономика, ни строительная отрасль работать не будут.

Есть ли альтернатива «американской модели» ипотечного кредитования, которая, по мнению многих, себя не оправдала, и, более того, стала «спусковым крючком» мирового финансового кризиса?

Вполне справедливым явилось бы предоставление жилья в кредит людям со стороны государства под низкий или нулевой процент с небольшим установленным размером ежегодного платежа. Это компенсировало бы отчасти расходы бюджета на широкую закупку жилья для населения (общенациональная программа) и притом не стало бы тяжелой обузой для должников.

Себестоимость строительства, согласно официальным данным, снижается. Однако снижается только за счет падения цен на стройматериалы. Как видно, российские застройщики не слишком заботятся о снижении издержек внутренними резервами. Однако как многие считают, основную нагрузку в себестоимости играют две вещи - цена земли (местные власти), коммуникации (местные власти и естественные монополии). Как можно было бы повлиять правительству на эти два ключевых фактора, сформировавших зашкаливающие цены на «бетонометры»?

Боюсь, что без радикального переустройства всей государственной системы никакие меры не могут быть реализованы, включая названные мною выше. Но точно также и преодоление кризиса не является чем-то, что можно осуществить просто приняв некий пакет мер. Требуются даже не новые механизмы, а совершенно новые условия для функционирования механизмов. Земля, подведение электричества и прокладывание водопровода не должны вообще быть проблемой. Пока они искусственно таковыми остаются, не может быть хороших рецептов по оздоровлению ситуации в жилищном секторе. Люди останутся без жилья, а строительные компании будут метаться между растущими долгами и падающими продажами.

Разумеется, чиновники ожидают чуда: скачка мировых цен на нефть и иное сырье. Но на планете нет потребителей, способных покупать товары прежней себестоимости. Чуда не случится ни в 2009 году, ни в 2010 году, ни позже. Когда начнется подъем, он произойдет в результате технологического обновления индустрии, при удешевлении энергии (объективно необходимой, поскольку труд больше не может дешеветь) и широких мер регулирования. Страны будут вынуждены сами создавать рынки сбыта для своих производств. Россия не имела и не имеет выбора: можно либо стоять на месте (расходую последние валютные резервы) либо перестраиваться и переходить к обновлению и экономическому росту.

В течении последних месяцев различные чиновники высказывали мнение, что дальнейший экономический спад впереди. Подобные оценки контрастировали с острожными позитивными прогнозами других государственных лиц. Неожиданностью для многих стало заявление «вчерашнего оптимиста» министра финансов Алексей Кудрина. «Мы ожидаем вторую волну проблем, в том числе в банковской системе, в связи с невозвратом кредитов предприятиями», - сказал он. Какой макроэкономической динамики стоит ожидать до конца года?

Чиновники, наконец, начали приближаться к реальной картине. Действительно, открывают они для себя, кризис далеко еще не завершен. Впереди новая волна падения, она может несколько отложиться, может грянуть внезапно - еще весной. Но она будет. До конца года дно кризиса достичь не удастся. Спад только еще разворачивается. Развиваться ему, как и ранее предстоит нелинейно и неравномерно по отраслям. Нас ждет полоса глубокого падения производства и продаж, вслед за которой начнется новая стабилизация. Вероятно, она не станет столь продолжительной, как текущая. Реагировать на продолжение падения власти (не только российские) будут по-старому. Крупнейшим компаниям предоставят новые кредиты, очевидно еще большие, чем прежде. Однако базисный спрос вряд ли получит поддержку. В случае падения цен на нефть страну, вероятно, ждет новая девальвация рубля. Она еще более ухудшит ситуацию с платежеспособным спросом. Более драматичным станет положение с долгами среднего и малого бизнеса, а также населения. Вполне возможно, начнется полоса массовых банкротств компаний.

Странно, что Кудрин выступает негативным оракулом. Весь минувший год он демонстрировал в самой неподходящей обстановке уверенность в настоящем и будущем. Теперь ведет себя иначе. Скорее всего, его текущая объективность в суждениях обусловлена некими скрытыми процессами в верхах. Вполне возможно на новом этапе спада Кудриным могут пожертвовать, свалив на него вину за все неудачи антикризисной политики. Это, конечно, будет несправедливо.

Всего, что угрожает отечественной экономике можно избежать. Чтобы хозяйственная ситуация в России к концу года предстала не полной драматизма, а внушающей оптимизм с кризисом необходимо вести борьбу. Но в этой борьбе необходимо исходить не из текущих проявлений кризиса, а из его фундаментальных причин.

В чем по-Вашему проблема российской антикризисной политики?

Проблема антикризисной политики в России - отсутствие ее как таковой. Имеет место лишь борьба с симптомами кризиса. За счет огромных финансовых затрат и ослабления национальной валюты власти сбивают температуру, но не ликвидируют заболевание. Экономика по-прежнему погружается в кризис: рабочие места сокращаются, доходы населения снижаются, внутренний спрос падает. В результате промышленное производство и объем торговли сокращаются. Не сделано ничего, чтобы изменить эту ситуацию. Стабилизировались временно цены на нефть, но это не является спасением для всей экономики. Сколько еще они продержатся на текущем уровне? Спрос на углеводороды не прекратил сокращаться. Промышленное потребление нефти еще заметно упадет в ходе второго квартала.

Российское государство в скором времени может прибегнуть к внешним заимствованиям для борьбы с кризисом. С чем это может быть связано?