Помоги проекту - поделись книгой:
— Рассказывай мне генеалогию со-герцогов Солье и Гриза, — сказал он.
— Ты же сам Солье, зачем тебе? — ехидно спросил Иен.
— Болван. Думаешь, я это все заучивал? На это герольды есть.
— В году семисот пятом к верховьям реки Дальняя у Серых Гор пришел караван поселенцев из княжества Дилон. Караван вели богатый торговец Крон Гриз и капитан стражи Сел Солье. И хотя не было золота в Серых Горах, но земли им полюбились, и основали они со-герцогство Солье и Гриз…
Трикс подумал, что со-герцогством новые земли стали без малого через полвека, когда правили уже сын Села Солье и дочь Крона Гриза. Король не раздает титулов каждому удачливому авантюристу — впрочем, будущие со-герцоги оказались достаточно умны, чтобы регулярно отсылать королю налог и дважды поддержать его войсками…
— Рассказывай дальше, — велел Трикс.
Конечно, он должен был все это знать и сам, не полагаясь на герольдов и летописцев. Знание родственников (а все благородные люди родня друг другу) не только дань вежливости, но и очень полезно в жизни. Кого-то можно удачно уязвить, подав к пиршественному столу только рыбные блюда, кому-то вовремя польстить, припомнив один-единственный выигранный турнир. И Трикс все это учил, да, конечно же, учил! Слушал летописца, кивал, в нужный момент задавал вопросы и прекрасно мог повторить все услышанное… целый день мог повторить, и даже на следующее утро. А потом будто вытряхивал из головы за ненужностью, освобождая место для новой порции имен, дат и историй.
Трикс вздохнул. Сказал:
— Повтори, что там про Третью Великую Войну?
Замок показался к пяти часам пополудни. Трикс встал на носу лодки, поставил ладонь ко лбу козырьком, прикрываясь от яркого солнца. Не самый большой замок, стены высоки только со стороны берега, у воды — совсем низкие, хотя и с множеством бойниц. Над главной башней реял флаг — две золотые рыбы на синем фоне.
— Чей замок? — ехидно спросил Иен.
— Барона Тора Галана, барона-рыбака, — ответил Трикс. Историю близких соседей он худо-бедно помнил. — Особым указом князя Дилона Вразумляющего стены замка были срыты со стороны реки на три четверти. Дабы не были они выше, чем мачты княжеских кораблей…
Иен обиженно засопел.
— Причалим, — решил Трикс. — Какая разница… барон-рыбак — добрый, это все говорят. Греби к берегу!
— Уже гребу, — пробурчал Иен. — Я, между прочим, все руки стер!
— Оруженосцу не только не должно перечить своему господину, но даже и скорбным ликом или печальными вздохами показывать, что тяготит его служение… — Трикс оглядел свою одежду. Пуговиц на куртке нет, штаны рваные… — Снимай штаны!
— Ты чего?
— Я должен выглядеть достойно, а твои штаны чище.
— Так что, я с голым задом в замок пойду?
— Снимай, мои наденешь!
Пока мальчишки переодевались, лодку едва не пронесло мимо замка. Триксу даже пришлось самому взяться за весло. Вдвоем они кое-как выгребли к самому концу длинной деревянной пристани.
У берега было совсем жарко, текущая вода не освежала, а добавляла духоты. Стражники, сидящие под навесом из камыша, разглядывали мальчишек со скукой в глазах. Никто даже не пошевелился — ни поприветствовать, ни отогнать.
Трикс и Иен выбрались на влажные, почерневшие доски. Иен принялся наматывать веревку на причальный столб.
— Эй! — Один из стражников, помоложе, поднялся и неохотно вышел из-под навеса. — Шантрапа! Два медяка!
Иен замер, покосился на Трикса.
— С какой стати? — возмутился Трикс. — Указом его величества короля Маркеля, берега реки на два шага от воды являются его королевской собственностью! И любой честный житель вправе причалить где угодно!
Стражник засмеялся:
— Ученые! Гляди, ребята, какая нынче мелюзга образованная!
— Порют мало… — лениво отозвались из-под навеса.
Стражник посерьезнел.
— Причалить — да сколько угодно. Это ты прав, малец. А вот столб причальный — собственность барона Галана. Привязать к нему лодку стоит две монеты в день.
— Но вы можете отпустить лодку по течению бесплатно! — снисходительно добавил его товарищ.
Трикс молча полез в карман и достал серебряную монету.
Стражники замолкли.
— Сдачу, — велел Трикс.
— Это… — Стражник замялся. — Другой нет?
Трикс достал золотой.
Еще трое стражников вышли к лодке. В глазах у них появились и жадность, и опасение. Мальчишки-оборванцы, которые не боятся достать золото при стражниках?
А вдруг они имеют на это право?
— Привяжи лодку, да покрепче! — швыряя серебряную монету под ноги стражнику, велел Трикс. — А ты, — он ткнул в первого попавшегося из его товарищей, — проводишь нас к благородному Тору Галану.
Теперь глаза стражников настороженно шарили по ребятам. До незадачливых охранников причала наконец-то дошло, что у Трикса благородный выговор, а одежда хоть и грязная, но из дорогих тканей.
— Просим прощения, — поднимая и протягивая обратно Триксу монету, сказал молодой стражник. Если вначале Триксу показалось, что он в группе на вторых ролях, то теперь стало ясно — напротив, старший караула. — Гостям барона, само собой, платить не надо. А как доложить-то вас?
— Трикс Солье, наследник со-герцога Солье, — отчеканил Трикс. — Со своим верным оруженосцем, Иеном, кавалером Весла.
Глаза у стражника округлились. Видимо, слухи уже достигли владений Галана.
— Прощения просим, — повторил он, — ваше со-сиятельство. Будет немедленно доложено. Эй, Хомяк, живо к господину барону!
Пузатый стражник поднялся и затрусил к замку, клацая бронзовым нагрудником летних доспехов. Остальные тоже встали навытяжку.
— Не угодно ли… — молодой стражник замялся, — освежиться? Пиво?
Трикс подумал, что с такими манерами парень в стражниках не засидится, а быстро дорастет до лакея. И даже посмотрел на необожженный глиняный кувшин, соблазнительно стоящий в теньке под навесом. Но ответил достойно:
— Покуда скорбь о моих благородных родителях еще свежа, я не могу предаваться житейским радостям.
Судя по лицам стражников, слова произвели должное впечатление. Трикс переступил с ноги на ногу и задумался, чем бы закрепить эффект. Возможно, поведать о своем героическом бегстве из плена? Но бегство не слишком-то героический поступок, да и не бежал он вовсе. К тому же слишком много чести простым стражникам.
К счастью, замок Галана и впрямь был невелик. Пузатый стражник уже спешил обратно, смешно размахивая руками. Шагов за десять замедлил движение, чтобы отдышаться и торжественно объявил:
— Повелением его светлости, высокородного барона Галана…
Хотя Иен и стоял за спиной Трикса, как подобает приличному оруженосцу, но Трикс явственно почувствовал: его новый приятель готовится сигануть обратно в лодку.
— …со-сиятельству Триксу и его оруженосцу Иену предложено гостеприимство и отдых в стенах замка!
Выдохнув, стражник добавил:
— Велено вас со всей любезностью препроводить в большую гостевую комнату и умыть с почестями. Барон будет ждать вас к ужину.
Кроме слова «препроводить» Триксу все понравилось. В хрониках и летописях слишком часто препровождали в тюрьму или на плаху.
Со всей любезностью, конечно.
Иен бодро прошел от стены с окном до стены с дверью и воскликнул:
— Ха! Восемь шагов! Какая же у них малая гостевая, если это большая?
— Малая — меньше, — разъяснил Трикс. — Это большая, не сомневайся. Мы тут три года назад на вечернюю попойку останавливались, когда к старому князю Дилону ездили. Или четыре, — добавил он, помедлив.
— И все тут поместились? — удивился Иен.
— Почему все? На кровати спали отец с матерью, мне на лавке у окна постелили.
Иен с сомнением посмотрел на лавку.
— Я же тогда меньше был, дубина, — сказал Трикс. — А у дверей спал капитан стражи… А вся челядь — в малой гостевой. А прислуга во дворе и на конюшне…
В дверь постучали, но открыли не дожидаясь разрешения. Вошли два крепких лакея в выцветших ливреях цветов барона Галана: возвышенное желтое на благородном синем. Они с натугой тащили здоровенную деревянную лохань, полную горячей воды. Следом суровая немолодая особа несла два холщовых полотенца и ковшик с куском мягкого травяного мыла.
Трикс приободрился. Все-таки подобающие почести ему оказывали.
Как только слуги вышли, Трикс разделся и бесцеремонно залез в лохань.
— А я? — обиделся Иен.
— Ты сегодня уже купался. Забыл? И вообще, оруженосец всегда моется после своего господина.
Иен засопел, пробормотал, что раз уж он
Трикс намылился, с особым удовольствием взбил пену на голове. Подумал, что обливать господина водой — дело оруженосца, но приказывать Иену ничего не стал, а сам взялся за ковшик. Все-таки оруженосец Иен неопытный, низкого происхождения и потому от природы непочтителен.
Приведя себя в порядок, Трикс вытерся грубым, но чистым полотенцем, оделся. Сказал:
— Можешь помыться, мой верный оруженосец.
Иен нагнулся над лоханью, подозрительно посмотрел на покрытую грязной мыльной пеной воду. Сунул в воду палец, внимательно изучил и вытер о штаны. Со вздохом сказал:
— Я, наверное, мыться не буду. Я уже мылся сегодня. А два раза в день мыться — это плохая примета.
— Как хочешь. — Трикс не стал спорить. Это даже хорошо, что оруженосец будет чумазее своего господина. — Когда начнется торжественный ужин в мою честь — встанешь за спиной, понял? Когда я подниму правую руку, подашь туда салфетку. Когда протяну тебе тарелку, можешь с нее все доесть, прежде чем передать лакею. И не забывай подливать вино, понял? Бокал должен быть полон.
— Понял, — грустно сказал Иен.
— Ты не бойся, — успокоил его Трикс. — Я буду ровно половину съедать, а потом отдавать тебе. И перед тем как подливать вино, можешь допивать остатки из бокала. Я скажу, что это знак моей особой милости.
Иен повеселел.
Барон-рыбак совсем не изменился с тех пор, как Трикс с родителями гостил в его замке. Только пузо выросло еще больше, лицо стало багровее, нос покрыла красная сеточка жилок. Галан восседал на позолоченном деревянном троне, положенному по его положению. Маленькую баронскую корону, золотой ободок с одним-единственным красным камнем, он как раз снял и вытирал со лба пот.
Но взгляд барона остался цепким, умным, памятливым. Он мимолетно глянул в сторону остановившихся перед троном ребят — и Трикс понял, что его узнали.
Узнали, но промолчали.
Баронские чада с домочадцами, сидящие за накрытым к ужину небогатым столом, тоже молчали. И жена — тощая, носатая, с зачесанными в гладкий узел черными волосами. И двое средних детей — сын лет десяти и девочка лет семи, старшие служили оруженосцами или пажами при домах соседних баронов, младших кормили няньки, к столу их не звали. И два младших брата барона — тоже толстые и пропитые, но по причине безземелья и безденежья к тому же еще и мрачные. И капитан баронской стражи — мужчина бравый, весь в шрамах, но в небогатых доспехах и с нервно дергающимся от старой раны правым веком.
Колдуна у барона-рыбака не было. Колдуны не любят селиться в бедных замках мелких баронов. А замок был беден — витражи в окнах потемнели и почти не пропускали свет, с трона кое-где отстали тонкие листочки сусального золота, ковры под ногами протерлись, в канделябрах горело по одной свече, и не восковой — сальной…
Тор Галан медлил. Облизнул губы. Покосился на жену. Поднял взгляд к закопченному потолку. Уставился на носки своих туфель.
Трикс ждал. Либо Галан решится признать беглого наследника, либо объявит самозванцем. Если не признает… ох, кончилось бы дело одними лишь плетями…
Барон-рыбак вдруг улыбнулся, просветлел — и сразу стало понятно, чем он заслужил прозвище Добрый Барон.
— Трикс! Трикс Солье, мой мальчик! Ты жив!
Трикс облегченно выдохнул и только сейчас понял, как у него вспотели ладони.
Барон, приподнявшись в кресле, пристально посмотрел на него:
— Кто твой спутник?
— Иен, верный оруженосец! — отчеканил Трикс.
— Достойный оруженосец! — одобрительно сказал барон. — Не бросить своего господина в беде — славный поступок, который украсил бы и зрелого мужа благородных кровей… Идите ко мне, дети!
Трикс с Иеном приблизились к барону. Галан развел руки, обнял ребят и поцеловал каждого в макушку. От барона пахло вином, чесноком и псарней.
Поделиться книгой: