Тропа в Огнеморье

Девятый этаж сплошь состоит из узких специалистов и потребителей. Никто из них не имеет даже смутного представления о фундаментальных силах Вселенной. Кто-то производит на конвейере пули (и пули хорошего качества!), кто-то - стволы, кто-то - приклады. Кто-то по давно разработанной технологии собирает ружье, а кто-то - его покупает. Все вертится по давно проложенной гениями колее, и замечательно вертится!

Но у некоторых возникает каверзный вопрос: куда ведет эта циклопическая система этажей - к развитию или к деградации?! Вверх или вниз?!

И Регина ди Арс каждый раз с неизменным упорством отвечала: на 13-й этаж!"

8. "Предчувствие 13-го этажа"

("Мир Огнеморья")

"На второй девятке этажей радикально меняется направление развития. Радикально и драматично.

На десятом-двенадцатом этажах мир совершенных технологий и материального изобилия поворачивается своей демонической стороной.

Гигантские корпорации, заваливающие мир штампованным дерьмом. Агрессивная реклама, изощренно внушающая, что в этом дерьме и состоит подлинное человеческое счастье.

Ожесточенная борьба между Королями Конвейеров. Борьба, в которой они предпочитают свой любимый рецепт конкурентоспособности: еще большая автоматизация, еще более монотонный труд, еще более дешевая рабочая сила.

Оболванивающий труд, нездоровая среда, экологические катастрофы - отличный питательный коктейль для массовых психических эпидемий, да и для эпидемий вообще.

Тоталитарные секты, техно-террористы, просто маньяки. Прогресс техники делает все более доступным химическое, бактериологическое, ядерное оружие.

Катаклизмы, мутации и еще более опасные эпидемии. Разваливающийся мир...

Современники так отреагировали на первые публикации "27-и этажей": мир здоров, а вот ди Арс - глубоко больна.

Позже, когда кошмарные прогнозы этой книги стали сбываться один за другим, ди Арс стала одним из самых модных авторов и кумиром подростков.

На стенах деградирующих городов тут и там появлялся придуманный каким-то безымянным мальчишкой лозунг: МИР МЕРТВ. РЕГИНА ЖИВА!

А рядом писали лозунг самой ди Арс, считавшей, что ничто не происходит зря, и гибель одной цивилизации - это всегда рождение другой: МИР УМЕР. ДА ЗДРАВСТВУЕТ МИР! "

9. "Гондванелла"

("Мир Огнеморья")

"... С планетой действительно случилось нечто невероятное: "столкновение континентов". Как оказалось возможным столь невероятное событие? На этот счет существует безумное количество безумных гипотез.

Но известно лишь одно: настали вдруг роковые времена, и континенты, забыв о прежних привычках, ускоренно устремились навстречу друг другу. Естественно, в сопровождении землетрясений, наводнений, ураганов и торнадо.

Облик планеты изменился радикально. Исчезла большая часть суши. Ее скрыл бушующий Океан Туманов. Со всех сторон набрасывался он на один-единственный, новый, образовавшийся в результате трансформации прежних, континент.

Немногие выжившие назвали его "Гондванеллла". На юге Гондванеллы возникло Море Гроз, с Океаном его соединял Дарханский пролив.

Рухнул, рассыпавшись в мелкие брызги прежний, казавшийся незыблемым мир. Мир планеты Земля.

Из пены, пепла и молний рождалась новая реальность. Мир Огнеморья... "

10. Ловушка захлопывается

Пришельцы были вооружены мечами. Все здоровенные и высокие. Семь мужчин, две женщины.

Их оружие пока оставалось в ножнах. И на них не было доспехов. Возможно, это было немного самонадеянно с их стороны. Впрочем, у Эриконы оружия не было вообще.

Самый огромный из них, верзила высотой не менее двух метров, подошел к ней еще ближе.

- Тебе придется отправиться с нами, детка. - Ухмыляясь, сообщил он.

Эрикона, так же не спеша, сделала несколько шагов к верзиле. Потом резко метнула ему в лицо альбом.

Реакция у него была неплохая - альбом он перехватил в полете. Правда, для этого он поднял обе руки вверх, и это была смертельная ошибка. Резким выпадом правой руки Эрикона вонзила ему в живот остро заточенный карандаш. Карандаш вошел глубоко, достав до самой печени.

Верзила потерял сознание еще до того, как начал падать. И до того, как он потерял сознание, Эрикона выхватила меч из его ножен. И до того, как тело коснулось земли, меч со свистом "догнал" шею бывшего хозяина, и отсек его голову от туловища.

Теперь ближайший живой человек находился где-то в двух метрах от Медведицы.

Это была девушка. Крепкая, коренастая, видимо из крестьянской семьи. И теперь слегка растерявшаяся. Вряд ли, больше чем на секунду. Но секунда для Эриконы - это было чрезвычайно много.

Мощный короткий удар ногой по отрубленной голове, и она, взвившись как футбольный мяч, врезалась в лицо девушки, уже начавшей было вынимать свой клинок.

Ее переносица хрустнула, девушка, взвыв, схватилась руками за лицо.

Эрикона направилась к девушке. Сзади она услышала торопливые шаги: кто-то из ночных воинов собирался атаковать ее в спину. Она игнорировала нападавшего, пока не засвистел его меч. Тут Эрикона присела, одновременно развернувшись на 180 градусов, и распарывая мечом живот третьего противника.

Ни меч, ни Эрикона на этом не остановились: еще толчок, и оборот в продолжение предыдущего, и живот девушки также пересекла глубокая, кровавая полоса.

Эрикона отпрыгнула назад. Мужчина и женщина, шатаясь, стояли лицом к лицу, их глаза были широко раскрыты от изумления и ужаса, из распоротых животов обоих обильно вываливались внутренности и кровь.

Мужчина рухнул первым, девушка тут же упала на него сверху. Их тела тряслись в предсмертных конвульсиях.

Все прочие на поляне были неподвижны и молчаливы.

- Эй, Эшмун, - нарушил, наконец, паузу один из бойцов, обратившись к парню в центре, видимо, командиру группы, - что-то явно пошло не так.

- Все ко мне! - Тут же отозвался Эшмун.

Повторение не понадобилось: все тут же сбились в кучу, ощетинившуюся мечами. И эта темная куча, выпустив сверкающие клинки, стала медленно надвигаться на Эрикону.

Но поведение их противницы по-прежнему оставалось за пределами логики. Медленно, усмехнувшись, женщина-альвурх отшвырнула свой меч в сторону. Она соединила ладони, закрыла глаза. Что-то странное стало происходить с ее телом, с ее лицом - мелкие, несвойственные человеку толчки сотрясали Эрикону изнутри.

Потом во тьме вдруг, словно молния вспыхнул ее взгляд, и уцелевшие бойцы попятились назад, изо всех сил стараясь удержать мечи в бешено трясущихся руках. А им навстречу шла безоружная женщина, по-прежнему улыбаясь и не спеша. Вот только с головы до ног она была забрызгана кровью. И почему-то у нее оказались красные, ярко светящиеся глаза...

11. Тени Изнутри

Когда на очередной тренировке Ровена продемонстрировала движения Ласкового Урагана, это произвело впечатление на всех, даже на гроссмейстера.

Впрочем, он тут же уточнил:

- Не думайте, что успехи в произвольной программе, избавляют вас от общей физической подготовки.

И двум фехтовальщицам пришлось изрядно попотеть, в то время как Феличия по-прежнему лишь наблюдала, или беседовала с Дривом об общемировых проблемах...

Вечером Ласковый Ураган пригласила подруг отметить успехи "на Крыше". По такому случаю сюда были принесены легкие закуски и кувшинчик с элем.

Ровена первая почувствовала сонливость, и отправилась спать. Феличия и Изабелла медленно допивали эль, и отыскивали в бездне над головами знакомые созвездия.

В центре небесной чаши величественно воцарилась Аракуда, королева магов. Но из звездного тумана Стожаров к ней коварно подбирались Тур-Убица и Железный Вепрь. А на краю небосклона увлеченно преследовали кого-то Большая Волчица и Птица Возмездия Эрийон.

- Вроде все так хорошо складывается, - неожиданно даже для самой себя сказала Изабелла, - а мне почему-то неспокойно...

- Отчего же?

- Да вроде как из-за мелочей. Хотя мелочи ли это? У меня на тренировке сегодня случилось какое-то раздвоение. С одной стороны, я, вроде как радовалась за Ровену. Но где-то в глубине была и досада - она уже нашла свою Связку Силы, а я все еще нет. Я ведь завистливых людей терпеть не могу. Но неужели и сама могу оказаться такой?!

- Я за тобой этого не замечала. - Заверила ее Феличия.

- Но раньше-то и поводов серьезных не было. В "Орхиене", я никогда не отставала в учебе. А там ведь, по существу, достаточно быть старательной посредственностью. К Ровене я привыкла относиться покровительственно, почти, как к более младшей. Но когда дошло до действительно не простой задачи - она меня обошла.

- Послушай, Волчонок, - Феличия шутя, но достаточно крепко потрепала густые черные волосы своей подруги, - ты уж слишком к себе строга. И Ровенку ты, на самом деле, любишь, и никакая ты не посредственность. Я ведь вас очень хорошо чувствую. Просто у Ровенки Сила на поверхности, вот она и проявилась так быстро. А твоя - может и помощнее, но спрятана глубоко. Зато, когда ты ее найдешь - тот еще фейерверк будет!

- Значит, беспокойство мое - пустое?

- А вот этого я не говорила! - Феличия многозначительно усмехнулась.

- Боже мой! - Изабелла схватилась за голову. - Эль выпили весь, а голова так и не прояснилась. Уже ничего нельзя понять!

- Понять может ничего нельзя, - согласилась Феличия, - но почувствовала ты кое-что верно. Не все с нами в порядке. Не только с тобой одной - с нами со всеми. Мы, кстати, с Дривом тоже сегодня об этом говорили. Он называет это тени изнутри.

- Это что еще за чертовщина такая?

- Вот именно - чертовщина. Мы ведь не ангелы - люди. И в каждом из нас может прятаться всякая муть, о которой мы порой и не догадываемся. Но пока мы слабы - все наши части слабы - и те, что хорошие, и те, что не очень. Но, открывшись Силе, мы получаем ее целиком. Все в нас становится сильнее - и хорошая сторона, и плохая. Вот тут мы и сталкиваемся с тенями изнутри.

- Жуть какая-то! - отреагировала Изабелла. - Дриву стоит объяснить это поподробнее. Да и с обретением Силы может не стоит двигаться так быстро?

- Расклад здесь такой, - пояснила Феличия, - обретешь Силу - нападут тени изнутри. Не обретешь, останешься слабой - придут тени извне и прихлопнут!

- Да откуда столько этих теней долбанных?! - Изабелла и сама не понимала толком, что ее так сильно разозлило - разговор ведь, вроде бы, шел отвлеченный и теоретический.

Но Феличия осталась спокойной, словно набралась у Дрива не только идей, но и его флегматичности:

- Просто время такое пришло - Час Теней. Вот они отовсюду и повылазили...

12. Ошибка Сезона

Уже на подходе к поляне, Хлодвиг столкнулся с вооруженными людьми. Они так стремились удрать, что даже не обратили на него никакого внимания.

Стало ясно - предчувствия не обманывали - ловушка сработала сегодня. Хлодвиг перешел с быстрого шага на бег.

Выскочив на поляну, он споткнулся обо что-то, оказавшееся отрубленной человеческой головой, и упал на два лежащих крест-накрест трупа.

Как ужаленный, взвившись вверх, Хлодвиг, наконец, увидел в полумраке Эрикону. Она неподвижно сидела в позе для медитации. У ног ее лежал кто-то, тихо стонущий и слабо шевелящийся.

Хлодвиг сделал шаг.

- Погоди! - Подняв руку, предостерегла его Эрикона.

Голос ее был до того странным и пугающим, что у Хлодвига пропало всякое желание двигаться дальше...

Сознание медленно возвращалось к Эшмуну. Он не очень-то был этому рад. Вместе с сознанием неотвратимо возвращалась и память о недавно пережитом кошмаре...

Его подчиненные предпочли бегство бою. Пятеро верзил улепетывали словно зайцы. Возможно, их паника была чрезмерной, и бегство - ошибкой. Ошибкой, но не Ошибкой Сезона. Ошибку Сезона совершил он, Эшмун, не присоединившись мгновенно к уже стартовавшим бегунам.

Но масштаб Ошибки стал ясен лишь через три секунды, за которые ему сломали правую руку, левую ногу, и, наконец, вырубили ударом локтя в висок...

И не пытаясь подняться с земли, он лишь нашел взглядом лицо сидевшей перед ним женщины-альвурха. Процесс исчезновения багрового огня в ее глазах пугал не меньше, чем процесс его появления.

Впрочем, помудревший за те три секунды Эшмун, теперь хорошо понимал: этот нечеловеческий огонь никогда не уходит далеко и надолго, он остается где-то здесь, в этой сумасшедшей женщине, в таинственных глубинах ее неистовых глаз...

Быстрым, почти неуловимым движением Эрикона поднялась на ноги.

- Нам предстоит непростая ночь, - сказала она спокойно и отрешенно.

С этим утверждением никто на поляне спорить не стал - ни мертвые, ни живые, ни живые наполовину...