Итак, мы расстаемся. Я буду помнить вас до конца жизни. Прощайте!

Он поклонился и пошел вниз, в город. Через минуту путешественник растаял в темноте.

Коля и Сид постучали в дверь дома.

— Входите,- раздался голос за дверью. Они вошли.

За столом сидел пожилой человек в пижаме. Перед ним стоял огромный самовар. Он опускал коричневый сухарь в стакан чая, затем с наслаждением обсасывал его. Капли пота бежали по его лицу. Судя по всему, он опорожнял самовар давно.

У Сида был растерянный вид: за столом сидел не Алихандро Барчикрак.

— Что же вы стоите, молодые люди?- спросил хозяин, посасывая сухарь.- Если вы туристы, то доставай! гитары и пойте про мужскую дружбу, про горы и дожди Если вы грабители, то начинайте грабить. Ну, а если странствующие поэты…- он вздохнул,- валяйте тогда свои стихи.

— Мы ни те, ни другие, ни третьи,- сказал — Коля — Нам нужен артист Алехандро Барчикрак.

— Алехандро больше нет,- печально ответил хозяин дома. Он помолчал.- Год назад Алехандро погиб в театре когда в сотый раз играл гонца. Он, как обычно, взвалил на себя лошадь, вышел на сцену, сообщил о победе, рухнул, и больше не встал…

— Бедный Алехандро! — Сид зарыдал, прислонившись к косяку. Коля и Леро начали его успокаивать. Хозяин дома поднялся из-за стола и сказал:

— Вижу, вы очень любили Алехандро. Буду рад, смогу заменить брата. Давайте знакомиться. Алоис Барчикрак, профессор пиротехники, кибернетики и чистописания.

— Как! — воскликнул Сид.- Вы — брат Алехандро

— Абсолютно верно! Родной брат Алехандро. Гости представились.

— Воздухоплаватели? — профессор довольно потер руки.

— Прекрасно! Он хлопнул в ладони:

— Генриета!

Из кухни вышла женщина с широкими плечами и тяжелым подбородком. Рост ее был около двух метров, двигалась она неторопливо и очень четко, как солдат на параде. Глаза Генриеты смотрели на профессора не мигая.

— Приготовь нам, пожалуйста, ужин! — приказал Алоис Барчикрак.

Несколько секунд женщина стояла на месте, как бы размышляя, стоит ли выполнять приказ, затем удалилась тем же строевым шагом.

— Характер у нее трудный,- вздохнул профессор,- но в домашнем хозяйстве незаменима.

Помывшись под душем, путешественники сели за стол, где их ждал ужин. Телятина с помидорами была великолепна, они уплетали ее за обе щеки. Профессор, пораженный аппетитом Сида, бегал вокруг стола и радостно восклицал:

— феноменально Генриета, подбрось-ка молодцу

Невозмутимая Генриета послушно приносила добавку, но после десятой порции она перестала смотреть на профессора и перевела глаза на толстяка.

— Обжора! — вдруг произнесла она металлическим голосом. Помолчала и добавила: -Профессор не съедает столько за месяц!

Сид поперхнулся и перестал жевать. Алоис Барчикрак покраснел.

— Замолчи! — гневно сказал он.- Это же гости! Генриета умолкла, но через минуту опять заговорила:

— Телятина кончилась! Пусть жрут хлеб с маслом, ненасытные…

Она не успела закончить мысль, как профессор подбежал к ней и ткнул пальцем под левую лопатку. Генриета застыла с открытым ртом. Глаза ее безжизненно смотрели на Сида. Все это очень напоминало известную игру: «Замолкни».

— Что вы с ней сделали? — спросил Редькин — загипнотизировали?

— При чем тут гипноз? — буркнул профессор — просто отключил питание.

— Понятно,- сказал Сид и выразительно посмотрел на товарища.

Алоис Барчикрак перехватил его взгляд и рассмеялся

— Ничего удивительного,-сказал он,-ведь Генриета-робот. Я смастерил ее двадцать пять лет назад, и с тех пор она исправно варит, стирает, ходит за продуктам! выполняет все домашние работы, как хорошая служанка Иногда я даже забываю, что это всего лишь робот. Единственное, что остается для меня загадкой,- почему он получился ворчливым. Я проверял несколько раз все свои расчеты и схемы, но ошибки не нашел. Пришлось смириться но когда Генриета переходит границы приличия, я отключаю батареи питания.

Он подошел к роботу и опять нажал кнопку на спине. Генриета моргнула, закрыла рот и молча пошла за телятиной.

Закончился ужин ароматным цейлонским чаем с бисквитными пирожными. После ужина Коля рассказал профессору о мапуятах и о предстоящем поединке в Скандальоне.

— Честно говоря,-сказал Алоис Барчикрак,- бой чемпионом мира, по моему, сомнительное мероприятие но другого решения задачи я не вижу. Надеюсь, от меня требуется выходить на ринг?

— Боксом займемся мы,-сказал Редькин.-По то ну, шар и Леро остаются в Лимонадвиле, а мы с Сидом самолетом отправляемся в Скандальон.-Он вздохнул:

Если, конечно, достанем деньги на билеты.

— Самолет в Скандальон летит завтра. Я сам доставлю вас в аэропорт. Что касается шара и птицы, я с удовольствием беру их под свою опеку.

— Благодарю, профессор! — сказал Леро нам будет о чем поговорить.

Профессор погладил попугая и позвал Генриету. Вошла хмурая Генриета.

— Скажи, голубушка, какие у меня были планы на вечер?

— Разгадывание кроссворда…- бесстрастно сообщила служанка.

Профессор поморщился.

— Придумывание афоризмов и крылатых выражений…

Барчикрак усмехнулся.

— Открытие нового закона природы.

— Стоп! — воскликнул профессор.- Этот пункт пропускать нельзя. Мое правило — ни дня без закона. Он улыбнулся гостям:

— Прошу прощения, я должен открыть новый закон природы. Не волнуйтесь, это делается быстро.

Он подошел к окну и задумался. Воздухоплаватели старались не дышать, чтобы не мешать ученому. Слышно было, как в сарае кудахчут куры.

Неожиданно профессор оживился, подбежал к столу, написал какую-то формулу и крикнул:

— Генриета! Сколько яиц снесли куры за прошлую неделю?

— Четыре! — отозвалась служанка из кухни.

— А сколько мы съели за это время кур?

— Четыре!

— Эврика! — воскликнул профессор, упал в кресло и устало откинулся на спинку.

Затем он приказал Генриете немедленно взять авторучку и бумагу.

— Пиши,- сказал он и начал диктовать.- Закон сохранения кур и яиц в природе. Суть закона: общее число кур и яиц в природе остается неизменным, и ежели в одном месте их убудет, то в другом месте — прибудет. Точка. Бумагу подшей в папку. Ну, вот и все,-Барчикрак подмигнул воздухоплавателям. За год я в среднем открываю — 365 законов природы. Он почесал затылок:

— Эх, ребятки, суха теория. Синус-косинус, коре! квадратный- абстракция все это. То ли дело паять, сверлить. Обожаю собирать приемники. У вас на шаре есть радиоприемник?

— Чего нет — того нет,- Коля вздохнул.

— Да какие же вы воздухоплаватели без приемника! — Алоис Барчикрак вскочил и забегал по комнате.- Сей час сделаю вам такой аппарат, что и не снился.

— Алоис, уже ночь,- сказала Генриета,- пора спать

— Не возражать! Я мигом.

Профессор схватил карандаш и бумагу и начал быстро писать какие-то формулы. Закончив расчеты, он крикнул

— Генриета! Инструменты!

Генриета начала вносить в комнату ящики. Барчикрак стал яростно рыться в них, вытаскивая нужные ему детали. Работал он ловко, воздухоплаватели с уважением следили за его действиями. Помогала профессору лишь служанка-робот. Она паяла, прикручивала, строгала, понимала хозяина с полуслова.

— Готово! — сообщил Алоис Барчикрак и представил присутствующим свое детище: деревянный ящик высотою один метр с двумя зелеными глазами. Внутри него что-то гремело и свистело. Ящик покачнулся и начал двигать по комнате.

— Что это? — спросил тревожно Сид.

— Шагающий радиоприемник! — гордо произнес профессор.

— А зачем шагающий? — поинтересовался Коля. Профессор пожал плечами:

— Так получилось.

Он направился к радиоприемнику, чтобы продемонстрировать его способности, но ящик вдруг подпрыгнул лягнул профессора деревянной ногой. Барчикрак реши зайти с другой стороны" но ящик был начеку. Пройми растерянно смотрел на грозное сооружение, не нему подступиться.

В это время радиоприемник сам пошел в наступление на людей. Коля и Сид успели забраться на шифоньер. Леро устроился на люстре, крича: «Опасность! Всем в укрытие!» Ящик потоптался и двинулся на профессора.

— Генриета! — заорал Алоис Барчикрак, прячась в холодильник.-На помощь!

Верная Генриета со шваброй в руках бесстрашно бросилась на взбесившуюся технику. Завязалась схватка. Неизвестно, чем кончился бы поединок, если бы неповоротливый Сид не свалился с шифоньера прямо на шагающий радиоприемник. Раздался душераздирающий крик толстяка, треск дерева, скрежет металла, и наступила тишина.

Сид сидел на полу среди груды деталей, оставшихся от ящика. Генриета поставила швабру на место, выпустила окоченевшего профессора из холодильника и принялась вязать кофту. Алоис долго пил чай, стуча зубами. Согревшись, он начал проверять расчеты, ища ошибку. Котлетоглотатель стонал на диване, а друзья утешали его, подчеркивая беспримерный героизм и мужество, которое проявил Сид, спасая товарищей.

— Так и есть! — торжествуя, объявил профессор.- Ошибка! Я написал плюс вместо минуса, и радиоприемник стал шагающим.

Он хотел опять приступить к работе, но воздухоплаватели взмолились, что они очень устали и хотят спать.

— Ну, хорошо,-смягчился Барчикрак,-когда вы вернетесь из Скандальона, приемник уже будет вас ждать.

Коля и Сид выразили свое восхищение и, повалившись на белоснежные постели, мгновенно уснули.

Под утро Коля проснулся от каких-то шорохов. Из кухни доносились шаги, звяканье банок и вздохи. Затем скрипнула дверь на Улицу, и все стихло. Редькин на цыпочках подкрался к окну.

Рассвет уже коснулся неба. Таяли бледные звезды. Тихо было над Лимонадвилем.

Вдруг он услышал слабый гул. Гул нарастал и приближался. Коля поднял глаза и вздрогнул. По небу неслась Генриета. Столб пламени вырывался из нее. На голове Генриеты был мотоциклетный шлем. Глаза ее, не мигая смотрели вдаль. Она пролетела над темными крышами . Лимонадвиля, держа в руках две сумки, и скрылась.

Редькин бросился к профессору. Он долго тряс его, пока Алоис Барчикрак не открыл глаза.

— Ну, что такое? Ну, в чем дело? — бормотал профессор.- Такой чудный сон… жасмин, соловьи, Мона Лиза и я…

— Проснитесь, профессор,- взволнованно сказал ля.- Генриета сбежала!

— Как сбежала?! — Алоис мгновенно поднялся. Редькин рассказал ему все, что видел. Профессор поморщился.

— Мой бдительный друг,- произнес он,- никто ни куда не сбежал. Генриета полетела на базар за продуктам!

— Из нее вырывалось пламя,- сообщил Коля.

— Что же в этом странного? — удивился Барчикрак — Обычный реактивный двигатель, крепится за спиной. Он хмыкнул и опять уронил голову на подушку.

— Побольше мыслей, мой друг,- пробормотал профессор, засыпая,- побольше…

На следующий день, попрощавшись с Леро, воздухоплаватели в сопровождении профессора отправились аэропорт.

У кассы, где продавались билеты, извивалась длиннющая очередь. Самолет в Скандальон отправлялся через час, не оставалось времени, чтобы стоять в очереди.

Профессор отправился прямо к начальнику аэропорта Коля и Сид брели сзади, теряя надежду улететь сегодня.

Управляющий, грузный мужчина, сидел за столом, черешню и подписывал бумаги.

— Профессор Барчикрак! — представился Алоис.

— Короче! — угрюмо отозвался хозяин кабинета, глядя на посетителей.

— Ситуация очень серьезная,- сказал профессор.- В Лимонадвиле появилось опасное насекомое, так называемое клопиус-вульгарис, укусы которого чреваты.

— Короче!

— Вся беда в том, что это насекомое размножается с фантастической скоростью.