Рагнарек

В другое время Загорский послал бы ее к чертям, а то и подальше. Но сейчас, под действием выпитого, его самого потянуло вспоминать.

— В детстве у меня был скверный характер. Товарищей у меня почти не было — я ко всем задирался... Отец пытался исправить меня. Он меня не наказывал. Он рассказывал о звездах, о дальних мирах. О чужих народах и их обычаях. Иногда он читал мне исторические романы или пересказывал их. Меня это не перевоспитывало, но я был заворожен этим... Он часто рассказывал мне о первых контактах землян с другими цивилизациями. О том, как они заключали мир, помогали друг другу. Наверное, он считал, что это сделает мое поведение более мирным... Более мирным я не стал, однако эти рассказы оставили глубокий след в моем мальчишеском сознании... Я мечтал быть разведчиком дальних миров, вступать в контакты с еще неизвестными цивилизациями, преодолевать всякие препятствия и опасности.

Загорский достал из кармана пачку "Примы" и, закурив, продолжил рассказ:

— Когда я вырос, я поступил в Херсонский Военный Колледж на кафедру астроразведки. В колледже от моего присутствия началось "веселье", однако меня не выгнали и я доучился до победного, к тому же с отличием... Как раз тогда был набор в погранвойска, и декан сосватал меня комиссару, прибывшему нас агитировать, как лучшего ученика — право не знаю, что ему такого сделало военное ведомство!.. Меня сразу же назначили на пост командования эсминцем "Взирающий" и отправили на Оронский Барьер... Наш участок простирался от Орона и до самой Новой Кассиопеи. Места дикие. Одна альфалонская, и пара земных и нарнских колоний. Всего-то. Скукотища. Экипаж — одни разгильдяи. А тут еще мичман познакомился с одной девчонкой из колонии и стал ее на корабль притаскивать. Сначала тайно, а когда увидел, что мне пофиг — явно. А потом и ее младшего брата... Тот в свою очередь -своих дружков. Экипаж с ними спился, точнее спелся, но и первое тоже имело место. Причем — каждый вечер. И вот, один раз Райст — местный заводила, предложил мне втихую от начальства устроить на корабле забегаловку и казино. Он бы его сам устроил, да законы колонии против таких мероприятий. А территория корабля колонии не принадлежит и ее законам не подвластна. А мне-то что? Начальство далеко, скукотища. А так — вроде какое-то разнообразие, да к тому же прибыльно... Корабль наш был старый, оборудование — чуть ли не чудо техники каменного века. Я выбил из ведомства деньги на ремонт и переоборудование. Затем, через местных альфалонов, на эти финансы достал все для благоустройства... Правда, это были не навигационные компьютеры, а ресторанные комбайны и игровые автоматы, но с первой же прибыли я приобрел то, что и полагалось. Заведение вышло на редкость удачным. Клиентов привлекало скорее всего то, что это был самый настоящий действующий боевой эсминец. Мои ребята тут же устроили обширную шпионскую сеть. Выявили нескольких чужаков, которые совали свои любопытные носы дальше, чем стойка бара... Через полтора года службы меня из лейтенантов произвели в капитаны. Все было чудесно, но как-то один из инспекторов просадил в казино кучу денег и настучал... Меня сместили... Перевели в отдел разведки активных миров. Дыра дырой, да все время гляди, чтоб твою задницу где вулкан не поджарил, где тахорг не цапнул, где дикари копьями не продырявили... Четыре года службы. Дослужился до полковника — отозвали. В Управление. Тогда-то я и стал пробивать свою идею о создании отдела по контактам с высокоразвитыми цивилизациями. Поначалу было глухо. Затем этим заинтересовался фельдмаршал Иванов, царствие ему небесное, — Загорский скромно умолчал о том, что сам же его туда и отправил. — Под его шефством и организовали Четырнадцатый отдел. А далее — Мембария, Риан, Дюна... потом и Риадан. Вот такие вот делишки, — подытожил свой рассказ Яромир.

Наступило молчание. Где-то рядом цвиркало какое-то ночное насекомое.

— Интересная у тебя жизнь сложилась, — большие темные глаза разглядывали лицо рассказчика, освещенное лишь отблесками догорающего костра.

— Да, жизнь как жизнь. Ничего в ней особенного... Хотя, может, это только мне так кажется, потому что это моя жизнь.

— Холодно стало, — сказала спутница, прижимаясь к Яромиру.

Загорский поймал себя на мысли, что еще несколько часов назад, он бы рявкнул на несчастное существо что-нибудь вроде: "поищи себе печку в другом месте!", однако сейчас ему захотелось ее обнять... Что это? Выпитое подействовало? Или пережитки нервных перенапряжений, увеличившихся за последние годы? Или что-то еще?.. И он ее обнял.

— Ты больше на меня не сердишься?

— Нет... Я уже и забыл.

— А отсюда видно наше Солнце?

— Нет. Зато отсюда видно Сириус. Еще лучше, чем на Земле... Я до сих пор не видел твоего лица.

Она расстегнула застежку и осторожно сняла капюшон. На Яромира глядело маленькое личико с крохотным носиком, узким подбородком и здоровенными альфалонскими глазами.

— У тебя красивое лицо... Странная ночь. Столько впечатлений и воспоминаний... Странная ночь, — Яромир выбросил окурок в костер.

— Эта ночь будет длинной, — большие, темные глаза оказались почти вплотную.

— Знаешь, я буду называть тебя...

Глава 2

Легко скользить неслышной тенью, когда твои чувства острее человеческих. И вообще непонятно, как люди со всей их толстокожестью и неуклюжестью смогли развить цивилизацию! Варвары с кучей варварских машин! Даже взрывчатку — и ту из всякой химии делают, и это когда вокруг полно белоцвета и придорожного паслена, а если смешать их с... Впрочем, не стоит так откровенно думать: среди людей порой попадаются телепаты... А дарить им свои секреты — себя не уважать!..

Если кто и видел спешащего по улице, то вряд ли обратил внимание. Ну, человек как человек!..

Непросто под такой личиной распознать Короля Эльфов! Особенно если учесть, что это не совсем даже личина. Просто магически изменены зрачки, с удобных щелочек на круглые, как у собаки. Да кончики ушей скруглены на человеческий манер. Зато — полная незаметность среди горожан...

Забраться в мэрию несложно, особенно если уже месяца два как числишься одним из уборщиков в этом вечнообновляемом помещении... Интересно, кто еще помогает этим стенам не устареть?..

Пакет с вязкой массой аккуратно разложен на подоконнике. Пусть высыхает... И лишь коснется его первый луч солнца — в нем пробудится природная сила, устремится в рост, и...

Главное — успеть неспешно ретироваться в переулок за два квартала отсюда... Это — единственное укромное место, откуда хорошо видно мэрию, но где плохо видно тебя самого...

— Ну что ты там возишься! Давай быстрее! — прозвучало по Карте. Гельберг нервно щелкал пальцами, а в сознании его неспешно всплыло: -Зараз! Тилькы детонатор присобачу! Клята гумка! Хоч на жвачке цепляй! Совсем до штукатурки не липнэ!

— Помочь?

— Видчепыся! Уже сам справился!

— Фриц, чего он там копается? — нервно обратилась к Гельбергу супруга.

— Детонатор приклеивал. Жевачкой, кажется. Уже идет сюда. Ну — в переулок. Как всегда. Там никогда никто не ищет. Коваленко, ты на сколько таймер накрутил? Что-о?! Да это же через полторы минуты! Это же рассвет, а не время прибытия Шона на работу! Ночует там?! Ладно, все равно бежим! Вот за тот микроавтобус. Поскольку согласно инструкции номер шестьсот два при угрозе взрыва следует находиться в естественном укрытии, если под рукой нет искусственного...

— Шептун, отдай джойстик! Ну отдай! Дай порулить!

— Берт, ты не умеешь обращаться с "Мухой"! В прошлый раз ты ее куда загнал? В выхлопную трубу почтового фургончика?

— Эй, глянь, тут какой-то тип! — Бертрам ткнул пальцем в окно микроавтобуса, указав на пробегающего мимо Короля Эльфов. И, воспользовавшись моментом, выхватил джойстик у зомби.

— А вон еще трое! В масках! — и Шептун отобрал драгоценный пульт у похитителя. — Приготовься, влетаем внутрь! — на маленьком мониторчике мелькали коридоры мэрии.

— А я узнал одного из троих! — радостно завопил Бертрам, вновь овладевая пультом. — Так инструкции шпарит только Гельберг! Не веришь -сам послушай! Ой, а что это за новая кнопочка? Детона...

Взрыв получился гораздо мощнее, чем ожидала каждая из сторон. Ратуша взвилась, как с Байконура, и рассыпалась сверкающим фейерверком, замусорив пол-города. В возносящемся грибе сверкали фиолетовые проблески белоцвета, зеленоватый дымок пластика и ядреный термояд "Мухи". Обалдели все "подрывники". Просто стояли посреди переулка, повылазив из своих укрытий, и тупо хлопали глазами. Впрочем, Берт не хлопал, за неимением век...

— Они не строить, они котлован сперва неделю засыпать будут, -хихикнул Коваленко, от изумления позабывший о своем "суржике".

— И город подметать, — гордо добавил Шептун.

— Но зрелище потрясающее... — мечтательно заявило Величество с купированными ушами.

— Да уж, потрясло так потрясло! — раздалось снизу, и из откинувшегося между подрывниками люка появилась голова Шона, увенчанная зеленой стальной каской. — Я как чувствовал, что если мэрию отстроили, то надо не на работу идти, а в бомбоубежище! И ведь не ошибся, а?

— В следующий раз накопаю корня остролиста и буду взрывать бомбоубежище! — рыкнул Король Эльфов.

— Ничего, сделаем заряд побольше — и сюда достанет! — кивнул Гельбергу Коваленко.

— А я тебе говорил, Берт, надо Муху программировать было не на мэрию, а на Шона! В следующий раз по-моему делать будем! — ядовито скрипнул Шептун.

Все эти реплики, прозвучавшие одновременно, заставили несчастного мэра обернуться и, ойкнув, юркнуть обратно в люк, спешно его задраив.

Первым заговорил эльф.

— Предлагаю сотрудничество. Ваши добавки к моим рецептам неплохо срабатывают.

— А ничего, что... В общем, не боишься, что мы можем кое-кого в полицию спровадить или в Ночной Патруль? — хихикнул Гельберг.

— Фиг! — недипломатично ответил Король. — Патруль сам этим занимается, да еще на казеном авто. Не прячься, скелетина, я в первую очередь именно тебе предлагал сотрудничество!

— А я и не прячусь! Это я к нашему дражайшему сотоварищу устремляюсь. Майор, я же не задушу! Стой, Коваленко! Ну вот, а еще сотрудник того же Отдела... Эй, когда бегать надоест, заходи к нам в Башню на чай! А что касаемо добавок, — Бертрам повернулся к эльфу, — то тут все просто: "Муха" сама цель найдет, она программируемая. Главное, что в нее напихано... Пакетик белоцвета? Нет, тут уже грузовая ворона надобна!.. Впрочем, подробности можем обсудить опять же за чаем. Думается, Сашка его уже приготовил...

И вся команда, за исключением Шона и Коваленко, уселась в микроавтобус.

— А что, скелеты пьют чай? — с удивлением спросил эльф.

— Да нет, этим Шептун пробавляется...

Автобус помчался прямиком к черной башне...

Глава 3

Боже, как давно это было: Шут шагнул на упругую бесконечность Дороги, белоснежный, усталый; качнулся серебром автомат за плечами, зазвенела в загустевшем вдруг воздухе Шпага... И все смолкло, словно сомкнулось за уходящим Пространство. И осталась только память, бережно сжимаемая детской рукой Короля — карта "Шут" из непривычной Колоды Таро. Да — слова Мерлина, то ли брату, то ли в спину Ушедшему: "Дорога... Не отпустила... его..."

Боже, как давно это было: Рыжая Девица с медальоном Лестницы Демиургов шагнула вперед, на мгновение ее силуэт заколебался — и вот уже невысокий длинноволосый мужчина продолжил движение, на ходу распахнув задумчиво-черные, как непроницаемая Ночь, перепончатые крылья и, взмахнув ими, взмыл в небеса, растаяв в сияющей синеве.

Боже, как давно это было: с небес взглянул на улетающего металлический взгляд — но затаился. На время...

Боже, как давно это было: поднял к небу холодный свой взгляд Белый Монстр Зеркал. И радость была на лице его: никто отныне не в силах стать у него на пути. Стать — и остаться живым...

Боже, как давно это было: догорало жуткое здание со страшной Машиной Правосудия, оплот землян. И с последними дымками над руинами развеивался тоталитаризм, и мир возвращался на многострадальные земли Риадана.

Боже, как давно это было: дети радовались победе в этой неравной борьбе, и Менестрель сжимал в своих руках новую, подаренную ему, флейту.

Боже, как давно это было: уходили Последние Эльфы...

Боже, как давно это было, целых пять долгих дней назад...

* * *

— О, ключных дел мастер явился! — ехидно проорал Райен, первым из всех ребят заметивший подбегающего Нааля. — Чем на этот раз порадуешь? Пятый золотой ключик из сна самого молодого энта?

— Да нет, теперь это Синий ключ с третьего уровня!

— Ну да, в прошлый раз он Красный припер, из цельного рубина!

— Ребята, — мальчишка пытался и отдышаться, и поделиться новостью одновременно. — Я Ключ Порталов достал! Честно! Мне его один маг подарил... бесплатно совсем!

— Ну вот, будут теперь дырки по всему Мирозданию... — тихонько вздохнул Слипер. — Эх, отловить бы этого мага, да воспитать бы согласно пятому правилу волшебника...

— Сдается мне, — осторожно начал Женька, — что не бесплатно маг вручил ему этот ключ, а за самую большую плату, которую только может заплатить мальчишка взрослому кудеснику.

— Это какую же? — спросил Нааль, справедливо опасаясь подвоха.

— Я подозреваю, что он дал тебе ключ за то, чтоб ты убрался с его очей куда подальше! Я не сильно ошибся?

Угрожающе замахнувшись шипастым предметом, Нааль сердито заявил:

— У меня есть подозрение, что этот Ключ открывает не только Порталы, но и Дыры. И если кто-то сейчас же не заберет свои слова, то я проверю эту гипотезу на практике... Точнее, не на практике, а на нем.

— Слова-то забрать недолго, но ты расскажи, как оно было-то! Ведь и так вижу — не терпится рассказать. Так уж валяй, рассказывай. Сказал "А", говори и "Б".

— И "Я" скажу! Вылез я это, значит, прогуляться просто так, и сам не заметил, как в чей-то сон вступил.

— Везет тебе, Наалище, — ласково улыбнулся юный Крагер, — А вот на стройке дворца вчера ты отнюдь не в сон вступил...

— Да ну тебя! Отмыл кроссовок — вот и вся недолга... А тут вот вижу — пустошь, заросшая кактусами, а посреди нее на небольшой каменистой круче старик сидит. С орлиным профилем, смуглый... В общем — классический индеец из книжки. И одежда — что-то мексиканское. Сидит он, значит, отломанный кусочек кактуса жует... А потом... Возносится потом, превращаясь по ходу в орла, и — в облака. Ясный пень — мне интересно, и я жму за ним. А он быстрый, как... Быстрый, в общем. Я тогда превращаюсь в чайку, набираю высоту побольше, крылья прижимаю, чуть оттопырив только кончики — и за ним. Догоняю и перегоняю, петляю вокруг, спирали накручиваю. Скорость-то зазвуковая получилась. Он вдруг раз — и опять на круче сидит, словно и не взлетал. Только что был в небе, а теперь снова на земле.

— Так ведь сон же! Чего удивляться! — вмешался Крагер.

— А я и не удивился, я просто в эту кручу вписался. На полной скорости. Дыра — как от радугомета. И я в... Нет, Райен, в этой дыре. Тут старик этот обратился ко мне. Стал что-то про пейотль рассказывать, о способах коррекции сновидения посредством сушеного кактуса...

— Стоп, Нааль! — резко перебил его Том Слипер. — Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?! Ты же нарвался на самого Дона Хуана! Того самого, что давным-давно обучил Искусству Сновидений самого Кастанеду, ставшего Учителем всем дальнейшим Сновидящим! Никто, даже ученики Карлоса, не видели Дона Хуана ни разу, считали его легендой! А ты так вот запросто с ним встретился — и тут же под ним кручу стал ломать?! Ты бы еще Бога решил отпинать, нахал малолетний!

— А что мне такого Бог сделал? — невинно поинтересовался Нааль.

— И в этом ты весь... Так что, сам Хуан подарил тебе это... колючее дыроделательное оборудование? Я правильно понял?

— Ну да, когда мы между кактусов набегались, как волк и птичка... Он был волком...

— А не койотом? — спросил Женька.

— А что, есть разница? В мультике — это ж волк с птичкой бегал?

— Койот... Бедный дон Хуан... Теперь я понимаю, почему он не пожалел такого ключа...

— А по-моему — мы играли и нам было весело... А потом я попросил его какой-нибудь ключик на память, для моей коллекции...

— Ага, как всегда... — хихикнул Том. — Вот только в этот свистнуть у тебя не получится: дырочки нету... А то прилетело бы что-то поневиданней синей птахи размером с трех страусов...

— Ага, и питающееся исключительно Наалями! — вставил Крагер.

— Отстань, Райен! Лучше мечом помаши на пустыре. А я буду ключ испытывать...

— Так, ребята! — притворно засуетился Том, — Выставили оцепление! Никого за периметр планеты не выпускать, посторонних не впускать! Мы присутствуем при реабилитации Мерлина: теперь он будет не самым шумным из колдунов.

Райен уважительно посмотрел на Тома.

И в этот момент взвизгнуло, и перед Наалем открылась дырище, напоминающая голубовато-белую воронку.

— Не боись! — крикнул сквозь визг Нааль. — Это как при Сновидении, только засыпать не надо! — и он рыбкой прыгнул в вертящийся портал.

Секунду все было тихо. Затем что-то громыхнуло, и мальчишка пробкой вылетел обратно, весь забрызганный кровавыми пятнами. Сзади его догоняло щупальце. Настигнув, оно вновь ускорило его полет, приложившись немного пониже ремня на шортиках. Из портала донесся возмущенный рык:

— В другой раз смотрите, куда прыгаете, юный наглец!

И не успел никто удивиться обходительности и вежливости чудища, как из зарастающей воронки донеслось:

— Бли-и-ин! Это же был мой бочонок! — и дыра захлопнулась...

— Похоже, Нааль побывал на пиру у вампиров, — шепнул Димка, зажмуриваясь от вида крови.

— Ага, в качестве главного блюда, — добавил Женька.

Крагер тем временем присмотрелся, принюхался и неприлично заржал: