Минька, или Операция «Возмездие»

— Да, для кого-то знать, что эти твари всё ещё живы, будет самым настоящим мучением и я не исключение, Сэм.

Покончив с завтраком, капитан Денисов сказал:

— Так, Минька, я снова открываю для тебя своё сознание, так что будь добр, постарайся найти в моей голове те файлы, на которых записано всё, что касается биовибраций, а то вчера ты так топорно всё делал, что если бы я вовремя не очнулся, то точно врезал бы дуба. И вот что ещё, загляни в мои воспоминания о Ларисе, чтобы тебе всё стало ясно.

На этот раз Минька отнёсся ко всему тому, что происходило в подземном убежище в конце первого года его жизни, ещё тогда, когда был жив его биологический отец, а мать оправилась после беременности и ещё не начала травить себя лошадиными дозами пси-стратера и радиоактивным излучением. Игорь относился ко всему не только совершенно спокойно, но и одобрительно, поскольку прекрасно знал, что ждёт их обоих. Оба родителя Миньки убивали себя вполне сознательно и не могли поступить иначе, что он понял наконец в полной мере. После того, как он вслед за Семёном ощутил и почувствовал всё то, что тот делал с Викой, Джимми, им и наконец вчера с собой, он понял, как именно у него получалось запускать эту удивительную волну биовибраций, заставляющих клетки омолаживать себя и весь организм. Понял он и то, как соединить клеточную регенерацию с пирокинетическим нагревом живой ткани от температуры от температуры в минус сто девяносто шесть градусов, до температуры в тридцать шесть и шесть десятых градусов по Цельсию.

После этого, взяв образцы, они все вместе отправились в ту самую комнату в медицинском отсеке, где Минька припечатал к стене своего дядьку Семёна. О вчерашнем происшествии там уже ничто не напоминало. Капитан Денисов вставил чашки Петри, в которых лежали образцы биоматериалов, залитые перфлурброном, специальную установку, в которой Лариса когда-то мгновенно замораживала изготовленные ею дозы пси-стартера и через пару минут перед Минькой лёг на стол первый образец. На этот раз ему с первого же раза удалось разморозить его почти мгновенно. Когда он успешно справился с тридцать каким-то образцом, капитан Денисов усложнил задачу. Он взял двухсотграммовую стеклянную баночку из-под джема, налил в неё перфлурброн и утопил в нём самого здоровенного мыша. При этом серый усатый грызун, наевший себе хорошую ряшку на сытных хозяйских харчах, похоже вообще ничего не почувствовал, ну, разве что пару раз широко зевнул в момент утопления.

Банка с мышом была вложена в охлаждающий агрегат и пару секунд спустя серый грызун оказался вмороженным в голубоватую ледышку и в таком виде был поставлен перед Минькой. Тот набрал полную грудь воздуха, как будто собрался отогревать мыша собственным дыханием, включился и в следующее мгновение кухонный воришка был разморожен, а температура его тела была доведена до тридцати восьми и четырёх десятых градусов, то есть сделалась точно такой же, как и до замораживания, вот только грызун явно дал дуба и даже не шевелился в перфлурброне. Тут к спасению мыша подключился капитан Денисов и в каких-то три секунды вырвал его из холодных объятий смерти. Зверёк тут же зашевелил лапками и задвигал усиками. Семён, не прикасаясь к нему руками, телекинезом вытащил его из банки с перфлурброном, перевернул хвостом кверху и несколько раз энергично встряхнул.

Перфлурброн тонкой струйкой вытек из мыша и тот тут же принялся тереть свою мордочку лапками. Возвращённого к жизни мыша поместили в другую банку, Джимми бросил в неё несколько орешков и кусочек печенья и внимательно посмотрел на капитана Денисова и тот, пожав плечами, сказал:

— Капитан, я думаю, что этот мышак заслужил себе помилование и нам не стоит отдавать его Филимону. Отнеси его наружу и выпусти в лесу. Пусть наслаждается жизнью.

Пока Джимми валандался с первым мышом, было заморожено и с успехом разморожено ещё три. Последних двух мышей было решено заморозить и разморозить, но только через три дня, а уже потом провести генеральную репетицию на Филимоне. Вика тотчас подхватила лиса на руки и воскликнула:

— Не дам! Лучше найдите в лесу медведя.

Минька отрицательно помотал головой и возразил:

— Нет, медведь это будет уже слишком. Он большой и в его шкуре столько блох живёт, что ну его в баню. Надо найти зверя немного поменьше размерами. Например кабана.

Капитан Денисов ухмыльнулся и сказал:

— Вот ты и ищи его, раз заикнулся.

Минька вытаращил глаза и воскликнул:

— Батя, ну ты нашел следопыта! Где я и где кабаны? Я же их ни разу в жизни не видел.

— Так я же не предлагаю тебе никуда идти. — Усмехнувшись успокоил его Семён — Выставь свои гляделки наружу и поищи где-нибудь неподалёку кабана, а ещё лучше его жену. Только чтобы не очень далеко, а мы с Джимми смотаемся за ней. Думаю, Минька, что искать кабанов лучше всего там, — Капитан Денисов махнул рукой — Вниз по течению. Там километрах в шести от нашего убежища вдоль берега дубняк растёт. Да, что я тебе объясняю? Ведь мы же там каждый год заготавливали веники!

Минька настороженно посмотрел на Семёна и спросил:

— Батя, а кабаны что, дубами питаются?

Капитан расхохотался и весело воскликнул:

— Почти! Желудями они питаются, Минька.

Так же все вместе, как пришли в медотсек, они из него и вышли, только теперь Филимон уютно устроился на руках у Вики и та почёсывала его за ушком, отчего лис чуть ли не мурлыкал от блаженства. Направляясь в свою комнату, девушка сказала:

— Сэм, тебе было бы грех поднимать руку на Фильку. Когда ты лежал на операционном столе без сознания, он запрыгнул на него и стал облизывать тебе лицо, хотя ты и был похож на каскадёра, которому сбросили на голову в сауне мешок с цементом, такое оно у тебя было грязное.

Семён улыбнулся и ответил:

— Рад слышать, что вы меня все вчетвером в порядок приводили. Наверное жуткое было зрелище.

— Да, уж, не из приятных. — Сказал Джимми — Ты мне наполнил пилота того вертолёта, который мы сбили. Только тот вывалился из него на высоте полтора километра, и как сразу же выяснилось, летать совсем не умел.

Вика сердито зыркнула на него и воскликнула:

— Джимми, можно обойтись и без таких воспоминаний! Неужели тебе не жалко этого бедного парня?

— Жалко. — Согласился Джимми — Но он собирался вместе с ещё несколькими пилотами разбомбить лагерь беженцев возле озера Эйр, а в нём было сотни три детей. И кого, спрашивается, я должен был в тот момент жалеть больше? Его или детей?

Капитан Денисов мигом прекратил эту дискуссию:

— Всё, хватит воспоминаний! То что война это страшное и грязное дело, не нуждается ни в каких доказательствах. Поэтому давайте лучше займёмся делом.

Минька, ты ищи свинью, а мы с Джимми поедем в сторону дубняка. И не забудь, пожалуйста, поглядывать на небо. Нас тоже могут в любой момент начать если и не бомбить с вертолётов или самолётов, то уж точно обстрелять из дальнобойных орудий, что ничем не лучше.

Минька улыбнулся и ответил:

— Батя, тогда я с вами поеду. Только чур я сам сяду за руль!

Вика отправилась в их с Джимми квартиру, а трое её защитников на склад военной экипировки. Через двадцать минут они уже ехали на квадроциклах в сторону дубняка.

Свиней в нём не оказалось, но они были поблизости от своей главной столовой, перепахивали землю под какими-то кустами на берегу Енисея. Главным усыпителем свиней на этой охоте был Джимми. Он усыпил двух больших, довольно упитанных свинух, а капитан Денисов подстрелил трёх подсвинков на борщи, которые удавались Вике на славу, но та всё время жаловалась, что украинский борщ должен быть обязательно сварен на свином бульоне. Борщи, замороженные жидким азотом, она презирала, хотя Семён находил их просто великолепными. Не такими вкусными, как те, которые варила Вика, опять-таки используя капусту мгновенной заморозки, но всё же вполне съедобными.

Славно поохотившись, они вернулись домой, где первым делом чисто вымыли свинух, уложили их в точно такие же контейнеры, в которых лежали сейчас Игорь и Лариса, заполнили их перфлурброном и когда Семён убедился в том, что они обе дышат, закрыли и залили их жидким азотом. Просканировав контейнеры своим рентгеноскопическим зрением, капитан убедился в том, что удар холодом не разрушил в организме свиней ни одной единой клетки. Как он уже убедился в опытах на кусках оленины, они разрушались при постепенном оттаивании. Мгновенная разморозка с одновременным доведением температуры до нормальной температуры тела, также ничем не вредила клеткам и самое главное, не разрушала клеток головного мозга. Всё это в принципе говорило о том, что Ларису и Игоря можно было вернуть к жизни, но как оно обернётся на самом деле, никто не мог сказать. Сделать же это нужно было уже хотя бы потому, что Семён не верил в то, что современная медицина справится с этим лучше него, хотя он и не был медиком.

Покончив с этим делом, капитан Денисов направился к Минькиному тиру, а капитан Батчер потопал за ним вслед, ведь до обеда было ещё почти два часа. Ему было интересно, что затеял Семён, ну, а тот, подойдя к бронированному окну, тут же принялся поднимать в воздух слитки металла, разбросанные по полу и нагревать их.

Джимми даже ахнул от удивления:

— Сэм, ты же вроде бы говорил, что ты не пирокинетик?

— А я и не был им до сегодняшней ночи, капитан. — Спокойно ответил Семён — Видишь ли, Джимми, кровь Миньки, как это я только что выяснил, является самым лучшим пси-стартеров. Через пару часов после обеда мы проведём один опыт.

Капитан Батчер тут же спросил:

— Какой?

— Очень простой, но крайне важный, связанный прямым переливанием Минькиной крови тебе и Вике. — Ответил Семён.

Капитан Батчер радостно заулыбался и воскликнул:

— Сэм, мы согласны!

Семён рассмеялся и ответил:

— Как будто вас кто-либо стал бы спрашивать. — Знаешь, Джимми, мне кажется, что для всех индиго его кровь станет чем-то вроде философского камня. Всё, что вам требовалось для того, чтобы стать магнусами, вы уже имели от природы. Или от Бога. В принципе не это важно, а то, что Минькина кровь меня буквально преобразила и я не думаю, что всё дело тут в том количестве крови, которую он влил в меня вчера, а в том, что она, как кровь тех джедаев из одного старого кинофильма, буквально кишела какими-то мидихлорианами. Не думаю, что мы сможем рассмотреть в его крови их под микроскопом, хотя как знать, но то, что они или что-то другое в его крови имеются это факт, Джимми. Да, ты это и сам только что видел. Вчера я фиг бы смог собрать все Минькины слитки в одну кучу и расплавить добрых три тонны железа, а сегодня сделал это играючи и вообще, чувствую что и это далеко не предел. Да, и с дальновидением у меня теперь полный порядок, как и с телепатией. О чём это тебе говорит, капитан?

Джимми улыбнулся и ответил:

— О том, командир, что уже очень скоро ты снова будешь командовать батальоном, но на этот раз все твои солдаты и офицеры будут мощными пси-кинетиками.

Капитан Денисов озадаченно почесал макушку и спросил:

— Ты думаешь это у нас получится? Нет, я не сомневаюсь в том, что генерал Синельников сможет собрать где-нибудь всех супериндиго. Не в этом дело. Хватит ли для этого Минькиных усилий? Ему же для этого нужно будет каждый день сдавать какое-то количество крови и мне кажется, что это должно быть как раз именно прямое переливание крови, а это нелегко.

Джимми улыбнулся и спросил:

— А кому сейчас легко, сэр? Игорю было легко каждый день отрезать по кусочку от своего мозга? А Ларисе было легко накачивать себя всякой химией, а потом облучать своё тело радиоактивным излучением? Так что никуда он не денется и станет донором, как миленький и знаешь, Сэм, мы ведь тоже станем донорами, как и он. Жаль конечно, что никто из нас не является учёным и не разбирается в крови, но я думаю, если ты возьмёшь у меня и Викки пробы крови и заморозишь их, то может быть Лариса после того, как ты её разбудишь, разберётся во всём.

Они пошли к Миньке, который в этот момент телепатически общался с Джульеттой и ввалились в его квартиру без стука. Тот не обиделся, улыбнулся, указал им рукой на кресла и принял на диване вертикальное положение. Семён сел в кресло и тут же решил попробовать, что там у него вышло с телепатией. Он закрыл глаза и стал мысленно вглядываться в темноту, пытаясь услышать кого-либо. Вскоре он почувствовал присутствие сначала Джимми, а затем Миньки, Вики и даже Филимона с его куцыми, но забавными мыслишками. Улыбнувшись, он как бы постучался в сознание Миньки, видневшееся ему тёмно-синим шаром, и оно мгновенно вспыхнуло радостным возгласом:

— Батя, ты стал телепатом? Вот здорово!

Семён усмехнулся и ответил ему мысленно:

— Стал, стал, Минька, и всё благодаря тебе. Послушай, а не пора ли тебе познакомить меня с Джульеттой?

Минька был не против и сразу же сказал:

— Конечно можно, батя. Сейчас я её позову. Только знаешь, я сделаю так, чтобы ты видел нас не виде каких-то там ёлочных шаров, а совсем по другому, какими мы сами хотим себя видеть. Думаю, что так будет лучше.

Тотчас капитан Денисов увидел берег то ли реки, то ли озера, поросший зелёной травой, красивую парковую скамейку, стоявшую на берегу и за ней самый настоящий рыцарский замок. Ну, а в следующее мгновение на скамейке уже сидели двое, — Минька, одетый в белый офицерский мундир старинного фасона с золотым аксельбантом, и Джульетта в пышном бальном платье из белоснежных кружев. Капитан подумал и вспомнив, как выглядит его парадный мундир, помахал девушке рукой и воскликнул:

— Здравствуй, Джульетта! Какая ты красивая, да, и Минька тоже хорош. Я рад тебя видеть такой весёлой, девочка моя. Минька тебя не обижает?

— Нет, что ты, дядя Сэм! — Воскликнула девушка смеясь и сказала — Он такой хороший и заботливый.

Семён улыбнулся и сказал уже серьёзным тоном:

— Джульетта, сегодня я сделал одно очень важное открытие. Оказывается кровь нашего Миньки лучше любого пси-стратера и она способна превратить супериндиго в магнуса, чем я и намерен воспользоваться. А теперь у меня вот какое предложение, Джульетта. Поскольку этот доктор-тюремщик Шеридан кочевряжится и не торопится возвращать тебе маму Лору, то мы сделаем так, как только он проснётся, я снова свяжусь с тобой и когда он придёт, то говорить с ним буду уже я, а не ты. Надеюсь Минька рассказывал тебе, как я могу управлять людьми?

На лице Джульетты засияла радостная улыбка и девушка тотчас громко воскликнула:

— Дядя Сэм, это будет просто замечательно, если вы сможете заставить его сделать это! А ещё я попрошу вас, чтобы вы приказали ему и он забрал от меня эту гнусную, толстую ведьму Марту. Меня уже тошнит от неё.

— Не волнуйся, Джульетта… — Сказал Семён — Через каких-то восемь часов мы вместе с тобой наведём там порядок. Знаешь, девочка моя, я ведь смогу исцелить тебя даже на расстоянии. Хотя если честно, то как только ты войдёшь в моё сознание и узнаешь, что и как нужно делать, то ты сделаешь это и сама. Поверь, в этом нет ничего сложного.

Девушка сосредоточенно кивнула головой и сказала:

— Нет, дядя Сэм, Майк говорит, что будет гораздо лучше, если это сделаешь ты, а не я или он. Тебя ведь сам Бог наделил даром целительства и потому я хочу, чтобы ты вылечил меня и особенно маму Лору.

Капитан Денисов улыбнулся девушке и сказал:

— Хорошо, Джульетта, но сначала я сделаю так, чтобы ни доктор Шеридан, ни кто-либо ещё не смог ничего заподозрить. Понимаешь, мне очень важно устроить в этом подземелье ловушку для лорда Астора и его дружков. Ну, а сейчас я забираю Миньку, Джульетта, а ты спи, набирайся сил. Когда у вас там наступит утро, мы снова встретимся. До встречи.

Как только он попрощался с девушкой, то сразу же открыл глаза и увидел, что Минька уже поднялся с дивана и готов идти с ними. Парень силился сдержать улыбку на лице, но не смог. Рассмеявшись, он громко воскликнул:

— Батя, выходит, что и от истерик иногда бывает польза! А это правда, что ты стал настоящим пси-кинетиком? Джимми показал мне, как ты плавил железки, так я поначалу даже не поверил ему. Подумал, что он фантазирует, но это оказалось правдой. Ты действительно думаешь, что у меня в крови есть какие-то полихлорвинилы или ты это просто так сказал? Мне что-то не верится в такие глупости.

Капитан Денисов улыбнулся и ответил:

— Мне тоже, Минька. Знаешь, я ведь умею рассматривать всё получше иного микроскопа и до сих пор так и не нашел в твоей крови мидихлориан, про которые шел разговор в том фильме, но она всё-таки немного не такая, как у всех. Те мидихлорианы, которые находились в крови у рыцарей джедай, были чем-то вроде бактерий и их симбионтами, а как дела обстоят с твоей кровью, могут сказать только такие учёные-медики, как твои мамка и отец, ну, а меня пока что интересует только одно, — сможет ли маленькая доза твоей крови сделать Вику и Джима точно такими же пси-кинетиками, как ты. То что пол литра твоей крови превратили меня в магнуса, даже не нуждается в доказательствах. Кстати, Минька, ты сам-то как себя чувствуешь?

Минька улыбнулся и спросил:

— Тошнота, головокружение, слабость? Ты это имеешь ввиду, батя? Ну, в общем обычные симптомы при большой потере крови. Так вот что я тебе скажу. Во-первых, Вика влила в меня пол литра искусственной крови и вся она из меня уже вышла потому, что я уже восстановился. Ну, а во-вторых, батя, я ведь благодаря тебе, а точнее тому, что ты столько лет был моим донором, тоже живучий, как кошка и на мне всё заживает, как на собаке. Я вчера перед тем, как лечь спать, полоснул себя ножиком по ноге. Так вот, мало того, что из меня крови ни грамма не вытекло, так к тому же и рана затянула уже через полчаса. Поэтому я смогу Вике и Джимми и по пол литра своей крови отдать.

Капитан Денисов состроил строгое выражение лица и командирским голосом шутливо скомандовал:

— Отставить глупостями разговаривать! Минька, один из них по жребию получит через два часа после обеда ровно двадцать пять кубиков твоей крови, а другой всего пять, а завтра утром мы посмотрим, что из этого получилось. Если пяти кубиков твоей крови хватит на то, чтобы превратить нормального супериндиго в магнуса, то я буду прыгать от радости, до потолка.

— Батя, ты того, осторожнее! — Смеясь воскликнул Минька и пояснил — Мало того, что у нас потолки все бетонные, так они ещё и не такие уж высокие. Ты лучше выйди на улицу и там попрыгай. Ой, батя, я тебя вот ещё о чём забыл спросить! А ты теперь спутники в небе видишь или ещё нет?

Капитан Денисов, вталкивая Миньку в кухню, ответил:

— Вижу-вижу, сынок. Я теперь много чего вижу.

Глава третья

Джульетта и старцы

Говорят Ему ученики Его: если такова обязанность человека к жене, то лучше не жениться. Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано. Ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так, и есть скопцы, которые сделали себя сами скопцами для царства небесного. Кто может вместить, да вместит.

(Святое Евангелие от Матфея, XIX, 10–12)

Канада, остров Элсмир, начало июня 2044 года

Секретный научно-исследовательский центр «Барбо», место проведения мероприятий по проекту «Пандора»

Джульетта проснулась от того, что Майк нежно поцеловал её в висок и тихо сказал:

— Джули, пора вставать. Просыпайся, милая.

Она тут же проснулась и ответила:

— Майк, как ты смог это сделать?

— Что именно? — Посмеиваясь и одновременно представая перед Джульеттой со смеющейся физиономией, спросил Минька, одетый в сегодня почему-то в гусарский наряд.

Джульетта на миг задумалась и представила себя в наряде индианки (в таком её мама Лора когда-то выступала в ансамбле этнического танца) и ответила на его вопрос:

— Ну, поцеловал меня. И почему не в губы, а в висок?

Она тотчас ощутила поцелуй и у себя на губах, что ей очень понравилось, и услышала в своей голове такие слова:

— Джули, к сожалению это только телекинетический поцелуй, но батя говорит, что уже очень скоро, месяца через два, он сможет выпроводить нас на улицу, чтобы мы с тобой могли побродить по берегу озера. Он говорит, что уже устал от моих бесконечных вопросов.

— Ну, и о чём же ты его спрашиваешь, Майк, раз он устал от твоих вопросов? — Спросила Миньку Джульетта — Наверное о всяких глупостях? Тогда я его понимаю.

Минька усмехнулся и спросил вместо ответа:

— А что, вопрос, — когда мы с тобой сможем пожениться, действительно глупый?

Джульетта мысленно рассмеялась и воскликнула: