Хотелось как лучше

— Это же тоска смертная.

— Не скажи, немного уроков, потом рейд по маршруту — бои, скачки, казино, ресторан, а с шестнадцати лет еще и бордель, чтобы изучить семейный бизнес во всех подробностях. Хотя главой я, скорее всего, не стану, но отдельную ветку во владение наверняка могу получить. Тоже неплохо, правда?

— Правда, — машинально согласилась я. Меня несколько смущала мысль: неужели все представители верхних слоев правящих семейств Аркадии таковы, как мой сотрапезник? Если да, то непонятно, каким образом эта планета умудряется процветать. Хотя, может, только я вижу наивного, самовлюбленного, совершенно необразованного и неотесанного мальчишку с непомерными амбициями, а на самом деле это будущий финансовый воротила, который подомнет под себя все и вся.

— Антуанетта, а ты зачем на Новую Калифорнию прилетела? — прервал мои размышления Мигель.

— Я? Просто в порядке общего развития. Надо же побывать в сердце современной киноиндустрии.

— Ясно, кстати, у тебя-то какая профессия?

— Ничего особенного. Осматриваю прибывающих на Рэнд туристов на предмет контрабанды.

— Вот это действительно тоска смертная. Ничего поинтереснее придумать не могла?

Тут я вспылила:

— А что, скажи на милость, поинтереснее? Пойти в контрразведку, чтобы гоняться по всей Галактике за ценным животным, а потом прилететь на замухрышную планету и выяснить, что оно провело там жалкие два дня и улетело дальше?

— Богатая у тебя фантазия. А зачем животное на два дня прилетало? — внезапно оживился мой собеседник.

— Это ты мне расскажи, не я же тут самая умная и образованная. — Огрызнувшись, я принялась жевать очередной кусок пиццы.

— Ну, — он в задумчивости наморщил лоб, — вариантов несколько.

— Можно услышать хоть один?

— Без проблем. — Мигель явно заинтересовался проблемой. — Для начала, ты точно уверена, что прилетело и улетело одно и то же животное?

— Естественно. — Я осеклась. — Мигель, тебе никогда не говорили, что ты гений?

— Говорили. Тебя все еще интересуют возможные варианты?

Никакие варианты меня уже не интересовали, но не сообщать же об этом проявившему чудеса сообразительности собеседнику!

— Само собой. — Я придала лицу приличествующее моменту выражение.

— Хорошо. Первое — с животным сделали что-то, не терпящее отлагательства, к примеру, срочную операцию, проводимую только на данной конкретной планете. Второе, — Мигель подмигнул мне, — его просто привозили на вязку к ценному представителю породы.

— Да ну тебя! — Я рассмеялась и подняла свой бокал, шутливо салютуя. — За великого детектива всех времен и народов.

Выпив, мы начали болтать о пустяках, планомерно доедая пиццу. Победив творение итальянских мастеров, заказали десерт. Осмелев, я похитила пару ложек у сотрапезника, в результате чего мгновенно лишилась половины своей порции. Замечу, мы умудрились не подраться, что должно рассматриваться, как огромный шаг вперед. На этом, правда, продвижение закончилось, ибо опять я не дождалась ни отодвинутого стула, ни открытой двери. Хорошо, хоть за ужин рассчитался, с такого станется поделить сумму пополам. По дороге домой я всерьез обдумывала, не оплатить ли Мигелю парочку занятий на курсах по этикету, наверняка в «Новом Голливуде» можно и такие отыскать.

Приземлившись у гостиницы, кавалер сообщил мне довольно безапелляционным тоном:

— Завтра в восемь вечера я за тобой зайду. Спокойной ночи.

— А если я не успею закончить к этому времени свои дела? — лукаво поинтересовалась я.

Без тени шутки в голосе Мигель произнес:

— Ты уж будь добра успеть.

И зачем я во все это ввязалась? Проклиная свой любопытный нос и вообще мысленно ругаясь, на чем свет стоит, я все же возмутиться не решилась и только буркнула:

— Хорошо.

— Тогда до завтра.

— До завтра.

Я выбралась из флаера, ни разу не оглянувшись, с гордо поднятой головой дошла до гостиницы и скрылась внутри. По прибытии в номер напрягла последние силы, разделась, смыла с лица боевую раскраску и, завалившись в постель, задрыхла без задних лап.

Утром (для отдельных зануд — в середине дня) я проснулась бодрая, полная энергии и готовая горы свернуть — никогда бы не подумала, что наличие обыкновенной программы дальнейших действий может стать столь мощным жизненным стимулом. Все-таки не зря я вчера трепала себе нервы в обществе невоспитанного псевдоаристократа — выдал он одну великолепную мысль. Нет, не про вязку, конечно, а про отсутствие у меня уверенности в том, что с Новой Калифорнии улетела именно та собака, которая прилетела. Если удастся опровергнуть данное утверждение, то ситуация заметно прояснится, по меньшей мере найдет свое объяснение этот бестолковый визит на планету — похитителю потребовалось замести следы, он оставил собачку в надежных руках, а сам улетел с другой, никому не интересной псиной, и пущай теперь хоть все спецслужбы вслед мчатся, ничего у них не выгорит. К тому же поиски бульдога сразу и окончательно ограничатся этой новоголливудской Новой Калифорнией…

Итак, позавтракав, я вновь направилась в космопорт, проверить гипотезу Мигеля. Кай, завидев меня, улыбнулся, как старой знакомой, и поинтересовался:

— День добрый. Как настроение?

— Спасибо, — я послала ответную улыбку, — вполне. Мистер Деннинг, у меня еще одна просьба: не могла бы я поговорить с теми, кто осматривал бульдога при отлете?

Собеседник понимающе кивнул.

— Никак не успокоиться, да? Одобряю, скрупулезность и дотошность — неплохие качества для делового человека. Попробуем что-нибудь сделать. — И он, отвернувшись к компьютеру, вступил с ним в очередной оживленный диалог, результатом которого стало сообщение: — В ту смену трудовую повинность несли Эм и Эмили, брат с сестрой. К сожалению, сейчас они на посту, закончат часа через два. Подождете?

— Разумеется. Куда подходить?

— Сюда же. Я с ними договорюсь.

— Спасибо огромное, с меня причитается, — с чувством пообещала я и отправилась убивать время, изучая космопорт.

Сведения, полученные мной за два часа, поражала своим разнообразием. В частности, выяснилось, что самый дешевый напиток в баре — местное вино, а соки и лимонады раза в полтора дороже. Затем, потратив минут двадцать на общение с информационной системой относительно расписания рейсов и цен на билеты, я узнала, что в Империю без пересадок можно отправиться раз в месяц и стоить это будет примерно одну мою стипендию, на Аркадию же корабли летают каждые три дня, и эконом-класс за двенадцать часов до рейса распродается по бросовым ценам, доступным любому местному жителю.

Последние полчаса я провела в плену у председательницы клуба любителей пресмыкающихся, настойчиво приглашавшей меня на следующее заседание, аргументируя это тем, что любовь к змеям у меня в глазах светится. Насилу вырвавшись, я примчалась к стойке, где меня уже ждали обещанные брат с сестрой, оказавшиеся близнецами.

— Нэтта, Эмили, Эм, — представил нас Кай, затем, сочтя свою миссию выполненной, вернулся к работе.

— Добрый день! — обратилась ко мне Эмили. — Давайте присядем.

Когда мы втроем устроились в креслах, я начала:

— Дело в том, что на Рэнде у меня пропал семимесячный щенок денебианского бульдога, и, по последним данным, он побывал на Новой Калифорнии. Вы случайно не помните его?

Заговорил Эм:

— Помню. Это ужасное создание пыталось покусать и меня, и Эмили, и хозяина.

— Не слушайте его, — возразила Эмили, — прелестная собачка.

Я достала фотографию.

— Эмили, взгляните, тот мужчина улетал именно с этим щенком?

Эм, взглянув краем глаза, пробурчал:

— Это не щенок, а сволочь.

Эмили же довольно долго вертела фото в руках, затем ответила:

— Вроде похож на вашего очаровательного мальчика.

— Погодите, — опешила я, — вы твердо уверены, что это был мальчик?

— Конечно, я видела его впечатляющее мужское достоинство. Ого — го, доложу вам.

Я решила уточнить:

— Эм, вы тоже уверены, что это был мальчик?

— А кто же еще? — искренне изумился он. — Я что, по-вашему, слепой?

— Спасибо…. — в полной прострации протянула я.

— Не стоит благодарности. Надеюсь, мы вам помогли, — улыбнулась Эмили.

— Да, безусловно. Еще раз спасибо, и до свидания.

— До свидания, — хором ответили близнецы и отбыли восвояси.

А я вновь отправилась к уже вконец замученному Каю. Вопреки всему, приветствовал он меня вполне дружелюбно:

— Ну, как? Есть хорошие новости?

— Вроде бы. Можете еще раз проверить, Шель Стайлс Сван была единственным денебианским бульдогом, улетевшим с планеты за последние дни?

— Ждите.

Вдоволь побеседовав с железным другом, Кай красноречиво кивнул головой.

— Да, ваше животное было единственным. Это хорошо?

— Это прекрасно! Спасибо огромное. До встречи.

— Надеюсь, она состоится, — весело подмигнул Кай.

Улыбнувшись на прощание, я вихрем унеслась.

В гостинице меня ожидало в меру краткое сообщение от Урса. Помимо поздравлений с Новым годом, оно содержало ценнейшую информацию — женщины по имени Анджела Крейс, якобы приобретшей в собственность последнего, так и не увиденного мной денебианского бульдога, на Рэнде отродясь не было. Нельзя сказать, что я сильно удивилась, чего-то в таком духе и следовало ожидать.

Краткое резюме сложившейся на данный момент ситуации выглядело так: на Рэнде некто, пожелавший остаться неизвестным, под вымышленным именем приобрел щенка самой умной и гораздо лучше прочих поддающейся дрессировке породы собак, а когда животное выросло и уже могло служить непонятным целям своего хозяина, оно пропало. Точнее, его украли, переправили на Новую Калифорнию, где, дабы повести погоню по ложному следу, подменили. Отсюда следовало два вывода: собака еще на планете, и пробудет она здесь не очень долго и вскоре отправится к конечному пункту назначения. В связи с чем и мне прохлаждаться в оздоравливающей атмосфере местных хвойных лесов не пристало — нужно действовать быстро.

В этот момент в дверь настойчиво постучали.

— Войдите, — отозвалась я.

В комнате мгновенно материализовался расфуфыренный Мигель. Критически оглядев хозяйку апартаментов, он недовольно вопросил:

— И почему ты еще не готова?

— А что, уже восемь? — С искренним изумлением я взглянула на часы и выяснила, что таки да, восемь. — Ой, прости, сейчас соберусь.

— Сейчас? — критически хмыкнул Мигель. — Ну, что ж, с интересом понаблюдаю.

— Наблюдай, — легко согласилась я. — Куда, кстати, мы отправляемся? В смысле формы одежды.

— Форма парадная. Я заказал столик в одном из самых фешенебельных местных ресторанов, он находится на последнем этаже высочайшего небоскреба столицы. Надеюсь, ты туда еще не добралась.

— Пока не успела. Ладно, я скоро.

Тайфунчиком я заметалась по комнате, но переодеваться ушла в ванную, чем вызвала у Мигеля недовольство, которое он безуспешно попытался замаскировать. Но в целом скорость сборов вновь оказалась вполне приличной, и уже через полчаса мы отбыли на ужин.

Назад я вернулась около часа ночи, сытая, нетрезвая и недоумевающая. Второй вечер подряд Мигель водил меня по ресторанам, дарил цветы, часами со мной разговаривал и не предпринял ни малейшей попытки поцеловать, не говоря уже о том, чтобы затащить в постель. Одно из двух — или я утратила всякую привлекательность, или он лишь мужчинами интересуется. Вариант о слишком правильном воспитании я отвергла сразу, как нереальный.

Так, завтра мы не встречаемся, он чем-то занят, значит, послезавтра нужно продемонстрировать ему совсем другую девушку, и вообще, он так упорно называет меня Антуанеттой, пусть на Нэтту переходит. Приняв сие поворотное решение, я уснула с чувством выполненного долга.

Что меня последнее время особенно радовало, так это отсутствие по ночам каких бы то ни было сновидений. Ненавижу, когда меня дразнят, показывая, как хороша могла бы быть моя жизнь, если бы не… А потому встала я вполне умиротворенная и, решив, что заслужила маленькое послабление, опять заказала завтрак в номер.

Уплетая за обе щеки тосты с джемом, я составила в голове приблизительную схему поиска. Самым перспективным смотрелся вариант отследить все перемещения Роджера Кайзи за те два дня, что он провел на планете, и начать следовало с планомерного опроса водителей наемных флаеров у космопорта плюс заглянуть в службу аренды летающих машин, расположенную там же. В самом распрекрасном настроении я собралась и, уверенная в своих силах, отправилась интервьюировать водителей.

Целый день я провела на стоянке флаеров, носясь среди прилетающих машин с фотографией бульдога в руках и расспрашивая всех, попадающих в поле моего зрения, о пассажире с собакой. Результат вышел сугубо отрицательный, посещение отдела аренды общей картины тоже не изменило. Очевидно, в космопорту мистера Кайзи с его трофеем встречали на личном транспорте, что, в первую очередь, означало полное фиаско моего гениального плана. Обнаружить на планете следы человека, о котором известны лишь имя и фамилия, причем, возможно, вымышленные, не зная даже, в какую сторону он направлялся, — идея утопическая, изначально обреченная на провал.

Жутко измотанная, с поганым настроением и отваливающимися ногами, я вернулась в Нью-Фриско и решительно завернула в салон красоты. Неудача неудачей, но пришла пора вернуть свой прежний облик, не подводивший меня все двадцать лет. Обратное перевоплощение вышло легче. Волосы выкрасили в натуральный цвет, искусственные ногти удалили, и всего через пару часов зеркало вновь отражало ту Нэтту, которую я привыкла видеть, от чарующей красоты осталась лишь татуировка. Вроде как военный трофей. Удовлетворенная этим небольшим успехом, я вернулась в гостиницу и наконец сумела-таки провести вечер наедине с телевизором. Достижение века.

На следующий день я диаметральным образом изменила свою стратегию. Если не получается найти похитителя, будем искать собаку, благо денебианские бульдоги на Новой Калифорнии встречались еще реже, чем на Рэнде. Поскольку увезенный мальчик с момента своего рождения должен был где-то жить, то наиболее перспективный способ отыскать мою пропавшую псину — это обнаружить дом ее дублера.

К сожалению, обратиться к местным контрразведчикам, чтобы мне дали покопаться в базе зарегастрированных собак, я по-прежнему не могла, но всегда существуют окольные пути. Прилетев в центр города, я приобрела парочку газет, из которых население узнавало последние новости, в том числе и о собачьих выставках. Усвоив название самого большого объединения любителей редких пород, я позвонила ее президенту Жанне Уилфрем и ненавязчиво напросилась на чашечку чая.

Прибыв по указанному адресу, я удостоилась чести личного знакомства; по крайней мере, если судить по высокомерно вздернутому подбородку и великосветским манерам хозяйки, она-то точно полагала, что оказывает мне великую честь. Миссис Уилфрем, как она представилась, была чуть моложе моего дедули, однако сохранила безупречную фигуру. Ее брючный костюм от кутюр, изысканно уложенная прическа и грамотный легкий макияж (в домашних условиях!) говорили о многом. Зеленые глаза хозяйки пробежались по мне, цепко отмечая каждую деталь, и я внутренне порадовалась привычной прическе и отсутствию видов звездного неба на ногтях, чувствуя себя, словно восьмиклассница в кабинете директора школы.

Завершив осмотр, она с удовлетворением кивнула и пригласила меня в гостиную, где уже был сервирован чай. В качестве угощения предлагалась парочка тостов из цельнозернового хлеба с нежирной брынзой. Когда мы уселись по разные стороны столика, миссис Уилфрем разлила чай и, предложив сахара и сливок, вежливо напомнила о цели моего визита:

— Итак, мисс д'Эсте, о чем вы хотели со мной побеседовать?

Я, с трудом подавив желание встать и отчитаться по пунктам, ответила:

— Видите ли, я недавно заинтересовалась кинологией, и в процессе изучения различных пород прочитала о денебианских бульдогах. Они меня так поразили! — Тут я замешкалась.

— О да, — согласилась миссис Уилфрем и бодро перехватила инициативу: — Это великолепные животные. Самые умные из современных собак, а история их началась с того, что…