Помоги проекту - поделись книгой:
– Да, мои господа, – продолжил он прерванную беседу, – о грядущих бедах нынче все толкуют. Кто пророчит мор, кто недород, а более всего – войну с империей. Однако, мыслю, какая может быть война? Милостью Павшего, избравшего эту землю, никто не в силах одолеть нас. Нигде, ни в какой земле не сыскать магов могущественней наших!
– Нигде и нет более магов, – согласился Джегед. – Милостью Павшего, это ты правильно говоришь.
Годвин смолчал. Относительно силы и слабости чародеев у наемника было собственное мнение, но сейчас он предпочел держать его при себе.
– Кстати, о магах, – продолжил Джегед, – ты говоришь, господин Лешвит скончался?
– Да, помер. Старые раны дали себя знать. Он и сам не раз говорил, что не жилец, уж очень сильно ему досталось, когда юный Мороган штурмовал Серую Чайку... Говорили, Мороган владеет заклятиями с непредсказуемым побочным действием. Не мне судить, но, сдается, так оно и было. А теперь правды мы уже не узнаем. Свои зловещие секреты юный Мороган унес с собой в могилу... когда мой славный сеньор снес ему башку в поединке.
– Кто же теперь в Серой Чайке? – стараясь говорить небрежно, спросил Джегед. – Кто наследует Сигварду? Ну, если вдруг...
Трактирщик глянул удивленно.
– Как, мои добрые господа не слыхали? А я думал, вы для того и направляетесь в замок старого Сигвара, чтобы... хм... Господин Лешвит был единственным родичем мужского пола, который пережил распрю... Теперь Сигвард – последний мужчина в роду владык Серой Чайки, да и он, рассказывают, очень плох. Говорят, у него видения, бред... старый он уже, совсем старый.
Тут в дверь постучали, хозяин поднялся и впустил плотную молоденькую бабенку, которая притащила здоровенный поднос. Пока молодка расставляла перед гостями миски, кабатчик поблагодарил за приятную беседу и ушел – дескать, много работы в зале.
Когда женщина с подносом удалилась, Годвин покосился на дверь и громко спросил:
– Как по-твоему, за нами сейчас следят?
Произнеся фразу, воин прислушался: не выдаст ли себя наблюдатель шорохом? Нет, все было тихо.
– Вряд ли, – буркнул Джегед.
У колдуна были свои способы изобличать шпионов, но и ему ничего не удалось обнаружить. Друзья приступили к трапезе. Когда они вышли в зал, народу за столами стало, пожалуй, даже больше. Деньги у них приняла молодка, а хозяина не было видно.
Путники снова выехали на тракт, тени больше не плясали перед ними в пыли. Теперь солнце склонилось к закату и светило в глаза.
– Как ты думаешь, что имел в виду трактирщик, когда сказал, что мы, мол, направляемся в Серую Чайку для чего-то определенного?
– Павшему ведомо, – подал плечами Джегед. – Все равно он ошибся.
– Но он имел в виду что-то определенное, когда этак нас обхаживал? Отдельная комната и прочее?
– За обхождение я заплатил очень щедро, этот старик в самом деле был предупредителен и заслужил... Чего же еще иметь в виду трактирщику? Да и ты, как я видел, отметил усилие этой девахи в синей юбке? Что ты делал, пока я отсчитывал монеты? Отчего она визжала?
Годвин улыбнулся.
– Им только в радость, если настоящий мужчина вроде меня ущипнет или хлопнет то, что самой природой к сему предназначено.
К вечеру местность изменилась, растительность стала скудной, почти не попадалось следов присутствия человека. По обе стороны дороги тянулись пологие песчаные холмы, кое-где поросшие серой травкой. Ветер с моря усилился, он гнал серые тучи по серому небу. Дюны тоже были серого цвета, по склонам позли тени облаков, образуя причудливые узоры.
– Серое здесь все какое-то, – буркнул Годвин, озираясь. – И башен больше не видать.
– Это земля Сигварда. Он не любит людей, старается, чтобы их поменьше было вокруг него. Так я слыхал. Вот и трактирщик тоже – когда Лешвит помер, прислугу покойного распустили.
– Вздорный, стало быть, старикашка, – заключил Годвин. – А какой он маг, сильный? Брата твоего не он, как ты думаешь? Можно такое допустить?
Джегед задумался, потом решил:
– Это очень маловероятно. Никаких указаний на вину Сигварда я не вижу. Во-первых, зачем дряхлому старцу бедняга Каспер? Во-вторых, Сигвард не покидает своих владений уже много лет, а мужчин в его роду не осталось, если верить трактирщику. В-третьих, маг он не из последних, но и ему вряд ли по силам такой подвиг... Неужели ты думаешь, что вломиться на шестой этаж башни Скарлока – удастся
– Странного-то здесь хоть отбавляй. Хорошо бы в Серой Чайке хоть какой-то след нашелся...
– Кстати, вот и замок, – указал Джегед.
Годвин вгляделся, привстав в стременах, чтобы увидеть то же, что и приятель, восседающий на рослом жеребце. Чередование теней с освещенными солнцем участками превращало ландшафт в мозаику. Дорога серой лентой уходила к солнцу, которое скользило в череде серых облаков. Между мозаикой и солнцем горизонт вздувался угловатым горбом. Куда вела дорога, туда и ткнул рукой Джегед. Серая Чайка – серый замок на серой земле под серым небом.
Чем ближе, тем четче прорисовывались очертания стен на фоне неба. В отличие от иных поместий колдунов здесь не было высоченной башни. Если не приглядываться, то Серая Чайка покажется обычным замком, венчающим прибрежные утесы. И только с близкого расстояния можно оценить странную архитектуру и размеры сооружения, которое уступами поднимается к бегущим по небосводу тучам.
Годвин осматривал укрепления Серой Чайки, дорога пошла вверх, и чем ближе путники подъезжали к подножию скал, тем выше приходилось задирать голову. Вблизи выяснилось, что от берегового массива Серую Чайку отрезает пропасть, перебраться через нее можно было по мосту.
Джегед объяснил, что по ту сторону Серой Чайки скалы, на которых возведен замок, отвесно спускаются к бушующему прибою. Примечательное местечко. Годвин подумал, что давным-давно лишившийся головы Мороган был отчаянно смелым человеком, если решился брать эту крепость приступом...
Наемники подъехали к краю пропасти, здесь уже явственно слышался шум моря, беснующегося где-то внизу, у подножия грозных утесов. Гостей заметили – загрохотали цепи, мост со скрежетом пополз вниз.
Громада моста, грохоча тяжеленными цепями, величественно опускалась – будто челюсть зевающего гиганта. Казалось невероятным, что столь массивное сооружение способно двигаться настолько плавно.
– А как здесь с эманациями? – осведомился Годвин. – Сильно чувствуются? Это ведь магия работает? Я думаю, такой здоровенный мост без магии не сдвинуть. А?
– Эманации достаточно сильны, – протянул Джегед. Колдун сделал глубокий вдох, будто хотел получше ощутить, насколько пропитан здешний воздух влагой, солью, запахами моря и криками чаек. – Это место залито магией до краев!
Последняя фраза показалась Годвину совершенно непонятной, но воин смолчал. Мост опустился на край обрыва, в открывшемся проеме показались фигуры мужчин в сером. Один сделал приглашающий жест. Джегед первым двинул жеребца на настил. В отличие от большинства сооружений подобного рода этот мост не дрожал и не скрипел под копытами могучего коня. В Серой Чайке все выглядело мощным, надежным, массивным, преувеличенно, гротескно огромным. Тем более странно смотрелись фигуры обитателей древнего замка. Оба стража оказались пожилыми мужчинами не слишком внушительного сложения.
– Старайся помалкивать, предоставь говорить мне, – бросил через плечо Джегед, – здесь и среди прислуги наверняка есть маги.
Обычно так и происходило, говорил колдун, а Годвин помалкивал. Если Джегед счел нужным напомнить приятелю о сдержанности, это означало, что дело серьезно. Серая Чайка – очень странное и древнее место, обычаи здесь также странные и древние. Любое слово, произнесенное невпопад, может оказаться причиной неприятностей.
Стражи поклонились гостям:
– Добро пожаловать в Серую Чайку, почтенные господа.
Над сводом портала в ржавой железной клетке Годвин заметил череп. Проследив его взгляд, один из стариков пояснил:
– Господин Мороган. Лорд Сигвард решил не отказывать родичу в погребении в стенах фамильного замка.
Годвин смолчал. За воротами поджидали еще полдюжины людей в сером, эти были помоложе, но тоже не юноши. Пришельцы спешились и огляделись. Двор оказался кольцеобразной полоской в два десятка шагов шириной, дальше высилась внутренняя стена, выше первой. Снаружи она была не видна, так как дорога проходила ниже. Слуги приняли поводья и удалились направо – стало быть, там располагаются конюшни. Один из стариков пригласил следовать за ним и повел гостей влево. Отмахали около ста шагов по окружности между стен – и показались новые ворота.
Искусство фортификации предписывает окружать идеальный замок тройным рядом стен, но Серая Чайка строилась в незапамятные времена, тогда благородные науки, должно быть, не достигли нынешних высот – здесь жилое строение окружали только две стены. За воротами показался замок. Никогда Годвину не приходилось видеть более странного сооружения. Палас имел совершенно неописуемую форму – что-то вроде пяти цилиндров, водруженных друг на друга, каждый последующий – меньшего диаметра. Никакой закономерности в соотношениях диаметров и высоты не наблюдалось, более того, ступени, образованные разницей диаметров, были вовсе не горизонтальными – они оказались наклонены в разные стороны, некоторые поднимались посолонь, иные – против солнца. Безумное творение безумного архитектора.
Два нижних яруса не имели окон – лишь узкие бойницы, прорезанные на различной высоте. По расположению бойниц казалось совершенно невозможно угадать, как спланированы внутренние помещения. Из ворот второй стены входа в здание было не видно, гостям снова пришлось пройти по кругу вслед за стариком – тогда открылись высокие неудобные ступени, ведущие к массивным кованым дверям, больше напоминавшим крепостные ворота, чем вход в жилище.
Удивительные открытия не закончились – за дверью оказалась пропасть, преодолеть которую снова можно было по мосту, подвешенному на цепях... Странное место...
Пожилой мужчина в сером объявил, что ведет к лорду Сигварду, его милости доложено о прибытии благородных гостей. Галереи и коридоры Серой Чайки не освещались ни факелами, ни светильниками – там, где не было окон, светились камни свода. Людей по дороге гости не встретили, можно было вообразить, что они идут по заколдованному замку из страшной сказки... однако и признаков запустения не наблюдалось, ни пыли, ни паутины – только голый камень.
Шагать пришлось довольно долго, дважды процессия покидала полутемные помещения, чтобы пройти по открытой галерее – в очередной цилиндрический ярус. Стоило сделать шаг из-под прикрытия стен, как налетал резкий ветер, подхватывал полы одежды, рвал и тянул.
Годвин снова подумал, что у людей, построивших Серую Чайку, явно не все были дома, и что безумие передается по наследству – только умалишенный согласился бы жить в этом диком местечке. Но, разумеется, делиться своими соображениями он не стал, заметил лишь:
– Ну и дует!
– Когда нет шторма, здесь достаточно тихо. А это из-за проклятого корабля, чтоб его Павший утопил, – непонятно ответил старик провожатый.
Миновав запутанные переходы и лестницы верхнего яруса, старик в сером остановился у массивной двери, пригладил волосы, которые растрепал морской ветер, и объявил:
– Мои почтенные господа, как вас представить лорду Сигварду?
– Джегед из башни Скарлока и Годвин из... – Джегед только теперь сообразил, что не знает, как называется родовое владение приятеля.
– Из Хотика, – закончил Годвин.
Старик поклонился, толкнул тяжелые створки и вошел первым.
– Джегед из башни Скарлока и Годвин из Хотика, – звучным голосом провозгласил серый, затем посторонился.Друзья с любопытством уставились на знаменитого хозяина Серой Чайки. Сигвард выглядел именно так, как и положено выглядеть старому чародею, пережившему всех мужчин своего клана. Массивный, совершенно седой, с морщинистым лицом. Печать безумия, о котором говорил трактирщик, лежала на облике лорда. Волосы неопрятными клочьями спадали на поникшие плечи, руки беспокойно шевелились. Ногти на пальцах Сигварда были длинные, обломанные и походили на когти хищника. Глаза, мутные, блеклые, прятались в красных складках век. Наряд, серый, как и все в этом месте, был смят и грязен.
Восседал чародей на каменном троне, а рядом с ним... Годвин тут же сделал стойку, словно хорошо выученный охотничий пес – подле старика, положив ладонь на спинку трона, стояла молоденькая девушка. Очень бледная, с правильными чертами лица и сердито пожатыми губами. Черные густые волосы гладко зачесаны назад и схвачены гребнем, украшенным жемчугом. Достоинств фигуры обитательницы замка не могло скрыть даже бесформенное серое платье, и никакая гримаса не портила красиво очерченных полных губ. Огромные черные глаза глядели сердито, но девушка была прелестна!
Годвин отработанным жестом снял шлем и тряхнул головой, позволяя каштановым кудрям живописно упасть на плечи. На сей раз усилия красавца пропали попусту – хозяйка Серой Чайки даже не глянула в его сторону.
– Добро пожаловать, – проскрипел старец. – Давненько в Серой Чайке не появлялись столь приятные гости. Не пойму, с чего женихи обходят наш дом стороной, а, Инига?
Девушка фыркнула и демонстративно уставилась в сторону. Сигвард покосился на нее, скривил рот...
– Джегед из башни Скарлока... – Старика Годвин тоже не интересовал. – Я слышал твое имя! Младший из сынов молодого Койрена, да! Что слышно в башне Скарлока, Джегед?
– Мой благородный отец давно умер, лорд Сигвард. На моей памяти его не называли «молодым Койреном».
– В Серой Чайке время замерло, – печально подтвердил старик, ухмылка сползла с бледных губ, – я знаю, что одряхлел и беседую с тенями прошлого... Но скоро это закончится. Призрачный Неф уже прибыл за мной.
Девушка снова фыркнула. Годвин с Джегедом переглянулись.
Лорд покачал головой и продолжил:
– Иногда мне кажется, что я уже умер, и гляжу на вас... будто с той стороны. И это печально. Быть мертвым – так скверно... Мертвый не может...
Сигвард тяжело вздохнул и закончил:
– ...Мертвый не может умереть. Умереть – это значит избавиться от забот, а мертвому отказано в избавлении.
– Дедушка, перестань, – прошипела Инига.
– Да, дитя мое, ты права. Я еще жив, и Призрачный Неф – тому свидетельство. Он не пришел бы за мертвецом. Но я не взойду на борт корабля призраков, покуда не удостоверюсь, что наш род будет продолжен и что в Серой Чайке новый лорд. Инига, дитя, погляди на прекрасных воинов...
– Дедушка! – Девица топнула ногой. – Вместо того чтобы пересказывать свой бред, ты мог бы поинтересоваться причиной, которая привела этих людей в наш замок!
– И впрямь... – Старик опустил голову. – Я слишком погружен в свои воспоминания. Но Призрачный Неф... Впрочем, Павший с ним. Итак, башня Скарлока! Что слышно в башне Скарлока?
– Неделю назад погиб мой старший брат, – промолвил Джегед. – Это и послужило причиной моего появления в Серой Чайке.
– Погиб? – Лорд поднял мутные глаза. – В наше время лорды продолжают погибать? Вот странно.
– Его убили, – Джегед решил воздержаться от подробностей, – а на месте преступления осталась карта королевства, на которой отмечены два пункта. Башня Скарлока и Серая Чайка.
После упоминания карты на лице Иниги впервые промелькнула заинтересованность. До сих пор ее гримасы выражали скорее скуку или недовольство – особенно когда старик поминал Призрачного Нефа. Теперь она взглянула на Джегеда... и больше не отводила глаз.
– Серая Чайка на карте убийцы? – Старик пригладил нечесаную шевелюру. – Интересно, к чему бы?
– Может, вы подозреваете нас, господа? – с вызовом бросила внучка.
– Нет. – Джегед покачал головой. – Говоря откровенно, мы бы хотели предупредить. Убийца интересовался башней Скарлока и Серой Чайкой. Первый удар он нанес, так что если очередь за кем-то из здешних...
– У нас нет врагов! – заметила Инига. – Живых.
– Точно так же рассуждали мои родичи в башне Скарлока.
– Родичи? – Сивгард встрепенулся. – Вы, сударь, наследуете брату? Или нет?
– Моему племяннику посчастливилось пережить нападение, теперь он – хозяин башни Скарлока. А я давно покинул отчий кров и странствую. Мы с Годвином – компаньоны.
– Ах, вот как... – Старик качал головой. – Маг из хорошей семьи, без собственной башни... Инига, все складывается как нельзя лучше!
Девушка выдала новую гримасу и, не говоря ни слова, удалилась. Пожилой слуга в сером предупредительно открыл двери, когда госпожа направилась к выходу. Похоже, выходка Иниги его не удивила. Гости переглянулись, потом уставились на Сигварда. Старик улыбнулся.
– Не смущайтесь, друзья мои, особенно ты, из башни Скарлока, – заявил лорд. – Итак, сегодня вы гости в Серой Чайке, по этому поводу следует выпить. Призрачный Неф подождет!
– Но молодая госпожа как будто не рада нам? – спросил Джегед. – Столь стремительно удалилась...
– Она ушла переодеться к ужину, – пояснил старец. – Ступайте и вы, переоденьтесь, приведите себя в порядок. Не те нынче времена... и люди не те... Помнится, мы, возвратившись из набега либо отразив очередной приступ, сразу же садились за стол, не омыв с пальцев крови врагов! Клянусь Павшим, трапеза казалась нам не в радость, если не прикончишь кого-то с утра... А теперь не то, нет – церемонии, этикет, обхождение. Ступайте, приготовьтесь. Вас проводят.
Джегед замялся, он собирался о многом расспросить старика... Сигвард кивнул:
– За ужином поговорим. Отведаешь вина из подвалов Серой Чайки... тогда поговорим.
Друзья поклонились лорду и направились к выходу, слуга в сером предупредительно распахнул двери. Снаружи стояла Инига.
– Прошу прощения, господа, – буркнула девушка. – Дедушка выжил из ума, и теперь его заботят лишь две вещи – Призрачный Неф и мое замужество. Разговорами о том и другом я сыта по горло!
Подошел слуга и предложил гостям следовать за ним. Джегед поклонился девушке. Потом, шагая по темной галерее, маг чувствовал – Инига смотрит вслед, глаз не сводит. Ему отчаянно хотелось оглянуться, но Джегед сдержался.
Поделиться книгой: