Непробиваемый III

Волгины собрались на первом этаже за большим столом. Они радовались, разве что Владислав и Виктор больше выглядели уставшими, чем веселыми.

Владислав рассказал о сражении, о том, что приезжали Беркли и как они, поджав хвосты, уехали. Особенно всех впечатлил история того, как Дэвис разделался с исполинской змеей.

Все ели и обсуждали случившееся. Больше всего уделили внимания скромному герою, который отдыхал на втором этаже. В тот день Дэвиса называли по-разному: бесстрашный, неубиваемый, герой и даже пару раз — безумец.

— Константин, — к дворецкому обратился Виктор, — наружные камеры же работали все это время?

— Да, Виктор, запись никто не отключал.

— Супер!

— А что ты хочешь увидеть? — спросила Татьяна.

— Нет, я-то это уже видел, хочу еще и вам показать, — хитро улыбнулся Виктор. — Константин, пойдем, поищем нужную запись.

Вскоре Виктор и Константин вернулись в гостиную. Дворецкий включил большой телевизор и вставил диск в приставку.

— Ита-а-к, — протянул Виктор, — сейчас вы увидите нечто.

Константин нажал кнопку и запустил видеозапись.

— О, боже! — Татьяна вскочила с дивана. — Какая же огромная тварь!

— Таня, — Владислав взял ее за руку, — спокойно-спокойно, она уже мертва.

— Не отвлекайтесь, а то пропустите, — Виктор, как, впрочем, и все, с диким любопытством прильнул к телевизору.

Камера находилась на углу поместья и в ее объектив попало именно то, что и хотел показать Виктор. Все с напряжением смотрели в телевизор, за тем, как исполинская змея несется на полуразрушенную стену, на которой стоит Дэвис и сжимает в руках рюкзак.

— Вот-вот, — Виктор показал рукой, — это Дэвис.

— Почему он не убегает? — Соня от ужаса закрыла рот рукой.

Змея разинула пасть и кинулась на стену. Дэвис подпрыгнул, сгруппировался.

— Ой! — крикнула Татьяна. — Как?..

— Он точно на втором этаже⁈ — Соня не могла поверить своим глазам.

— Да все с ним хорошо, — протараторил Виктор, — вы смотрите дальше.

— Дэвис, жив. Нет поводов беспокоиться, — подтвердил Владислав.

Стена разлетелась в пыль. Змея приземлилась, отчего даже камера видеонаблюдения на поместье затряслась. Именно поэтому видео на пару секунд потеряло в качестве.

Затем все увидели, как змеиная голова буквально надулась и тут же разлетелась на куски. В воздух вылетело что-то сине-красное.

— Это Дэвис, он запутался в языке, — пояснил Виктор.

Волгины досмотрели до того момента, когда Дэвису помогли выпутаться из языка. Какое-то время он полежал на земле, а затем, как ни в чем не бывало, поднялся и пошел.

— Вот, я же говорил, что с ним все хорошо, — улыбнулся Виктор, — он просто не убиваемый.

— Да… — жена Юрия, мягко сказать, находилась в шоке, — не думала, что маги на такое способны.

— Еще ребенок, а такая силища, — Татьяна вдумчиво смотрела на Владислава, а затем и на Соню. — Сонь, присмотрись к нему, завидный будет жених…

— Таня, ну… — фыркнул Владислав.

— Я хотела вам кое-что сказать, — Соня до сих пор не отошла от увиденного, — а мы с Дэвисом… встречаемся.

— Да? — Татьяна округлила глаза.

— Не удивлен, — ухмыльнулся Виктор, — Дэвис реально крутой парень.

— Соня, я… — Владислав стукнул костылем о пол, что не значило ничего хорошего.

— Что? Пап, ты же не против?

— Против, — с каменным лицом ответил Владислав.

— Почему?

— Я уважаю Дэвиса, он сильный маг, надежный человек… голова у него работает, как нужно… В общем, почти идеальный принц на белом коне, если бы не одно «но».

— Что? Какое еще «но»?

— У него много очень влиятельных врагов. Скаевы, Ветровы… Соня, я боюсь за тебя. Дэвис рано или поздно выйдет из тени, если враги прознают о тебе, то могут использовать… не хочу даже думать об этом. Нельзя тебе быть с Дэвисом, это может плохо закончиться.

— Но…

— Никаких «но», — Владислав был непреклонен.

Соня чуть не заплакала и убежала во двор.

— Блин, как-то плохо получилось, — Виктор посмотрел на мать и отца.

— Я могу понять Соню, Дэвис не может не нравиться. Он хорош, наверное, во всем… но отец прав, нельзя, чтобы Соня стала его слабостью, которой воспользуются враги, — высказалась Татьяна.

— Спасибо, — ответил Владислав, — я знал, что ты поддержишь мое решение.

Отец и мать Владислава согласились с тем, что союз с Дэвисом — это верное решение, которое поможет развивать род. Однако и они не встали на сторону Сони, ведь хотели для нее спокойной, умеренно жизни, а не постоянный риск, пусть и рядом с любимым человеком.

Лишь жена Юрия высказала противоположную точку зрения.

— Дэвис спас жизнь Юры, это для меня многое значит. Он убил Старьевщика, эту огромную змеюку… Думаю, что ни с кем другим Соня не будет в такой безопасности, как с Дэвисом. Это не мое дело, но промолчать я не могла.

Владислав не стал спорить, он лишь поблагодарил ее за мнение. Однако своего решения не поменял.

— Может, еще раз посмотрим? — спросил Виктор. — Это круче любого кино, что я видел. Офигенно же, как он прыгает в пасть, затем взрыв!..

— Нет, с меня хватит, — ответила Татьяна.

— Смотри, сколько угодно, — проворчал Владислав, он уже думал о проблемах, о будущих и настоящих, — только не забудь, что сегодня тебе нужно вернуться к работе.

— Конечно, я займусь, только немного отдохну.

— Хорошо. И… — Владислав задумался, — мы с тобой теперь должны разделить обязанности Юрия. Так что будешь должен собрать новых бойцов из резерва.

— Да, я все сделаю, — ответил Виктор.

Позже Константин принес еще блюда на стол и прохладительные напитки. Жена Юрия все-таки уложила детей спать и поехала к мужу в больницу. Владислав связался с работниками и договорился, что уже вечером они начнут восстанавливать стену и все разрушения в ангаре.

После отдыха и пары часов сна, Виктор и Владислав вернулись к подготовке. Им предстояло пополнить отряды новыми бойцами, закупить для них снаряжение… В общем, дел у них по горло.

* * *

Я проснулся под вечер. Сказать, что чувствовал себе ужасно — ничего не сказать. Перед тем как лечь спать, принял душ, как же сложно было отмыться от фиолетовой грязи. Занести ее в раны я не боялся, ведь запросто мог очистить организм.

Перед сном запустил ускоренную регенерацию и цикл, который разрушал в магических артериях отложения маны. Поэтому, когда проснулся, почти не обнаружил под бинтами ран. Лишь редкие шрамы. Думаю, если приноровиться, то когда-нибудь смогу регенерировать так, чтобы и следа от ран не оставалось.

Встал с кровати, умыли и оделся. Хотелось уже, наконец, встретиться с Соней, но нужно перед этим кое-что сделать. Проверить, очистился ли организм и его магическая составляющая. Пара минут медитации и убеждаюсь в том, что со мной все в порядке. Ранам нужно еще хотя бы сутки на полное заживление, а так я цел и здоров.

Вышел из комнаты и направился в Сонину. Постучал в дверь, но никто мне не открыл. Так, а может ли джентльмен входить в комнату дамы, если ее там нет? Нет, этого я позволить себе не мог, подошел к окну и уселся на подоконник. Стоило только посмотреть на задний двор, как увидел Соню. Она сидела на садовых качелях и почему-то грустила.

Спустился на первый этаж и увидел Константина. Он улыбнулся, поклонился и сразу протянул мне руку.

— Дэвис, вы… слов не нахожу… сделали нечто невероятное.

— Благодарю, — улыбнулся я, приятно такое слышать, — рад побеседовать, но спешу.

— Подожди! — раздался голос Виктора. Он быстро спускался со второго этажа: — Кое-что тебе покажу.

— Если это важно, давай.

Виктор взял пульт от телевизора и включил какую-то видеозапись. Я сразу понял, что это запечатлела камера видеонаблюдения. На записи было видно разрушенную стену. Затем на нее вскарабкался я, и появилась несущаяся исполинская змея.

Я с таким любопытством и восторгом смотрел запись, будто бы тот пацан, что прыгнул гадине в пасть и взорвал самоцветы — это не я. Со стороны мой, не побоюсь этого слова — подвиг, выглядел восхитительно. Очень впечатляюще и чертовски кинематографично.

— Браво, — похлопал Константин, — эта запись должна войти в историю… хотя бы в родовой архив.

— Ну как, Дэвис? Круто?

— Не то слово, — у меня до сих пор бегали по спине мурашки.

— Сделать тебе несколько копий?

— Конечно, внукам буду показывать, — усмехнулся я. — Где Владислав?

— Мы с отцом сегодня собирали новых бойцов. Он отпустил меня пораньше, а сам все еще работает.

— Как Юрий?

— Идет на поправку.

— Беркли не возвращались?

— Нет. Да не парься. Все у нас хорошо, — подытожил Виктор.

— Ясно, пойду прогуляюсь.

— На задний двор?

— Да. А что?

— Ну… — Виктор замялся, — ладно, не мое дело.

— Как знаешь, — я пожал плечами.

Вышел из поместья и направился к Соне. Только она меня увидела, как вскочила и побежала навстречу. Насколько же жаркие это были объятия. Она прижималась ко мне, а сама хныкала.

— Все хорошо, — я успокаивал ее, — улыбнись же.

Она попыталась улыбнуться, и у нее получилось, но грустный блеск так и остался в глазах, как и слезы. Не понимаю, она так переживала за меня или что-то случилось. Я жив, но она все никак не обрадуется, значит, что-то все же случилось. Но начать решил издалека.

— Уже выбрала, куда мы завтра пойдем?

— Ну… в театр хотела.

— Отлично. Завтра вечером пойдем в театр, чего ты так грустишь? Виктор показал запись?

— Показал, — она слегка улыбнулась, — это было страшно смотреть. Она неслась на тебя, а ты… как супергерой, только настоящий.

— Лучше меня этого не сделал бы никто.

— Угу, — Соня прижалась ко мне и вроде бы грусть отступила.

— А в чем дело? Я с тобой, завтра мы идем в театр, а ты грустишь.

— Я рассказала все отцу, он не хочет, чтобы мы встречались.

— Причина?

— Он сказал, что у тебя слишком много врагов, а я…

— Можешь стать моей слабостью… И почему я сам до этого не додумался? — черт, выругался про себя. Владислав определенно прав, но пока я инкогнито, Соне точно ничего не угрожает. По крайней мере, не больше, чем любому из рода Волгиных.

— Но ты же не бросишь меня, если отец прикажет тебе?