Эликсир жизни

Дидактор Фальконе был…

«… крайне обеспокоен нарастающим количеством умственных расстройств. 92 процента больных в стране - это психические больные. Один человек из шести находится на учете в психдиспансерах. Серьезнейшая проблема нашего времени, но ею никто не занимается, так как не видно путей ее решения, а значит, возможности повышения фила».

Вэйлок перечитал параграф. Это же его собственные слова! Он стал читать дальше с интересом.

«Причина всех психических расстройств очевидна. Интеллигентный человек, много работающий, вдруг обнаруживает, что, несмотря на все его усилия, его слоп неотвратимо приближается к терминатору. Человек впадает в транс. Временами, при определенных обстоятельствах, он становится буйным и опасным для окружающих.

Это самая характерная особенность нашего времени. И количество таких больных увеличивается в связи с тем, что повышение фила становится все более и более трудным. Разве это не трагедия? Мы, познавшие тайны материи, покорившие межзвездное пространство, построившие роскошные дворцы до небес, и, наконец, уничтожившие время, мы, знающие и умеющие так много, - все еще беспомощны, когда нам приходится иметь дело с человеческим мозгом!»

Вэйлок задумчиво положил газету. Он поднялся, вышел из кафе, пересек Эстергази сквер и прошел по Рамбольд Стрит в Мерсер.

Вот его поле деятельности - и именно тут пролегает путь в амаранты, именно здесь предлагает ему работу Бэзил, обещая поддержку. Разумеется, ему сначала будет трудно. Придется много учиться. Но Бэзил прошел через все это и теперь уже приближается к Сердам.

Вэйлок задумчиво шел дальше, дошел до башни Пела гис Индастри и поднялся на лифте на верхнюю площадку.

Вид был исключительный. Горизонт расширился до пятидесяти миль. Он видел реку Шант, Глэйд Каунти, Карневаль и даже далекое море. Внизу лежал город, извергающий низкие звуки, вверху сиял беззвучный купол неба. Вэйлок подставил лицо ветру и волна энтузиазма охватила его. Кларжес! Блистательная цитадель цивилизации в море дикости и варварства. Он, Гэвин Вэйлок, уже раз вознесся над ним.

Он сделает это еще раз!

Часть 5.

К северу от Мерсера река огибала Семафор Хилл и втекала в долину Ангелов. Затем она извивалась среди холмов Вандун Хайлед - самая красивая местность в Кларжесе. На северном холме расположился Балиас, тоже красивое место, не менее престижное. Здесь, в основном, жили Вержи и Серды, а также богатые гларки, которые компенсировали отсутствие фила экстравагантным образом жизни.

Паллиаторий был расположен всего в нескольких сотнях метров от Риверсайд Роад. Вэйлок вышел из Субвея на станции Балиас, поднялся на поверхность и очутился перед Паллиаторием. Он прошел в приемную.

Там он спросил, где ему найти Бэзила Тинкопа, и был направлен на третий этаж в 3Q3 кабинет. Найти его оказалось несложно. На двери висела табличка:

БЭЗИЛ ТИНКОП

психиатр

и чуть ниже более мелким шрифтом:

СЭТ КАДДИГАН

психотерапевт

Вэйлок вошел.

За столом сидел и работал человек. Он отчеркивал линии на листе бумаги. Вероятно, это и есть Сэт Каддиган. Он был высоким, но немощным, с костистым лицом, растрепанными рыжими волосами и чересчур длинным носом. Он нетерпеливо посмотрел на Вэйлока.

- Я хотел бы видеть мистера Бэзила Тинкопа.

- Бэзил на конференции.- Каддиган вернулся к работе.- Садитесь, он скоро вернется.

Вэйлок не стал садиться, а подошел к стене посмотреть на фотографии. Это были групповые съемки, очевидно, персонал Паллиатория. Каддиган искоса наблюдал за ним. Внезапно он спросил:

- А зачем вам мистер Тинкоп? Может, я помогу вам? Вам нужно место в Паллиатории?

Вэйлок рассмеялся.

- Разве я похож на сумасшедшего?

Каддиган наблюдал его с профессиональной беспристрастностью.

- Слово «сумасшедший» не несет в себе научной информации. Мы, врачи, редко используем его.

- Вы ученый? - спросил Вэйлок.

- Считаю себя таковым.

На столе лежал лист, на котором было что-то изображено красным фломастером. Вэйлок взял лист.

- И художник, к тому же.

Каддиган взял лист, поднес его к носу, положил на стол.

- Этот рисунок,- ровно сказал он,- сделан пациентом. Он нужен для диагноза.

- А я думал - это ваша работа.

- Почему?

- В ней чувствуется что-то необычное. Каддиган снова посмотрел на рисунок.

- Вы действительно так считаете?

- Да, конечно.

- Вероятно, у вас те же мании, что и у больного, рисовавшего это.

Вэйлок рассмеялся.

- А что это?

- Пациента попросили нарисовать его мозг. Вэйлок заинтересовался:

- У вас много таких рисунков?

- Очень.

- Вы как-то классифицируете их? Каддиган показал на какой-то прибор.

- Пытаемся с его помощью.

- А когда проведете классификацию, что тогда? Каддиган явно не хотел отвечать. Наконец он сказал:

- Вы, конечно, знаете, что психология, как наука, развивается не так быстро, как другие науки.

- Я это предполагаю,- задумчиво сказал Вэйлок.- Психология мало привлекает талантливых людей.

Каддиган поморщился.

- Трудность и сложность нервной системы человека и отсутствие точных методов контроля. Уже набрано громадное количество материала - например, диагностика по рисункам.- Он показал на лист бумаги.- Я надеюсь, что моя работа внесет небольшой вклад в это дело. Психология бурно развивается, но всегда наталкивается на основную трудность - сложность мозга и отсутствие точных методов. О, кое-что уже сделано. Можно вспомнить амарантов Аброяна или Сашевского, Коннелй, Меларсона… Но несмотря на это, паллиатории полны больных и наши методы лечения ничем не отличаются от методов во времена Фрейда и Юнга.- Он устремил на Вэйлока пронзительный взгляд:

- Вы хотели бы стать амарантом?

- Очень.

- Решите одну из 20 основных проблем психологии и вы на вершине славы.- Он склонился над столом, как бы говоря о конце беседы. Вэйлок улыбнулся, пожал плечами и пошел по комнате.

Внезапно раздался пронзительный, леденящий душу вой. Вэйлок посмотрел на Каддигана.

- Старый добрый шизофреник,- сказал тот.- Наш хлеб.

Дверь открылась. Вэйлок повернулся. В дверном проеме стоял Бэзил Тинкоп в строгой серой униформе.

Во второй половине дня Гэвин Вэйлок покинул Паллиатории. Усевшись в воздушный кар, он полетел над городом. Солнце опускалось в оранжевый туман за Глэйд

Каунти. Башни Мерсера горели в последних лучах солнца, затем погасли. В городе начали зажигаться огни. За рекой веселой россыпью засветился Карневаль.

Вэйлок думал о своем новом деле. Бэзил был несказанно рад, увидев его, и сказал, что Вэйлок сделал правильный выбор.

- У нас работы столько, Гэвин, горы работы! Работы и слопа!

Каддиган с легкой ухмылкой смотрел на восторги Бэзила. Он явно считал его дилетантом.

Сейчас главное, думал Вэйлок, овладеть терминологией, жаргоном. Однако, нужно все время стараться избежать рутины, в которой запутались и застряли сотни его предшественников.

Он должен изучить это дело критически, не поддаваясь никакому влиянию, абсолютно непредвзято.

Он должен остаться в стороне от всех доктрин и теорий, однако, четко понимать, что дает каждая из них.

А пока не представится возможность для повышения фила или пока он сам не создаст ее,- он должен приобрести репутацию, которая поможет ему скидывать одного за другим тех, кто стоит выше его. Вверх к слопу! К дьяволу всякие предрассудки!

Он очутился в Флориандер Ден, в самом сердце Октагона, всего в трех минутах ходьбы от его квартиры.

Остановившись возле стенда новинок, он пробежал глазами индексы и выбрал две книги по психологии и организации психиатрических учреждений. Вэйлок нажал соответствующие кнопки, опустил в щель флорин и через минуту получил микрофильмы в целлофановых пакетах.

Вскоре он уже шел по Фариот Вэй. Все утреннее возбуждение у него пропало. Он устал и очень хотел есть. Придя домой, он поужинал и поспал пару часов.

Проснулся он, чувствуя себя маленьким, слабым, ничтожным. Он взял микрофильмы, устройство для просмотра и вышел в ночь.

Лениво брел он по Эстергази Сквер и по привычке завернул в кафе «Далмация». Площадь, темная и пустая, казалось, хранила эхо шагов тех, кто ходил по ней днем. Клетка Стыда все еще стояла на площади и в ней сидела старуха. В полночь ее освободят.

Он заказал чай, кексы и стал работать.

Когда Вэйлок поднял глаза, он удивился, что в кафе столько народу. Время было 11 часов. Он вернулся к чтению.

Без четверти 12 все столики уже были заняты. Мужчины и женщины были странно возбуждены и старались не смотреть в лицо друг другу.

Вэйлок больше не мог работать. Он посмотрел на темную площадь. Пусто. Но все знали, что Вейрды там.

Полночь. Голоса в кафе притихли.

Клетка заколебалась. Старуха стиснула руками прутья, глядя на площадь.

Вот дверь открылась, и старуха была свободна. Наказание кончилось.

Все приникли к окнам, затаив дыхание.

Старуха осторожно пошла вдоль фасада Актуриана по направлению к Бронз Стрит.

Камень упал на тротуар позади нее. Еще и еще. Ее ударило в бедро. Она побежала. Камни сыпались на нее из тьмы. Один, размером с кулак, попал ей в шею. Она пошатнулась, упала. Затем она с трудом поднялась, проковыляла до угла и исчезла в темноте. - Она сбежала,- сказал чей-то голос.

Ему ответил другой:

- Ты сожалеешь об этом, значит ты такой же, как Вейрды.

- Вы заметили, сколько было камней? Настоящий град.

- Вейрдов становится все больше.

- Вейрды, Визереры и остальные… Я не знаю, не знаю…

Часть 6.

На следующее утро Вэйлок прибыл в Паллиатории точно вовремя. Это принесло ему горькую мысль:

- Я похож на всех остальных трудолюбивых неудачников.

Бэзила Тинкопа не было, и Вэйлок представился Сэту Каддигану.

Каддиган протянул ему бланк:

- Заполните это, пожалуйста.

Вэйлок просмотрел бланк, нахмурился. Каддиган рассмеялся:

- Если хочешь работать здесь, заполни.

- Но я уже принят на работу. Каддиган терпеливо повторил:

- Бланк нужно заполнить. Таковы правила. Вэйлок написал несколько слов, поставив прочерки