Помоги проекту - поделись книгой:
— Для какой цели вам нужна девушка, Самуиль Ронториум-ро? — со скрытой злостью вопросил Аррон. Ректор Академии подобрался и приблизился к своей правой руке. Вид он имел отстранённый, но напряжение в глазах не мог бы увидеть лишь слепец.
— Мне необходимо узнать всё, что помнит юная особа о своём переносе. Как это произошло, что могло послужить причиной разрыва именно в тот момент, в который это и случилось, размеры, формы… всё, что сможет поведать Агния, — невозмутимо ответил Тёмный, глядя в глаза Аррона. Он прекрасно понимал чувства куратора. Именно из-за ордена они потеряли несколький студентов и мастера. Поэтому старался показать, что девушке ничего не угрожает, и ему необходимо просто с ней поговорить. Что Самуиль и озвучил Гроутену.
— Зачем вам это? — с долей недоверия поинтересовался ректор, стоя теперь совсем рядом с куратором. Видимо глава Академии оборотней боялся несдержанности своего заместителя и находился рядом, чтобы вовремя удержать его.
— Эти данные должны помочь в расчётах, — миролюбиво ответил Самуиль, продолжая следить за Арроном. — Важно понять, есть ли различия между попаданиями к нам и какие они. Если прорывы становятся сильнее и мощнее, то это плохая новость для нас, господа. Это значит, что грани истончаются быстрее, и естественные межмировые порталы открываются всё активнее и легче.
— И это приведёт к более быстрому появлению разрыва с археусами, — закончил за Тёмным ректор, потирая свой подбородок. Он взвешивал и размышлял. Недолгая пауза, затем взгляд на Аррона и решение со стороны Академии о своей подопечной было вынесено. — Ваша беседа может состояться, но только при нашем присутствии.
— Не имею ничего против, — как само собой разумеющееся принял и согласился Самуиль.
— Я тоже буду присутствовать, — неожиданно вызвался командир Сумрачных.
Самуиль с лёгкой ноткой удивления посмотрел на Вертона, но затем в его сознание быстро пришёл ответ. Белогрэд в данный момент был представителем Империй и никак не мог оставить без внимания всё, что происходит. А разговор с попаданкой мог быть занятным и полезным для Сумрачного. Но Тёмный не имел ничего против, так как скрывать в данном разговоре и нечего. Ведь Самуиль точно знал то, что нужно помимо названного и необходимо Тёмному, Вертон не сможет понять. Он даже не почувствует, так как это может показаться ему чем-то совершенно незначительным.
Глава 10
В каменной комнате вновь похолодало. Первым отмер глава Академии оборотней.
— Хорошо, — больше из вежливости озвучил согласие ректор и, убрав руку от подбородка, обратился к Тёмному. — Агнию мы приведём в ближайшее время. Когда отправка к предполагаемому месту разрыва?
— Необходимо это сделать сегодня, немедля, — проговорил Сумрачный голосом, не терпящим возражений, и добавил. — Господин Самуиль, вы в состоянии сегодня провести нас к необходимой точке? И что вам для этого понадобится?
— Потребуется несколько порталов, далее пешком. Поскольку местность с нестабильным, искажённым магическим фоном, — Самуиль призадумался и осмотрел присутствующих тяжёлым взглядом. — Необходима соответствующая одежда и обувь. Нас ждёт тяжело проходимый старый лес.
Про оружие Тёмный не стал добавлять, так как прекрасно знал, что оно будет практически у всех.
Менее чем через час, когда каменная комната опустела и оставила в своих стенах лишь одного Тёмного, дверь вновь скрипнула. Его посетителей было трое, к удивлению Самуиля. Аррон вошёл первым и следом пропустил молодого высокого парня, который остро обратился к Тёмному и не сводил с того своего злого взгляда. Последней вошла светловолосая кудрявая девушка. Самуиль сразу почувствовал несвойственный этому миру поток силы от неё. Попаданка. Это точно была она, и Тёмный был полность в этом уверен. Он почувствовал её, а затем обратил внимание и на отличие этой юной девушки от местных. Глаза смотрели так, словно бросали вызов Тёмному, лёгкая непочтительность, которая впитывалась с молоком матери у дев мира Элерон. Это чувствовалось на тонком уровне, неосознанно цепляющимся сознанием за мелкие детали. Резковатые движения, едва заметная сутулость, которая тоже присуща людям из её мира. В Элероне знать имела прямые спины, у военных и служащих выправка, а вот у рабочего класса сутулость гораздо сильнее от тяжёлой работы. И тут же память Самуиля подкинула картинку, как начинают выглядеть с годами учёные, что изо дня в день проводят своё рабочее время в лабораториях над пробирками, мензурками и тестами и тоже в итоге ссутуливаются.
Тёмный тряхнул головой прогоняя лишние мысли и концентрируясь на значимом. Дверь скрипнула пропуская командира Сумрачных, он коротко ответил на приветствие адептов и встал у окна, опершись на подоконник и внимательно следя за всеми, кто находился в этом каменном мешке.
— Агния, присаживайтесь, — распорядился куратор. Девушка села на стул напротив Самуиля, а Аррон и парень остались стоять рядом. — Самуиль, можете задавать ваши вопросы.
Пленник каменной комнаты ещё раз посмотрел на молодого парня, пытаясь определить кто он и для какой цели здесь находится. Но ответ на свой вопрос он не получил и решил оставить это на потом. Не так уж и важно это было сейчас.
— Агния, постарайтесь вспомнить в мельчайших подробностях ваше перемещение, и что произошло до него, — мягко начал Самуиль, внимательно наблюдая за реакциями девушки.
И она поведала. Рассказала о своём сне, который ей приснился в ночь перед самим происшествием и про парк с прудом, возле которого и возникла трещина. Так называла портал Агния — трещина, что издавала непонятные звуки, похожие на треск и шипение. А вот дальше было интереснее. Портал начал затягивать всё вокруг. Снег, ветки и саму девушку. Она почти смогла отползти от воронки перехода, но бревно, на котором девушка сидела ранее, полетело и снесло Агнию, утаскивая с собой в темноту разрыва. Далее Агния обнаружила себя уже в этом мире. Нагая, испуганная, не чувствующая своё тело. Ей потребовалось время, чтобы овладеть вновь своим телом и увидеть, что её одежда была практически вся разорвана. Именно в остатки одежды нынешняя адептка Академии оборотней и оделась. Дальше девушка немного замялась и проскочила события, которые были. Самуиль хотел узнать, но Аррон уверил, что это не имеет отношения к делу, и Тёмному стало вдвойне интересно, но он понятливо не стал задавать лишних вопросов. Самуиля куда больше заинтересовало, что спустя время портал ещё был открыт и продолжал излучать свою магию.
— Вас что-то забеспокоило в рассказе Агнии? — вторгся в мысли Самуиля Сумрачный, подмечая все изменения в лице и поведении пленённого.
— Есть некоторые моменты, которые показались мне странными, — не поднимая головы, задумчиво и медленно отозвался Тёмный.
— И что же? — терпеливо и вкрадчиво спросил Вертон, всё также оставаясь возле окна.
— Сон, сила перехода и долгота… — оборвался Самуиль, раскладывая полученную информацию по мелким составным деталям.
— Долгота? — непонимающе переспросил Сумрачный. Остальные молчали и ждали следующих слов Тёмного.
— Переход был долго открыт и это странно, — пояснил Самуиль, не поворачивая головы к командиру. Он пытался уловить мельчайшие отличия в рассказе девушки от предыдущих рассказов попаданцев, при этом не выдавая всю информацию и предположения Сумрачному. — Когда прибудем к предполагаемому месту разрыва мне понадобятся некоторые инструменты для проведения анализа.
— Что вас так напрягло, господин Ронториум-Ро? — продолжал свой допрос Сумрачный, так и не поменяв своё положение и оставаясь на одном месте. Его лицо нисколько не изменилось, оно продолжало абсолютно ничего не выражать. Но блеск глаз показывал его нетерпение в получении информации.
— Сложно в данный момент сделать выводы, господин ри Белогрэд, — чуть ли не отмахиваясь ответил Самуиль, но теперь повернулся лицом к собеседнику. — Нужно идти к точке истончения материи. Мне нужно больше данных и материала, чтобы я смог озвучить свои выводы.
Сумрачный едва заметно сузил глаза и не сводил их с члена совета Тёмного ордена. Ему не понравилось, что он не получил ответ, но понимал, что нужно больше данных, и им действительно пора выдвигаться к граням.
— Жду список необходимого, — равнодушно отозвался Сумрачный и сдвинулся со своего места, чтобы покинуть каменную комнату. Ему больше нечего было здесь делать. То, что было нужно, Сумрачный получил, он смог многое увидеть и оценить. Остальные же моменты он получит позже. Обязательно получит, нужно лишь подождать, а ждать Вертон умел, как и выжидать именно тот самый нужный и лучший момент. — До свидания, адепты, — коротко бросил Сумрачный, не поворачивая головы и не дожидаясь ответа. Он быстрым, но неторопливым шагом дошёл до двери, и спустя миг мужчины уже не было в комнате. Агния и Морт проводили взглядом командира крылатого отряда, а Аррон и Самуиль изучающе смотрели друг на друга.
— Господин Ронториум-Ро, вам есть чем ещё поделиться с нами? — вкрадчиво спросил куратор.
— Рано делать однозначные выводы, господин Гроутен, — таким же тоном отозвался тот и приподнял правую бровь. — Вы отправитесь с нами к граням? Нам могут понадобиться ваши таланты.
— Даже так? — усмехнулся оборотень. — И какие же именно вас интересуют?
— Там места глухие, наполненные дикими тварями. Ваши способности могут облегчить наше пребывание. Аналитический склад ума и нестандартный подход возможно могут сыграть значимую роль в нашей миссии. Иными словами мне требуется помощник, — бровь Тёмного опустилась на месте, но на губах заиграла лёгкая улыбка. — Ведь у меня нет возможности сейчас призвать своих подручных.
Аррон пристально смотрел в глаза Самуиля, настолько пристально, будто проникал в саму душу и выведывал все сокровенные и тёмные тайны пленённого. Куратору не понравилось то, что он услышал. Его это напрягало. Но что именно сам Аррон не мог понять. Со стороны логики всё правильно, но что-то внутри оборотня не давало покоя, словно земляная пчела жужжала и зарывалась в глубь.
— Если вы закончили с вопросами к адептке Романенко, то мы вас покидаем, — сейчас куратор напоминал командира Сумрачных. Его лицо также не выражало каких-либо эмоций, а тон был нейтральным. И Самуиль не смог определить настоящую реакцию на свои слова. Оставалось лишь гадать, что не любил Тёмный. Но он был уверен, что ответ и на этот вопрос найдёт немного, совсем немного, позже.
— Конечно, — согласился Самуиль и посмотрел на встревоженную, но храбрящуюся юную девушку. Он не мог не заметить, что девочка была ему интересна, и что-то в ней привлекало Тёмного. Была некая загадка, которую так хотелось разгадать, узнать, что таит попаданка. Самуиль любил тайны, точнее их разгадывать. Поэтому он решил, что позже обязательно найдёт предлог ещё раз пообщаться с данной юной особой. А пока он только вежливо улыбнулся светловолосой девушке. — Спасибо, Агния, за помощь. Ваши слова ценны. Не смею задерживать. До встречи, Агния.
Перепады общения Самуиля с присутствующими нервозно отражались на девушке. По наблюдениям Тёмного, его мягкий, обволакивающий тон путал девушку. Она явно ожидала увидеть перед собой совершенно иного. Слухи о Тёмном ордене, о его власти и кровожадности вызывали неосознанный страх, ненависть и презрение. Но особенно ярко выделялся именно страх. Именно поэтому девушка сейчас терялась рядом с вежливым и добродушно настроенным Тёмным.
— До свидания, — глухо проговорила она и встала со стула, желая как можно быстрее покинуть эту комнату и оказаться подальше от Самуиля. На что сам Самуиль едва удержал хмыканье.
Парень, что каменным изваянием всё время находился рядом, отмер и придерживая ручку Агнии, проводил до выхода. На пленника каменной комнаты он более не смотрел, но Тёмный чувствовал ярость по отношению к нему, так ярко исходящую от молодого оборотня. Всё же занимательным для Тёмного оказался Мортен де Вуль, сверкающий ледяными голубыми глазами. Самуиль в ходе разговора с Агнией узнал снежного барса. Именно этот, во всех смыслах, перспективный, сильный оборотень был выбран в жертву ритуала.
Аррон последовал за своими адептами и придерживая дверь, чтобы затем скрыться за ней, остановился. Взгляд брошенный на Тёмного был колким, а голос не выразил истинных чувств, когда он сказал лишь одну фразу:
— Я буду в походе к граням.
Глава 11
Прошло не более двух часов, как небольшая, но очень хорошо подготовленная группа уже перемещалась в порталах и приближалась к загадочному месту, к которому вёл Тёмный. Никто не задавал лишних вопросов, все действовали слаженно, чётко, словно далеко не в первый раз работали сообща. Самуиль больше ни на кого не обращал внимания, сосредоточившись на точке прибытия. Он был несколько отрешён от остальных и их переговоров, сконцентрировавшись на используемых артефактах и манипуляциях с ними. Тёмный делал пассы руками, шептал никому непонятные и едва слышимые слова на старом, забытом языке. После таких процедур Самуиль говорил куда идти дальше и больше начинал хмуриться. Никому не показалось, что он таким образом ищет путь, все прекрасно понимали, что член совета Тёмного ордена собирает данные по мере приближения к основному источнику его исследований. Именно поэтому никто не проронил ни слова, чтобы пленник совершал сие действия быстрее, лишь ждали и открывали следующий портал.
Спустя не менее полутора часов молчаливая группа вышла из последнего портала и уткнулась в мохнатые еловые лапы, которые щедро осыпали прибывших снегом.
— Куда дальше, господин Ронториум-Ро? — нейтрально спросил командир Сумрачных и покосился на дальние заросли, из которых выпрыгнул маленький пушистый зверёк и моментально скрылся за широким стволом старой покосившейся ели. От негромкого, но неожиданно раздавшегося голоса Сумрачного с ближайших деревьев вспорхнули несколько птиц и, звонко прощебетав, растворились в нависающих серо-синих тучах. Сова на верхней ветке сосны развернула голову на сто восемьдесят градусов и внимательно оглядела наглецов, что потревожили её покой. Это всё Самуиль отметил краем глаза и выкинул руку прямо, прокомментировав:
— Туда, господа. Нам идти несколько километров. Ближе никак не подобраться порталом, нужно продвигаться своим ходом.
— Илон и Семиль, — обратился командир ри Белогред к своим подчинённым, — вы вперёд.
— Да, командир, — хором ответили двое Сумрачных и в мгновение переместились на свои позиции — в начало группы. Они работали настолько слаженно, что невольно возникала мысль, что они близнецы, которые чувствовали друг друга невероятным образом. Гармонично смотрелось.
Командир далее не проронил ни слова, но жестом указал Самуилю, что следующими идут они. За ними по узкой, усыпанной рыхлым снегом дорожке бесшумно ступали остальные. Все чувствовали некую силу данного места, затаившуюся меж шершавых стволов мощь леса. Все подобрались и внимательно осматривали окрестности, ища глазами то, что приносило неприятное чувство опасности. Аррон же глубоко вдохнул морозный воздух и прикрыл глаза. Он сканировал местность и разбирал на мелкие составляющие лесной запах. Не найдя никаких странностей и отклонений, помимо собственных предчувствий и вставших дыбом волос на теле, куратор вытащил амулет усиления магии. Полученный в молодости опыт заставлял Гроутена перестраховываться и быть готовым к худшему. О лёгкой, приятной прогулке соответственно никто не думал, но внутреннее чутьё тугим узлом стягивало внутренности и заставляло всё больше и больше вглядываться в густой, дремучий лес.
— Стоять, — негромким, но командным голосом приказал Сумрачный, и все замерли, словно ледяные изваяния.
Вертон увидел знак Илона, который и означал скорую остановку, а Семиль при помощи артефакта сканировал местность. Текущую минуту все находились в напряжении и ожидании. Но Сумрачный, что занимался разведкой, дал отбой и облегчение прокатилось снежным комом по всей группе. Снег скрипнул под тяжёлыми сапогами идущих и где-то неподалёку недовольно и зло ухнула сова. Послышался шелест крыльев, разрезающих морозный воздух, и натянулась тонкая, грозящая бедами струна.
Аррон и Вертон отреагировали одновременно. Вскинутые щиты обладали сразу двумя слоями защиты — от магического и физического воздействия. Интуиция бойцов прокричала об опасности, а о какой именно — в глухом, забытом всеми Богами, лесу не знал никто. В горстку оборотней и магов полетели сразу два молодых метровых дерева, вырванных с корнями из заледенелой земли.
— Щиты, — следом, после того как на интуиции выставил сам, крикнул Сумрачный. Спасла всех реакция Вертона и Аррона, что успели выстроить защиту до столкновения. Остальные поставили щиты, когда деревья обрушившись на полупрозрачную защиту, упали в рыхлый снег, унося с собой и остатки заледенелой земли.
— Что это? — грозно вскрикнул Роксен, вливая свою водную магию в голубоватый купол щита. Рядом кто-то крикнул, привлекая внимание. Как оказалось, очень вовремя. С другой стороны летел большой причудливой формы валун.
Группа подбиралась из опытных и сильных оборотней и магов не зря. Защиту моментально усилили в предполагаемой точке столкновения с валуном. Камень, ударившись о щиты, с грохотом и треском разломился на три части размером с голову медведя.
— Справа, — указал Аррон, подмечая движение неизвестных врагов.
— Прекратите нападение или мы атакуем! — следуя протоколу, громко прокричал командир Сумрачных.
Ответом послужил глухой, наполненный ненавистью вой, который накрыл всю округу и снёс снег с ближайших еловых лап. Следом полетело ещё одно дерево размером побольше предыдущих. Неизвестный враг не стал дожидаться столкновения несчастной ели с щитами и, снося ветки, кинулся в атаку сам. Огромная звериная туша показалась в воздухе и гигантскими лапами обрушила свою ярость на незваных гостей леса. Прыжок длиной в два десятка метров, совершённый исполинским зверем впечатлил всех настолько, что атакующие заклинания от них полетели с запозданием. Ни одно из них не причинило “тёмной” шкуре вреда, лишь огненные файеры опалили немного её и не более. А вот усиленный удар звериных лап пошатнул столь мощные щиты. Под левой кривой лапой расползлась извилистыми змейками трещина, и Роксену вместе со своим менталистом пришлось влить изрядно своих сил, чтобы подлатать купол. Этим двоим повезло меньше всех. Именно они находились в середине, и именно на них пришлась неожиданная атака врага. Зверь поднял невероятно большие лапы вновь и толстыми когтями нанёс второй удар.
— Что это за тварь? — изумлённо прокричал Илон, пытаясь понять, каким образом лучше атаковать врага, раз ему магия практически не причинила вреда.
— Ифроны, — глухо ответил Аррон, скривившись. — И они охотятся стаей.
Вопрос о том, что эти твари давно вымерли, застрял в горле Илона. Сейчас всех напрягла информация о стайности животных.
Аррон хмуро окинул взглядом ифрона, что сейчас пытался пробить щит. Большой. Слишком большой. В этих заброшенных потерянных землях эти твари не только смогли выжить, но ещё и стать больше, свирепей. Раньше они не нападали на такую группу оборотней. Опасались и обходили стороной, если не приходилось обороняться. Они обычно нападали не более чем на трёх-четырёх оборотней, чтобы справиться и задрать свою добычу. А сейчас же Аррон наблюдал тварь минимум в два раза больше себя в боевой звериной ипостаси. Звери оборотней всегда были больше своих собратьев в природе, как и у самого куратора. Этот же ифрон в высоту не меньше чем два медведя, как и в ширину. Внешне они похожи на что-то между медведем, волком и каракалом. Объемы и туша медведя, но при этом грация и плавность движений от охотничьей кошки, как и похожие уши, а вот свирепость и морда уже больше походили на бешеного волка. Силой, ловкостью и охотничьими данными природа одарила этих тварей с лихвой, но в довесок ифроны обладали ещё и магией. Точнее, практически полным иммунитетом к боевой магии. Одну такую особь уничтожить сложно, что уже говорить о целой стае. В давние времена на ифронов охотились лучшие ловцы большими группами, беспощадно прибегая к различным уловкам и ловушкам. Ловцы старались вырезать как можно больше ифронов, которые оставляли после себя одну только смерть. Места где обитали эти звери опустевали. Ненасытные твари сжирали не только жителей Империй, но и всю более-менее крупную живность лесов. А когда не оставалось и тех, то начиналась охота даже за самыми мелкими, несчастными зверушками, вне зависимости от наличия меха, перьев или чешуи. Поэтому старые раньше упоминали их как смертоносы.
А сейчас все будучи уверенными, что твари бездны исчезли, позабыли о них, как и способах их уничтожения.
— Какие у нас есть варианты? — обратился к Аррону взъерошенный Роксен.
— Нужно узнать сколько особей в данной стае, — глухо ответил куратор, вливая силы в щиты.
— Насколько высоко могут они прыгать? — включился в разговор командир Сумрачных, оценивая свои силы и анализируя шансы задуманного.
— Такой вес не позволяет им прыгать достаточно высоко, они больше стремятся преодолеть расстояние в длину, поближе к жертве, — подпитываясь магией от амулета, Аррон пытался сосредоточить в себе больше силы для скорых атак.
— Так сколько? — нетерпеливо вопросил Вертон.
— Точных данных нет, — проскрипел злой куратор. — С места… примерно в два своих роста из-за развитых мышц на лапах. Если он, — Аррон указал на тварь, которая билась о стены купола и обдавала слюной места своих ударов, — решит повторить свой прыжок, то высота превысит величину его роста раза в три. Но, опять таки, это примерно, Вертон.
— Понял тебя, — ответил Сумрачный и прикрыл глаза. Спустя не более тридцати секунд молчания и пребывания в самом себе Вертон вновь обратился к Аррону. — По команде приоткрой щиты сверху.
— Нужно отвлечь внимание твари, чтобы он не атаковал сразу, когда ты только покинешь защиту, — Аррон был согласен с планом Сумрачного, только считал, что тому может прийтись туго, если ифрон сможет добраться до него на вылете. Но у куратора появилась одна сомнительная, но возможно действенная идея. — Нужна сила менталиста.
— Но ифроны обладают иммунитетом к боевой магии. Воздействие на их разум обречено на провал. Я пытался, — возразил сам менталист. — Моя магия также воспринимается враждебной и каждый раз бьётся об иммунную защиту ифрона.
— Господин, Амероуз, — обратился к менталисту Аррон, — мне известна ваша особая способность.
Менталист кинул одновременно удивлённый и злой взгляд на куратора Академии оборотней.
Глава 12
Менталист не любил и старался всячески скрывать свои особые таланты. Те способности, благодаря которым он может оперировать в сложных ситуациях и безусловно важным фактором всегда играет незнание других о них. Именно это и помогло в своё время молодому Амероузу Триллю продвинуться так далеко по карьерной лестнице. Дар менталиста редкость, а дополнительные способности к этому ценились крайне высоко.
— Господин Гроутен, я не имею права применять их. Только при крайней необходимости, — попытался сохранить свою тайну от остальных Амероуз.
— К большому сожалению, — начал иронично куратор, — сейчас и есть эта самая крайняя необходимость.
— Вы не по… — начал было менталист, но его грубо перебил Аррон, который больше не желал терять ни секунды.
— Иначе именно вы, Амероуз Трилль, будете отвечать за смерть командира Сумрачных, — пригвоздил тёмным, почти чёрным взглядом Аррон. — При открытии части щита Вертон не сможет полностью открыть свои крылья и применить полную защиту. Ифроны могут атаковать открывшуюся добычу сразу несколькими особями. И никто не может дать гарантии, что наших сил хватит, чтобы противостоять всем им и при этом обеспечить защиту Вертону.
Менталист похолодел после пылкой речи Аррона.
— Что мне нужно сделать? — спросил он, сдаваясь.
— Ваша задача отвлечь ифронов в тот момент, когда приоткроются щиты.
Аррон отдал последние распоряжения и посмотрел на командира Сумрачных, который, в свою очередь, крайне внимательно и неотрывно следил за самим Арроном. Сумрачный оценивая действия и осведомлённость Аррона Гроутена вспомнил как ознакамливался с личным делом куратора и как скрипнул зубами, когда получил отказ в доступе к закрытым данным об оборотне. Он не знает всего об Арроне и сейчас убеждался в том, что перед ним стоит опасный противник. Поистине опасный, если тот решит перейти на другую сторону. Незнание чего-то настолько важного злило командира Сумрачных. Но именно этому оборотню он сейчас был благодарен за то, что тот спасает и страхует его.
— За секунду до приоткрытия купола вы увидите перед собой иллюзию, — оповестил всех менталист и столкнулся с удивлёнными взглядами присутствующих. Всех, кроме своего непосредственного начальника Роксена. Тот естественно знал об этом и также скрывал способности своего подчинённого. Но главный следователь прекрасно понимал, что сейчас это необходимость. — Будьте готовы и самое главное — помните, что это только иллюзия.
— Каждый знает, что ему делать, — начал Аррон и поднял руки вверх, к тому месту, где планировалось открыть проход для Сумрачного. — Вертон, на счёт три.
Илон хотел сделать шаг в сторону своего командира и занять его место, но в последний момент передумал. Он прекрасно знал возможности своего главного и понимал, что Вертон самый сильный и именно у него больше всего шансов. А самым главным послужил приказ Вертона, который не имел право нарушать Илон. Поэтому крылатый повернулся обратно и столкнулся взглядом с когтистой лапой, что ударила по стене купола, вызывая на том фиолетовые всполохи. “Сильный, зараза” — пронеслось в голове Илона, но он истинно верил в своего командира. Пальцы сомкнулись в новый пасс, усиливая защиту купола.
— Раз, — начал свой отсчёт Аррон и все подобрались. — Два…
Очередной удар острыми когтями, скрежет щитов, фиолетовые пятна перетекли в змейки, вой… Оглушающий вой зверя, что не мог добраться до своей добычи. Наполненные яростью глаза ифрона и очередной вой. Он призвал своих собратьев.
Это понял Аррон, как и то, что нет у них более времени.
— Три, — крик куратора и потоки магии моментально влились в щиты.
Окно образовалось ровно над Сумрачным. Вертон согнул колени и, отталкиваясь от земли, влил магию в толчок. Ему нужно было вытолкнуть себя за пределы купола, чтобы Сумрачный смог призвать и расправить свои крылья. Но это видели лишь несколько из присутствующих.
Все остальные широко распахнутыми глазами смотрели на огромный, изливающийся огнём метеорит, что сейчас падал на всех. На купол, под которым прятались маги и оборотни, на яростного ифрона, что прекратил свои атаки и ошеломлённо смотрел на огненную гибель. Чудовище попятилось, поддаваясь своему инстинкту самосохранения и царапая когтями несчастный купол.
И именно в этот момент, когда тварь была отвлечена, прыгнул Сумрачный. Тело командира на секунду зависло в воздухе над щитами, и его охватил сумрачный туман, который почти сразу стал рассеиваться. За широкими, охваченными мышцами, плечами распахнулись серебристые, неимоверно красивые крылья Сумрачного. Отражаемый свет от гладкой поверхности перьев упал на морду главного ифрона. Тварь почувствовала неладное и повернулась. Несущий смерть всем живым огненный камень с неба продолжал нестись на зверя, но тот смотрел на Сумрачного и его распахнутые крылья. Ифрон, обладающий иммунитетом к магии, смог распознать истинную картину и иллюзорную. Яростные глаза налились кровью, а затем раздался душераздирающий вой. Он пронесся по острым макушкам деревьев, призывая стаю. Взмах крыльев Сумрачного и из забытого леса выпрыгнули ифроны. Твари ринулись со всех сторон. Их было больше десяти и двое таились совсем рядом. Один из них пронёсся совсем близко, но его когтистые лапы не смогли зацепить Вертона, а вот второй оказался более прытким. Огромная, смертоносная туша летела прямиком в Сумрачного. Оскалилась пасть в предвкушении крови, а с жёлтых и острых, как лезвие, клыков стекала вязкая слюна. Миг и блеснула сталь меча. Сумрачный оголил своё оружие и замахнулся, ожидая приближения твари. Ещё миг и лезвие окрасила алая кровь. Один из ифронов был повержен. Обезглавленное тело зверя упало к лапам вожака.
Вой… страшный вой сбил с ближайших еловых лап девственно-белый снег. Это был крик о потере, о смерти своего собрата и жажде отмщения. Желание разорвать на части Сумрачного затопило всю суть вожака смертоносов. Он первым совершил прыжок, за ним остальные. Но Вертон был уже слишком высоко. Он был недосягаем для этих тварей, ведь теперь помимо крыльев командир мог использовать сумрачный туман для перемещений. Прыжок, второй, но Сумрачный невредим. Меч Вертона распорол лапу неудачливого ифрона, и вожак остановился. Его грудь быстро вздымалась, а из пасти текла прозрачная слюна. Зверь свирепо наблюдал за взмахами серебряных крыльев и услышал позади хрип, на который и обернулся. Там, немного дальше, лежало ещё два поверженных ифрона. Под тёмными шкурами на белом снеге разливалась алая кровь. Стая уже потеряла троих. Одного убил крылатый, а остальных те, что прятались за непробиваемым куполом.
Рык сквозь сомкнутые жёлтые зубы и вожак отдал команду атаковать щиты магов. Сам же остался на месте, ведя наблюдение одновременно за куполом и Сумрачным. Вожак выжидал. Его желание разорвать почти затмевало всё вокруг, но проклятый крылатый бесил больше всех, и вожак будет ждать. Ждать момента, когда его когти окрасятся кровью, когда насытится вся стая.
Поделиться книгой: