Сулла бы одобрил

Саруман сказал сурово:

– Это не новость, еще месяц тому мы уже знали.

– А сейчас официальная презентация, – напомнил Фальстаф. – Шутка ли, разработка обошлась в четыре миллиарда долларов! Потом производство в лабораторных условиях, это еще полгода. Понятно по какой цене выйдет эта первая партия, способная работать внутри организма!

Саруман перевел взгляд на экран, с которого смотрю я, сказал скрипучим, каку старого ворона, голосом:

– Цена пока, да… Потому сотни тысяч больных подождут, если не способны заплатить по четыреста миллионов евро за операцию, а вот деятели шоу-бизнеса, актеры, спортсмены, ясновидцы и всякие ведущие клоунских программ на ТВ сразу оживились, не заметили?

– Я не отслеживал, – сказал я, – некогда было. А что с ними? Начали наводить справки, что это за, что могут и в какие сроки?

– Точно, – подтвердил Саруман мрачно. – И можно ли все анонимно.

Фальстаф жирно гоготнул, как большой довольный гусь, заметивший под корягой толстую лягушку.

– Вот-вот! Наноботы уже есть, но к ним требуются еще очень мощные и специализированные проги. Пока что, как я слышал, ускоренно разрабатываются безоперационная замена коленной чашечки и увеличение пениса…

Я поморщился, Саруман сказал все тем же неприятным голосом, словно скрежетал тупым ножом, очищая сковородку:

– Увеличение пениса оказалось более простым делом, там всего лишь работы с двумя пещеристыми телами и трабекулами, то есть перегородками. Это не старую кость в коленной чашечке грызть и наращивать новую! С пенисом все намного проще, а желающих воспользоваться услугой оказалось больше, чем людей с больными коленями.

Голос его упал до шепота, он умолк и в раздражении начал двигать курсором, вытаскивая на экран последние работы по наноботам.

Фальстаф весело пропел:

– Хазбулат удалой, бедна сакля твоя… Новая эра! Теперь наноботы – это все!.. Хирургия отменяется!.. В смысле, старая с ножами и скальпелями. Как вспомню, так вздрогну. А всего-то мне за всю жизнь только пупочную грыжу удалили, белую линию зашили да пару папиллом убрали. Да, еще пенис слегка модифицировал. Самую малость.

Саруман взглянул на него в изумлении.

– А пенис зачем?

– Молод был, – пояснил Фальстаф бодро. – Да и по акции, три в одном. В три раза дешевле! Надо хватать. Медики ждут для лечения онкобольных, там у многих считанные часы, но ведь пенис удлинить куда важнее?

– Молодец, – сказал Саруман с брезгливостью в голосе, – но ты-то зачем? Ты уже со школьной скамьи шел в умники!

Фальстаф замялся, развел руками.

– А окружение улицы, девчонки? Тогда это было важно. Да и сейчас иногда… В прошлом месяце давление скакнуло, в больницу отвезли… И что? Раздели для обследования, а там две медсестры молоденькие и врач, тоже не нашего гендера, постарше, но с вот такими вторичными. А мне стесняться нечего, все напротив!.. И давление сразу начало снижаться.

Саруман хрюкнул, как рассерженный вожак кабаньего стада, отвернулся, а я сказал с экрана:

– На удаленке у нас сколько человек? Наймите еще. Я могу снять денег сколько угодно, не забывайте. Лишь бы здесь не было слишком заметно.

Саруман промолчал, Фальстаф сказал с энтузиазмом:

– Не трусь, спрячем!.. Главное, всякие там феррари не покупать. Да и мерсы ни к чему. Даже комп будем скромно апгрейдить по частям. И аккумуляторы докупать у разных поставщиков. Верно, шеф?

Саруман грузно повернулся в нашу сторону, злой и довольный разом, Фальстаф напомнил, что он теперь не начальник отдела в НИИ, а хозяин собственной фирмы, что занимается наукой без всяких командных окриков сверху.

– Никакие инвестиции в науку и хайтек, – сказал он тяжелым голосом, – не помогут, если в обществе будут ориентироваться на изобретение новых айфонов, а медицина на пластическую хирургию!

– Но у нас другие цели, – запротестовал Фальстаф, – мы же не станем применять наноботы для модификации гениталий?

Саруман сказал зло:

– А давление простого народа?.. Вот уж гореть в аду той сволочи, что придумала демократию… давление этих тупарей и принуждает науку и хайтек заниматься удовлетворением их примитивных нужд!

Я вздохнул с сочувствием, это подниматься тяжело и трудно, а катиться вниз по склону с названием «демократия» очень даже легко и приятно.

– Работайте, братья, – сказал я. – И свобода вас встретит радостно у входа. Я и пошел смотреть насчет инвестирования.

Если даже сдержанный и сверхкорректный Саруман говорит так зло о конкурентах, то явно там выходят за пределы научной морали и этики.

Я сунулся в сеть, быстро просмотрел медкарточки клиентов клиники пластической хирургии. Ого, оказывается на этапе так называемой тестовой проверки эту процедуру испробовали на себе с десяток так называемых звезд отечественного шоу-бизнеса, актеров и спортсменов высшей лиги!

Я замычал от злости, мода на омоложение издавна косила ряды этих шоушников, что постоянно на публике: то стволовые клетки, то переливание крови, то плазмаферез, то еще что-то невероятное, что враз омолодит так, что коллеги удавятся от зависти.

А сейчас вот эта интимная операция, хотя в нашем мире уже интимности не осталось.

На экранах появился во всех ракурсах трехэтажный особняк в центре столицы. Выстроен недавно на месте старых домов, по дизайну понимаю, безумно дорогая штука, хоть и смотрится довольно нелепо.

И не только по дизайну, в таком месте так просто не построишь, деньги не все решают, нужны подписи и негласная поддержка то ли мэра, то ли высших чинов правительства.

– Алиса, – сказал я, – авто к подъезду!

Милый женский голосок уточнил деловито:

– К какому времени?

– Сейчас, – ответил я бодро.

Когда быстро спустился на лифте и вышел из дома, у подъезда на солнце блещет последняя модель теслы, я устоял перед искушением взять суперхайтековский хечбек, на него слишком оглядывались бы на улице, а мне повышенное внимание ни к чему, не шоумен, слава богу, и не блогер.

Авто распознал меня еще на площадке подъезда, правая дверца поднялась, как перед взлетом крыло огромной металлической птицы, прекрасное творение инженерного дизайна.

Я опустился на сиденье, мысленно ввел координаты клиники. Автомобиль сорвался с места, мир по обе стороны дороги сдвинулся и стремительно помчался навстречу, исчезая где-то за спиной или просто рассыпаясь на пиксели.

Автопилот прекрасно ориентируется в плотном движении, почти нигде не сбавляет скорость, как требовалось от первых моделей, я поглядывал на проносящиеся мимо машины, легковые и грузовые, почти все электрические, изменения идут все быстрее и быстрее.

Нас бы растоптали в процессе эволюции, если бы самыми свирепыми и безжалостными не оказались мы сами. Но так же, как уничтожили неандерталов, так и нас сотрет с земли стремительно эволюционирующий ИИ. Пусть даже пытаемся сделать его белым и пушистым, но все равно не получится именно потому, что мы сами не белые и пушистые.

Но уже спохватились, начали брать под контроль разработку ИИ, ужесточили правила, а я должен сделать то же самое с переносом сознания в цифру. То есть никого-никого сюда больше.

Автомобиль начал сбрасывать скорость, я очнулся от дум, впереди вырастает то самое здание, массивное и внушающее. Даже когда наноботы станут дешевле и будут доступны массам, эта клиника наверняка останется для богатых и знаменитых.

У подъезда я вышел, авто быстро определил, где тут стоянка, и быстро помчался туда, спеша занять место поближе к выходу, а я одернул пиджак, костюм полностью слизан с последний модели дома моды, выгляжу солидно, а мой реальный возраст позволяет держаться спокойно и с достоинством в любых ситуациях.

На входе рослые крепкие парни в строгих деловых костюмах, издали чувствую накачанные мышцы и пистолеты в наплечных кобурах, роскошный зал ресепшена, созвездие люстр под высоким сводом, здесь энергию не экономят, не какие-то сраные ученые.

Глава 12

Девушка на ресепшене, едва завидя меня на входе, шепнула что-то в микрофон, из двери за ее спиной вышел и направился ко мне статный и благородного вида джентльмен.

Такими я всегда представлял герцогов и графов уходящего века английского рыцарства, одет дорого и одновременно скромно, рослый, с идеальной прямой спиной, внимательный, слегка поклонился и осведомился самым дружелюбным тоном:

– Чем можем служить?

Я ответил так же скромно:

– Наслышан о работах вашей клиники. Хотелось бы узнать, как это выглядит, сколько длится, какой период реабилитации…

– И цена? – подсказал он.

Я сделал отметающий жест.

– Цена не беспокоит. А вот сроки, побочка, нежелательная огласка…

Он выставил перед собой ладони.

– Позвольте, объясню. Конфиденциальность абсолютнейшая. Никто не знает наших клиентов. Вы приходите в цветочный магазин на той стороне улицы, а оттуда по стандартному подземному переходу, каких тысячи на московских улицах, только у нас поскромнее, попадаете в эту клинику.

Я делал вид, что только слушаю, а сам сосредоточился и просматривал в нужном диапазоне, как проложены оптоволоконные линии и где видеокамеры.

Сразу две на входе, в коридоре и в каждом из кабинетов, все самые дорогие, снимают в UHD по последнему писку технологий, но изображение не уходит в облако, что несколько бы затруднило мой второй визит, все записи хранятся тут же на сервере в подвале, то есть анонимность клиентов на самом высоком уровне.

– Это важно, – сказал я. – А как насчет… длительности? Как операции, так и… вообще?

Он ответил пылко:

– Операция длится всего полчаса!

– Прекрасно, – сказал я. – А потом стационар?

Он с сияющим лицом покачал головой.

– Нет, конечно, у нас высшие достижения науки!.. Медицина теперь работает инвазивно! Полчаса отдыха в палате под наблюдением медиков, а потом встаете и уходите тем же подземным путем. Можете даже купить цветы!

– Впечатляет, – обронил я. – Полчаса – это клево. Меня устроит.

– Правда, – уточнил он, – сперва необходимые анализы, но это простая формальность. Заодно утрясаем последние финансовые вопросы, потом вы проходите в операционную, где небольшой укол под местной анестезией. Полчаса просто лежите в удобной постели, что совсем не похожа на операционный стол, хотя и является им. Наноботы за это время делают свою работу, потом одеваетесь и уходите! Ах да, прежде чем оденетесь и уйдете, у вас заберут наших микрохирургов обратно. Их цена около миллиарда, но вы не волнуйтесь, дальше процесс пойдет уже без них.

Я спросил:

– Значит, могу в обеденный перерыв вроде в ближайшее кафе, а на самом деле к вам, пройду процедуру и успею вернуться до конца рабочего дня?

– Точно, – ответил он сияя. – Процесс разрастании плоти до указанных размеров начнется с момента ее перестройки наноботами в нужных местах, а закончится в течение двух недель! Бодибилдеру, чтобы нарастить бицепс на десять сантиметров, требуется пол год а, представляете?

Я сказал с великим облегчением в голосе и на лице:

– Прекрасно!.. Как встать на очередь?

– Онлайн, – ответил он. – У нас все автоматизировано. В таком интимном деле чем меньше людей причастно, тем лучше. Заходите на наш сайт, а там дальше увидите. Проще, чем заказать доставку пиццы.

– Это важно, – заметил я. – Многие шоуранеры и с заказом пиццы не справляются без помощников. Да и спортсмены не лучше.

Он вежливо улыбнулся, по мне видно, что я из умных, то ли на строительстве ночных клубов ухитрился урвать несколько миллионов долларов, то ли на биржевых спекуляциях, потому поддакнул понимающей улыбочкой, но вслух не рискнул.

– Кстати, – сказал я. – Для женщин что-то делаете?

Он улыбнулся, развел руками.

– Начинали с них, но восстановление девственности оказалось невостребованным. Даже изменение размеров клитора слишком просто, на таком не заработаешь.

– Понятно, – протянул я. – С другой стороны, это хорошо. Пусть преимущество остается за нами, самцами.

Он снова вежливо улыбнулся.

– Прекрасно, – сказал я. – Значит, сейчас вернусь домой, сделаю заказ, а потом ждать вызова?

Он пояснил с приятной улыбкой:

– К сожалению, ждать придется от двух-трех недель до месяца. Клиентов на удивление много. Но зато вся операция идет быстро и под местной анестезией. Хайтек на службе демократии!

Я скорчил слегка недовольную гримасу, дескать, жаль, что не успел в числе первых. Наши миллиардеры, хоть и не признаются, но наверняка прошли эту процедуру.

Он понизил голос почти до шепота:

– Сейчас в институте на наши деньги готовится третья, уже улучшенная версия!.. Те наноботы будут постоянно внутри организма, а размерами пениса можно управлять из приложения в смартфоне!

– Ого, – ахнул я. – но это будет безумно дорого?

Он вздохнул.

– Но и сейчас не все с майбахами и феррари?.. А у кого-то и свои боинги… Зато скажу вам по секрету, один из чемпионов по боям без правил отрастил себе в тридцать сантиметров и оплатил такие же своим троим детям, о чем с гордостью похвастался в интервью.

– Ох, – сказал я, – нет уж, я никому не признаюсь.

– Мы гарантируем полную анонимность, – заверил он. – Полнейшую!

– Я ваш клиент, – заверил я.

Автомобиль подкатил к подъезду, как только я закончил разговор и повернулся к выходу, лишнее доказательство, что у меня все самое современное и дорогое.

Когда по обе стороны дороги заскользили навстречу, а потом стремительно ринулись деревья и ларьки, я подумал, что с таким финансированием разработчики в самом деле постепенно сумеют снизить стоимость наноботов. Через год-два поступят в более широкую продажу, когда и простой инженер сможет за полгода накопить на покупку мелкой партии, способной вылечить у него некоторые болезни.

Блин, но почему мир устроен так, что наука либо в нищете, либо финансируется вот по такому принципу?