Афганский перевал

Всё остальное было для парня, словно во сне. Из самолетов стремительно вышли пять или шесть человек в таких же костюмах «ОЗК», как у него. Только у прилетевших людей они оказались салатного цвета.

Молодые ребята подбежали к Степану и российским учёным. Опрыскали их всех из распылителя. Поняли на ноги и снова облили каким-то раствором. Сняли с них пояса с пистолетами и большими ножами и бросили наземь. Поддерживая под локотки, подвели бедолаг к самолетам «Ил-112». Каждый из них оказался размером в два раза больше, чем древний «АН-2».

Парень прошёл по поддону с налитым в него химикатом и, лишь после этого, поднялся по трапу. В салоне Степана встретил другой человек, одетый в защитный костюм.

Он отвёл москвичей в тесный кубрик. Там, как в казарме, в два яруса, стояли четыре кровати. Знаками санитар объяснил, что через минуту можно будет снять с себя робу. Тотчас шагнул в коридор и закрыл дверь за собой на замок.

Поняв, что они в карантине, Степан стащил с лица респиратор и с наслажденьем втянул в себя воздух. Он ощутил, как прохладный поток коснулся лица и его пылающих лёгких.

Стянув с рук перчатки, он вытер ладонью глаза, залитые потом. Глянул вокруг и с удивленьем увидел небольшой холодильник. На нём стояли пластиковые бутылки с водой.

Качаясь, как пьяный, Степан устремился вперёд. Взял литровую ёмкость, покрытую каплями влаги. С треском свернул колпачок и захлебываясь от неслыханной жадности, принялся пить чистую пресную воду.

Проглотив целый литр, парень решил, что нужно сначала раздеться, а потом повторить процедуру. Он стащил с себя плотную ткань и бросил её прямо на пол. Степан ощутил себя так, словно выскочил из горячей парной русской бани и прыгнул в холодное озеро.

Он оглянулся и с удивленьем увидел, что два москвича лежат на полу без сознания. Парень бросился к ним. Стащил с них респираторы и вылил на лица учёных почти по бутылке живительной влаги.

Лишь после этого, они постепенно очнулись. Слегка шевельнулись и, еле слышно, попросили воды. Напоив друзей по несчастью, Степан помог им раздеться и лечь на узкие койки, стоявшие в кубрике.

Ему не хватило места внизу. Пришлось подниматься по лесенке на верхнюю полку. Парень забрался туда, лёг поудобнее и обнаружил, что, может смотреть в небольшое окно, имевшееся в борту самолёта. Степан с интересом глянул наружу.

Ребята в салатных костюмах вытащили из «кунга» казаха. Его привязали ремнями к носилкам и отнесли ко второму спец. самолёту. Затем взялись за покойников.

Мешки с телами учёных сгрузили с прицепа «шишиги» и уложили в стальные гробы, привезённые из далёкой России. Закрыли все ящики на много замков и, весьма аккуратно, прыскали каким-то спецсредством и погрузили на борт.

Затем, санитары принялись суетиться у машин и прицепа. Они облили всю технику жидкостью из принесённых канистр, а опустевшие ёмкости бросили возле колёс.

Отошли метра на три и достали из карманов костюмов несколько сигнальных ракет. Одновременно сдёрнули с них колпачки. Подождали, пока разгорится огонь, и бросили внутрь каждой «шишиги».

Армейские грузовики вспыхнули ярким костром. Чёрный дым устремился к ярко-синему, без единого облачка, небу. Да так и остался торчать огромным вертикальным столбом. Люди, прилетевшие сюда из России, метнулись назад к самолёту, и пропали из поля зрения парня.

Поняв, что остался без сил, парень откинулся на узкую полку. Прежде чем крепко уснуть, он вяло подумал: — «Жаль, что оружие сгорело в машинах. «Сайга» пригодилось бы мне на охоте. Да и «ПМ» не был бы лишним в Москве…»

Ближе к позднему вечеру, Степан внезапно очнулся. Он поднял тяжёлые веки, повертел головой и увидел, что находится в самой обычной медицинской палате. На соседних кроватях лежали Олег Чистохвалов и Клим Калачов. Возле каждого стояла тренога. С них свисали мешочки из пластика с остатками розовой жидкости.

От маленьких ёмкостей отходили прозрачные трубки. Они спускались к больным и через иглу соединялись с кровеносной системой людей. Как оказалось, точно такая же штука стояла рядом с постелью Степана: — «Поэтому я ощущаю себя почти хорошо». — с благодарностью сказал себе парень: — «Интересно, куда нас привели?»

Через какое-то время, дверь отворилась. В палату вошёл человек, одетый в защитный костюм, весьма надоевший Степану. За прозрачным стеклом респиратора виднелось лицо русской внешности лет двадцати. Санитар подошёл к москвичам и ловко сменил почти опустевшие «капельницы».

Очередь дошла до Степана. Парень широко улыбнулся и тихо спросил: — Скажите, пожалуйста, где мы находимся?

Ответ медика с ощутимым трудом пробился сквозь большое стекло прочной маски. Он едва долетел до слуха больного. И всего сказанного Степан разобрал: — Ростов-на-Дону. Научно-исследовательский противочумный институт.

Судя по состоянию, парень был в полном порядке. Да, он ощущал обезвоженность своего организма и тяжесть в руках и ногах от сильной усталости, но всё это мелочи. Главное, что он не заразился неизвестной болезнью.

Минут через сорок, пришёл в себя Чистохвалов, а затем, Калачов. Потом, принесли вкусный ужин и три москвича с аппетитом поели.

Так начался карантин, который длился полмесяца. Всё эти дни, за ними следили врачи. Они брали кровь и другие анализы. Расспрашивали о самочувствии и о том, что учёные видели в кратере.

Всё это было не так, чтобы сложно и занимало всего ничего, лишь пару-тройку часов каждые сутки. Всё прочее время, они развлекали сами себя и жили, как в санатории.

Спали, сколько хотели, смотрели телепрограммы, читали книги с журналами и «шарились» по интернету. Благо, что их всех снабдили неплохими лэптопами. Единственным неудобством, было одно обстоятельство, они не могли даже выйти наружу из лечебной палаты. Только в санузел, да в ванную комнату, размёщённые в этом же блоке.

В эти длинные дни, Чистохвалов поведал Степану, как о возбудителе бешенства, так и о прочих болезнях. Он даже выложил небольшую теорию, объяснявшую парню всё, что случилось.

— После падения метеорита, возник внушительный кратер. Земные пласты немного сместились. Водоносные горизонты поднялись чуть ближе к поверхности. С годами, там появилась растительность, а затем и степные животные: мыши, суслики, сурки, барсуки. Следом за ними пришли различные местные хищники: лисы и волки.

Звери принесли на себе паразитов, уйму бактерий и вирусов. Под воздействием большой радиации, оставшейся от гостя из космоса, все они понемногу мутировали. Меж тем, климат вокруг изменился. Возникла полупустыня, которая не давала животным, оказавшимся в кратере, вернуться в широкую степь.

Возник замкнутый биоценоз. Животные приспособились к тем необычным инфекциям, что возникли в «долине шайтана» и не очень страдали от них. Зато, любой человек, появившийся там, заражался почти что мгновенно. Какое-то время болел и умирал в страшных муках.

Кому-то из людей повезло. Они не подхватили заразу. Вернулись домой, и рассказали знакомым о том, как погибали их несчастные спутники. Постепенно слухи об ужасных недугах разошлись по близь лежавшей степи. Так и возникло табу на посещение данного места.

Проходили века. Народ оторвался от привычных корней и стал больше верить науке, чем древним преданиям. Учёные казахской республики почему-то решили, что рассказы о «проклятой долине» не больше, чем сказки шопанов и, без всякой опаски, пошли изучать таинственный кратер.

Благодаря стечению таких обстоятельств, их экспедиция отправилась туда налегке, без защитных костюмов. Они заразились, когда свежевали убитого волка и быстро погибли почти в полном составе.

— Но чем же, они заразились? — прервал короткую лекцию любопытный Степан: — Вы же мне сами сказали, что мужчина вёл себя вовсе не так, как те бедолаги, что подхватили возбудителя бешенства. Может быть, это другая зараза?

— Наши учёные во всём разберутся. — ответил завлаб: — Думаю, что в казахе присутствовал целый коктейль из опасных инфекций. Причём, любая из них была не лучше другой. Поэтому он и вёл себя так необычно. Есть множество паразитов, бактерий и вирусов, которые развиваются в двух или трёх различных «носителях».

Первую стадию существования они проводят в одном виде животных. Потом, покидают его. Попадают в другого, и продолжают свой жизненный цикл. Например, есть паразиты, которые сначала живут в насекомых, а потом в местных птицах.

— Но как они могут попасть из одного в другое животное? — спросил удивлённый Степан.

— Когда приходит момент сменить обстановку, они выделяют особый токсин. Те вещества велят муравьям, не ползать в траве, как обычно, а сидеть на голых ветвях и раздуваться, словно спелые ягоды.

Птица видит нечто такое, что походит на обычную пищу, и тотчас съедает её. Паразит попадает в другого «хозяина» и переходит в новую стадию. Потом, птица гибнет по какой-то причине, скажем, от старости. Муравьи пожирают мёртвую тушку и всё повторяется. Похожие паразиты развиваются в рыбах, а так же в кузнечиках.

— А, как они умудряются попасть из одной природной среды в совершенно другую? — выспрашивал парень.

— Паразит заставляет кузнечиков прыгнуть с берега в реку. Водные жители их тут же глотают. Потом, когда паразит разовьётся до нужного уровня, он заставляет рыбу всплыть на поверхность. Там они становиться жертвой каких-нибудь цапель, что летают над лугом. Помёт попадает в траву, кузнечики от него заражаются, ну и так далее…

— Ну, с насекомыми всё стало понятно. — продолжил Степан: — Мозгов у них нет, только инстинкты. Паразиты выделяют токсин и тот, как компьютерный вирус вносит чувствительный сбой в программу «хозяина».

— Всё не так просто, как ты рассуждаешь: — ответил завлаб: — Встречаются паразиты, которые плохо влияют на часть теплокровных. Например, есть такие, что развиваются не только в полёвках, но и в тех крупных хищниках, что ими питаются. Они заставляют мышей терять страх перед кошками, лисами и даже волками. Те их с удовольствием кушают, а дальше понятно…

Мне кажется, что благодаря воздействию подобных токсинов, уцелевший казах повёл себя таким странным образом. Стал действовать совсем нетипично для заражённого бешенством. Охотился на людей с топором и убивал своих соплеменников.

— Нельзя же сравнить человека и мелкую мышь с крохотным мозгом. — возразил на это Степан.

— Почему же нельзя? — удивился завлаб: — Есть такой паразит, который зовут токсоплазма. Часть жизни он проводит в животных, относящихся в виду кошачьих. Вторую в прочих зверушках и птицах. В том числе, в человеке и мышках.

Исследования показали учёным, что заражённые люди сильно меняют своё поведение. У них возникает чувство ненадёжности мира, тревога и большое сомнение в собственных силах. Появляется склонность к ненужному риску и замедляется скорость реакции. Всё это приводит к тому, что человек значительно чаще попадает в аварии.

— Неужели все паразиты успели так быстро приспособиться к современным условиям? — рассмеялся Степан: — Ведь машины на наших дорогах появились всего век назад.

— Зато крупные кошки, вроде тигров и львов, существовали десятки, если не сотни тысячелетий назад. Наверняка они с удовольствием ели беспечных людей, гулявших у них перед носом. Да и сейчас постоянно находятся чудики, которые устремляются в клетку к медведям и прочим опасным животным.

— Да. — согласился с ним парень: — Недавно я видел подобного психа. Его показали по телеку. — Степан немного подумал и тихо добавил: — Надеюсь, наши учёные отыщут лекарство от этой заразы, а заодно и от всех остальных, что мы привезли из казахского кратера?

— Скорее всего, выделят особый токсин, который начнёт превращать наших солдат в биороботов, желающих лишь одного, убивать всех вокруг. — грустно закончил завлаб.

Спустя две недели, российской команде сообщили две новости разного толка. Первая была не очень приятной. Как оказалась, врачи продолжали бороться за жизнь молодого казаха, заражённого в кратере, но совсем не уверенны в том, что удастся его излечить.

Второе известие звучало значительно лучше. Выяснилось, что никаких опасных болезней у москвичей не нашли. Скоро их выпишут из ростовского госпиталя и разрешат уехать в столицу.

Неделю спустя, Степан и двое учёных благополучно добрались до дома, где получили приличные премии. Калачов с Чистохваловым вернулись к привычной работе в НИИ. Парню предложили устроиться в охрану их института на постоянной основе.

Молодой человек отказался от оказанной чести. Объяснялось всё тем, что документы, нужные для заключенья контракта с министерством обороны России, уже были готовы.

В октябре, Степан пошёл на военную службу и попал в «учёбку» подмосковной десантной дивизии. Оттуда парня отправили в Таджикистан, на военную базу, что размещалась в селенье Бохтар. От него, до границы с Афганистаном оставалось всего шестьдесят километров.

Глава 2. Атака на горный кишлак

Юные горцы выскочили из стоявшего джипа и в едином порыве помчались к десантнику. Их славные предки жили в этих отрогах уже тысячи лет. Благодаря трудным условиям, все местные жители имели прекрасную координацию и отличное зрение. Остальные благополучно погибли.

На счастье Ивана, все пацаны держали в руках автоматы «АК-47», что попали сюда во время советско-афганской войны. Так что, стволы оказались сильно изношены.

Кроме того, все четыре подростка держали в руках автоматы с двойными рожками. Они стреляли на полном ходу и целились вверх по гряде. Поэтому, пули летели с огромным разбросом и ложились весьма далеко от выбранной цели.

Иван сразу понял, что перед ним не те моджахеды, что умели хорошо воевать в горной местности. Снайпер перебежал на более удобное место. Укрылся меж двух валунов и удивительно чётко разобрался с подростками.

Нужно сказать, что они скакали так быстро, что в них было трудно попасть. Поэтому, убить всех Иван не убил, но надолго лишил их возможности стать моджахедом.

Одному он прострелил правую руку в районе запястья. Второму плечо. Третьему щуплому «воину», вогнал пулю в бедро. Четвертого ранил в стопу, которую юный душман не успел быстро спрятать за гранитным обломком.

Всё случилось так быстро, что Степан, сидевший на левой гряде, и не успел толком прицелиться. Он лишь увидел, как пацаны, один за другим, свалились на камни и, как двуногие крысы, исчезли в каких-то щелях. Напоследок, Иван прострелил бензобак у машины и те два колеса, что были с его стороны.

Ночной перевал

В официальных бумагах боевой вертолёт «КА-65» значился «Крадущимся призраком». К сожаленью конструкторов данной машины, вся десантура звала его просто «Совой», чуть реже «Филином», в крайнем случае, при большом раздражении, кликала «Нетопырё́м».

Последнее прозвище и не очень приятно для русского слуха. Зато оно целиком соответствовало невероятным возможностям геликоптёра. Да и цвет его фюзеляжа весьма походил на шкурку летающей твари.

Вертушка весила целых одиннадцать тонн. Однако, перемещалась по воздуху совершенно бесшумно, и настолько стремительно, что легко обходила всех своих конкурентов. А их, между прочим, было немало: Италия, Англия, Франция, США и даже Китай.

«Железная птичка» спокойно висела на уровне в четыре тысячи метров, а на полном ходу, она поднималась в полтора раза выше. Система радиоэлектронной защиты делала её почти незаметной. Чаще всего операторы наземных радаров принимали машину, за стайку каких-нибудь птиц, случайно попавших в поле зрения техники.

Меж тем, во время ночного полёта, вертушка видела и слышала всё, что происходило вокруг. Причём, делала это не хуже, чем пресловутая летучая мышь. Про яркий солнечный день и говорить не приходится. Она могла разглядеть любого противника с расстояния в сто пятьдесят километров.

В довольно просторный пассажирский отсек легко помещалась десять бойцов со всем снаряжением. Этот немаленький, хорошо вооружённый, отряд удавалось забросить на расстояние до трёхсот сорока километров и спокойно вернуться назад.

Вот и сегодня, из селенья Бохтар, расположенного на юго-западе Таджикской республики, вылетела группа десантников. Бойцам дали важное боевое задание. Они должны были высадиться на перевале, находящемся на территории Афганистана.

Данное место располагалось возле западной границы соседней страны, Пакистана. В тридцати километрах к востоку тянулась дорога, ведущая от городка под названием Дрош к поселенью Читрал. Оттуда рукою подать до плантаций, на которых усердно растили опий с гашишем. Всем это место известно, как «Золотой полумесяц».

Бойцам приказали спуститься в маленький горный кишлак, где находилось всего два десятка построек. Найти большой дом в два этажа, стоящий у южного края посёлка, и захватить моджахедов, оказавшихся там.

Вернее сказать, не самих моджахедов. Они не интересовали российскую войсковую разведку. Поступило задание — взять дипломат из металла, который афганцы привезли из Кабула.

Что находилось в том чемоданчике, десантникам было знать не положено. Командир сказал лишь о том, что по данным, полученным от надёжных людей, с курьером придёт группа душманов, состоящая из десяти человек.

Из тех же источников стало известно, что завтра, к полудню, из Пакистана прибудет большой караван, гружённый наркотой и оружием. Данный конвой на короткое время остановится в том кишлаке.

Пакистанцы с рук на руки сдадут весь доставленный скарб и животных, на которых его привезли. Заберут стальной чемоданчик с курьером, и без промедления вернуться назад.

Моджахеды возьмут ишаков под уздцы и поведут караван вглубь страны. Оттуда он, скорее всего, двинется в Таджикистан. Там его шквальным огнём встретят бойцы 201-й российской бригады.

Прохладное горное лето приблизилось к своей середине. Нагретые за день вершины, ещё не остыли после заката светила. Они были прекрасно видны в прибор «ПНВ». На экранах чувствительной оптики их естественный цвет весьма изменялся. Всё отливало серо-зелёным оттенком.

За сорок минут, «Нетопы́рь» с десантурой пролетел три сотни вёрст от военной базы России. Ближе к полуночи, он без всяких проблем, благополучно прибыл в нужный район. Перевал находился на высоте в три с половиной тысячи метров над уровнем моря.

Поэтому, боевой вертолёт поднялся до шести километров и мчался вперёд в сильно разреженном воздухе. Хоть он и двигался на пределе способностей, происходило всё это совершенно бесшумно.

Геликоптёр, как всегда, оправдал своё звучное имя — «крадущийся призрак». Скрываясь за вершинами гор, «Нетопы́рь» обогнул стороною кишлак и подошёл к нужной точке со стороны Пакистана. Двое афганцев, что стояли в дозоре, не разглядели его даже на фоне сверкающих звёзд.

Первый пилот провёл «КА-65» над районом посадки. Командир геликоптера проверил приборами, нет ли, где-то людей? Как обещала войсковая разведка, рядом не обнаружилось ни единой души.

Не было даже стада овец и двух молодых пастухов, что охраняли животных. Скорее всего, чабаны перегнали их ближе к кошаре. Она находилась у другого конца узкого горного пастбища.

Данная местность являлась глухой частью весьма отдалённой и удивительно бедной провинции Афганистана. Там мало кто обитал, и ездить туда никто не хотел. Лишь местные жители, иногда выбирались оттуда в более обжитые районы, лежащие к югу.

Ведь нужно же людям продать шерсть и шкуры баранов и что-то купить для хозяйства. Те же инструменты для дома и запчасти к машинам. Во всём остальном, они обходились натуральным хозяйством.

Перевал был расположен весьма неудобно. До него было далеко добираться от любого большого посёлка данной провинции. Не говоря уж о каком-нибудь внушительном городе.

Местные власти давно не использовали этот переход в Пакистан. Поэтому, и не держали на нём пограничный наряд. Иногда там появлялась полиция из местечка Барге-Маталь. Этим всё и кончалось.

Благодаря такой постановке вопроса, тот перевал стали использовать контрабандисты разного рода: моджахеды, талибы и просто бандиты. Они возили оружие и наркоту.

Через это уединённое место шёл опий с гашишем из Пакистана в Европу с Россией. Иначе, христиане-кафи́ры очень сильно размножаться, и захватят весь мир. Исламу ничего не останется.