Убийство под соусом маринара

– Николая Чудотворца, между прочим, – сказала Соня, снова сверившись с картой.

И конечно, девушки пошли на мыс. Он оказался бывшей рыбацкой деревней Портобелло, ныне ставшей местом развлечения и дорогих отелей, но церковь над парком впечатлила, в таких случаях говорят «дышала стариной».

Саша спускалась по старинным каменным ступеням, как вдруг ее окликнула подруга, Соня протянула девушке пачку денег, скрепленную резинкой.

– Не ты потеряла?

– Ты что, я уже не помню как выглядят бумажные деньги, – засмеялась Саша.

– Да тут никто уже не помнит. Откуда ж они взялись? Что с ими делать-то теперь?

Девушки с пачкой денег в руках пытались поинтересоваться у немногочисленных гуляющих в парке – старичка с журналом в руках и женщины с коляской, не они ли потеряли. Но при виде девиц с деньгами оба рванули от них во всю прыть.

– Нас принимают за мошенниц.

– Ну ты представь, кто подойдет на улице с вопросом «не вы ли потеряли» и будет трясти перед носом деньгами! Сейчас еще и полицию вызовут.

– И что делать?

Соня увидела, что старичок отошел недалеко и с интересом смотрит на девушек, и прокричала:

– Мы правда нашли эти деньги. Вон там, на ступеньках. И что на теперь делать?

– Синьоры, это вам подарок, раз на ступенях Сан Николо нашли, вы не сомневайтесь, раз Бог дал – значит, это вам. Я давно здесь сижу, кроме вас никто не проходил. – Прокричал в ответ старик.

Девушки растерянно стояли с деньгами.

– Синьоры, – вдруг снова закричал старичок, – раз сомневаетесь, сделайте так: спуститесь вниз, в главный храм, и оставьте там половину как пожертвование. А половина- ваша, без сомнения.

– А остальное?

– Остальное ваше! – и он резво отправился в противоположную от девушек сторону.

– Такие пачки с резинкой носили в 90е наши бизнесмены. И носят сейчас африканцы, продавцы контрафакта.

Но африканцев вокруг не наблюдалось, поэтому девушки пересчитали деньги, которых оказалось 500 евро, поделили пополам и отправились в церковь, где положили 250 евро в ящичек для пожертвований.

– Теперь можно и на такси ехать на винодельню!

– Сначала мне нужен этот вид. Ну, классический. Я может всю жизнь мечтала его увидеть.

Настроение поднялось, не каждый день Небеса посылают тебе 250 евро, пусть и на двоих. Идея старичка избавила от сомнений- все по-честному, и с Небесами расплатились.

Вид не разочаровал. Сияли на солнце разноцветные фасады домов, изумрудным и голубым переливалось море, белыми точками рябили в глазах многочисленные яхты.

– По-моему, это самое красивое, что я видела на море, – сказала Саша.

– Ну, не самое, но… достойно! – Вынесла вердикт Соня.

Судя по карте, от смотровой площадки Пунта Манара до винодельни было всего полтора километра. Вот только карта не показала, или девушки оказались топографическими кретинками, что площадка эта была гораздо дальше, чем показалось, да еще и асфальт закончился крутой лесной тропой. Лес становился все гуще, тропа превратилась в нагромождение валунов.

Неожиданно раздались голоса и девушек догнала веселая компания пожилых немцев в шортах. Подруги приободрились, но вскоре стало понятно, что немцы идут наугад, в итоге все заблудились. Наиболее восторженные «альпинисты» отправились наугад дальше, а две пожилых фрау и две русских немощи признали свое поражение и опустились обреченно на валуны.

– Что-то при мысли о спуске вниз мне становится не по себе, – сказала Соня.

– А я вот здесь все время вспоминаю Умбрию. Ничем хорошим такие прогулки по горам не заканчиваются. Осталось на заброшенное аббатство наткнуться.

– Аббатство? – оживились фрау, услышав знакомое слово, – есть аббатство, – затарахтели они по-английски. – Там чуть ниже, вон. За поворотом, дорога идет в сторону, там аббатство.

– Далеко?

– Судя по карте метров 500.

– Раз есть аббатство, то есть и дорога к нему. 500 метров это не километр вниз по крутой горе. Туда и такси вызовем.

Саша хотела возразить, но поняла, что от судьбы не уйдешь.

Кое как они сползли по валунам вниз, оставив фрау отдыхать на валунах. Нашли поворот, дальше тропа оказалась гораздо удобнее, хоть и вверх, во всяком случае валунов на пути не встречалось.

Деревья расступились, и девушки оказались на поляне, в конце которой высились темные стены аббатства.

– Это круче, чем в Умбрии, это Шотландия какая-то, – восхищенно присвистнула Саша.

Соня стояла, открыв рот.

Аббатство было небольшим, двухэтажное строение темного камня и высокая, совсем не итальянская готическая колокольня.

– Ну, точно Англия. Красота то какая!

– Давай думать, как выбираться.

Рядом с руинами девушки увидели табличку. Оказалось, что и небольшая долина, и монастырь носят одно название- Валле Кристи, долина Христа, а монастырь был основан в 11 веке. Вокруг стеной стоял лес, даже моря далеко внизу не было видно. Но неподалеку виднелось жилое строение.

Оказалось, что там живет семья смотрителя аббатства.

Синьора Анна, пожилая женщина в фартуке – вышла открыть дверь прямо от плиты – пригласила девушек в дом, сказав, что пока не накормит, не отпустит, а такси они легко сюда вызовут.

Еда была простой, картофель, запеченный с травами, свежие помидоры, обильно политые оливковым маслом, зеленые оливки и домашнее белое вино.

– Его зовут у нас потерянной травкой, – синьора Анна щедрой рукой посыпала картофель свежей зеленью.

– Кого? – хором спросили девушки

– Майоран.

– А кто его потерял?

– Сарацины, – как будто это было вчера и вообще обычное дело, пожала плечами женщина.

– Мне говорили, – вспомнила Саша синьору Валентину, – что в Лигурии любят травы.

– Мы всегда выращивали их на заднем дворе, и в моем детстве. И я сейчас выращиваю. Всегда отдельно от овощей. Травки – не только аромат в еду, они от недугов, мы всю жизнь их использовали, когда болели.

Отвар липовых цветов при простуде и при беспокойстве, ромашкой глаза промывали, мы не только выращиваем травки, мы их и в лесу собираем. А смешаешь крапиву со скорлупой грецкого ореха- волосы будут блестеть никаких салонов не надо. Ну, это для тебя, – кивнула синьора в сторону темноволосой Сони. – От простуды мы отвары крапивы с розмарином делали, горные травы добавляли. И здоровыми были, не то что вы, нынешняя молодежь, на аптечных лекарствах!

– Не страшно вам тут, вдвоем с мужем?

– А чего нам тут бояться? Это в городе бояться надо. А тут кто нас обидит?

– Не скучно тут?

– Какое скучно! Тут же в аббатстве концерты раз в месяц проходят, потом тут надо за всем следить, на ночь ворота запираем, включаем подсветку. А хозяйство!

– Далеко тут винодельня Бреганте?

– А, разбойничья!

– Почему разбойничья?

– Это по-лигурийски Бреганте, по-итальянски Бриганте. То есть, разбойник.

Девушки переглянулись: а у де Грандиса было чувство юмора!

– Тут за домом дорога, по ней пройдете через лес, недалеко, с километр, и выйдете на большую дорогу, там уже трасса. По ней еще с километр- и будет Бреганте.

Отдохнувшие и наевшиеся девушки решили, что вполне прогуляются и обойдутся без такси. А на «деньги с неба» купят вина, если, конечно, разбойничье вино им понравится.

* * *

Комиссар полиции из тосканского города Эмполи Лука Дини был вполне доволен своей жизнью. Когда-то он отказался от преподавания в университете, работы в столице Умбрии и вернулся в небольшой тосканский городок, правда, столицу провинции.

Он снова жил в любимой Флоренции, а уехавший из Италии навсегда друг-реставратор продал ему дом в холмах над долиной Арно. К дому прилагались виноградник и оливковая роща, несколько котов, но главное – туман на закате, который казался бескрайним золотым морем.

С личной жизнью тоже все было нормально, Одновременно со своим другом, инспектором Массимо они познакомились с двумя немецкими туристками, очарованными Тосканой и одновременно обе фройляйн сделали то, чего до сих пор не делала ни одна женщина в их жизни: не успели мужчины оглянуться, как немки переехали в Италию, съехались с полицейскими и полностью отдались ведению хозяйства и обеспечению комфортного быта.

И Луке, и Массимо это нравилось, и даже мама Массимо, синьора Арьяна, сначала рвавшая на себе волосы с воплями: – Неужели не нашлось во всей Тоскане нормальной девушки! – смирилась, видя рвение гражданской невестки, и пасту на всю большую семью теперь готовили в 4 руки.

Бригитта- так звали fidanzata Массимо – раздобрела, собственно, и сам инспектор из ловеласа с хвостиком темных волос все больше превращался в копию своего отца – обстоятельного, хозяйственного тосканца.

Аннализа, подруга, вернее уже сожительница Луки, дала ему то, что всегда казалось нереальным – уют, горячую еду, нежность и ощущение дома. А еще говорят, что немки ищут приключений! Может, это двум полицейским достались такие нетипичные для XXI века фройляйн, ориентированные на традиционные Kinder, Küche, Kirche? Хотя церковью даже не пахло, а дети… нет, о детях комиссар даже думать не хотел.

Все складывалось самым наилучшим образом. Но он все чаще вспоминал русскую блондинку, случайно вошедшую в его жизнь[2]. Александра доводила комиссара до бешенства, влезая в детективные истории даже там, где это было невозможно. Они то сходились, то расходились, иногда Лука понимал, что ничего лучше в его жизни никогда не случится, иногда радовался перерыву в их отношениях и ощущению свободы.

И сейчас, когда его жизнь стала упорядоченной и комфортной, он боялся, что позови его Александра, и вся его налаженная жизнь, и отношения с Аннализой полетят в тартарары, а ведь Аннализа такого не заслуживает. Но зато он снова почувствует себя живым и счастливым.

Он гнал подобные мысли, и лишь пару раз вскрикнул во сне, когда ловил Александру, падающую в обморок в старом умбрийском аббатстве – а потом выдыхал – уф, слава Богу, что это только сон. И даже перестал вздрагивать и оборачиваться при виде высоких блондинок на флорентийских улицах.

Комиссар повернул машину вместе с извилиной дороги, Судя по карте еще километр, и покажется винодельня, чье вино он однажды попробовал и захотел приобрести.

Все сложилось как нельзя лучше – решив вернуться из Милана через Лигугию они с Аннализой выбрали эту дорогу, вне загруженного побережья, где можно простоять в пробках ни один час. А тут еще и нужная винодельня оказалась по дороге.

Единственное, к чему он не смог приучить Аннализу- к очарованию старых борго, к запыленным бутылочкам вина в маленьких деревенских энотеках, но в этом ли счастье семейной жизни?

Дорога уходила вперед, а налево, за поворотом, появились виноградники, в конце которых, под высокими старыми деревьями, устроились старинные каменный дом и множество более низких строений. Осталось проехать полкилометра, указатель «Azienda Agricola Bregante» заверил, что комиссар на правильном пути.

Аннализа подпрыгнула на сиденье, протерла глаза, и нахмурила брови. Она давно уже дремала, но Лука резко затормозил, и она проснулась, а комиссар проехал чуть вперед, снова притормозил, не отрывая взгляда от двух фигур.

Впереди, на дороге среди виноградников шли две высокие девушки, темненькая и светленькая. Темненькую комиссар не разглядел, ошеломленно разглядывая блондинку.

– Алессандра? – он вышел из машины, и направился к девушкам, не веря своим глазам.

Саша ахнула, увидев, кто к ним направляется.

– Лука? Как ты здесь оказался?

– Лигурия граничит с Тосканой, так что ничего удивительного. А вот с Россией она не граничит, насколько я помню! Это я должен спросить, как ты тут оказалась. – Комиссар не скрывал удивления, но было заметно, как рад он видеть Сашу.

– Я правильно поняла, что имею счастье лицезреть синьора комиссара полиции? – поинтересовалась ехидно Соня, заодно ущипнув обалдевшую подругу.

– И даже с его бюргершей, – скривилась Саша, увидев блондинку, вышедшую из машины со стороны пассажирского сидения.

На удивление Аннализа оказалось совсем не полной теткой с огромным бюстом, как рисовала в голове Саша, а вполне симпатичной худенькой русоволосой девушкой.

– Мы гуляем, приехали из Генуи и решили навестить известную винодельню, – решила спасти положение Соня. – У нас с супругом виноградник и я никогда не отказываюсь от знакомства с коллегами.

Все взаимно представились, Лука пригласил девушек в машину, доехать оставшиеся пару сотен метров.

На винодельне их встретила кудрявая невысокая девушка, повела в дегустационный зал и сразу же вынесла несколько бутылок. Здесь было Бьянко ди Тигуллио – белое вино залива Тигуллио, рядом – игристое, особняком она поставила бутылку со словом бездна в названии. – abissi.

– О, вот это нам очень интересно, – Соня и Лука потянулись к бутылке, а девушка, представившаяся Матильдой, пояснила оставшимся, что это особое вино, которое делают только две винодельни на побережье у Портофино.

– Вина этой серии выпускают по классическому методу, но потом выдерживают на морском дне! Впервые такой метод попробовал 15 лет назад мой дедушка, основатель нашей винодельни. Потом уже так сделали в Портофино. На дне морском эти вина лежат до 13 месяцев.

– И что это дает, кроме понтов? – хотела спросить Саша, но вовремя прикусила язык, ей еще дедушкой интересоваться.

– Это вино идеально к изысканным блюдам, в нем яблочные нотки перекликаются с боярышником и ромашкой, с легкой лимонной горчинкой послевкусия.

– Дедушка продолжает работать на винодельне? – поинтересовалась Саша.