Второй шанс книга вторая

Помрачнев, Каенар спросил:

- Твои предположения?

- Их нет, - была вынуждена признать я. - А у тебя?

- Три основных. Первый – подобная демонстративная бравада может привести к тому, что наиболее подверженные влиянию боевики так же решат выступать без доспехов, сочтя это признаком уверенности в своих силах и мужественности. Второе – доспехи изготавливаются из определенного метала, а он в свою очередь является великолепным проводником магии влияния -не удивлюсь, если магистр Оррен собирается это использовать. И третье – Эльтериан собирается продемонстрировать всем, что лучше, безопаснее и выгоднее быть на его стороне. Хорошо, что ты поспешила ко мне, узнай я все это перед самым началом, не успел бы предпринять никаких мер.

- К сожалению, я к тебе не дошла, - была вынуждена констатировать.

- Это не твоя вина. В любом случае все сложилось отлично – магистр Ксавьен вызвал меня, дабы поймать вас на месте преступления, и я смог увидеть Эльтериана. Ты успокоилась?

Неуверенно кивнула.

- Но все еще дрожишь, - пристально глядя на меня, произнес Каенар.

Затем взял за левую руку, и тихо напомнил:

- На твоем безымянном пальце есть кольцо, которое тебе дал мой двоюродный дед. В случае опасности - сожми его. Извини, до места на трибуне я тебя проводить не смогу, нужно срочно менять все доспехи. Однако, - взгляд на все еще стоящего рядом магистра, - ты не обязана отвечать ни на один из его вопросов. И светскую беседу поддерживать не обязана так же. Я постараюсь закончить все быстро, хорошо?

Снова кивнула.

- Приставлю к тебе дополнительную охрану, - решил Каенар.

И отпустив меня, стремительно ушел в сторону раздевалки, оглянувшись перед тем, как исчезнуть в темном проходе.

Глава 5

Когда он ушел, я постояла еще около минуты, пытаясь найти в себе силы куда-либо идти.

Но едва магистр Ксавьен, подойдя, галантно подал мне руку, силы нашлись даже на гнев.

- Одного не могу понять, - разъяренно глядя на магистра, произнесла я, - где свечка?

- Какая свечка? - несколько удивившись, переспросил он.

- Та, которую вы собирались подержать для нас с младшим принцем! - гневно воскликнула я.

И оттолкнувшись от стены, ушла к своему месту на трибуне.

Но дойдя до кресла, поняла, что не имею ни малейшего желания находиться рядом с любителем подержать свечу, и, взяв свою тетрадь, пересела подальше, на третий ряд, втиснувшись рядом с преподавателем женщиной, которой предложила занять мое место. Молоденькая магиана с радостью согласилась поменяться.

С комфортом расположившись, комфорт в данном случае означал отсутствие возле меня магистра Ксавьена, я принялась ожидать начала турнира.

Но тут к магистру, который даже не сел на свое место, а стоял рядом с ним в упор глядя на меня и игнорируя защебетавшую с ним магиану, подошел один из служителей академии и передал записку. Развернув оную, магистр торопливо направился ко мне. Сидеть на третьем ряду как-то сразу стало некомфортно.

Когда магистр молча протянул мне записку, я так же молча взяла ее, развернула и увидела написанное знакомым твердым и решительным почерком: «Речь».

Значит от доспехов отказались многие боевики. Плохо. Очень плохо.

Раскрыв тетрадь, я достала грифельный карандаш и быстро начала писать. О необходимости сохранения себя ради будущих достижений. О том, что Турнир Укрощения является подготовкой к реальному бою, в котором можно рассчитывать только на себя, и нельзя полагаться на лекарей. О том, что защита родины это ответственность, и к своему обмундированию нужно относиться столь же ответственно, ведь от жизни и целостности воинов зависит защита и целостность Империи.

Дописав, осторожно вырвала лист из тетради и передала магистру Ксавьену.

Судя по его выражению лица, он был несколько шокирован произошедшим, однако все же сложил лист и передал его посыльному.

А после, когда он вернулся на свое место, молодая преподавательница быстро встала, пришла ко мне и попросила сесть согласно регламенту. И мне пришлось возвратиться на первый ряд.

Едва я села, Ксавьен тихо спросил, словно обращаясь к арене:

- Если я принесу свои глубочайшие извинения, это что-то изменит?

Нет!

Но все же:

- Благодаря вам мне удалось встретиться с его императорским высочеством вовремя. Это единственное, что имеет значение.

- Но я оскорбил вас, - и Ксавьен резко повернулся ко мне.

- А вот это уже не имеет никакого значения. Однако я воспользуюсь правом, данным мне кронпринцем, и не стану более поддерживать светскую беседу с вами.

***

Начало Турнира задерживалось.

Я догадывалась о причинах подобной задержки и нервничала куда больше, чем все несведущие.

Преподавателям в ложе подали напитки и закуски. На трибунах, между студентами, ходили зазывалы, распродавая пироги, пирожки, орешки и прочую снедь. От некоторых даже вполне ощутимо несло спиртом, и ректор Нуента счел необходимым это отметить, но вмешиваться не стал – торговцы, принесшие спиртное, просто более никогда не будут допущены в стены академии, а студенты, позволившие себе лишнее, завтра утром получат выговор. Ректор Нуента лишь казался милым и добродушным человеком, на самом деле академией он правил железной рукой, и от наказания в стенах ВАДа не уходил еще никто.

Однако сейчас, меня больше всего волновало то, что из ворот для участников не вышел еще никто.

Я знала о том, сколь мастерски умеет говорить с народом Эльтериан.

Каенар существенно уступал ему в ораторском искусстве, но сейчас оба они пытались повлиять на студентов боевого факультета. А это воины. Они более прямолинейны, менее подвержены красивым речам, и опираются на расчет и логику. Это должно было стать преимуществом для Каенара. И все же я нервничала.

Все ждали красочного боя с Тварями из Нижнего мира, а я знала, что главный бой сейчас происходит в раздевалке, главный и решающий. И итоги этого боя станут ясны, когда участники выйдут на арену.

- А вы нервничаете, - вдруг произнес магистр Ксавьен.

Нервничаю? Да я с ума тут схожу!

- Напоминаю в последний раз - я имею полное право игнорировать вас, - холодно ответила магистру.

И тут прозвучали удары гонга.

Три громких сигнала и один короткий – да, они разделились. Действительно разделились. Значит, сокрушительной победы Каенар не одержал… Ладно, будем работать с тем, что есть.

Первым на арену вышел Эльтериан.

Прекрасный принц в легкой зеленой тунике свободно шел с видом победителя, который уже добился победы. А вот за ним не слишком уверенно тянулись боевики, так же в туниках и без доспехов.

- Идиоты, - тихо прокомментировал магистр Ксавьен.

Впервые я была с ним полностью согласна, но весь вопрос был в том, сколько конкретно идиотов выйдет на эту арену.

Двадцать.

Их было двадцать!

Что ж, все оказалось не так страшно.

Снова удары гонга.

Три длинных и два коротких.

А затем все задрожало. Даже в чашках с чаем вода начала подрагивать.

Каенар вышел не победителем – он выступил как генерал, ведущий свое войско в бой.

Сорок пять студентов выпускного пятого курса Боевого факультета шли четким строем, шаг в шаг, следуя за своим главнокомандующим. Неожиданно черные доспехи, вместо стандартных белых, используемых на тренировках, опущенные забрала, копья у каждого в руке, мечи на поясах, и алые плащи, развевающиеся за плечами.

Тренированное, слаженное войско уверенно прошагало к позиции, и встало в четкое строение -Каенар впереди, остальные в боевом порядке позади него.

И вот теперь на фоне столь грозной силы Эльтериан и его сторонники смотрелись даже как-то жалко.

- Что ты ему там за речь написала, что они согласились нацепить на себя доспехи армии Нижнего мира? – тихо спросил магистр Ксавьен.

Серьезно? Это доспехи Нижнего мира? О, так Каенар превзошел мои самые лучшие ожидания – он склонил на свою сторону две трети боевиков, заставив их одеть не просто доспехи, а доспехи извечного врага Империи…

Ничего не отвечая магистру, я скомкала кружевной платок, что элегантно держала на коленях, и приготовилась наблюдать бой, исход коего предсказать было сложно. Крайне сложно.

Когда на арене появился магистр Оррен, Каенар посмотрел на меня.

На кронпринце был шлем с опущенным забралом, на мне маска.

Но я отчетливо ощутила его взгляд, и посмотрела в ответ. Кажется, лишь мы оба знали, насколько все серьезно сейчас.

Между тем магистр Оррен начал свою речь.

- Турнир Укрощения проводится каждый год вот уже более трехсот лет! Великая Академия Достойнейших магов Империи гордится самыми жесткими правилами отборочного турнира – неженкам нет места среди достойных! Помните – каждый участник должен подчинить как минимум одну Тварь из Нижнего Мира. Использование боевой магии разрешено только для самообороны. Укрощение осуществляется путем применения ментальной магии и вашего дара агрессоров. Дивного Турнира, студенты!

И он не удержался от уничижительного взгляда в сторону Каенара и его сторонников.

Взмах руки и сам Оррен исчез в сером дыму.

А земля содрогнулась, и разверзлась.

- Что происходит? – напряженно произнес магистр Ксавьен, чуть подавшись вперед.

Все прочие реагировали так же - обыкновенно Тварей содержали в питомнике до Турнира, и выпускали на арену из самых больших ворот. Ожидая этого сторонники Каенара и выбрали именно это боевое построение. Но теперь… Из-за пролома в земле территория арены сократилась вдвое, но страшнее было не это – Твари проведшие время в питомнике все же становились спокойнее, а вот Твари прямиком из Нижнего мира - чудовищно опасны.

И еще одна опасность заключалась в количестве – каждый студент для прохождения должен был подчинить хотя бы одну Тварь, но что если их будет меньше? На пять, десять, двадцать или сорок вместо положенного? В питомнике их точное количество гарантировало шанс каждому боевику, а что будет сейчас?

А сейчас раздался треск.

- А ты платочек свой порвала, - насмешливо заметил магистр Ксавьен.

Порвала? Для этого и держала.

Первым из-под земли вылез хвосторогий ящер. Крайне опасное существо, способное наносить урон одновременно и пастью и хвостом. Странное строение трех ног, позволяло ему совершать стремительные повороты, так что бреши в войсках противника он проделывал всегда мастерски-убийственно, из-за чего в войсках Нижнего мира этих животных использовали лишь в борьбе с другими государствами, но никогда не в междоусобных войнах.

Шейдерог был огромен. Черно-коричневый, с ярко-фиолетовым шипом, он одновременно вытащил из пролома и голову, полную острых черных клыков, и хвост, готовый убивать и калечить направо и налево.

Эльтериан вскинул руку тут же. Еще до того, как Тварь выбралась из пролома.

Принц стоял совершенно уверенно и спокойно, кажется, он даже улыбался, а еще был на сто процентов уверен в своей победе. И шейдерог, оказавшись под влиянием чар агрессора, зарычал, но противиться был не в силах, и когда начал вылезать весь, никто даже не сомневался, к кому он сейчас направится.

Никто кроме меня.

Когда Каенар вскинул руку в железной черной перчатке, послышались изумленные возгласы.

Но когда шейдерог, резко повернув голову, воззрился на кронпринца, а после торопливо выбравшись из пролома радостно запрыгал к нему, трибуны взорвались криками.

Я увидела, как резко побледнел Эльтериан.

Как засветилась от усиления призыва его ладонь.

Как по губам потекла струйка крови, а атмосфера над ареной словно сгустилась…

Однако все это меркло по сравнению с веселым шейдерогом, который радостно припрыгал к Каенару и ткнулся носом в его ладонь.

- Кронпринц Каенар – сто баллов из ста. Отбор пройден, -громогласно объявили судьи.

Я с облегчением выдохнула, и только сейчас поняла, что я не просто порвала свой платочек - от него остались одни клочки.

- Возьмите мой, - галантно предложил магистр Ксавьен.

Желание отказаться было значительным, но победа Каенара это еще только половина победы - кронпринцу предстояло так же позаботиться обо всех, кто встал на его сторону.

- Ваше императорское высочество, можете уничтожить шейдерога, - милостиво разрешили судьи.

- Зачем? - поглаживая Тварь по голове, поинтересовался Каенар. - Зверь укрощен и полностью подчиняется мне. Ко всему прочему он был захвачен из естественной среды и за ним не числятся нападения на мирное население империи. Таким образом, будет справедливым после Турнира, вернуть его обратно. Я против бессмысленной жестокости.

Судьи лишь покивали, принимая решение Каенара, но вот на трибунах воцарилось почти священное благоговение.

«Он поступает как истинный правитель!»

«Он такой благородный!»