Помоги проекту - поделись книгой:
Они явились сюда сразу после еженедельного редакционного совещания. Бэнкрофт, очевидно спешивший куда-то, максимально сократил сроки обычно двухчасовой мучительно напряженной дискуссии благодаря тому, что с пулеметной скоростью отверг почти все озвученные предложения. Беспощадное словесное избиение и унижение продлилось бесконечных двадцать семь минут. После этого Ханна в сопровождении все еще потрясенного Реджи направилась к каналу Бриджуотер.
С тех пор они пытались избежать столкновения с велосипедистами в не по погоде теплой спортивной одежде, которые мчались с такой скоростью, словно участвовали в гонке Тур-де-Франс, а не ехали по узкой дорожке, где едва могли разминуться два пешехода. К испытанию добавилось лавирование между бегунами, мамочками с колясками и, как ни удивительно, четырьмя пьяными подростками в сомбреро, следующими «паровозиком».
Переданное Бэнкрофтом письмо от миссис Харнфорт, владелицы «Странных времен», содержало пожелание счастливого развода и невероятно расплывчатые инструкции, как поступить, если внезапно потребуется информация по вопросам «сверхъестественной природы». В подобных случаях предписывалось «найти гвоздь в стене на канале Бриджуотер». Послание завершали такие строки: «Вам нужен мужчина по имени Когз. Он может говорить только правду. Не доверяйте ему». Частица «не» была подчеркнута дважды. Далее шел постскриптум: «Захватите бутылку рома». И подпись миссис Харнфорт. Вышеупомянутый алкоголь теперь весело булькал в портфеле Реджи. Ханна уже несколько раз задумывалась о том, чтобы достать и выпить все самой.
Она чувствовала: спутник едва воздерживался от очередного комментария на тему, что следовало получить дополнительную информацию, прежде чем пускаться в столь безрассудную авантюру. К слову сказать, хорошему настроению Реджи вряд ли способствовал его костюм-тройка, не слишком подходивший для такой жары. Спустя час бесплодных блужданий по палящему зною гордый журналист сдался на волю обстоятельств и соблаговолил снять пиджак. Однако оставил жилет застегнутым на все пуговицы, невзирая на то, что плавился под лучами солнца, подобно шестифутовой восковой фигуре из Музея мадам Тюссо. По крайней мере, теперь Ханна меньше беспокоилась о собственном пропитанном п
Приходилось признать, что Ханна сама виновата в сложившейся ситуации, так как слишком радовалась шансу отвлечься от мрачных мыслей о похищении, начать действовать и почувствовать себя хоть немного полезной. Если расследование истории о вампирах позволит обеспечить безопасность Стеллы, то именно им и собиралась заняться помощница редактора. Ее намерения были благими, с этим не поспоришь, но лучше бы их подкрепляли здравый смысл и тщательная подготовка.
«Гвоздь в стене» точно не являлся пабом. Это следопыты проверили первым делом, вбив фразу в поисковую строку в интернете. Однако ничего полезного не обнаружили. В отсутствие других идей они теперь вышагивали вдоль канала, высматривая настоящие гвозди в настоящих стенах. Это напоминало поиск иголки в стоге сена, только стог был длиной двадцать девять миль, и его переполняли велосипедисты, бегуны и движущиеся «паровозиком» подростки. В итоге Ханна с Реджи дошли до района Олд Траффорд, развернулись и побрели обратно к центральной части Манчестера.
Заметив, как перегревшийся коллега широко улыбается, вероятно пребывая на полпути к солнечному удару, Ханна решила, что пора завести легкую отвлекающую беседу.
– Значит, ты специалист по вампирам?
– Не принято хвастаться, но да, – кивнул Реджи, осторожно перешагивая через оставленную собакой кучку на дорожке. – Я даже писал диплом по теме воплощения образа сиих созданий ночи в кинематографе.
– Я и не знала, что ты получил степень магистра.
– Только собирался, – пожал плечами Реджи. – Увы, не было времени завершить исследования и дописать диплом. Я учился дистанционно в Открытом университете.
– И что же помешало, если не секрет?
– Чрезмерно напряженная работа, – закатил глаза журналист. – После появления нового редактора.
– А-а, – протянула Ханна.
– Вот-вот. С тех пор как на нас свалился ответ Ирландии Великобритании на вопрос, который никто не задавал, свободного времени у меня не осталось. Под руководством прежнего редактора, Барри, я мог уходить домой в пять часов вечера и даже иногда делать часть исследований для учебы на рабочем месте, но с Бэнкрофтом…
– Уверена, что мы могли бы попытаться выкроить время для твоих… – промямлила Ханна, чувствуя себя виноватой, хотя и не имела отношения к сложившейся ситуации.
– Не переживай, – отмахнулся Реджи. – Кроме того, разглагольствования о выдуманных монстрах кажутся слегка бессмысленными, учитывая, что нам довелось сразиться с настоящими.
Ханна согласно хмыкнула. С подобным аргументом было трудно спорить.
Они прошли под железнодорожным мостом, где чуть раньше потратили почти полчаса на бесплодные поиски. Она почувствовала, как к щекам приливает жар от воспоминания об унижении. Проблема заключалась не в том, чтобы обнаружить гвоздь в стене, а в том, чтобы выделить нужный из немалого количества подходящих металлических стержней, особенно если расширить диапазон понятия, добавив в него болты и нагели.
Под этим конкретным мостом в стене примерно двенадцати футов высотой пара отчаявшихся журналистов увидела большой гвоздь, на котором болтался пластиковый пакет. Некоторое время они постояли внизу, обсуждая находку, затем несколько минут раз за разом выкрикивали слово «Когз», пока не ощутили себя полными идиотами, после чего Реджи подсадил Ханну, чтобы та могла заглянуть в пакет.
Внутри обнаружился довольно странный набор предметов: один ботинок, две банки из-под пива и то, что она определила как собачьи экскременты, так как об альтернативе не хотела даже думать. Когда же девушка неловко свалилась с плеч напарника, то заметила, что их эскападу снимают на телефоны несколько шедших мимо туристов. Хуже, казалось, быть уже не может.
По мере дальнейшего продвижения обратно в сторону центра города Реджи продолжил излагать тщательный анализ действий нынешнего главного редактора «Странных времен». В итоге выходило, что, несмотря на негативное отношение к Бэнкрофту, специалист по привидениям не мог не отметить общее улучшение качества выпускаемой газеты. Конечно, начальник воплощал собой худший кошмар подчиненных, но при этом знал, как преподнести историю. Даже для такого новичка в издательском деле, как Ханна, это было совершенно очевидно.
Они с Реджи миновали район Каслфилд с манящими заглянуть внутрь пабами, которые по нынешней погоде пользовались огромной популярностью благодаря зеленым террасам со столиками на свежем воздухе, но упрямо продолжили путь, не желая признавать поражение. Этот день начинал напоминать грустную метафору брака Ханны.
Вдоль берегов канала на воде покачивались плавучие дома, многие владельцы которых сидели на крышах, наслаждаясь солнечными ваннами и прохладными напитками. Один жизнерадостный капитан даже затеял на своем суденышке барбекю.
Спустя некоторое время Ханна нарушила дружеское молчание:
– Должна признаться: мне абсолютно ничего не известно о вампирах.
– В каком смысле?
– А в таком, что я не люблю фильмы ужасов, поэтому никогда их не смотрела.
– Значит, не видела ничего, кроме «Баффи, истребительницы вампиров? – с искренним изумлением уточнил Реджи.
– А что это? Фильм? Не слышала о таком.
– Святые небеса! – В этот раз он ахнул и схватился за сердце. – Чем же ты тогда занималась?
– Отличный вопрос.
– Ну а хотя бы «Интервью с вампиром»? Или «Настоящая кровь»? «Впусти меня»?
– Это названия фильмов? – уточнила Ханна.
Реджи недоверчиво покачал головой и с возмущением всплеснул руками:
– Она спрашивает, фильмы ли это! Вообще-то один – это сериал, но так дело не пойдет. К счастью, сейчас в «Рокси» как раз показывают картины о вампирах. Ты непременно должна отправиться со мной туда и восполнить ужасный пробел в твоем культурном образовании.
– Эти фильмы страшные?
– Конечно же они страшные, – вздохнул Реджи. – В этом-то и смысл. Взгляни на это так: после всего пережитого тобой на самом деле вряд ли что-то еще может тебя напугать.
– С этим не поспоришь, – кивнула Ханна.
– Предложим Стелле составить нам компанию, – загорелся идеей Реджи. – Бедная девочка кажется абсолютно несчастной и определенно засиделась в четырех стенах. Ей наверняка понравится.
– Ага, – нейтральным тоном произнесла Ханна, чувствуя себя неловко. По настоянию Бэнкрофта она не рассказала о люке в полу никому, кроме Грейс. Учитывая попытку организовать похищение Стеллы, позволять ей выходить из защищенного здания газеты сейчас вряд ли было разумно. – Так как мы сейчас занимаемся этой историей, можно попросить ускоренный курс по вампирам для идиотов? – заметив выразительно изогнутую бровь и лукавый взгляд спутника, девушка быстро добавила: – В этой метафоре идиотом выступаю я, а ты будешь мудрым профессором.
– Ловко выкрутилась, – фыркнул Реджи. – Что ж, изволь. Итак, вампиры – это архетип, который повсеместно используется в кинематографе, а также задолго до его появления. Брэм Стокер популяризировал данный образ, хотя он существовал и ранее в европейском фольклоре.
– Ясно.
– В кино вампиры изображаются регулярно. Вообще, этот концепт получает постоянное переосмысление и воплощение в новом свете при каждом последующем поколении режиссеров.
– Поняла.
– Принимая во внимание вышеизложенное, в конечном итоге все сводится к сексу.
– Что? – переспросила Ханна.
– По сути, вампиры – это проявление человеческой одержимости тем, что находится под запретом. Каждого из нас иногда одолевают мысли, которые обществом, религией и прочими институтами власти заклеймены порочными. Однако отчасти это и делает недозволенные желания такими привлекательными. Вампиры воплощают все тайное, опасное, иное. Они монстры, но в то же время люди. Чудовище внутри нас, в котором стыдно признаться даже самим себе.
– Ого, – протянула Ханна. – Когда ты так раскладываешь по полочкам…
– Ага, – согласился Реджи. – Даже чуть жалею, что не записал эту речь. Получилось бы отличное вступление к дипломной работе, если еще когда-то доведется к ней вернуться.
– Значит… – Попытку Ханны задать уточняющие вопросы прервало появление на дорожке невесты в необъятном платье, пышные юбки которого та приподнимала обеими руками, решительно маршируя мимо.
Следом из-за поворота вылетела женщина средних лет в фиолетовом костюме и шляпе, создававшей впечатление цветочной клумбы. Дама едва не врезалась в Ханну и торопливо пробормотала: «Простите», прежде чем с озабоченным видом пуститься в дальнейшую погоню за невестой с криком:
– Дейдре, дорогая, остановись! Успокойся, солнышко. Я едва могу ходить в этих туфлях!
Невзирая на заявление, женщина довольно резво побежала, хотя и недостаточно быстро, чтобы настигнуть невесту, которая уже почти преодолела весь путь до моста.
Ханна с Реджи обменялись удивленными взглядами.
– Подобное шоу не каждый день удается лицезреть, – наконец вынес вердикт специалист по вампирам.
Тем временем невеста остановилась, добежав до пешеходного моста через канал, далее исчезавшего в темном тоннеле, над которым пролегала оживленная дорога. Примерно в десяти футах от него виднелся пришвартованный плавучий дом. Хотя Ханна сомневалась, что термин «пришвартованный» являлся правильным. Им встречались и другие лодки с баржами, но все они либо перемещались по воде, либо располагались возле берега. Это же судно стояло на якоре прямо посреди канала.
Невеста быстрым шагом добралась до центра моста, где уже находился молодой человек в кепке, затем перегнулась через перила, вытащила короткую веревку, которая свешивалась вниз, и со всей силы принялась трезвонить в латунный колокольчик, прикрепленный на другом конце.
– Эй, – возмутился паренек в кепке, – я вообще-то первым сюда пришел. – Невеста повернулась к конкуренту и злобно воззрилась на него. Он тут же попятился, демонстрируя завидные инстинкты, которые явно помогут ему в жизни, и кротко добавил: – Но, конечно, уступаю свою очередь тебе.
Женщина в фиолетовом, тяжело дыша, наконец настигла беглянку. Ханна сделала вывод, что перед ней мать и дочь.
– Дейдре, ангелочек мой.
Невеста полностью проигнорировала присутствие новоприбывшей, продолжая яростно названивать в колокольчик.
Спустя несколько секунд на палубе судна появился невысокий мужчина средних лет в кожаном жилете на голое тело, рваных джинсах и с повязанной на голове банданой. Подбородок незнакомца украшала седеющая бородка клинышком, какие обычно идут в комплекте с усами и островком волос под нижней губой. Облик целиком отдаленно напоминал одного из четырех мушкетеров, роль которого исполнял Оливер Рид[3]. Некоторые фильмы Ханна все же смотрела.
– Иду, уже иду! Ужели я не говорил, что… – Мужчина осекся, когда заметил на мосту невесту в свадебном платье. – Так, так, так… Приветствую вас, дамы, господа!
Речь звучала резковато, с рычащими нотками лондонского диалекта. Хотя слово «речь» вряд ли подходило, так как распевные фразы декламировались громко и отчетливо, едва ли не криком, будто весь мир был театром, а стоящий на сцене-палубе актер желал, чтобы его слышали даже зрители в самых дальних рядах.
Невеста уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но мужчина торопливо натянул противошумные наушники, какие выдают рабочим на стройке, и вскинул руки, предупредив:
– Терпение, красавица! Правила суровы. Сначала подношение в ведро ты помести, а следом напиши вопрос свой на бумаге.
Он потянул за рычаг, и от судна в сторону моста над водой поехало закрепленное на веревке ведро. Когда оно оказалось на месте, Реджи дернул спутницу за рукав:
– Посмотри на название лодки.
Справедливости ради следовало отметить: надпись сильно выцвела, а краска отслаивалась от борта, поэтому требовалось приглядеться, чтобы различить буквы. Ханна лишь с большим трудом разобрала слова «Гвоздь в…».
– Тогда мужчина на судне может оказаться тем самым Когзом, – заключила она.
Предполагаемый эксперт по сверхъестественным вопросам тем временем поставил одну ногу на край лодки и вытащил откуда-то гитару, на которой принялся наигрывать, несмотря на то что не мог слышать ни звука из-за наушников. Это объясняло, хоть и не оправдывало то, насколько отвратительной получилась мелодия.
На мосту невеста вполголоса спорила с дамой в фиолетовом. Наконец последняя неохотно вытащила из сумочки кошелек. Дочь выхватила оттуда несколько купюр до того, как мать успела запротестовать, и швырнула их в ведро. Затем обернулась к молодому человеку и потребовала:
– Бумагу. Ручку.
Он застенчиво отдал их. Пока невеста яростно строчила что-то на листке, на палубу проковылял бульдог и присоединился к хозяину.
Когз посмотрел на своего компаньона и слишком громко сказал:
– День добрый, Зик. Смею надеяться, не потревожили мы четвертый сон твой за день. – Пес, совершенно не обескураженный прохладной встречей, потрусил к большому мешку и плюхнулся на него сверху. – Вы только полюбуйтесь сим атлетом!
Невеста меж тем дописала вопрос, бросила листок бумаги в ведро и начала крутить лебедку, доставляя послание обратно на лодку. Когз заполнил время ожидания, играя на гитаре и распевая, подобно трубадуру:
Хотел бы сложить я песню,
Запечатлев красоту в словах,
Но не силен я в рифмах,
И получается только…
Ах!
Он досадливо поморщился и отбросил гитару, когда ведро приблизилось. Потом достал оттуда банкноты и прокомментировал:
– Обычно я гнушаюсь деньги принимать. Воистину, ну что за моветон и проявленье лени! Плюс в магазины я почти что не хожу. Однако… – он опустил взгляд на собаку, – мы задолжали типу одному, а посему – да будет так! Но в виде исключенья. – Он сунул купюры в карман и взмахнул другой рукой в воздухе. – Сие не означает, что поступился принципами я. Они вовеки нерушимы!
С этими словами Когз достал из ведра лист бумаги с вопросом от невесты и пробежался глазами по строчкам. А затем повел себя странно: показал записку бульдогу. И, что выглядело еще более странным, пес, похоже, прочитал ее, после чего сел и уставился на хозяина, который уже снял наушники. Оба оценивающе посмотрели на невесту, одинаково склонив головы набок. Она, в свою очередь, медленно повернулась вокруг своей оси. Когз покосился на собаку, прежде чем заговорить:
– Увы, я не эксперт в вопросах моды, но подтверждаю, милая: ты выглядишь точь-в-точь как бланманже.
Ханна заметила, как на лице матери невесты промелькнуло нечто похожее на отчаяние.
– Так и знала! – воскликнула девушка в пышном платье, гневно топая прочь с моста. – Все отменяется! Свадьбы не будет!
– Неужели не мог соврать? – ткнула пальцем в сторону лодки женщина в фиолетовом.
– Увы, мадам, действительно не мог.
Залитая слезами невеста, по пятам за которой следовала побледневшая мать, протиснулась мимо Ханны и Реджи, возвращаясь обратно по дорожке.
– Коль вечеринка уж оплачена, мы с псом не будем возражать насчет еды, пусть даже канапе! – выкрикнул Когз вдогонку удалявшейся парочке. – Но лучше принесите мне салат куриный иль упаковку пива!
Мать невесты обернулась к нему и показала палец. Видимо, она делала это впервые, судя по тому, что выставила не средний, а мизинец.
– Очаровательно, – вздохнул Когз и посмотрел на мост, где стоял молодой человек, нервно переминаясь с ноги на ногу. – Какого черта делаешь ты здесь? – Но до того, как тот успел хоть что-то ответить, вскинул руки и предупредил: – Я полагаю, правила ты помнишь.
Ведро снова совершило путешествие туда и обратно, на этот раз доставив в качестве подношения упаковку с шестью банками пива, марки которого Ханна не узнала. Когз тут же открыл одну, продегустировал напиток и поморщился:
– Ужели сложно было охладить? О времена, о нравы! Где ваше воспитанье, юноша?
Парень в кепке попытался что-то сказать, но Когз вскинул палец, призывая к молчанию, после чего выхватил листок бумаги из ведра и прочитал вопрос. Возвел глаза к небу, тяжело вздохнул,
Поделиться книгой: