Полудриада и Дракон

— Ну дела… Своими глазами вижу целую стаю оборотней! Ива, ну и как мне быть? Полный двор волков, а я сижу тут, как последний кот, и хвостом виляю!

— Сейчас они люди, Дружок. И они всегда наши друзья — что в человеческом, что в волчьем обличье, — успокоила растерявшегося пса Ива.

— Верно говоришь, они наши друзья. Вот так денёк сегодня — у маленького хозяина свадьба, а друг-оборотень со всей семьёй у нас в гостях! Вот это праздник так праздник! А на празднике, кстати, пир должен быть.

Ива спохватилась:

— Точно, пора на свадебный пир. Пойдёмте скорее в дом — там сейчас свадебный каравай жениху с невестой вынесут. Дружок, сколько я тебе вкусного припасу!

Верный пёс облизнулся и радостно завилял хвостом:

— Ну, идите уже! И про угощение не забудь!

Ива с друзьями успели как раз вовремя — мать несла огромный разукрашенный каравай на вышитом полотенце, а все гости слаженным хором пели:

— Неси каравай, мати,

Детей угощати:

Одного нарожёного,

А другого сужёного.

Лев и Весняна одновременно отломили по кусочку от каравая. Снежана обнесла караваем всех гостей. Остатками Ива потом угостит Дружка, коня, коров и коз, а крошки отнесёт в птичник. Гости принялись за еду и напитки, нахваливая угощение. Только молодожёны по обычаю ничего не ели и не пили, кроме кусочка каравая и одной на двоих кружки родниковой воды. Потом гости под предводительством неугомонного дружки жениха, Сокола, затеяли весёлые песни и пляски.

Сокол и Калина пели да плясали пуще всех и при этом многозначительно поглядывали на чужаков. Старая знахарка Белена неодобрительно качала головой на веселье Сокола и Калины и тихонько ворчала.

— Ишь, что выдумали — клятву свадебную изменили! Повторили за пришлыми: «Один раз и на всю жизнь!» — с усмешкой заявил Сокол Калине, переводя дух между плясками.

— С кем поведёшься — от того и наберёшься, — поддакнула Калина. А Белена как можно громче заворчала, что молодёжь непонятливая пошла, на чужое счастье вдаль заглядываются, а собственного возле себя не видят.

После плясок гости принялись одаривать молодожёнов. Все знали, что Лев срубил собственную избу, а значит, молодым предстоит её обживать. Вот и вручали им всё, что в хозяйстве пригодится: отрезы ткани, посуду и прочую домашнюю утварь. Лев и Весняна кланялись каждому и благодарили. После одаривания молодых все вернулись за столы. И вдруг…

— Глядите, ворон в окно стучит! — ахнула подруга Весняны, — Не к беде ли это?

— Ворон стучит в окно не к беде, а к новостям. Я этого ворона знаю, он мне послание принёс, — поспешила всех успокоить Ива и вышла из избы, стараясь не обращать внимание на шёпот за спиной.

— Здравствуй, Сполох! Что случилось? — подумала Ива, пристально глядя в чёрные бусинки глаз ворона.

В её голове раздался хрипловатый голос:

— Равен из Университета прилетел! Ректор срочно вызывает вас обратно в Университет! Отправляйтесь в Староград, Смарагд с телегой будет ждать вас в полдень возле ярмарочной площади.

— Хорошо. Сейчас свадьбу Льва догуляем, а завтра на рассвете отправимся. Ты с нами?

— Спрашиваешь! — от избытка чувств Сполох громко каркнул вслух.

— Тогда лети к Равену, вам надо поесть, поспать и набраться сил перед долгой дорогой. Встретимся здесь на рассвете, — Ива поспешила обратно в избу, по дороге щедро угостив поджидающего её Дружка лакомствами со свадебного стола.

Альбин встретился с ней взглядом: «Когда?» Ива, глядя в серые глаза друга, мысленно ответила. Тот согласно кивнул и беззвучно передал приказ Ректора остальным оборотням.

Вот и закончен свадебный пир — Лев и Весняна встали из-за праздничного стола, раскланялись родне и гостям и отправились к выходу. За ними встали и все присутствующие — провожать молодожёнов на ночлег. Ива поспешила занять своё место чуть позади отца с матерью в гурьбе родственников жениха и невесты.

— Неужто скоро ехать надо, Ива? — вполголоса спросила мать.

— Завтра на рассвете, — тихо ответила полудриада.

К ночному небу устремилась песня:

— В небе зорюшка, в небе алая,

Зорька алая да вечерняя.

Повстречалися на закате дня

Солнце красное, луна ясная, звезды частые.

Солнце красное — это Лёвушка,

Луна ясная — то Веснянушка,

Звёзды частые — малы детушки.

Бег с препятствиями

Ива проснулась задолго до рассветных петухов, хотя угомонилась далеко за — полночь. Пока вернулась с проводов, пока предупредила об отъезде старую знахарку, пока убрала избу, пока сложила вещи в дорогу…

Отец уже запряг Верного в телегу, мать завязала в узелок пирожки со свадебного стола. Дружок вертелся рядом — тоже провожал. К воротам с разных сторон, но одновременно подошли Серый с семьёй и Белена с вампирами. Старая знахарка решительно подтолкнула упирающихся вампиров к телеге:

— Вот, привела, забирайте. Хоть Росянка и сестра мне по рождению, да только не человек она больше. И Василёк только с виду мальчонка. Считай, год я за вампирами приглядывала. Не справляюсь я с ними, ох, не справляюсь. Вы за ними лучше моего присмотрите — с вашими-то силами.

Горан и Снежана удивлённо переглянулись, но промолчали. Росянка начала было браниться, шепелявя из-за выбитых зубов, но под выразительными взглядами оборотней мгновенно присмирела и безропотно позволила усадить себя в телегу между Серым и Альбиной.

— Василёк! Сыночек мой! Куда? Не отдам! — невесть откуда взявшаяся Роза с криком подбежала к телеге. А Василёк протянул к матери руки и заплакал:

— Мама, мамочка, не отдавай меня им! Я их боюшь, они меня обижают, жубы мне выбили! Я ш тобой оштанусь, мамочка!

— Ишь, как заговорил! — Белена решительно встала между матерью и сыном, — А как ты родную мать укусил — помнишь, вампирёныш? А как новые клыки отрастил взамен выбитых и сбежать пытался — помнишь? И ты, Роза, не забывай об этом. Сердце твоё материнское перед разлукой кровью обливается, да ведь у тебя и другие детки есть. Их тебе не жалко? Он же их перекусает и тебя заодно, коли дашь ему волю! А в Университете за ним надёжный присмотр будет.

Роза поникла, закрыла лицо руками и бессильно заплакала. Слёзы Василька мгновенно высохли. Оскалившись, он злобно прошипел:

— Штарая ведьма! Ладно, ещё увидимша. Шбегу и доберушь до тебя. И до тебя, мамочка. Родного шына оборотням отдала…

Плечи Розы затряслись от рыданий. Альбин подхватил брыкающегося мальчишку и посадил в телегу между Вибурнумом и Вибурнумой.

— Ива, ты на следующее лето приедешь? — Мать с тревогой заглянула в глаза Ивы.

— Приеду. Наверное, — ободряюще улыбнулась полудриада.

— Приезжай, мы с отцом будем тебя ждать. Учись хорошо в своём Университете. — Мать порывисто обняла Иву и шепнула ей на ухо: — Славный парень твой Альбин, не упусти его!

Ива незаметно, чтобы не обидеть мать, закатила глаза. И встретилась взглядом с Альбином. Тот скрипнул зубами, но вдруг фыркнул и закрыл руками покрасневшее лицо. Ива чуть обернулась и увидела у соседских ворот Калину с пустым туеском для ягод. А через забор хмуро смотрел Сокол с удочкой в руках. Вибурнум насмешливо толкнул сестру локтем в бок и получил ответный тычок.

— Нно, Верный! — решительно скомандовал отец.

— В добрый путь! — пожелала мать, прижав руку к сердцу.

— Береги себя, девка! И всегда будь начеку! — напутствовала Белена.

Мать махала вслед, пока телега не скрылась из виду.

— Доброе утро! Куда так рано собралась? — Сокол как можно небрежнее обратился к Калине.

— В лес по ягоды, их сейчас вдоволь, варенья наварю. А ты рыбу удить идёшь? — девушка оживленно затараторила, через силу улыбаясь.

— Ну да. Надо будет насушить на зиму, — важно подбоченился парень.

— В третий раз говорю вам, бестолковым: не туда смотрите! Друг на друга поглядите! — проворчала Белена, проходя мимо них.

— О чём это она? — зарделась Калина.

— Кто ж её разберёт, — смущённо опустил голову Сокол, — Пойду я, на рассвете самый клёв.

Восходящее солнце окрасило небо розовым, оранжевым и золотистым. Конь мерно трусил по чуть влажной после ночного дождя дороге.

— Мои-и-и ноги-и-и-и! Я надорву-у-усь! — по своему обычаю причитал время от времени Верный.

— Ива, а что это мальчонка говорил про … оборотней? — вполголоса спросил отец сидящую рядом Иву, но Василёк всё равно его услышал и завопил дурным голосом:

— Дядя Горан, это ж оборотни! Полная телега оборотней! Они тебя загрызут! Беги!

От неожиданности Горан натянул поводья, Верный возмущённо заржал и встал на дыбы. Всех пассажиров так и подбросило, дремавший на плече Ивы Сполох спросонья оглушительно каркнул. А Василёк воспользовался всеобщим замешательством, ловко выпрыгнул из телеги и помчался в сторону леса. Альбин мгновенно бросился в погоню. На бегу он перекинулся, и вот уже за улепётывающим мальчишкой стрелой летит белый волк.

— Ива, это что? Это кто? — растерялся Горан.

— Отец, мои друзья действительно оборотни. Люди, которые могут превращаться в волков. Василёк солгал — оборотни не нападают на людей, они опасны только для вампиров. Это Серый прошлым летом караулил нашу избу от вампира, а потом боролся с Росянкой и укусил её. А когда чёрный вампир напал на Университет, они всей семьёй боролись с ним, защищая профессоров и студентов, — Ива старалась говорить как можно спокойнее и убедительнее, пристально глядя отцу в глаза.

— Но как же они … в Университете? — пробормотал отец.

— Отец, во всех Университетах всегда тайно присутствовали оборотни. Они следят за безопасностью, не допускают в Университет вампиров и в случае нападения вступают с ними в схватку. А вот и Альбин возвращается! Поймал беглеца!

Альбин уже успел перекинуться в человека. Он одной рукой тащил присмиревшего Василька, а другой на ходу подбирал свою разбросанную одежду.

— Свяжите ему ноги, — сердито буркнул Альбин, закидывая вампирёныша в телегу, как куль с зерном, — И ей тоже.

Некоторое время ехали в тягостном молчании. Наконец, Альбин нарушил неловкую паузу:

— Коню-то тяжеловато — слишком нас много. Снежок, Снежана, пробегитесь, что ли. Мы с Гостем покараулим.

Вибурнум и Вибурнума виновато опустили глаза — ещё бы, упустили вампира! Они послушно выпрыгнули одновременно с разных бортов телеги, брякнулись о землю — и вот уже два белых волка с тряпичными узелками в зубах помчались вперёд по дороге, ведущей в город.

— А я полетаю — крылья пора размять, — заявил Сполох.

— Я тоже, — каркнул Равен.

Горан тронул Верного — перепуганный конь резво потащил заметно полегчавшую телегу, не смея жалобно заржать. Горан напряжённо молчал, прикусив губу. Наконец, Ива не выдержала и ответила вслух на все его невысказанные вопросы:

— Оборотни могут перекидываться в любое время суток — для этого достаточно перекувыркнуться и удариться об землю. Большинство оборотней белые, как их далёкий предок Вервольф, но бывают и серые, обычно это лесные оборотни.

— Как я и Перегринус. Нас ещё лесными дикарями называют, — поддакнул Серый.

— А в зубах они несли одежду.

— Одежда — это самое неудобное в перекидывании, — вздохнула Альбина.

Горана явно успокоил дружелюбный тон оборотней. Помолчав, он всё же не утерпел и спросил:

— А почему ты раньше не рассказывала?

— Потому что вы с мамой не спрашивали. Лев знает, потому что спросил. И про профессоров-волшебников, и про эльфов, гномов и троллей в Университете тоже знает. Кстати, Смарагд, которая встретит нас возле ярмарки — тролль, — Ива ловко перевела тему беседы. Отец, как и следовало ожидать, заинтересовался:

— Неужто в самом деле так бывает? Расскажи мне, дорога долгая! А потом я с матерью поделюсь. Ишь, скромница какая выискалась: «Вы не спрашивали». Про такие чудеса молчала!

Остаток пути Ива увлечённо рассказывала отцу про Университет. Оборотни то и дело дополняли её рассказ. Вампиры, вытянув шеи, внимательно прислушивались. Телега поравнялась с сидящими на травке Вибурнумом и Вибурнумой в человеческом облике. Горан притормозил, подождал, пока они заберутся, а Перегринус с Альбином выпрыгнут, и тронул Верного как ни в чём ни бывало:

— И правда, один серый, другой белый. Это Перегринус, что ли, серый? Так что там дальше про гномов?

Когда Горан нагнал поджидающих Альбина и Перегринуса, он так спокойно впустил их и посмотрел вслед убегающим со всех лап Серому и Альбине, словно всю жизнь подвозил оборотней на ярмарку.

На подъезде к городу вампиры беспокойно заёрзали, озираясь по сторонам.

— Сиди смирно и не вздумай убежать! — угрожающе рыкнул Альбин.

— А то что? В волка перекинешься? При вшём чештном народе? — с вызовом прошепелявила Росянка.

— Много чести! Я и человеком быстрее тебя бегаю. Мигом поймаю, — презрительно фыркнул Альбин, а Перегринус на всякий случай проверил путы на ногах беспокойных пассажиров.

У ворот Старограда путешественников уже ждали опередившие их Серый и Альбина.

— Прости, Верный, сейчас тяжело будет, — извинилась Альбина, легко запрыгивая.

— Мои-и-и-и ноги-и-и-и! Дальше не повезу-у-у! Сами-и-и вези-и-ите! — скандально завопил Верный. Серый выразительно клацнул зубами, и конь рванул во весь опор.

— Люди добрые, шпашите, помогите! Меня оборотни в плен вжали! Шпашите! — неожиданно заголосила Росянка.

— Шпашите, помогите! И меня в плен вжали! — еще громче заверещал Василёк.

Прохожие оглядывались на крик, тревожно шушукались между собой, а кое-кто двинулся вслед за телегой. Сполох упал камнем и примостился на плече полудриады. Равен уселся рядом с возницей.