Странники ночи

— Интересная реакция.

— Другие реагируют по-другому?

— Других ещё не было, ты первый, кого я вытащил из Рееты. Кстати, как твоё имя?

— Ярси. И стоило ли стараться отгонять нежить и волочь меня через лес?

— Ты бы предпочёл быть разорванным и съеденным? По-моему, паршивая смерть.

Ярси горько усмехнулся.

— По-моему тоже, только какова альтернатива? Кто я теперь? Будущий оборотень? Или уже не будущей и можно сразу бежать в Реету?

Мэтжер пожал плечами и снял с огня котелок. Ярси заметил, что его правую руку по локоть скрывает плотно облегающая кожаная перчатка.

— Обращение только началось и до первого полнолуния ты останешься человеком. У тебя есть ещё семь дней.

Ярси невольно опустил голову. Ха, семь дней жизни. Что ж, вчера вечером не было даже этого. Но уже сейчас он может считать себя мертвецом, семь дней ничего не изменят. Вот только за это время можно попытаться узнать, кто отдал приказ начать на него охоту. А можно попробовать встретиться с отцом, чтобы в последний раз посмотреть ему в глаза, или навестить маму, как он того и хотел с самого начала.

Ярси сжал кулаки, хоть что-то перед тем, как окончить свой путь в этом мире.

— Пусть так, — произнёс он хрипло и внимательно посмотрел на Мэджера. — Спасибо хотя бы за это, но что потом? Я стану оборотнем? Начну нападать на людей? Я ведь не в Реете.

— Она тебя позовёт, и ты не сможешь противиться её Зову. Но отходить далеко от Границы не советую. В своём стремлении вернуться, ты разорвёшь любого, кто встанет у тебя на пути.

— Я не хочу быть оборотнем, — Ярси невидящим взглядом уставился на лес. — Не-хо-чу…

Некоторое время он молчал, потом повернулся к Мэтжеру.

— Ты сможешь меня убить через неделю?

Тот поморщился, и из его глаз впервые исчезла насмешка.

— Для своего возраста ты слишком легко относишься к смерти.

— Я попрощался с жизнью вчера вечером, я же не знал, что ты подаришь мне ещё семь дней. Извини, что навязываюсь, но раз уж ты меня вытащил из зубов нежити, то тебе и придется всё закончить.

— Хорошая благодарность, — взгляд Мэтжера стал очень задумчивым. — И чем ты, позволь узнать, собрался заниматься эти семь дней?

— У меня есть несколько не законченных дел.

— Далеко от сюда?

— В Эреальде.

Мэтжер присвистнул.

— Путь в одну сторону займёт дней пять и это если ехать без остановок.

Ярси сжал кулаки.

— Хочешь сказать, что я не успею?

— Хочу сказать, что тебе не стоит удаляться от Рееты.

— Я не собираюсь становиться оборотнем и не собираюсь возвращаться в Реету!

— У тебя нет выбора.

Ярси одним движением вскочил на ноги и тут же пошатнулся, но смог устоять.

— Значит, ты отказываешься мне помочь?

Мэтжер кивнул.

— Извини, но я не собираюсь тебя убивать.

— Что ж, найду кого-нибудь другого. Думаю, что любой воин, узнав, что я вскоре стану оборотнем, захочет меня убить.

И про наёмников тоже забывать не стоит. Им за это ещё и платят.

— Хм, ты прав, любой человек ради собственной безопасности и безопасности своих близких захочет лишить тебя жизни. Но есть одна загвоздка, мой друг, одно дело хотеть, другое дело смочь. Никто из людей, Ярси, уже сейчас не сможет тебя убить. Такова природа оборотня. Это очень сильное и практически неуязвимое существо. Даже если ты не будешь сопротивляться, но поверь мне, ты не сможешь просто стоять и ждать пока тебя прикончат, ни один человек не нанесёт тебя смертельную рану. Их удары лишь вызовут ярость оборотня, и ты начнёшь убивать. Убивать всех. Без разбора.

Глава 1.3

Ярси без сил опустился обратно на землю.

— Но… я не понимаю, я же убивал их. Там, в Реете… я знаю, что их жизни, жизни оборотней обрывались… навсегда.

— Поздравляю, у тебя есть дар, Ярси, забавно, — Мэтжер внимательно посмотрел ему в глаза. — И уже хотя бы поэтому, я не хочу, чтобы твоя жизнь вскоре закончилась.

Ярси упрямо покачал головой.

— Значит, нужен дар? Имеется ввиду ведь магический дар? Тогда обращусь к колдунам.

Мэтжер вздохнул.

— Далеко не каждый колдун обладает Силой, способной убить оборотня. Таких меньшинство. Зато любой колдун способен на некоторое время сковать оборотня чарами, затем посадить его на зачарованную цепь и спокойно проводить на нём опыты. Ты станешь для них очень редкой и очень ценной добычей. Тебя никогда не отпустят. В руках колдунов ещё не было оборотня вне пределов Рееты. Тебя никогда не убьют, и ты на всю жизнь станешь для них подопытной зверюшкой. Это будет очень долго, Ярси! Поэтому к колдунам обращаться не советую. Они как раз ломают головы над тем, как бы им изучить хоть кого-то из обитателей Рееты. Так сказать поближе.

У Ярси вырвался вздох.

— Значит утоплюсь.

— Не сможешь.

— Почему?

— Сущность оборотня не позволит.

— Да? Тогда можно броситься в огонь.

— Лишь обгоришь, да и то не до конца. Да и как ты собрался удерживать себя в пламени?

— Да, проблема. Выходит, я в любом случае стану оборотнем? — Ярси с тоской посмотрел на небо. — Ладно, если ты не хочешь мне помочь, значит, закончив свои дела, я сдамся колдунам. Послужу великой цели изучения нежити! Другого подопытного им ведь все равно не найти… по крайне мере они обезопасят от меня других людей.

Мэтжер поморщился.

— Ты обречёшь себя на жизнь в неволе, навсегда.

— Реета это тоже тюрьма, а у колдунов я хотя бы буду среди людей.

— Ты будешь испытывать постоянную боль, их опыты будут направлены на то, чтобы найти эффективный способ тебя убить.

— Значит, буду надеяться, что они найдут этот способ. Спасибо, что просветил меня на счёт моего ближайшего будущего, но мне нужно идти, — Ярси вновь решительно поднялся на ноги и огляделся. — Я не вижу своего коня.

— Его нет, остался в Реете, он не дотянул даже до Границы, раны были слишком серьёзными. Я снял с него седельные сумки, — Мэтжер кивнул куда-то за спину Ярси.

Тот оглянулся и заметил в траве знакомые вещи. Порывшись в сумках, он вытащил чистую одежду и начал переодеваться.

— Медальон, — очень холодно произнёс Мэтжер. — Сними его.

Ярси вздрогнул, он уже сорвал с тела остатки рубашки, действовать приходилось одной рукой, и сейчас был обнажён по пояс. Солнечные лучи весело играли на серебряных гранях медальона, висящего на его шее.

— Что?

— Твой медальон серебряный, — пояснил Мэтжер. — Вскоре ты не сможешь прикасаться к серебру, оно будет жечь твою кожу. Сними его.

Ярси сжал медальон в кулаке и с силой дёрнул. Серебряная цепь не выдержала и порвалась. Сердце непривычно быстро забилось в груди, он открыл медальон. Картинка внутри была очень маленькой и отчего-то расплывалась, что-то мешало смотреть. Ярси потёр глаза, с изумлением почувствовав влагу на своей коже. Слёзы? Он не плакал с похорон мамы, он забыл, что это такое. Так было нужно.

Взгляд прояснился. Ярси провёл пальцем по изображению, стёр упавшую слезу. Его семья, отец — суровое лицо и отстранённый холодный взгляд, братья — Эгор и Еромир, внешне очень похожие на отца светловолосые и сероглазые, только в их взглядах никогда не было такого же холода и безжизненности. И мама — черноволосая красавица с ясными синими глазами, он один был похож на неё, на маму. Ярси медленно закрыл медальон, рука дрожала, возможно, это последний раз, когда он видел их лица.

Он опустил медальон в кошель на поясе и с трудом стал натягивать чистую рубашку, по телу вновь начала разливаться слабость. Из сапог пришлось выливать кровь, все ноги были в крови, но помыться оказалось негде. Ярси со вздохом надел штаны и натянул сапоги обратно.

Обрывки окровавленной одежды он бросил в костёр. Мэтжер молча за ним наблюдал. Ярси забросил седельные сумки на здоровое плечо и огляделся, нужно было выбрать направление пути. Незнакомое место, незнакомый лес, но он чётко знал, в какой стороне находится Эреальд — столица Мироса. Словно кто-то вложил в его голову знания. И то, куда он сейчас смотрел, повернувшись в сторону города, его совершенно не радовало.

— Пять дней пути напрямую? Без остановок? — спросил он тихо.

— Ты ведь и сам чувствуешь расстояние, — спокойно ответил Мэтжер.

— Чувствую, — удручённо произнёс Ярси. Прямо перед ним была Реета, Эреальд находился точно за проклятым лесом. И чтобы обойти Реету стороной понадобится не пять дней, а все десять.

— И чувствую, что если я сейчас войду в Реету, то уже не смогу из неё выбраться.

Мэтжер кивнул.

— Ты можешь продать мне своего коня? Прошу, у меня есть деньги, пожалуйста, — взмолился Ярси.

Мэтжер вновь молча покачал головой, на этот раз отрицательно.

— Прощай, — Ярси резко повернулся и быстрым шагом пошёл вдоль леса.

Ему хотелось идти быстро, хотелось бежать, но на самом деле слабость всё больше сковывала тело и постепенно становилась всё более непреодолимой. Каждый шаг давался с огромным трудом. Он упрямо брёл вперёд. Брёл, пока не начала кружиться голова, пока не стали подгибаться колени. А когда в глазах заплясали тёмные пятна, он опустился на землю и остался сидеть. В сердце медленно затухал только что бушевавший из-за собственного бессилия пожар ярости, и не оставалось ничего. Нет даже пепла надежды, лишь пустота и безразличие.

Через какое-то время его догнал Мэтжер, он не спеша подошёл и сел рядом.

— Ты потерял много крови, а действие снадобья закончилось.

— Да? И что? Чего тебе надо от меня? — голос Ярси был глухим, ему невыносимо хотелось лечь на землю и больше не вставать. Никогда не вставать.

— Выслушай меня, Ярси.

— У меня нет сил, чтобы заткнуть уши.

— Я не желаю тебе зла и вижу, что ты очень отрицательно относишься к перспективе становления оборотнем, но всё же позволь я расскажу тебя о них.

— Кто ты, Мэтжер? Откуда у тебя эти знания? И почему я должен тебе верить?

— Возможно, когда-нибудь я отвечу на твои вопросы, а пока просто прими меня как некую силу, нейтральную силу.

— Нейтральную силу? И насколько велика твоя сила? Кто ты, Мэтжер?

— Скажем так, я специализируюсь на нежити. Остальное не важно. Важно, что я знаю, что тебя ждёт.

— Ты уже говорил. Так ты тёмный колдун, некромант?

— Не совсем, послушай меня. Когда-то на месте этого леса было великое королевство, оно тоже называлось Реета. В нём правили колдуны, очень сильные колдуны, они были самыми могущественными в этом мире. Их знания собирались веками, и однажды они решили, что смогут открыть Двери в другие миры. Знаешь, у них почти получилось. Они смогли переступить через Грань реальности собственного мира. Только выбор они сделали не правильный, в их желаниях было больше Тьмы, а не Света. Они хотели быть всемогущими, хотели власти, хотели стать повелителями Сил, которые не подвластны людям, — Мэтжер задумчиво посмотрел на лес. — Если бы их желанием были только знания, всё было бы по-другому, но их выбор открыл им Двери в мир демонов — Тёмный мир. Две чуждые реальности соприкоснулись, и теперь мы можем наблюдать последствия этого контакта. Нежить. Королевская семья стала оборотнями, все прочие жители вообще утратили человеческий облик.

Но оборотень — это оборотень, он может становиться человеком. И даже Реета, когда нет полнолуния, не держит их за своей Границей. Они ходят по вашей земле, живут среди вас, все самые великие воины — это оборотни. И не только воины, они становились правителями, вели в бой огромные армии и побеждали. Если вспомнишь историю, то поймешь, кем они были и есть сейчас. Их сердца сжигают тоска и боль, они всегда будут помнить об утраченном могуществе и невозможности что-либо изменить. Магия им больше недоступна. И ещё есть Реета, которая призывает их каждое полнолуние. Но они не безумны и поэтому помнят всё.

— Я знаю историю Рееты, — тихо произнёс Ярси. — Но про то, что оборотни спокойно разгуливают среди нас, слышу впервые.

— А ты образованный мальчик. Даже про само существование древнего королевства мало кто слышал, а ты знаешь историю. Твоим учителем должен был быть колдун.

— Неважно, — Ярси поморщился.

— Что ж, пусть так, — Мэтжер улыбнулся. — Имя Алато тебе знакомо?

— Он был последним королём Рееты. Именно при нём королевство вместе с жителями исчезло — переродилось в проклятый лес.

— Не просто королём, он был именно тем, кто открыл Двери. В его руках были сосредоточены все подвластные колдунам Рееты силы. Он переродился первым, стал первым оборотнем новой Рееты. И те силы, которыми он обладал и использовал, так и остались завязаны на нём. Они продолжают существовать в Реете, продолжают питать и сдерживать её обитателей….

— Граница, — выдохнул Ярси.

— Да, Граница является одним из проявлений силы Алато. Он король Рееты, и он правит своими подданными. Именно таким был Договор, который много веков назад позволил Реете существовать — её закрытость от всего остального мира. А теперь представь, что тот, кто её контролировал, вдруг исчез. И энергетическая стена, сдерживающая нежить в лесу проклятых, пала.

— Зачем мне это представлять? Алато не может исчезнуть, судя по твоим словам, он всемогущ.

— Только в Реете, но он оборотень, оборотень со своими странностями и привычками. И когда в лесу вдруг появляется жертва, он собирает подданных на пир и всегда нападает первым. Причём не убивает сразу. Ему нравится, чтобы в его пасть бежала ещё живая горячая кровь, а сердце жертвы продолжало биться, пока он вгрызается зубами в её плоть… Вернее нравилось.