Попутчица

Нет, милый мой монстр, все только начинается. Но ты заранее проиграл.

Глава 6

Раз, два, три, четыре, пять…

Мои силы заканчиваются внезапно. Я запинаюсь об какой-то большой корень и падаю, как подкошенная на холодную землю. Из груди вырываются хрипы, нет сил даже перевернуться на спину. Так и лежу, уткнувшись в сухие опавшие листья, вдыхая их гниющий запах. Мне мерещатся шаги, окружающие звуки пугают меня, и я вздрагиваю от каждого шороха и треска сломавшейся ветки. Он приближается? Он догоняет меня? Он совсем-совсем близко?

Хочется просто укрыться одеялом с головой и спрятаться от монстра, как в детстве. Но одеяла нет, как и кровати тоже. Я не дома. Мне негде спрятаться. Нечем укрыться от пронизывающего осеннего ветра. Некого позвать на помощь. Я вообще непонятно где. И не известно, как мне отсюда выбираться. Но я подумаю об этом позже. Сейчас, я даже дышу с трудом, что уж говорить о поиске выхода.

Я нахожу в себе капельку сил и переворачиваюсь на спину. Руками сгребаю листья вокруг себя и укрываюсь ими, как одеялом. Мне холодно, но это не страшно, переживу… Если монстр не найдет меня раньше, чем я смогу встать.

Я лежу и смотрю в темное небо. Звезды. Их здесь так много. Я будто попала в сказочный мир. Они окружают меня, успокаивают и манят к себе. Вдруг одна из звезд летит вниз. Вторая. Третья. Начинается настоящий звездопад… Как красиво! Волшебно! Я закрываю глаза и загадываю лишь одно желание: выжить. Просто остаться живой. Выбраться из этого кошмара и вернуться домой.

Пожалуйста, звезды, не подведите.

Мне так хорошо! Дыхание выравнивается. Я могу оглядеться и подумать о том, что делать дальше. Оглядываюсь. Вокруг одни деревья, ели и сосны, я вижу их силуэты в темноте. Как хорошо, что мои глаза привыкли быть без света. Видимо я в лесу. Это уже хорошо. В лесу монстр не сможет найти меня быстро. По крайней мере я надеюсь на это. Успокаиваю себя и почти перестаю прислушиваться к каждому шороху. Мои веки тяжелеют, глаза закрываются, я проваливаюсь в глубокий колодец сновидений…

Ужасный нечеловеческий вой заставляет меня подпрыгнуть. Я вскакиваю и начинаю метаться на месте. Что это? Волк? Собака? Человек??? Монстр? Еще более страшное чудовище? Сон? Куда мне бежать? Что делать?

Он меня нашел? Он кого-то убил? Поранился сам?

Нет. Это явно не человек. Вой все продолжается и продолжается. Визг, хрипы, вой. Непрекращающийся звуковой кошмар.

Я пытаюсь залезть на ближайшее дерево. Но ствол слишком толстый и гладкий. Я ни на сантиметр не могу на нем подтянуться. Да даже обнять его не могу.

Тогда я срываюсь с места и бегу. Опять бегу. Но куда? Я не понимаю откуда раздается этот вой. Куда от него мне спрятаться?

И я бегу. Бегу. Бегу.

Неожиданно вой затихает.

Я останавливаюсь и понимаю, что всего в шаге от меня горит костер. Я выбежала на небольшую поляну посреди леса. Вокруг костра лежат бревна, на одном из которых сидит человек в походном плаще. Возле костра стоит еще один человек, он над чем-то склонился.

Над кем-то…

Господи!

У ног второго лежит собака. Большая рыжая собака, вся в крови. Стоящий над ней человек держит огромный нож, с которого капает кровь. Он наклоняется к мертвому животному и начинает срезать с него шерсть вместе с кожей. Он режет, а я не могу двинуться с места. Ужас, представший моему взгляду, завораживает меня и приковывает к земле. Я бежала не подальше от воя, а прямо на него. И прибежала в самое логово чудовищ. За что? А? Вот за что судьба так со мной? Неужели во всем лесу я должна была наткнуться прямо на них, очередных сумасшедших чудищ? Как так-то? Может я проклята? Или все-таки в царстве Аида и прохожу семь кругов ада?

Человек (а человек ли это) все продолжает освежовывать труп собаки. Он делает это так искусно, что мне становится еще страшнее.

— Вован, давай быстрее, жрать охота, — раздается хриплый бас другого человека, сидящего возле костра. Именно его голос размораживает меня. Я делаю шаг назад, но ветка под моей ногой предательски хрустит. И если до этого чудовища меня не замечали, даже не знаю по какой причине. Мне кажется, весь лес слышал, как я бежала. То сейчас оба человека подняли на меня свой взгляд.

— Опа-на! — сидящий возле костра, снимает капюшон и вглядывается в меня. — Вот это сюрпрайз! Вован, у меня походу белка!

Вован опускает собаку и выпрямляется, сжимая в руке окровавленный нож.

— Эй, цыпа, иди к нам! Мы тебя не обидим!

— Обидим, еще как обидим!

И она оба ржут надо мной, облизывая пересохшие губы. Даже издалека я вижу их гнилые зубы. От них несет помойкой и перегаром, запах доходит даже до меня. Их кожа слишком загорелая и сморщенная для человека. Глаза впалые, как и щеки. А одежда — сплошные лохмотья.

— Ну че стоим. Двигай палками сюда, тетя, а то хуже будет! — тот, что возле собаки делает шаг ко мне.

— Стой, Вован! А ты не Серегина случайно кукла, а? Смотри как она одета. Да и похожа на его баб.

Тот, что возле костра встает и тоже идет ко мне. Останавливается возле друга и что-то шепчет ему на ухо.

— Да пох. й мне чья она баба! — орет тот, что с ножом. — Мне пох. й кому вставлять. Хоть самой королеве.

— Ты че проблем хочешь? Он же тебя грохнет! — орет ему первый.

— Пусть попробует, — сумасшедшая кривая улыбка второго освещается отблеском костра. Его рука крепче сжимает кровавый нож и он делает еще один шаг ко мне.

— Иди сюда цыпа! — шепчет он.

А я опять срываюсь с места и бегу, слыша топот и хриплый смех за моей спиной.

— Стой, с. а!

А я бегу, опять бегу не глядя куда, лишь бы подальше от монстров. Боже. Это когда-нибудь кончится? За что ты так со мной, Господи? И куда мне бежать?

«Опять засада,

Кругом враги,

Нас кто-то предал…

Беги, Лола, беги.» (10)

*****

— Паша, как ты мог?! Как ты мог, Паша?! Почему?! Зачем, Паша?! Что же ты наделал, сынок…

— Я не верю, сыночек. Я не могу поверить. Как это так могло случиться?

— Паш, это ведь не ты, правда? Ты не мог. Ты точно не мог. Только не ты.

— Неблагодарный ублюдок! Я тебя не так воспитывала! Бессовестный ты, Пашка, ты о нас подумал?! Как ты мог?!

— Пашенька, миленький, скажи, что это не ты. Скажи…

Мамин голос срывается с шепота на крик и обратно. Она заламывает руки. Рыдает. Кричит. Бьет посуду и моего брата по щекам. А после падает перед ним на колени, уткнувшись ему в ладони и воет.

Моего брата сейчас уведут. На месте, где погибла Даша нашли тетрадь. Подписанную по всем правилам, с отличными отметками внутри и с кровавой обложкой снаружи. Пашину школьную тетрадь.

Здорово, правда? Такая улика на месте преступления. Не придерешься! Однако только самый тупой преступник мог оставить ее там. А Пашка умный. Все так говорят, и я это знаю. Он не мог убить Дашу. Он ее любил, как сестру. Мы дружили вместе. Даша даже была в него влюблена какое-то время. Паша не мог. А если бы смог, никогда бы не оставил свою тетрадь на месте преступления. Он умный.

Мама бьется в истерике, а Паша сидит, опустив ладони на колени и уставившись невидящим взглядом в пол. Молчит.

Почему он не оправдывается? Почему не смотрит на меня?

— Паш? — шепчу я.

Он, не поднимая головы, встает и выходит в коридор.

Там его уже ждут, надевают наручники и забирают.

— Я пойду с вами.

— Петр Михайлович, вы же знаете, что нельзя, — останавливает папу его сослуживец.

— Но он мой сын…

— Вот именно, потому что он ваш сын — нельзя, — дверь закрывается. Папа резко выдыхает и хватается за сердце. Я не понимаю, что происходит, пока он не спускается по стене на пол.

— Мам! — кричу испуганно я, падая на пол рядом с папой и тряся его за рубашку. — Мам!

Мама испуганно вылетает в коридор. Делает искусственное дыхание папе. Вызывает скорую помощь. Делает массаж сердца. Падает отцу на грудь и рыдает. Скорая приезжает слишком поздно.

*****

Раз, два, три, четыре, пять…

Я считаю свои удары сердца. Оно бьется очень быстро, будто хочет вырваться на волю. Сколько я бежала? Не знаю. Но топота за спиной уже нет. Тишина вновь окутывает меня. Лишь шорохи леса и шуршание колес по асфальту…

Стоп!

Шуршание колес по асфальту?

Дорога! Где-то рядом дорога. Я вижу свет от фар!

Я снова срываюсь с места. Бегу из последних сил. Проваливаюсь в яму на обочине. Выползаю на край дороги и кидаюсь под колеса едущему автомобилю.

Машина резко тормозит, вылетает на встречку, разворачивается, чуть не улетев в канаву на обочине и останавливается.

— Ты куда прешь, идиотка? — женщина выскакивает из своего авто и орет на меня. Но мне все равно.

— Помогите мне, — хриплю я и падаю перед ней на колени.

«Увези меня домой

Не вези назад

Душу греет дом родной

Мамины глаза

Затяни меня силком

И дави на газ

Я дойду хоть босиком

Только дай мне шанс» (11)

— Увезите меня домой, пожалуйста…

Глава 7

Я иду тебя искать

— Увезите меня домой, пожалуйста…

— Обкуренная что-ли? — женщина всматривается в мое лицо в темноте. — Или психичка?

— Пожалуйста, я хочу домой. За мной гонятся, хотят убить или еще хуже. Пожалуйста, увезите меня отсюда, — у меня нет сил что-то объяснять, нет сил умолять, я просто смотрю в глаза своей возможной спасительнице и мечтаю о чуде.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

Взять бы запрыгнуть в открытую машину, вдавить педаль газа в пол и умчаться отсюда куда глаза глядят, забыв обо всем. Просто вперед, в никуда. Лететь на полной скорости, не вспоминая ни о чем. Умчатся на край света и забраться под спасительное одеяло, лишь бы выбросить из головы все это безумие.

Женщина все также подозрительно смотрит на меня, пятится назад к машине, и я понимаю, что сейчас снова останусь одна посреди пустынной дороги рядом с лесом, кишащем монстрами.

— Пожалуйста, — по моим щекам текут горячие слезы. Я опускаю голову и больше не смотрю на свое упущенное спасение.

— Ладно, прыгай, — слышу тяжелый вздох и неуверенный ответ. — Только без глупостей. Я на карате в детстве ходила, если что. Как дам по мозгам, сразу про глупости свои забудешь, поняла?

Я же, не веря тому, что слышу, все также сижу на асфальте, роняя слезы.

— Ну что застряла? Давай быстрей шевели копытами. А то и передумать могу!

Спасибо тебе Господи, спасибо!

В машине тепло и уютно. Пахнет цитрусами и бензином. По радио играет неизвестная мне мелодия, тихая, успокаивающая, убаюкивающая.

Первое время мы едем молча. И я замечаю одну из странностей, ранее не бросившуюся мне в глаза. Нам не попадается ни одной машины по встречке. И не одной не едет за нами. Будто мы одни на дороге. Во всем городе. А может и во всем мире. Я очень хочу ехать так бесконечно, смотреть в окно на пролетающие мимо деревья и ни о чем не думать.

— Куда тебя везти-то, шизик? — женщина смотрит на меня с опаской, но заинтересовано. — Где живешь-то? Что-то я тебя не помню, а я наших местных всех знаю.

Называю свою улицу.

— Нет здесь такой, — женщина пожимает плечами и начинает смотреть еще более подозрительно.

Я называю свой город. И тут она начинает хихикать.

— Шутишь что-ли? И как ты оттуда к нам попала?

Я лишь пожимаю плечами, не понимая, что здесь смешного.

— И как я должна тебя туда отвезти? Я же не самолет. Ты хоть знаешь где ты сейчас находишься?