Помоги проекту - поделись книгой:
– Хорошо все-таки, что в Питере нет небоскребов!
НИАГАРА
Вода повсюду, она грохочет, шумит, лезет в глаза и проникает за шиворот. Вокруг мельтешат туристы из разных стран, облаченные в желтые дождевики, только мы со Славой мужественно сопротивляемся водной стихии в собственной одежде.
– Ребята, немедленно наденьте дождевики! – кричит Настя, с трудом перекрывая грохот водопада.
– Русские не надевают дождевиков! – кричу в ответ. А Слава добавляет:
– Мы же должны как-то отличаться от остальных туристов!
Слава идет ва-банк: у меня-то мотоциклетная косуха, а он в обычной водолазке, такая промокает на раз. Даже сквозь мою кожанку уже начинает проникать влага, которая здесь везде – в воздухе водяная взвесь, мелкая пыль, что так и норовит пробраться под одежду.
Мы движемся по деревянным террасам, приближающим нас к стене падающей воды. Стена пенится, брызжет на много метров вокруг себя, но мы упорные и хотим приблизиться к водопаду еще ближе.
– А искупаться слабо?! – кричу на ухо Славе.
Тот оценивающе оглядывает водяную стену. В этом месте Ниагара низвергается на огромные камни, на них взобраться нереально. Но если встать чуть в стороне, где валунов нет, можно при желании и «покреститься» в великом американском водопаде…
– А что, можно! – отзывается он. – Должны же мы отличаться, правильно?
Дорога на Ниагару началась от Нью-Йорка. Проехав зону городской застройки, выехали в направлении города Буффало и вскоре оказались в окружении совсем родных пейзажей. Леса вокруг, елочки, березки – чем-то это напомнило Московскую область. Если бы не англоязычные указатели, что мелькали порой вдоль дороги, могло бы показаться, что едешь хорошо знакомой дорогой из Москвы в Смоленск. А тут еще запах навоза шибанул в нос, когда проезжали какие-то поля, что совсем уж приблизило к родине. По всей матушкеРоссии – по Тверской ли области, по Новгородской – витает этот запах; и в Америке его тоже, оказывается, нюхают.
Полей было много, в основном кукурузных. Вначале было пасмурно, и наша команда облачилась в куртки. Затем опять выглянуло солнышко, я вновь разделся и катил вперед в одной футболке. Эту футболку с цветами из Таллина мне подарил Саша Одесса. Подарок был мне дорог, как и кепка Santoverdo Banda, преподнесенная в подарок другим моим другом – Витей Малиной.
Мы уже почти привыкли к мощным навороченным американским машинам. Приедешь куда-нибудь в Италию – там половина страны ездит на малолитражном «фиате-пунто». Приедешь в Израиль – тоже в основном японские экономичные автомобили. А вот Америка любит масштаб, тут сплошь пикапы да джипы. А еще домаприцепы, которые бывают просто огромные. Домом на колесах нас не особо поразишь – видели, знаем. Но тут ведь не просто дом – домище, размером с двухкомнатную квартиру в панельном доме! И тянет такую махину, конечно же, многосильный джип марки «Форд» или «Шевроле».
Что касается желтых школьных автобусов, иногда встречавшихся на пути, то они были привычны и непривычны одновременно. Вроде бы по нашим дорогам они не ездят, но мы же смотрели фильм «Кошмар на улице Вязов» и хорошо помним Фредди Крюгера. И другие фильмы смотрели, так что эти автобусы воспринимаются уже привычным образом, как и желтые нью-йоркские такси.
По ходу продолжали знакомиться с местными ПДД, что иногда сильно отличаются от российских. Вот хотя бы один пример: при наличии особого знака или специально выделенной полосы по американскому хайвею нельзя ехать на машине в крайнем левом ряду в одиночку. Если ты один – изволь сместиться правее, а по самой скоростной полосе можно передвигаться лишь в компании с кем-нибудь.
Приходилось привыкать и к приборной доске «Харлея», где на спидометре не привычные километры в час, а мили в час. Миля составляет 1,6 километра, так что движение по трассе со средней скоростью 65 миль в час означает в переводе на наши правила скорость чуть более 100 км в час.
Американские ПДД в некоторых пунктах отличаются от российских.
В другой стране вообще много непривычного. Еду по трассе, и вдруг справа от дороги возникает белый металлический резервуар на тонких металлических опорах.
Пальцы придавливают тормоз: хочется получше рассмотреть странное сооружение, будто взятое из фантастического фильма «Звездные войны». Лишь потом понимаешь: это обычная водонапорная башня, просто выглядит она совсем не так, как такие же сооружения в России. Я слишком много внимания уделял осмотру окрестностей, поэтому проскочил нужный отворот, который уводил нас на объездную дорогу вокруг очередного американского городка. Навигатор потащил меня в город, а за мной – всю команду.
Мои спутники даже не поняли, что мы отклонились от маршрута. Поначалу я переживал, но город оказался очень даже живописным, и, судя по тому, как интенсивно ребята его фотографировали, они были довольны, что сюда заехали. Да и перекусить было нелишне, поскольку утренние гостиничные вафли уже давно были переварены организмом.
Еда в любом путешествии – дело не последнее: не подмажешь, как говорится, не поедешь. Но Америка, как я вскоре понял, богатства выбора в этом смысле не предоставляет. Взять те же завтраки в отелях, абсолютно не отличающиеся друг от друга. Приходишь утром в ресторан, а тебе предлагают стаканчик с жидким тестом. Ты открываешь электрическую вафельницу, вливаешь туда тесто и спустя несколько минут получаешь горячую мягкую вафлю плюс чашку кофе.
Прикольно? Поначалу кажется – да, но спустя неделю, скажу честно, меня от этого американского однообразия уже начало тошнить. Хотелось какой-нибудь яичницы с ветчиной, кусок колбасы с сыром и черным хлебом, а тебе предлагали один и тот же стандартный набор!
Мы добрались до Ниагарского водопада к середине дня. Все знают, что этот водопад – что-то необычное, грандиозное и величественное, но по-настоящему это ощущаешь, только когда оказываешься рядом с этим невероятным явлением природы. Величие ощущаешь даже не «рядом», а задолго до того. Ниагару слышно издалека, за несколько километров. Мы ехали к границе Канады и Штатов, где находится это чудо света, и в гул двигателей наших байков потихоньку вплетался отдаленный гул падающей воды. Прямо по курсу виднелось облако водяного пара, который в солнечную погоду искрит разноцветной радугой. Вот наконец берег Ниагары, мы выезжаем на него и застываем в изумлении. Зрелище поистине невиданное: вода срывается со скал с пятидесятиметровой высоты, причем ширина этой грохочущей пенной стихии – более километра! Не сразу понимаешь, что водопад разделен на три части, каждая из которых имеет свое название. Уже позже мы узнаем, что Niagara Falls расположен сразу в двух странах и самый большой водопад – Подкова, или Horseshoe Falls, – территориально находится в Канаде. США достались водопады чуть поменьше – Американский (American Falls) и Фата (Bridal Veil Falls). Но и эти потоки падающей воды поражают воображение.
Чтобы ощутить само дыхание водопада, сверху надо спуститься на лифте вниз. Где мы получаем специальные дождевики, которые должны защитить нас от всепроникающих водяных брызг.
Брызги висят в воздухе мелкой водяной взвесью, которую ощущаешь собственной кожей. И чем ближе приближаешься к Ниагаре, тем плотнее взвесь; человек в очках, например, вблизи водопада уже просто ничего не видит. А еще ближе вообще нужно надевать те самые дождевики, которые берутся напрокат. Чтобы была возможность приблизиться к водопаду вплотную, сделаны специальные лестницы и площадки; на них-то и толпятся многочисленные туристы, прикрывающие от вездесущей воды объективы фотоаппаратов.
– Так купаемся или что? – спрашиваю Славу. Тот еще раз оценивающе оглядывает пенную грохочущую стихию.
– Да что-то мне уже…
– Вы с ума сошли?! – пресекает безумные планы Соня. – Совсем обалдели – купаться вздумали!
Несмотря на экстремальные условия, мы делаем кадр с «походным знаменем» на фоне Ниагары и подходим еще ближе. Нетрудно представить, какое благоговение перед этим явлением природы испытывали проживавшие здесь некогда ирокезы. Они-то и дали название водопаду: «грохочущая вода», или, на индейском, «ниагара». Мы, конечно, люди цивилизованные, но перед таким чудом чувствуем свою ничтожность так же, как ирокезы.
Откуда берется такой невероятно мощный поток воды? От Великих озер – Верхнего, Мичиган, Гурон, Эри и Онтарио. Крупнейшие пресные озера Земли, они соединены в одну систему и стекают в океан через реку Ниагару. Не помню точно, сколько кубометров воды в секунду падает вниз, – знаю, что много. А это ведь дармовая энергия! И американцы просто не были бы американцами, если бы не извлекли из этого практическую пользу.
Американцы пользу извлекли, построив выше по течению Ниагары электростанцию. А ниже по течению построили так называемый Радужный мост, который соединил две страны и позволил перемещаться в обе стороны пешеходам и автомобилям. Ниагарский водопад давно является фишкой американского штата НьюЙорк и канадского штата Онтарио. Город Буффало, неподалеку от которого мы остановились, благодаря тысячам туристов живет очень даже небедно. О процветании говорят, в частности, многочисленные богатые яхты, пришвартованные у причалов на протекающей через Буффало реке.
Хотя я не о бизнесе, я о чуде. Говорят, самый лучший вид на Ниагарский водопад открывается с канадского берега. Что ж, может быть. Нам хватило и американской стороны – то, что мы увидели, наверняка запомнится на всю жизнь. На пути к стоянке мотоциклов я оглянулся на водопад и вдруг подумал, что когда-нибудь вернусь сюда с сыном и женой, чтобы показать им величайший в мире водопад и теперь уже вместе испытать этот восторг…
ЧИКАГО И ОКРЕСТНОСТИ
Мы проезжаем на мотоциклах по чикагским пригородам. На тихие кварталы спустился спокойный вечер, но мы, группа русских мототуристов, делаем его не совсем спокойным. Справа и слева мелькают дома с горящими окнами, скверы и парки, а тут наши байки с включенными фарами! Едем прямо, набираем скорость, потом сбрасываем – нужно повернуть. Моторы гудят, опять набор скорости, тут главное – не оторваться от Артема.
Его кожаная спина маячит впереди, это он проводит
«экскурсию» по пригороду Чикаго, который мы едва успеваем рассмотреть. После очередного перекрестка Артем тормозит, мы останавливаемся следом.
– Как, не утомились? – спрашивает «экскурсовод».
– Ты что?! – удивляемся мы. – Все в кайф!
– Что ж, у нас впереди еще кафе для байкеров.
– В Чикаго есть такое кафе?!
– Ну да. Там, как ни странно, много русских собирается. Едем в кафе, буду вас с ребятами знакомить!
До Чикаго добрались на второй день после знакомства с Ниагарой. Была ночевка в Кливленде, штат Огайо, после чего стартанули сюда, в Иллинойс, по ходу проскочив Пенсильванию и заехав в Детройт, расположенный в штате Мичиган.
Когда-то Детройт считался одним из «топовых» городов этой страны, был автомобильной столицей Америки. Да что там – всего мира, ведь там ежедневно с бесчисленных конвейеров сходили тысячи новеньких машин. Два миллиона населения, десятки сборочных автомобильных производств, текущие в город денежные реки, – но все это в прошлом. Теперь заводские корпуса пустуют, стоят с выбитыми стеклами, а конвейеры давно остановлены, поскольку автомобильная сборка перенесена в страны Юго-Восточной Азии. Значительная часть населения уехала, а некогда оживленные окраины превратились в криминогенные зоны, где свирепствуют этнические банды. Сейчас Детройт – город-банкрот, символ американского упадка, который тоже может случиться в этой богатейшей, казалось бы, стране.
В этом смысле российский «автоград» Тольятти чувствует себя гораздо комфортнее. Побывать там пришлось этой весной, и я увидел нормальный, если не сказать – процветающий город. Да, главному автозаводу страны оказывают поддержку, но это ведь забота о людях, что и должно делать нормальное социальное государство. США – более жесткая страна. Если нет прибыли – это твои проблемы, разоряйся, а людей – выбрасывай на улицу. А что им делать на улице? Правильно: либо опускаться и бомжевать, либо грабить себе подобных.
Впрочем, центр города стараются поддерживать в пристойном состоянии. Несмотря на общий упадок, здесь по-прежнему расположена штаб-квартира General Motors, в пригороде Детройта Дирборне находится штаб-квартира Ford Motor Company, а в Оберн-Хиллс по-прежнему базируется руководство компании Chrysler. Вообще жизнь вроде бы продолжается. В одном месте мы увидели конного полицейского, что охранял порядок и даже позволил с собой сфотографироваться. В другом обнаружили прямо на тротуаре черные и белые клетки, на которых стояли шахматные фигуры. Они были довольно большие: казалось, что два местных чернокожих жителя, перенося по ходу игры ладьи и пешки двумя руками, совмещают интеллектуальную игру с физическими упражнениями.
Но это называется «хорошая мина при плохой игре». Хотелось бы верить в счастливое будущее бывшей автомобильной столицы, да только оснований для оптимизма маловато.
Последний кусок пути мчали по той самой трассе, которую одолевал герой фильма «Брат-2» Данила Багров. Он ехал на типичном американском грузовике, перенося с местным дальнобойщиком все тяготы пути. И мы таких машин встретили не десятки даже – сотни или тысячи.
Мощный тягач с огромной никелированной выхлопной трубой, высотой несколько метров, и квадратным капотом, под которым гудит многосильный мотор, – один из символов Америки. Тягач может везти фуру с прицепом, цистерны с бензином, спрессованные брикеты из сена или бревна – что угодно. Но в любом случае машина будет сиять на солнце хромированными деталями, начищенными до ослепительного блеска. А вечером или ночью тягачи сияют многочисленными лампочками, установленными по всему корпусу. Издали такая машина выглядит как новогодняя елка с включенными огнями. Помните рекламу Coca Cola с Дедом Морозом? Так вот, она не врет, точно так и выглядит в ночи американский трейлер.
Вся Америка заполнена этими бесчисленными трудягами, что встречаются на каждом шагу и обеспечивают экономическое «кровоснабжение» страны. Думается, если местные дальнобои забастуют – Штаты просто рухнут, не в силах обеспечить никакие свои потребности. Хотя пока что водители бастовать не намерены. Мы обгоняем один, второй, десятый трейлер, иногда фотографируем их прямо на ходу, а кому-то приветственно машем рукой.
Американские дороги сделались уже привычными, как и те транспортные средства, что по ним перемещаются. Но иногда все-таки приходиться раскрывать глаза от удивления. Вот, например, трейлер везет целый дом. Не тот дом, что в виде прицепа, – настоящий! Довезя до цели путешествия, его снимут подъемным краном, опустят на подготовленные легкие сваи, и живи в свое удовольствие!
Полицейские машины удивляли не столь сильно, но внимание на себя обращали. Во-первых, на полицию в чужой стране всегда смотришь с опаской – а вдруг прихватит мент? Было ведь за что, превышали мы скоростной режим, и не раз, а какие у них в кустах телекамеры спрятаны – бог знает. Во-вторых, выглядели эти машины очень уж агрессивно. Снабженные «кенгурятником», они могли смело идти на таран, зажимать другие автомобили, в общем, осторожность при таком контакте не помешала бы.
Зато атмосфера в очередном придорожном ресторанчике совсем не агрессивная, наоборот, очень располагающая. Ведь нам подали суп! На пятый день путешествия фастфуд уже успел поднадоесть, и первое блюдо порадовало от души. Да и хот-дог, дополненный фаршем с томатом, воспринимался не как перекус на ходу, а как полноценное второе блюдо.
Одна из проблем Америки – отсутствие хорошей и вкусной еды. В большинстве ресторанов и кафе предлагают фастфуд.
Чикаго мне понравился сразу. Мы уже побывали в больших и малых городах Америки, и пока ничего родного, куда тянуло бы вернуться, я не почувствовал. А тут вдруг повеяло родным: при въезде город показался чем-то похожим на Хельсинки, только большего размера. Такой же чистый, уютный, и цветовая гамма домов примерно та же, а для питерского жителя, понятно, столица Финляндии – очень близкий город.
В неизменном для любого американского мегаполиса Сити, конечно же, есть небоскребы. Но в сравнении с нью-йоркскими, которые и впрямь «скребут небеса», чикагские высотки не столь грандиозны, и чтобы их рассмотреть, не требуется сильно задирать голову. Одна из здешних фишек – наружное метро. Оно не погружено под землю, а проходит над землей метрах в семивосьми и держится на металлических опорах, между прочим довольно тонких.
Между высотными и обычными домами много зелени, в городе большое количество скверов, парков, лужаек, что привлекает еще больше. И что бесчисленных толп туристов нет – тоже привлекает. И вообще атмосфера какая-то привлекательная, такое ведь сразу чувствуешь. Спускается вечер. Чикаго зажигает огни, которые отражаются в расположенном в городском центре странном сооружении, похожем на огромное искривленное зеркало. Это так называемая «капля», знаменитое архитектурное сооружение, непонятно из чего сделанное и каким образом сюда доставленное. На прихотливо изогнутых зеркальных стенах отражаются искаженные силуэты небоскребов, деревьев, гуляющих людей, и впечатление от такого зрелища просто фантастическое.
Вечером город, как ни странно, не замирает, а оживает. На огромном газоне под разноцветными пластиковыми тентами на случай дождя отдыхают сотни, а может, тысячи горожан. Кто-то сидит на раскладных стульчиках, кто-то раскинул покрывало прямо на траве и готовит вечерний пикник, кто-то просто прогуливается, пользуясь хорошей теплой погодой.
В такой атмосфере как-то забываешь, что некогда этим городом фактически правил «ночной мэр» – глава чикагской мафии Аль Капоне. Правил круто, неугодным самолично ломал ноги бейсбольной битой, а иных приказывал и в асфальт закатать. Закончил он, как и большинство мафиози, плохо – тюрьма Алькатрас, тяжелая болезнь и бесславная смерть. Но в эпоху «сухого закона» Альфонсо Капоне порезвился на славу: занимался и бутлегерством – поставкой нелегального алкоголя, и рэкетом, и подпольным игорным бизнесом, а уж сколько отправил на тот свет собратьев-бандюганов… Именно ему приписывают реплику, ставшую популярной после выхода фильма «Крестный отец»: «Это всего лишь бизнес, ничего личного!» Хотя «бизнес» Аль Капоне был явно замешан на крови, и очень здорово, что эта мрачная страница принадлежит прошлому замечательного города Чикаго.
С Артемом мы встретились ближе к вечеру – после того как совершили прогулку по городу. Не так давно он принимал моих знакомых из Ярославля, Женю и Руслана, совершавших на байках кругосветное путешествие. У ребят от той встречи остались самые теплые чувства; теперь вот и мы, совершающие свою «кругосветку» по Америке, встретились с радушным Артемом.
– Вот и наше байкерское кафе… – говорит он, заглушив двигатель. Мы тоже глушим моторы, слезаем с байков и направляемся к кафе под названием Mistika. Откуда такое название – непонятно, байкерский ресторан был вовсе не мистикой, а самой настоящей реальностью. И парни, которые уже ждали нас за длинным столом, тоже были реальными – во всех смыслах. Мы знакомимся, заказываем напитки, а дальше – общение, благо за столом сидят одни русские, да к тому же мотоциклисты. Тем, кто влюблен в дорогу, всегда найдется о чем поговорить, поэтому атмосфера очень дружеская.
– Как, удалось посмотреть Чикаго? – спрашивают нас.
– Да, много чего посмотрели!
– И как впечатление?
– Замечательный город! – отвечаем дружно. – Нам очень понравилось!
Впрочем, некоторые реплики немного шокируют, мы ведь далеко не всё знаем о стране, в которую приехали. Я задаю вопрос:
– Как у вас дела с МС? В смысле – с мотоклубами?
– Сейчас обстановка более-менее спокойная. Но еще лет десять назад…
После чего идет рассказ о том, как враждовали байкерские клубы из разных штатов. Каждый из них имеет свои опознавательные знаки, своего рода униформу, что на байкеров из других штатов порой действовало как красная тряпка на быка. Разборки происходили серьезные, вплоть до поножовщины. Но сейчас это, по счастью, в прошлом, бандитские прихваты теперь не в моде.
– Ладно, хватит об этом! – обрывает рассказ Артем. – Вы лучше скажите: ездили на «Хвост Дракона»?
– А что это такое?
– Как, вы не знаете?! Это дорога такая уникальная, серпантин – высший класс! Он же в Северной Каролине, вы через нее проезжали!
Оказалось, мы проезжали по другой стороне штата и не попали в место, которое обязан посетить каждый уважающий себя мототурист США. Мы бы тоже хотели, да теперь уже, как говорится, в следующий приезд…
– А что, – спрашивают меня, – будет и следующий приезд?
Отвечаю честно:
– Всю Америку объезжать не буду, это точно. Не вся она мне нравится, вы уж извините… Но в Чикаго с удовольствием бы вернулся – с женой, с сыном… Так что, надеюсь, еще увидимся!
Впечатление от Чикаго действительно остается самое положительное, даже удивляет, что такая теплая и душевная атмосфера может быть в городе, который после
«Большого Яблока» является вторым по значимости финансовым центром и третьим по численности населения – после Нью-Йорка и Лос-Анджелеса – городом Америки. Это еще и крупнейший транспортный узел, расположенный в сердце страны – на юго-западном побережье озера Мичиган. Словом, это один из главных городов Соединенных Штатов, и мы просто обязаны были его посетить.
А дальше – в Милуоки, в музей мотоциклов HarleyDavidson. Сюда мы тоже не могли не заехать, это же своего рода святилище для участников байкерского движения. На чем бы ты ни гонял, какие бы мотоциклы ни приобретал, все равно, попав в этот огромнейший музей, автоматически снимаешь шляпу. В нашем случае – снимаешь шлем, после чего пытаешься разобраться в многолетней истории знаменитого бренда от древних времен до наших дней.
Начинается экспозиция с совсем уж древних мотоциклов начала прошлого века, каковые можно назвать драндулетами. Но чем дальше, чем мощней становятся движки, тем изящней и стремительней делаются формы, и где-то к концу двадцатого века «Харлей» уже обретает привычную глазу форму, в которой сочетается мощь и легкость одновременно. От количества экспонатов просто рябит в глазах: одноместные и двухместные мотоциклы, с коляской и без, напоминающие мопеды и даже «Харлей»-тандем с двумя двигателями и двумя рулями. Выставлены полицейские «Харлеи», почтовые, спортивные, для гонок на треке, военные… Отдельно выставлены варианты двигателей, бензобаков и разнообразные байкерские прибамбасы: украшенные заклепками пояса, наручники с шипами, мотоциклетные очки, шлемы разных видов – то, без чего невозможно представить настоящего демона шоссе.
– Может, и наши «Харлеи» когда-нибудь здесь окажутся? – высказываю шутливое предположение.
И рядом табличка: на этих мотоциклах сумасшедшие русские проехали по Штатам десять тысяч миль!
– Вначале проехать надо, – рассудительно отзывается Миша.
А Слава добавляет:
– Хорошо бы, чтобы и у нас что-то похожее появилось. Я имею в виду музей мотоциклов.
– Почему нет? – говорю. – Проходит же в Питере фестиваль Harley Days, причем именно в эти дни!
Мы решаем поздравить в фейсбуке моих друзей, организаторов фестиваля – Игоря Щербакова и его команду. А затем – снова за руль.
Очередной хайвей ведет нас в Миннесоту, где мы оказываемся к вечеру, проехав пятьсот двадцать миль. Еще пара рывков, и мы – в Южной Дакоте, на байк-фестивале всех времен и народов. Обычному уху название «Стурджис» не говорит ничего, но для байкера оно звучит как «Иерусалим» для истинно верующего. Ведь там проходит самый крупный в мире сбор любителей погонять на мотоциклах, и попасть туда было обязательным пунктом в планах поездки.
Впрочем, как правильно заметил Миша, до Стурджиса надо еще доехать.
ДОРОГА НА СТУРДЖИС
До Стурджиса еще 900 миль – очень приличное расстояние, его лучше преодолевать за два дня. А до этого нужно привести в порядок наши средства передвижения.
– Так, мне уже пора масло менять! – заявляет с утра пораньше Миша, когда после ночевки у Артема приходим в его гараж.
– Да? – сомневаюсь я. – Не рано ли?
– Самое время, – отвечает. – Ваши «Харлеи» могут еще подождать, а мой «Интрудер» уже требует замены. В ближайшем автомагазине приобретаем нужное масло, производим замену – и на трассу. Погода отличная, светит солнышко, а из динамиков звучит бодрая американская попса. Я не поклонник такой музыки, предпочитаю рок. Но американские FM-станции далеко не везде ловятся хорошо, так что приходится довольствоваться тем, что сумеешь поймать в здешнем эфире.
«Та-там… Та-та-там…» – подпеваю я Майклу Джексону. Мчу по бетонке, который испещрен мелкой насечкой. Ее практически не чувствуешь, то есть вибрации нет. Но стоит съехать чуть правее, на обочину, как начинается серьезная тряска – там специально проделаны выемки в бетоне, чтобы водила сразу чувствовал: он в зоне риска.
Качество дороги вскоре делается хуже. Понимаю, что на ней – множество заплаток; много участков обильно залито битумом, так что, будь сейчас дождь, ехать было бы некомфортно. А потом и вовсе начались какие-то волны на дороге в течение километров пяти. Да, хорошие дороги в Штатах – в общем и целом, но попадаются и среднего качества, на которых байк то подкидывает, то подбрасывает.
Вскоре Майкл Джексон меняется на Бритни Спирс, а латаная бетонка – на асфальт. Качество езды сразу меняется, по асфальту мотоцикл идет гораздо плавней. Трасса просторная – три полосы в одну сторону. Вокруг поля, поля, в основном кукурузные, иногда мелькают стада коров и овец, затем появляются ветряки. Этих огромных белых столбов с трехлопастными пропеллерами наставлено тут дикое количество – сотни, а может, и тысячи штук! Тут же вспоминается юг Испании, где видел что-то подобное. Большое количество установленных на ветряках генераторов вырабатывают электроэнергию, причем экологически чистым способом – совсем неплохо…
Поделиться книгой: