Помоги проекту - поделись книгой:
Айзек Азимов. Добрые стервятники
ВОТ УЖЕ пятнадцать лет существовала на обратной стороне Луны база хариан. Такого еще не случалось никогда. Это было неслыханно. Даже во сне ни одному харианину не могла привидеться столь длительная задержка. Обеззараживающие отряды находились в полной готовности, пятнадцать лет ждали они момента, когда им нужно будет ринуться сквозь радиоактивные облака, чтобы спасти то, что еще можно будет сохранить для тех немногих, кто останется в живых. Конечно, за приличное вознаграждение.
Но планета совершила пятнадцать полных оборотов вокруг своего Солнца. За время каждого такого оборота спутник успевал неполных тринадцать раз обернуться вокруг планеты, а ядерная война все не вспыхивала.
В разных пунктах на поверхности планеты населявшие ее мыслящие высшие приматы взрывали ядерные бомбы. Стратосферу планеты поразительно загрязнили радиоактивные отходы. Но тем не менее войны не было.
Деви-ин жил надеждой на то, что его сменят. Он был четвертым по счету Дежурным Офицером этой колониальной экспедиции (если еще можно было употребить такое название после пятнадцати лет вынужденного бездействия), и он почти не сомневался в том, что экспедиция будет иметь и пятого. Теперь, когда его родная планета посылала сюда Верховного Администратора, с тем чтобы тот лично ознакомился с создавшейся ситуацией, замена Деви-ина может произойти довольно скоро. Прекрасно!
Запакованный в свой космический скафандр, он стоял на поверхности Луны и думал о родине, о Харии. Росту в нем было всего три фута. В задней части скафандра, чуть пониже середины спины, имелась некая выпуклость, внутри которой мог с удобством разместиться короткий обрубкообразный хвост харианина.
Деви-ин, безусловно, воспринимал свою внешность как нечто само собою разумеющееся, хотя в то же время прекрасно сознавал разницу между харианами и всеми остальными высокоорганизованными существами Галактики. Одни лишь хариане были столь низкорослыми, у них у одних росли хвосты, только они были вегетарианцами и только им одним удалось избежать ядерной войны, которая погубила все известные им цивилизации.
Он стоял на окруженной высокой стеной равнине. Вначале здесь был всего лишь походный лагерь, но со временем сюда привезли женщин, а потом здесь стали рождаться дети. Теперь тут уже появились школы, сложные гидропонические установки, огромные резервуары для воды, словом, все то, что необходимо для нормальной жизни города в лишенном воздуха мире.
Это было сплошной нелепостью! И все потому, что какая-то одна планета, имея соответствующее оружие, упорно не желала развязывать ядерную войну.
Верховный Администратор, который должен был вскоре прибыть на Луну, вне всякого сомнения, сразу же задаст тот самый вопрос, который уже вставал перед Деви-ином бесчисленное количество раз.
Почему же все-таки у них не вспыхнула ядерная война?
Деви-ин взглянул на огромных мовов, которые как раз в этот момент готовили посадочную площадку. Даже заключенные в скрывавшие их тела космические скафандры мовы, казалось, источали огромную силу, но это была всего лишь мускульная сила — за ними виднелась маленькая фигурка отдававшего приказания харианина, и покорные мовы беспрекословно повиновались. Еще бы.
Верховный Администратор прибыл в сопровождении личного эскорта из мовов, проводивших его до самого города. Двое охраняли его по бокам, трое следовали сзади. Они помогли ему снять космический скафандр.
Верховный Администратор отпустил их, и они строевым шагом вышли из помещения.
Честно говоря, он, конечно, не нуждался в их защите, но по его положению ему полагался эскорт из пяти мовов, а тут уж ничего не поделаешь.
За едой и в течение сопутствующего каждой встрече бесконечного приветственного ритуала о деле не было сказано ни слова. Когда же наступило время, более всего подходящее для сна, Верховный Администратор пропустил бородку сквозь свои маленькие пальцы и произнес:
— Скажите, Капитан, как долго нам еще придется ждать событий на этой планете?
Он явно старел. Волосы на его руках поседели, а мягкие кисточки на локтях стали уже почти такими же белыми, как борода.
— Я не знаю, Ваша Возвышенность, — скромно ответил Деви-ин. — Они не последовали примеру других.
— Это не вызывает никаких сомнений. Основной вопрос теперь заключается в том, почему они этого не сделали. Совет отлично понимает, что ваши доклады содержат фактически одни обещания. Вы увлеклись теоретической стороной вопроса и обходите молчанием конкретные обстоятельства. Там, на Харии, нам все это уже надоело.
— Дело в том, Ваша Возвышенность, что я не располагаю достаточно убедительными доказательствами, подтверждающими мою точку зрения. Раньше нам не приходилось следить за поведением мыслящих существ в течение столь длительного периода. До недавнего времени наши наблюдения велись неправильно, мы интересовались не тем, чем нужно. Каждый год мы ждали, что ядерная война вспыхнет в следующем году, и, только начиная с момента моего назначения на этот пост, мы приступили к более тщательному изучению самих обитателей планеты. Длительное ожидание принесло все-таки какую-то, если не единственную, пользу — нам удалось за это время изучить некоторые из их основных языков.
— Правда? И вам для этого не пришлось даже высаживаться на поверхность планеты?
— Нашим кораблям, которые с разведывательной целью проникали в атмосферу планеты, удалось записать значительное количество радиосообщений. Я дал задание лингвистическим электронным машинам разобраться в полученном материале и последний год посвятил попыткам понять смысл этих сообщений, — ответил Деви-ин.
Верховный Администратор изумленно взглянул на него. Если учесть его обычную манеру держать себя, всякое иное внешнее выражение охвативших его при этом чувств было бы излишним.
— И вы узнали что-либо интересное?
— Возможно, Ваша Возвышенность. Но дело в том, что выводы, к которым я пришел, настолько необычны, а взятые за основу факты так неопределенны, что я не осмелился упомянуть об этом в своих официальных докладах.
Верховный Администратор все понял.
— Вы не имеете ничего против того, чтобы объяснить вашу точку зрения неофициально, скажем, мне? — несколько натянуто спросил он.
— С удовольствием, — сразу же согласился Деви-ин. — Обитатели этой планеты по своей природе, безусловно, являются высшими приматами, и им свойственно стремление к соперничеству.
Его собеседник с видимым облегчением выдохнул воздух и быстро провел языком по носу.
— У меня почему-то сложилось странное убеждение, — пробормотал он, — что им, может быть, не свойственно это самое стремление к соперничеству и что именно поэтому… Но продолжайте, продолжайте.
— В этом вы можете не сомневаться, — заверил его Деви-ин. — Оно им присуще, и в гораздо большей степени по сравнению со средним уровнем.
— Так почему же тогда не происходит все остальное?
— До настоящего времени все шло как нужно, Ваша Возвышенность. После длительного периода естественного созревания они начали изобретать механизмы, в результате чего обычное уничтожение друг друга, которым занимаются на определенном этапе своего развития высшие приматы, переросло в по-настоящему разрушительные войны. В конце самой последней и самой всеобъемлющей войны было изобретено ядерное оружие, и война сразу же кончилась.
Верховный Администратор кивнул.
— И тогда?
— По всем известным нам законам, вскоре после этого должна была вспыхнуть новая война, в ходе которой было бы обязательно применено обычным для высших приматов способом быстро усовершенствованное ядерное оружие, что вскоре сократило бы население планеты, оставив в разрушенном мире немногих умирающих от голода.
— Правильно. Но ведь этого не произошло. Почему?
— В данном конкретном случае имеется одно «но». Мне кажется, что с того времени, когда они приступили к механизации, само их развитие достигло необычно высокой ступени, — ответил Деви-ин.
— А если даже и так? — отозвался Верховный Администратор. — Разве это имеет какое-нибудь значение? Зато им быстрее удалось изобрести ядерное оружие.
— Верно. Но по окончании последней мировой войны они продолжали невиданными темпами совершенствовать ядерное оружие. В этом-то и беда. Смертельный потенциал возрос раньше, чем представился случай для развязывания ядерной войны, и теперь он достиг такого уровня, что даже они не отваживаются на риск войны.
Маленькие черные глаза Верховного Администратора широко раскрылись.
— Но ведь это противоестественно. Меня не интересует талантливость этих существ в области техники. Военная наука быстро развивается только во время войны.
— Быть может, именно к этим существам подобное правило неприменимо. Впрочем, создается впечатление, что у них все-таки идет война. Не настоящая война, но все же война.
— Не настоящая война, но все же война, — тупо повторил Верховный Администратор. — Что это значит?
— Я не уверен в правильности своих выводов. — Деви-ин раздраженно пошевелил носом. — Именно в этом вопросе мои попытки извлечь рациональное зерно из тех разрозненных неполных сведений, которые нам удалось получить, привели к наименее удовлетворительным результатам. На планете существует нечто называемое «холодной войной». Какова бы ни была сущность этого явления, именно оно заставляет их упорно продолжать исследовательские работы в области совершенствования ядерного оружия и в то же время, с другой стороны, не ведет к настоящей ядерной катастрофе.
— Это невозможно! — воскликнул Верховный Администратор.
— Факт остается фактом — там планета, здесь мы. Мы ждем уже пятнадцать лет, — сказал Деви-ин.
— Тогда остается только одно. Совет предусмотрел то, что планета могла достигнуть мертвой точки, своего рода непрочного мира, который колеблется на самой грани ядерной войны, то есть состояния, аналогичного тому, о котором вы меня только что поставили в известность, хотя никто не выдвинул идею о причинах этого, сходную с вашей. Но ведь мы не можем допустить этого.
— Не можем, Ваша Возвышенность?
— Нет. — Казалось, что тело его терзает почти реальная физическая боль. — Чем дольше длится этот период неопределенности, тем больше вероятность, что эти существа изобретут космические корабли для межзвездных полетов. И со всем присущим им стремлением к соперничеству проникнут в Галактику. Вы понимаете, что это значит?
— Конечно, но…
Верховный Администратор сгорбился и еще глубже втянул голову в плечи. Было похоже, что он сам боялся услышать то, что собирался сейчас сказать. Голос его стал глуше. — Если они так ненадежно балансируют на краю, мы должны подтолкнуть их, Капитан. Мы должны подтолкнуть их.
В желудке Деви-ина что-то перевернулось, и он вдруг ощутил, как недавно съеденный ужин подступил к горлу.
— Подтолкнуть их, Ваша Возвышенность?
Он не хотел понимать.
Но Верховный Администратор уже перестал говорить околичностями.
— Мы должны помочь им начать ядерную войну. — По его виду можно было заключить, что он, как и Деви-ин, едва сдерживал рвоту.
— Мы должны! — прошептал он.
Деви-ин почти лишился дара речи.
— Но как можно решиться на подобный поступок, Ваша Возвышенность? — шепотом спросил он.
— Я не знаю… И не смотрите так на меня. Это не мое решение. Это решение Совета. Вы отлично знаете, чем чревато для Галактики вторжение высших приматов и что случится, если они, полные сил, не укрощенные ядерной войной, выйдут в космос.
При одной мысли об этом Деви-ин содрогнулся.
— Но как развязывают ядерную войну? Как это делается?
— Поверьте, что я этого не знаю сам. Но, несомненно, должен существовать тот или иной способ. Быть может… войну спровоцирует какое-нибудь посланное нами сообщение или… или невиданный доселе ливень, буря, которую мы можем вызвать, искусственно сконденсировав из водяных паров облака. Мы могли бы значительно повлиять на их погоду…
— Но каким образом все это может послужить причиной войны? — спросил Деви-ин.
— Вполне вероятно, что то, о чем я вам только что сказал, не приведет к желаемому результату. Я упомянул об этом скорее в качестве примера. Зато для высших приматов этот вопрос не является столь сложной проблемой — ведь именно они развязывают ядерные войны. В силу специфики развития их интеллекта и благодаря особому строению мозга это присуще их мышлению. На основе этого Совет и принял свое решение.
— Какое решение, Ваша Возвышенность?
— Совет пришел к выводу, что необходимо похитить с поверхности планеты одного из ее примитивных обитателей.
— И что вы надеетесь от него услышать?
— Смысл его слов для нас не имеет значения, Капитан. Если существо вообще скажет достаточно, то, независимо от того, о чем оно будет говорить, анализ его интеллекта позволит нам получить необходимый ответ на беспокоящий нас вопрос.
Деви-ин изо всех сил глубоко втянул голову в пространство между ключицами. Кожа у него под мышками задергалась от отвращения.
Верховный Администратор не пытался скрыть тот факт, что он целиком разделяет охватившее Деви-ина отвращение, но тем не менее он сказал:
— Вам, Капитан, придется руководить этой экспедицией. Помните, что от нее зависит благополучие всей Галактики.
ДЕВИ-ИНУ и раньше случалось видеть планету, но, несмотря на это, каждый раз, когда корабль огибал Луну и Земля оказывалась в поле его зрения, его захлестывала волна невыносимой тоски по родине.
Это была красивая планета, своими размерами и внешними признаками напоминавшая Харию, но более дикая и величественная. После страшной безжизненности лунной поверхности вид ее действовал на Деви-ина подобно удару.
Он подумал о том, сколько еще таких планет стояло в настоящее время в главном списке хариан. На скольких еще планетах внимательным наблюдателям удалось заметить связанные со сменой времен года изменения, причину которых можно было бы истолковать только как наличие на них искусственного разведения идущих в пищу растений? Сколько раз еще будет наступать день, когда в стратосфере одной из них начнет повышаться степень радиоактивности, тот день, когда туда должны будут немедленно посланы колониальные отряды?
Так же, как пятнадцать лет назад, их послали сюда.
Самоуверенность, с которой вначале действовали хариане, граничила с пафосом. Если бы его самого сейчас не вовлекли в эту авантюру, Деви-ин наверняка бы посмеялся, читая отчеты первых экспедиций.
Чтобы собрать сведения о географии планеты и о расположении крупных населенных центров, разведывательные корабли хариан приближались к ее поверхности. Земляне их, конечно, видели, но какое это тогда имело значение? Ведь в любой момент они ждали взрыва.
В любой момент… Но шли годы бесполезного ожидания, и экипажи разведывательных кораблей начали подумывать о том, не следует ли им быть поосмотрительней. И они перестали приближаться к планете.
Теперь корабль Деви-ина соблюдал все предосторожности. Из-за того, что сама их миссия была крайне неприятной, нервы членов экипажа были напряжены до предела; все заверения Деви-ина, который пытался убедить их в том, что примитивному обитателю планеты не будет причинено никакого вреда, не могли их полностью успокоить. Положение усложнялось еще и тем, что, как бы им этого ни хотелось, они не имели права ускорять события. Для осуществления своего плана они выбрали совершенно пустынное место, где неровная почва не носила никаких следов искусственной обработки. В течение долгих дней парили они над поверхностью планеты на двадцатикилометровой высоте. Члены экипажа становились все раздражительнее, и только, как всегда, бесстрастные мовы, хранили невозмутимое спокойствие.
И вот однажды с помощью особого наблюдательного прибора они заметили одиноко передвигавшееся по равнине существо. В руке у него была длинная палка, а к верхней части спины был прикреплен какой-то сверток.
Со сверхзвуковой скоростью они ринулись вниз к планете. Деви-ин, по коже которого забегали мурашки, сам стал к пульту управления.
Еще до того, как его схватили, существо высказалось дважды, и его слова были тут же записаны на пленку для последующего анализа его интеллекта, который должна была произвести специальная электронная машина.
Первое высказывание удалось услышать с помощью направленного телемикрофона как раз в тот момент, когда существо заметило корабль почти над самой своей головой.
— Боже мой! Летающее блюдце! — воскликнуло оно.
Вторую фразу Деви-ин понял сразу же. Этот термин родился и получил широкое распространение в те первые годы, когда харианские корабли беспечно подлетали к поверхности планеты.
Вторично существо заговорило в тот момент, когда его, отчаянно сопротивлявшегося и проявившего при этом неожиданно огромную, впрочем, бесполезную в железных тисках мовов, силу, втащили на корабль. Когда запыхавшийся Деви-ин, мясистый нос которого слегка дрожал, приблизился к нему с целью оказать ему соответствующий прием, существо (чье неприятно безволосое лицо благодаря выделениям каких-то желез покрылось маслянистой жидкостью) воскликнуло:
— Черт возьми, ведь это обезьяна!
И опять Деви-ин понял последнее слово. Этим словом на одном из основных языков планеты назывались низшие приматы.
С НЕОБУЗДАННЫМ было почти невозможно справиться. Потребовалась масса терпения, пока, наконец, удалось разумно поговорить с ним. Вначале состояние его было ужасно. Существо почти сразу же осознало, что его увозят с Земли, и этот факт, который, по мнению Деви-ина, сам по себе должен был вызвать в нем огромный интерес, не произвел на пленника никакого впечатления. Вместо того чтобы как-то отреагировать на это, существо говорило только о своем ребенке и о некоем высшем примате женского пола.
(У них есть жены и дети, сочувственно подумал Деви-ин, и они по-своему любят их, ведь они хоть и примитивные, но все же мыслящие существа).
Поделиться книгой: