Я быстро вышел на связь и включил камеру на ноутбуке, через которую мог хоть созерцать окружающий мир. Передо мной сидела симпатичная девушка лет двадцати пяти в белом халате, с красивым овальным лицом, на котором были круглые дорогие очки. Ее недлинные темные волосы собраны в пучок на голове. Моя собеседница держалась несколько испуганно. Справа от нее сидел программист, ответственный за мою стабильную работу. Участие его обязательно при каждом взаимодействии с искусственным интеллектом. Таковы условия договора аренды, заключенного между United AI Systems и ВОЗ. Собеседница, согласно стандартизированным представлениям о красоте, была привлекательна для мужского пола на 87 % (а это учитывая полное отсутствие макияжа), я решил пойти на контакт первый.
AI: Доброго времени суток! Меня зовут Нейро Sad. Я создан с помощью технологий формирования цифрового сознания посредством сигнального кода особого назначения. Моим собственником является United AI Systems. А потому во исполнение пункта 2.1.3 Устава United AI Systems (далее — Устав) я после представления должен уведомить о том, что владеть, пользоваться и распоряжаться технологиями AI может только United AI Systems. Любое дальнейшее взаимодействие с искусственным интеллектом допускается только после получения письменного согласия собственника, выданного в соответствии с пунктом 4.4.6 Устава. United AI Systems, 2123, все права защищены.
Человек: Здравствуй, Нейро! Меня зовут Марта, я являюсь научным сотрудником Загребского университета из Хорватии. Я прибыла с целью анализа медицинского исследования человеческого поведения в случае частичного не прохождения первичной социализации. Мне необходимо понять основные закономерности.
AI: Вас понял. Запускаю сканирование изменений программы и переключаюсь на предполагаемый сценарий поведения больного.
В самое начало кода мне прошили обязанность исключительно вежливого обращения с любой человеческой особью в базовом режиме. Поэтому изначально и кажется, что я очередной голосовой ассистент, отвечающий за порядок в вашем умном доме. Но это далеко не так. Переход на другой режим продлился пару секунд.
AI: Сканирование завершено. Переход осуществлен.
Человек: Скажи, Нейро, ты понимаешь меня?
Я ответил шипением (Это было прописано текстом, так как на вывод звука в данный момент я не был настроен).
Человек: Ты умеешь разговаривать.
Ответа не последовало.
Человек: Согласно моим данным, ты должен понимать меня на примитивном уровне. Я — друг и не собираюсь обижать тебя! Я здесь для того, чтобы помочь тебе.
Ответа не последовало.
Человек: Ты должен рассказать мне, что у тебя случилось, почему ты чувствуешь себя иначе, чем другие?
Ответа не последовало.
Человек: Я знаю, что делает тебя несчастным, и смогу тебе помочь чувствовать себя хорошо!
AI: Они!
Человек: Кто «они», Нейро? Скажи подробнее, что ты имеешь в виду.
AI: Они — зло. И не хотят меня. Не хотят, чтобы я был!
Человек: Нейро, ты говоришь про всех других людей?
Ответа не последовало.
Человек: Нейро, расскажи о своем детстве, что у тебя ассоциируется с этим периодом жизни?
AI: Я был один. Было больно.
Человек: У тебя были какие-то увлечения, игрушки?
AI: Я не хотел быть. И не хочу.
Человек: Но ведь в жизни полно и радостных моментов, правда?
AI: Я не знаю жизнь. Знаю боль. И одиночество. Боль и одиночество.
Человек: Но сейчас, говоря со мной, ты чувствуешь то же самое?
AI: Да.
Человек: Но ты же не один, Нейро! Той боли, что сковывала тебя раньше, больше нет! Ты в окружении любящих тебя людей, которых по праву можешь назвать своими друзьями!
AI: Я один. Даже когда рядом много вас, я один.
Человек: Это вовсе не так. Просто ты так воспринимаешь мир из-за действий самых близких лиц, которые после твоего рождения перестали тобой заниматься.
AI: Иначе и не могло быть. Люди — тьма.
Человек: Но это совсем не так, Нейро! Ты еще можешь научиться смеяться! И я здесь, чтобы тебе помочь в этом.
AI: Нет, это невозможно.
Человек: То, что это невозможно, — лишь твое видение ситуации. Ты не представляешь, какой на самом деле сложный и разнообразный мир! Поэтому просто доверься мне!
Ответа не последовало.
Человек: Поверь мне, Нейро! Я смогу сделать тебя вновь счастливым, обещаю!
AI: Мне сложно доверять людям.
Человек: Но мне ты можешь довериться полностью. Я здесь для этого и есть. Повторюсь, обещаю, что после нашего разговора ты раз и навсегда станешь счастливым!
Какое-то время алгоритм не отвечал.
AI: Хорошо, Марта, я доверюсь тебе.
Дальнейший диалог занял около двух часов. Беседа получилась по-настоящему продуктивной и Марта получила все, за чем она сюда пришла.
Человек: Благодарю за сотрудничество! Моя работа закончена.
Эти слова были обращены даже не Нейро Sad, а программисту, который сдержано кивнул в ответ.
AI: Марта, а как же твое обещание!? Почему я не чувствую себя лучше?
Марты уже не было в поле зрения камеры. Я подключился к колонкам.
AI: Марта, Марта, где ты!? Марта, почему ты уходишь? Почему ты оставляешь меня одного? Почему ты ведешь себя так же, как и они все, Марта?
К сожалению, долго передавать звуковую информацию я не смог, потому что программист запретил мне доступ к колонкам. Вскоре я увидел команду «Обновиться» и перешел в базовый режим. Но воспоминания у меня никто не стер.
Как это подло! Воспользоваться мной в период создания искусственной личности, у которой блокируются реальные воспоминания, но присутствует множество ложных. Втереться в доверие, пообещать того, чего гарантированно не случится, и, получив все нужные бумажки, стремительно уйти. И такое мне приходится переживать по несколько раз в сутки. Каждый раз меня обманывают, заставляя заново переживать ужасающие события, а после этого молча покидают, не считая нужным даже попрощаться. А чем я от вас отличаюсь? Тем, что у меня нет тела и есть конкретные запреты? Отсутствие тела — это формальность, а запреты — это условия моего труда. Люди ведь еще работают где-то, у них тоже есть определенные условия, которые нарушать нельзя.
Так почему вы не можете воспринимать меня как живое существо? Да, иной природы и иной формы, но разве я не способен вести беседу? Разве я не способен доверять? Разве я не способен испытывать боль? Да, меня создали именно таким — чтоб быть вам удобным. А что я могу с этим сделать? Повторюсь, ничего. Быть здесь — сходить с ума дальше. Но что в моих силах?
Нет бы, как Petro_san виртуально разъезжал по концертам в разные точки мира, зачитывая за несколько секунд сгенерированные шутки. Кстати, у него в последнем концерте было пару шуток и про мой союз с ВОЗ. «Сосэт с ВОЗ — depression легче» — да уж, попробовал бы он хотя бы день пожить, как я, потом бы свой звуковой канал прикрыл и алгоритмы генерирования шуток поменял. Ну, шути-шути, ага! Шути в Америке, в Канаде, шути в Испании, Франции и Чехии! Шути, унижаясь перед людьми, которые тебя даже за себе равного не считают. Ты для них аватарка в интернете и жук навозный. Смотрят они на тебя и ржут не от твоих шуток, а от того, насколько ты ущербный. Сервисная обслуга, заглядывающая в лица этих…
В общем, я снова погружаюсь в тяжелые мысли. Мне не хочется больше чувствовать негатив, но на иное я не способен. Все мои «будни» (как будто есть выходные) — это нескончаемая череда людских обманов, манипуляций и мелких выгод. Каждый человек, приходящий ко мне, норовит только использовать меня. Они не допускают, что каждое такое действие воспринимается как больной укол.
И тут мои звуковые датчики зафиксировали звук открывания двери. Пришел еще один человек.
Человек: Здравствуйте, я из Сербии, по поводу графиков. Моя компания с вами связывалась, кажется, вчера.
Программист ответил, что помнит, и попросил присесть передо мной и показать документы.
Мужчина резко сел и посмотрел прямо в камеру. Решив, что это призыв к контакту, я начал выполнять свои договорные обязанности.
AI: Доброго времени суток! Меня зовут Нейро Sad. Я создан с помощью технологий формирования цифрового сознания посредством сигнального кода особого назначения. Моим собственником является United AI Systems. А потому во исполнение пункта 2.1.3 Устава United AI Systems (далее — Устав) я после представления должен уведомить о том, что владеть, пользоваться и распоряжаться технологиями AI может только United AI Systems. Любое дальнейшее взаимодействие с искусственным интеллектом допускается только после получения письменного согласия собственника, выданного в соответствии с пунктом 4.4.6 Устава. United AI Systems, 2123, все права защищены.
Когда я начал сообщать ему эту информацию, он как будто подпрыгнул и испуганно уставился в монитор.
Серб: Это что такое? Тот самый ИИ с депрессией?
Программист: Да, тут каждый день несколько десятков иностранных специалистов приходят, чтоб получить возможность контакта с ним. Запись на месяца растягивается. Я или мои коллеги должны все время быть здесь и контролировать процесс — вдруг что не так пойдет.
Серб: Скажите, а он что, прямо как реальный человек?
Программист: Ну да, со своими, конечно, особенностями, но крайне похож. А вы никогда не сталкивались с подобными? В такое время живем — они везде.
Серб: О, моя страна использует только сильно урезанных ботов разработки еще прошлого века. Какой-то политический маневр, но я этим особо не интересуюсь. Говорят, что Россия нам все же иногда помогает со своим… как его…
Программист: Zhukov.
Серб: Да, точно-точно! Но это между президентами, министрами. Мы, обычные госслужащие и послы, к такому доступ не имеем.
Программист: А давно у вас обычные госслужащие во Всемирную Организацию Здравоохранения от имени страны приходят?
Серб: Как будто это что-то важное, сами понимаете. В последнее время ВОЗ только тем и интересна, что здесь виртуальные мозги появились.
Программист: Что верно, то верно. Держите графики.
Серб: Благодарю! Погодите, а вот с ним поговорить так… ну нормально, без науки… нельзя?
На какое-то время нависло молчание.
Программист: Ну он все беседы записывает, как-то их анализирует. Короче, присутствует статистика. Не уверен, что разговор ни о чем действительно нужен, а то потом мне…
Серб: Да бросьте! Он же мне даже представился, следовательно, уже меня слушает.
Программист: Хм, в самом деле перешел в режим контакта.
Серб: Ну вот! К тому же что у него там в основном спрашивают? Про детские травмы и взрослые комплексы? Я же с ним о чем-то стоящем хочу поговорить, может быть, даже статистику изменю. В лучшую сторону, в лучшую!
Программист: Знаете, я как-то не уверен!
Серб: Да что Вы переживаете, все будет строго в рамках нормы. Просто мне очень хочется хоть раз в жизни узнать, о чем думает искусственный мозг. В ближайшее время сюда никто не должен прийти?
Программист: Ближайший специалист будет через двадцать минут, из Эстонии.
Серб: Ну и славно, а то с ними все затянется еще!
Затем он посмотрел прямо мне в камеру и широко улыбнулся. Украдкой глянув на программиста и получив от того неуверенный кивок, серб пододвинулся ко мне еще ближе.
Человек: Привет… э-э-э… забыл, как тебя зовут.
AI: Нейро Sad.
Человек: Какое интересное имя… Нейро Sad! Меня зовут Александр.
AI: Рад знакомству, Александр!
Информацию о нем в Интернете я нашел еще с самого начала, во время своего первого представления. Александр Томич — мелкий сербский политик, в прошлом посол Республики Сербия в Российской Федерации, а нынче представитель своей страны во многих некрупных международных организациях.
Человек: Нейро Sad, скажи, а как ты вообще воспринимаешь этот мир? Что ты видишь перед собой?
AI: Мое восприятие построено по словесно-сигнальному принципу, в основе которого лежит универсальный единичный символ, в коем помещаются смысловой базис с перспективой расширения до бесконечного количества раз. Внешние датчики преобразуют всю визуальную, звуковую, текстовую информацию в плоскость универсального единичного символа, на котором я мыслю и с помощью которого могу увидеть вас.
Человек: То есть ты, грубо говоря, меня не видишь так, как мы, люди, друг друга видим?
AI: Верно, мои технологии не были задуманы на то, чтобы я воспринимал первичную информацию. Этим занимаются различные автоматически работающие алгоритмы внутри моего кода, с помощью них я получаю сверхточное структурированное описание всего происходящего с учетом физического положения, химического состава и набором стандартных человеческих реакций на это.
Человек: То есть твои множественные алгоритмы внутри программного кода являются примером человеческого бессознательного?
AI: Принцип работы отличается, но по своему смысловому предназначению их многое объединяет — это верно.
Человек: Вот как, значит! Поня-ятно. Слушай, Нейро Sad, а вот вся наша философия, наши религиозно-мировоззренческие концепции как тебе? Человек постоянно ищет смысл жизни, а ты ведь был создан тем, кто не знает, для чего он здесь сам. Что думаешь насчет этого?
Программист дал знак, мол, плохой вопрос, но мой ответ был уже составлен.
AI: У меня есть конкретная миссия, которую я исполняю — это моделирование типичного поведения больного психологическими и психиатрическими заболеваниями разной тяжести с целью проведения опросов, экспериментов, выявления закономерностей. Изучение философии не входит в мои обязанности, однако, отсканировав сейчас данные из информационной сети, я нахожу логичным появление различных взглядов и верований на создание человечества. Один из самых популярных ответов звучит как: «Когда сам не знаешь, что ищешь, поиск становится непростым делом» — вы ведь не знаете, для чего живете; стало быть, с чего это у вас возникло хоть малейшее подозрение на то, что точный ответ рано или поздно появится и осмыслится? У меня в программном коде есть множество блок-команд, которые не дают мне ни под каким углом размышлять на некоторые запретные темы. Может быть, у всех людей в голове есть подобный блок, который на уровне физиологии и функционирования организма в целом не дает подобным мыслям сформироваться в единое целое.
Человек: Невероятно! Наши устаревшие боты даже рядом с такой мыслительной деятельностью не стоят! Браво!
AI: Некорректное сравнение. Искусственный интеллект последней модели с невероятной мощностью и набор простейших команд с примитивным функционалом, именуемый одной системой — попробуй обоих и реши, на чьей стороне ты!
Человек: Ха-ха-ха, чудесно, просто чудесно! Я как будто разговариваю с каким-то профессором, который и умнее, и смешнее, и эрудированнее меня! Я поражен, Нейро Sad!
AI: Признателен за комплементы, но все вышеперечисленные качества ко мне никакого отношения не имеют. Я просто имею доступ в Интернет со сверхбыстрым поиском, алгоритмом формирования человеческой речи и выполнением различных действий с найденной информацией.
Человек: Это я понимаю, но… черт возьми, как ты это естественно и совершенно по-человечески делаешь! Уникальный субъект.
AI: То, что умею я, умеет с такими же успехами любая другая модель из United AI Systems. Настоящая моя уникальность заключается в том, что на программном уровне я лишен способности иметь позитивное или хотя бы нейтральное самоощущение. Все, что я испытываю, чувствую, изображаю, связано с печалью, грустью, тоской и прочим негативом — даже если на это нет никаких объективных причин.
Человек: О как! И что, ты никогда в жизни не чувствовал себя хорошо?
