Ужасный Круз

Высокий, поджарый, гибкий. Со скулами, которые, честно говоря, нужно было запретить.

У него даже были порноусы, которые, к его абсолютному неведению, придавали еще больше сексуальности. Во всем городе не было ни одной женщины, которая не хотела бы увидеть свои соки на них.

Даже одежда слепого главного бухгалтера, а именно брюки цвета хаки, безупречно белые носки и рубашка поло, не могли отменить того факта, что этот мужчина до неприличия подходил для позы наездницы.

К счастью – я использую этот термин не совсем точно, потому что в моей жизни не было ничего счастливого, – я была настолько в ужасе от самого существования Круза, что оказалась практически невосприимчива к его привлекательности.

Я остановилась у их столика, прислонилась бедром к потертому диванчику и принялась громко жевать жвачку, чтобы скрыть нервную икоту, возникшую от прикосновений того пацана. Всякий раз, когда у меня возникало желание постоять за себя, я вспоминала, что в этом городе мои перспективы получить работу тоньше, чем талия Габби. Воспитание тринадцатилетнего подростка обходилось недешево, и, ко всему прочему, переезд к родителям даже не рассматривался. Я не ладила с мамой Тернер.

– Доброго вам утречка. Чем могу помочь команде «наглых и красивых» Фэйрхоупа?

Габриэлла недовольно сморщила курносый нос. На ней были обычные узкие джинсы, дорогая белая кашемировая шаль и неброские украшения, что придавало ей шикарный непринужденный (и, возможно, французский) вид.

– Как дела, Несси? – спросила она, почти не шевеля губами.

– Что ж, Габриэлла, каждое утро я просыпаюсь не на той стороне капитализма, уверена, что моя машина вот-вот умрет, да и спина не молодеет. В общем, все неплохо, спасибо, что спросила. Как сама?

– Я только что заключила большой контракт с косметической компанией, который, вероятно, принесет моему блогу большую популярность, так что все очень хорошо.

– Замечательно! – проворковала я, изо всех сил стараясь не замечать Круза.

Габриэлла занималась тем, что выкладывала в социальные сети свои фотографии и видео, в которых пробовала новые продукты и заставляла людей верить, что они могут выглядеть как она, если тоже будут ими пользоваться.

Она протащила свою тарелку по столу, как будто на ней лежала дохлая крыса.

– Слушай, я не хочу быть тем самым человеком, но я не думаю, что мой бургер с индейкой… ну, знаешь…

– Приготовлен? – Я изогнула бровь. Или с индейкой…

– Органический, – прошептала она, неловко поерзав на месте.

О, да она Шерлок.

Неужели она думала, что находится в «Плюще»[6]? Габриэлла должна радоваться, что листья салата хотя бы помыли, а булочка не из мусорки.

– Скорее всего, нет, – согласилась я.

Она нахмурила брови.

– Ну, я специально просила органический.

– А я специально просила выигрышный лотерейный билет и горячее свидание с Бенисио дель Торо[7]. Похоже, у нас обоих плохой день, дорогуша, – я снова лопнула жвачку.

Круз хранил молчание, как и каждый раз, когда я находилась рядом. Впрочем, нам всем было неловко, потому что Габриэлла Холланд была лучшей подругой моей младшей сестры Тринити. А моя милая младшая сестра обручилась с Уайаттом – старшим братом Круза.

Похоже на сюжет ток-шоу? Да, я тоже так думаю.

Это означало, что теоретически я должна была быть милой с обоими этими отвратительными гаденышами. Но пока Круз намеренно старался не признавать мое существование, я, напротив, была бы крайне рада высказать ему все, что я о нем думаю.

– Полагаешь, что такое отношение поможет получить чаевые? – недоверчиво спросила Габриэлла, сложив руки на груди. Будучи лучшей подругой моей сестры, она обходилась со мной, как с сухим лошадиным дерьмом на подошве ее туфелек на шпильке.

– Полагаю, что не в моих обязанностях знать, из чего готовят бургеры в этой закусочной, – ответила я.

– Может, будь ты добрее и исполнительнее, у твоего бедного сына было бы больше возможностей.

Так. Это уже слишком. Она действительно упомянула Мишку.

Гнев пронзил меня насквозь.

– Ну, если бы ты была чуть-чуть красивее, возможно, не заняла бы третье место на конкурсе «Мисс Америка», – мило улыбнулась я.

Очевидно, что и я была готова перейти черту.

Глаза Габриэллы наполнились слезами, а подбородок сморщился и задергался, как желе, пока она закипала.

– Я хотела бы поговорить с руководством! – закричала она.

– О, ты про главного босса? – спросила я. – Того, кто отвечает за всю эту кулинарную империю? – Я сделала вид, что сдвинулась на полдюйма, чтобы повернуться к Джерри. – Руководство! Третий столик хочет с вами поговорить.

Джерри обогнул стойку и сплюнул табак в стоящую рядом урну. Выглядел он грозно, я вновь повернулась к счастливой паре.

– Могу ли я еще что-нибудь для вас сделать? – Моя шелковая улыбка была такой же большой и фальшивой, как грудь Габриэллы. – Может быть, предложить бесплатное белое трюфельное масло, пока вы ожидаете? Или немного фуа-гра?[8] – Я постаралась четко произнести «с», чтобы сохранить образ необразованной дурочки.

Я определенно поступала не себе во благо. Но, блин, сексуальные домогательства со стороны ребенка, ровесника моего сына, и нравоучения от подруги моей младшей сестры просто довели меня до ручки.

– Вообще-то, да. Не могу поверить, что Тринити…

Язвительное замечание Габриэллы было прервано задыхающимся кашлем с диванчика номер пять, на котором сидел Руки Загребущие собственной персоной.

– Боже мой!

– Господи! Нет!

– Он подавился! Он подавился соломинкой!

Карма, должно быть, услышала мои молитвы и решила вмешаться, потому что парень, который ущипнул меня за задницу, теперь лежал на полу, схватившись за шею, с широко распахнутыми и покрасневшими глазами, и судорожно бился, пытаясь вдохнуть.

Вся закусочная обезумела. Люди бегали туда-сюда, опрокидывали стулья, женщины визжали. Кто-то позвонил в службу спасения. Другой человек предложил перевернуть его на живот. А один из его дружков записывал все на телефон, как будто людям и так не хватало причин не доверять представителям поколения Z.

И вот за дело взялся он.

Доктор Круз Костелло бежал, словно в замедленной съемке, к ребенку, его песочные волосы развевались, как в «Спасателях Малибу».

Он обхватил грудь моего обидчика, сделал поддиафрагмальный толчок, помогая парню выкашлять кусок соломинки, которым тот подавился, и в очередной раз спас положение.

Музыкальный автомат, как по команде, начал выкрикивать песню Кида Рока «All Summer Long».

Не то чтобы я искренне хотела, чтобы этот пацан умер.

Быть говнюком не грех, наказуемый смертью. Но тот факт, что вся закусочная проигнорировала открытое сексуальное домогательство, которому я подверглась, шокировал, если не полностью удручал.

А теперь вдобавок еще и Круз Костелло, высокий, мускулистый и бодрый, купался в комплиментах, которыми осыпали его все вокруг.

– …спас жизнь мальчику! Как мы можем отблагодарить вас? Вы – достояние Фэйрхоупа, доктор Костелло!

– …когда тебе было три года, я сказал твоей матери, что ты станешь кем-то выдающимся, и что же? Я снова оказался прав.

– Моя дочь возвращается из колледжа в следующем году. Вы уверены, что остановились на Габриэлле, дорогой? Я бы хотела, чтобы вы с ней познакомились.

Я прислонилась к прилавку, глядя с прищуром на разворачивающуюся сцену.

Один из друзей подростка позвонил его матери, которая должна была его забрать. Джерри пытался успокоить посетителей, объявив, что все получат бесплатное мороженое, а Габби вцепилась в руку своего парня, словно пришитая к нему хирургическим путем, и суетливо шептала что-то на ухо, метя территорию.

Круз попытался заплатить Джерри, но Джерри преувеличенно серьезно покачал головой.

– Ваши деньги здесь ни к чему, доктор Костелло.

К счастью для доктора Костелло, его деньги были желанны в моем кармане. Я оттолкнулась от прилавка и направилась к нему, протягивая раскрытую ладонь.

– А вот я готова получить чаевые.

У Габриэллы открылся рот.

Из него должно было вылететь нечто грубое – то, что моя сестра была ее лучшей подругой и мы обе должны были стать подружками невесты Тринити менее чем через два месяца, не имело значения.

Сегодняшний день укрепил мнение о том, что в Фэйрхоупе я была отличной мишенью, и каждый имел право, дарованное самим Господом Богом, плохо ко мне относиться. Но Круз остановил Габриэллу, похлопав ее по плоской заднице, лениво и однобоко ухмыляясь.

Он знал, что я терпеть не могу его поведение всеобщего любимца.

– Подожди в машине, дорогая.

– Но, Кру-у-уз.

Габби топнула ногой, растягивая его имя, и надулась.

– Я разберусь с этим, – заверил он ее.

– Хорошо. Только не слишком любезничай, – угрюмо согласилась она, поймала ключи от машины, которые он бросил, и вышла из закусочной.

Мы с Крузом стояли друг напротив друга. Два ковбоя, ожидающие, когда можно будет достать оружие.

– Не хочешь поблагодарить меня?

Его глубокий голос всколыхнул что-то теплое, липкое и непрошеное у меня в груди. У него было тело Джастина Хартли[9], к которому так и хотелось прижаться.

– За что? – удивилась я. – За то, что существуешь, или за то, что ты только что выполнил свой долг, будучи врачом, или за то, что ты всех бесишь?

– За спасение того ребенка.

– Тот ребенок ущипнул меня за задницу и сфотографировал мои трусики.

– Я этого не знал, – спокойно произнес он.

Я поверила ему, но что с того? Я была настолько зла, что гнев застилал разум.

– Чаевые, или проваливай, – прошипела я.

– Тебе нужны чаевые? – размеренно спросил он, прищурив темно-синие глаза. – Вот тебе вместо этого совет: наберись хороших манер. И побыстрее.

– Извини, – нахмурилась я, делая вид, что рассматриваю ногти. – Советы печенья на удачу – не та валюта, которую я принимаю в настоящее время. А вот наличные или мобильные платежи подойдут.

– Ты правда рассчитываешь, что я дам тебе чаевые после перебранки с Габриэллой?

Он выглядел несколько озадаченно. Как будто, помимо того, что я была пустоголовой куколкой, мой IQ был как у сэндвича с арахисовым маслом. Без желе.

– Вообще-то, да. Она знает, что у нас нет органического мяса или руколы. Тогда почему продолжает это заказывать?

Если он намеревался сказать мне, что покупатель всегда прав, то я бы непременно добавила его в свой постоянно растущий список людей, которых нужно убить. На самом деле он и так был там в первой десятке за каждый раз, когда сталкивался со мной на светских раутах и делал вид, что меня не существует.

– Почему бы тебе не ответить ей прямо? – язвительно парировал Круз. На мгновение – на маленькую, крошечную, ничтожную долю мгновения – я могла поклясться, что его маска старого доброго парня слегка треснула и сквозь нее просочилось раздражение.

– Почему бы тебе не заняться своими делами?

Я заметила, что его взгляд упал на мои губы, когда я это сказала.

Я знала, что на моем лице достаточно косметики, чтобы слепить еще одну фигуру в натуральную величину, и слишком много розовой помады, чтобы кому-то понравиться. Но Круз был Крузом, он никогда не говорил ничего плохого или унизительного ни о ком. Даже обо мне.

Я видела, как раздуваются ноздри его прямого римского носа, когда он сделал успокаивающий вдох и поднял подбородок вверх.

– Ладно, Теннесси. – Вот еще что: все называли меня Неряшка Несси. Он был единственным, кто обращался ко мне по имени, и это всегда казалось сущим наказанием. – Я займусь своими делами. Начнем прямо сейчас, не против? Ты уже забронировала билеты на круиз?

Ах да.

Поскольку мои родители оплачивали свадьбу Тринити и Уайатта, Костелло – родители Круза – решили пригласить обе семьи в предсвадебный круиз, чтобы мы могли получше узнать друг друга.

Поскольку Костелло часто отправлялись в круизы, они использовали очки лояльности, чтобы забронировать для Тринити и Уайатта каюту для молодоженов и двухместные каюты для себя и моих родителей.

Мой сын, Мишка, практически умолял меня разрешить ему поселиться с моими родителями, у которых в номере будут отдельные джакузи и мини-бар. Поскольку это был его первый в жизни отпуск, я согласилась.

Но это означало, что нам с Крузом все равно нужно было забронировать номера для себя, а поскольку у Круза была «настоящая работа», а у меня – много свободного времени (слова моей мамы, не мои), мне было поручено заняться этим вопросом.

– Все в процессе.

– Я не думал, что бронирование билетов требует таких усилий.

Я погладила себя по жестким, сильно залакированным белокурым волосам.

– Может быть, для тебя это просто. Но у нас, глупышек, на все уходит много времени. Где я могу заказать эти билеты? В этих… интернетах, да? – Я покачала головой. – Это такая штука на компьютере? С коротенькими словечками и видео с котиками?