Дикки

Снейп передернул плечами. Он обязательно найдет ребенка. Чего бы ему это не стоило.

Сварить поисковое зелье для Мастера было проще простого. Другое дело, что у него не было ничего, на чем остался бы след ребенка. Так что пришлось отправляться в Годрикову Лощину, снова входить в разрушенный дом, вспоминать. В детской Снейп осторожно обошел то место, где раньше лежала мертвая Лили. Тело давно унесли, но казалось, что его контур навеки впечатался в пол коттеджа.

Наконец Северус смог оторваться от жуткого созерцания и подойти к кроватке. Было ясно, что вещи мальчика забрали вместе с ним, но ведь могла остаться какая-нибудь испачканная пеленка или что-то подобное.

И тут обнаружилось странное — из кроватки пропало только одеяльце. На месте остался даже плюшевый мишка. Странно, очень странно. Снейп заглянул в ящики комода. Тот оказался буквально забит детской одеждой. Сердце Северуса пропустило удар. Малышу были нужны все эти вещи. Почему же их оставили? Глупо бросать новую и добротную одежду, к тому же купленную любящими родителями. И мишку бы не оставили, ведь ребенок привык спать с ним. Что же здесь произошло? Северус попробовал вспомнить. Тогда он был полностью поглощен горем, но запомнил, что малыш сидел в кроватке и плакал. Вроде у него на лбу был какой-то шрам. Кровь... Мерлин, а может мальчика тоже прокляли? Лорд не только Авадами разбрасывался, у него богатый арсенал был. И ребенок умер позже. Мертвому ведь не нужны ни одежда, ни игрушки. Завернули тельце в одеяло — и все.

Снейп опустился на пол. Что ему стоило осмотреть ребенка? Ведь иногда дело решают часы, если не минуты. Может, мальчика можно было спасти? А ведь он обещал... И что теперь делать? Сперва надо удостовериться, что мальчик хотя бы жив. А там... А там... будет видно, что делать.

И, захватив с собой плюшевого мишку, Снейп аппарировал.

Зелье не показало ничего. НИЧЕГО. А это значило только то, что Гарри Поттера больше не было в живых. От Лили ничего не осталось. Он, Северус, не оправдал доверия, не справился. Ему незачем было теперь жить.

Яд мерцал янтарными всполохами в хрустальном флаконе. Это зрелище завораживало, хотелось смотреть и смотреть, не отрываясь. Один глоток и...

В камине полыхнуло зеленым, и в комнату шагнул Люциус Малфой. Снейп даже не успел спрятать флакон.

— Добрый вечер, Северус, — сразу же начал Люциус, — извини, что врываюсь, но у меня к тебе просьба. Мне нужно несколько зелий для Драко и....

Он замер.

— Что это? — спросил он внезапно севшим голосом.

— Заказ, — сквозь зубы ответил Снейп, убирая флакон со стола.

— Значит, заказ? — переспросил Люциус. — Ну, конечно же, заказ. А что с моим заказом?

Северус зябко передернул плечами. Малфой бесцеремонно ухватил со стола перевязанный лентой свиток.

— А это переписка с заказчиком? — спросил он.

— Люциус...

Малфой сорвал ленточку и стал читать.

— Я, конечно, счастлив, что решил завещать мне свои книги и записи, — сказал он, — но ты не оригинален. Травиться — это так пошло.

Снейп вздохнул. У Люциуса была потрясающая способность появляться в самые неподходящие (хотя это как посмотреть!) моменты и тут же вникать в суть. И после его вмешательства проблемы уже не казались такими страшными и неразрешимыми.

— Может быть и пошло, — вздохнул Северус. — Но я не претендую на оригинальность.

— Я могу узнать, что тебя... э-э-э-э... сподвигло?

Снейп еще раз вздохнул и рассказал о клятве и своих поисках, и выводах. Люциус мрачно барабанил пальцами по столу.

— Старый урод! — пробормотал он. — Выдумал сказочку для простофиль!

— Но зачем он это сделал? — спросил Снейп. — Ребенка все равно предъявлять придется.

— Это ты у нас такой недоверчивый и обязательный, остальным просто не до того. А за десять лет... Как говорится: или падишах, или осел...

Северус достал из кармана флакон с ядом.

— Еще успеешь, — сказал Люциус, забирая его у друга.

* * *

Дженни с удовольствием втянула носом воздух. На углях жарился великолепный лосось. В прохладном и сухом углу пещеры спрятались лари с овощами. Висел большой окорок. Стояли горшочки с вареньем и медом. Жизнь была прекрасна.

Мэгги впервые за несколько лет выручила хорошие деньги за травы, Агнесс выгодно продала мед. Кто-то нашел на дороге потерянный кошелек, у кого-то прошли застарелые боли. Везло бродягам и изгоям. Не так уж и много им было нужно для счастья.

А их обретенное счастье ело запеченное яблочко и снова перебирало кусочки кожи и дерева с выжженными рунами.

* * *

Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор перебирал бумаги. Паразит Северус написал заявление об увольнении, не отработав и дня. И предъявить ему нечего. Ни Лили, ни Гарри Поттера нет в живых, так что клятвы аннулировались. Сажать его в Азкабан смысла не было. Во-первых, странно бы выглядело, если бы председатель Визенгамота, только что давший показание в пользу якобы раскаявшегося УПСа, тут же взял бы свои слова обратно. А во-вторых, Северус действительно был лучшим. Его услуги как зельевара могли понадобиться в любой момент. Пусть себе думает, что может поступать, как ему хочется. Время пока есть.

Жалко, конечно, что Гарри больше нет. Есть еще Невилл Лонгботтом, но там все было не так просто. Куча родни, что и близко не подпустят к мальчику, воспитывая его по собственному усмотрению. Впрочем, всегда можно объявить Пророчество исполнившимся, а для грядущей Великой Битвы подыскать другого ребенка. Желательно — круглого сироту. И сильного волшебника. Об этом стоило подумать. И не откладывать в долгий ящик.

* * *

Маленькому Драко требовалось много зелий, но чувствовал он себя просто замечательно. Нарцисса тщательно расшила защитными рунами ночную сорочку, осталось даже на одеяльце, правда, немного. Чувствовалось, что если бы волшебная пряжа не кончилась, то защитные узоры покрыли бы все ткани в детской.

— Люциус, эта старуха ведь обещала принести еще, — теребила Нарцисса мужа, — может, стоит ее поискать? Вдруг кто-нибудь предложит ей больше денег? Ты помнишь, как ее зовут?

Малфой задумался. А ведь действительно, он забыл спросить старуху, как ее зовут, и где ее найти в случае необходимости. Так обрадовался. Да и привык, что его все знают и стараются угодить. На всякий случай пересмотрел сцену в думосборе. Да уж, прокололся! Некая старая Дженни и Дикки, так звали внука старухи, у которого не было ни одежды, ни обуви, ни кроватки.

— Ей нужны деньги для внука, — сказал он, — так что придет, никуда не денется. Я честно заплатил даже больше, чем она запросила. А кто другой может попробовать ее обмануть и обобрать. Старуха явная травница. А если мы начнем ее искать, то можем привлечь к ней ненужное внимание. За нами все еще приглядывают, сама знаешь.

Нарцисса нахмурилась, но кивнула. Ее муж был совершенно прав. Но как обидно пускать все на самотек и просто ждать. Хотелось действовать. И немедленно. Только бы старуха не передумала. И с ней ничего не случилось. Но оставалось только ждать.

Старая Дженни не обманула. Она постучала в ворота Малфой-мэнора в условленный срок. Кроме лунной пряжи, у нее с собой были добровольно отданные рог, кровь и молоко единорогов. А еще несколько корешков диких мандрагор. Добрый господин честно заплатил в прошлый раз, вот ей и подкинули товар.

У Люциуса глаза полезли на лоб: столько всего и такого отменного качества! Да еще с доставкой! Эти деляги в Лютном хорошо устроились. Да, похоже, что и кто-то из аврората греет на этом руки. Малфой не был либералом, но даже его задело, как нагло обирали беззащитных травников. Сам-то он привык щедро платить за то, что ему требовалось, и не задумываться, кто и откуда все это доставлял. Но сейчас он понимал, что предпочел бы заплатить той же Дженни, а не наглым торгашам.

Нарцисса тут же ухватила пряжу.

— Спасибо, мэм. Это то, что нужно! Муж вам заплатит, а тут вот возьмите для вашего внука. Вдруг пригодиться. Ему сколько лет?

— И двух еще нет, — пробормотала потрясенная Дженни.

— Надо же, как и нашему Драко. Бывают же такие совпадения!

Люциус достал мешочек с деньгами. Тут важно было и привязать к себе новых поставщиков, и сделать так, чтобы не привлечь внимание аврората. Еще заинтересуются, зачем еле отмазавшемуся от Азкабана УПСу редкие ингредиенты. Ребенок для них не причина, обязательно придумают какое-нибудь жуткое темно-магическое зелье или ритуал.

— Вот, уважаемая, — сказал он, — возьмите, тут семьсот галлеонов, это за все. Если будет что еще — приносите. Но так, чтобы вас никто не видел. И скажите, как вас найти. Вдруг что-то понадобиться срочно.

Дженни проворно спрятала деньги.

— Спасибо, добрый господин! А живу я у Лендс-Энд, на берегу. Только вот место там глухое, тебе не понравится.

— У самого мыса и живете? — уточнил Люциус.

— Почти у самого, — кивнула Дженни.

И ушла. Люциус покачал головой. Можно было послать следом домовика, но кто знает эту старуху, какая у нее там защита. Еще обидится, и ищи ее, свищи. А так он, по крайней мере, узнал, где искать.

Дженни уже ждали владельцы редких ингредиентов. Старуха честно рассчиталась со всеми и передала Пью свою долю в общий котел. Травники были счастливы.

— Только велел передать, чтобы осторожно, — сказала Дженни, — и чтобы никого из нас там никто не видел.

— Это ясно, — кивнул довольный Пью, — министерским-то нож в горле, если мы заработаем. Надо бы какую мелочь по старой памяти снести в Лютный. А то еще привяжутся, что, дескать, мы куда-то пропали. А там могут со злости и стукнуть этим.

«Этими» называли авроров.

В свертке, переданном Нарциссой Малфой, оказалось пуховое одеяльце и удобная подушка.

— Это для Дикки, — сказала Дженни, — меня хозяйка того дома в прошлый раз спросила, чего это я пряжу продаю. Ну, я и сказала, что у меня внук. Вот она для него и дала. У нее свой сынок, ровесник Дикки.

— Хорошие вещи, — оценила Агнесс, — как раз для нашего Счастья.

— Для него, — расплылась в улыбке Дженни.

Дикки в очередной раз передвинул свои деревяшки, и над непонятным сооружением на несколько секунд появилось легкое сияние.

— Ах, — всплеснула руками Дженни, — у него получилось! Когда еще у такого малыша выходило? Вот то-то и оно!

— Так это же Дикки, — сказал Пью, — чего ты удивляешься?! Он, глядишь, и Проход откроет.

Дженни прижала стиснутые кулаки к груди. Проход был давней легендой и мечтой травников. Они верили, что на закрывшийся от людей по вине Мерлина остров Авалон можно было попасть вновь. Только нужно найти и открыть Проход. Тогда травники смогут уйти в волшебное место, где у них всегда будет много еды, и где их никто не сможет обидеть.

— Да услышат тебя боги, — пробормотала Дженни, — Дикки, он же такой чудесный.

— Если боги послали беднякам Счастье, то могут и Проход открыть, — согласилась Агнесс.

Остальные кивали.

* * *

Пироги Молли Уизли были выше всех похвал. Поэтому к ней и любили захаживать знакомые ее мужа и соратники по борьбе с Темными Силами. А ей было не жалко. Приятно же, когда тебя хвалят. А тут и сам Дамблдор на огонек заглянул.

— А слышали хохму? — сказал Аластор Моуди, отваливаясь от стола. — Говорят, дикари совсем свихнулись. Верят в какое-то Счастье и чудо-ребенка.

— Надо же этим несчастным во что-то верить, — пробормотал Дамблдор, — придумают тоже — чудо-ребенок.

Молли встрепенулась.

— Послушайте! А я ведь видела, как дикарка покупала дорогие детские башмачки. Очень дорогие! У нее в сумке еще бархат был. Такого... эльфийского цвета. Бешеных денег стоит. И все бормотала, мол, для внучка, для внучка. Зачем нищему ребенку дорогая одежда и обувь, а? Вот и я о том! Может, это для этого чуда?

Дамблдор поставил на стол чашку с чаем и отложил надкушенный пирожок. Таинственный ребенок травников мог пригодиться. Вдруг он действительно сильный волшебник? Вот и замена Гарри Поттеру. Это вам не чистокровный Лонгботтом с кучей родни. Нищих и бесправных никто слушать не будет. Сам директор Хогвартса травников презирал. Смысл держаться за старые знания и образ жизни, если это не приносит ни денег, ни славы, только создает проблемы? А еще вспомнилось, как какая-то старуха рекомендовала его матери обратиться к травникам, когда случилась беда с Арианой. Мол, переварит ведьма девочку в котле, и все придет в норму. Кендра Дамблдор тогда чуть не прокляла советчицу. Слыханное ли дело — живого человека в котел запихивать! Да и тролль с ними!

— Девочка моя, — обратился Дамблдор к Молли, — расскажи-ка мне все подробно, потешь старика.

Довольная Молли принялась делиться подробностями. Директор поймал ее взгляд и скользнул в воспоминания. Так-так-так... похоже, что для Питера будет новое задание. Нужно найти старуху и ребенка.

* * *

— Люциус! И откуда только взял?! — Северус в полном восторге оглядывал редчайшие ингредиенты.

— Не поверишь, принесли на дом, — довольно ухмыльнулся Люциус.

Северус присвистнул.

— Небось, состояние заплатил?

— За все про все — пятьсот галлеонов.

— Таких цен не бывает, ты меня разыгрываешь.

Люциус бережно провел кончиком холеного пальца по грани флакона с единорожьей кровью.

— Ты не поверишь, все началось с того, что меня поймали за рукав в Лютном...

Северус слушал с искренним интересом.

— Надо же! — прокомментировал он. — Полезное знакомство! Если бы не весь этот бардак, что начался после исчезновения Лорда, вряд ли тебе удалось бы познакомиться со старухой. Не скажешь, где она живет?

— Хочешь перебить моего поставщика? — усмехнулся Люциус.

— У тебя, пожалуй, перебьешь, — хмыкнул Снейп, — мне столько денег и за три жизни не заработать. Просто у этой бабки может быть куча всего. Она понятия может не иметь о том, что имеет. Мне бы познакомиться и поговорить, а там видно будет.

— Хорошо, — кивнул Люциус, — правда, точного места я не знаю. Где-то рядом с Лендс-Энд.

— И то хлеб! — кивнул Северус.

Найти жилище старухи было не просто, но глаз у Северуса был наметанный. Неприметная тропка, следы. Сорванная трава. А вот и большой валун. Сбоку от него на мягкой овчине сидел мальчик в бархатном костюмчике и перебирал непонятные палочки и деревяшки. Рядом сидел огромный черный кот.

Под ногой у Северуса громко хрустнула ветка, и мальчик взглянул на него невозможными изумрудными глазами.