Помоги проекту - поделись книгой:
Как ни странно, помогло. Так что к моменту, когда мы спустились на минус девятый, Тимур практически вернулся в обычное состояние и, увидев сразу три аэродинамические трубы, допер, что я привез его в это место не просто так:
— Вы хотите как следует поразвлечься?
— Неа, как следует потренироваться: Линда, трое ее друзей и подруга загорелись желанием пройти программу подготовки для прыжков с парашютами типа «крыло». Таня и Лера жаждут того же, а мы с Аней составим всей этой толпе компанию. Прыгать будем седьмого и восьмого июня на аэродроме Хомстед рядом с городом Майями, то есть, во Флориде. Ну, а ты просто попробуй полетать. Если понравится и захочется большего — возьмем тебя с собой.
Пока я рассказывал о наших планах, Голикова сходила к инструкторам, взяла ключи от служебной раздевалки и поманила нас за собой. Когда мы добрались до нужного помещения, я попросил Карсанова подождать нас в коридоре:
— Мы купили себе прыжковые комбезы и шлемы. А тебе эта снаряга пока не нужна. В общем, жди, мы скоро…
Переоделись практически бегом, убрали шмотки в шкафчики, взяли парня на прицеп и рванули к трубам. Благо забронировали две из трех еще в начале недели, чтобы тренироваться параллельно. Увы, первые минут сорок в нормальном режиме работала только Танька, дрессируемая Росянкой. А мне приходилось гонять то Леру, то Тимура. Но без десяти семь вечера четверка парашютистов-профессионалов, отрабатывавшая в центральном «стакане» элементы групповой акробатики, ушла одеваться, и я передал боксера в цепкие ручки сразу двух сотрудников «Акинака», а сам сосредоточился на Рыжей.
С этого момента она начала прогрессировать семимильными шагами. Нет, за пределы воздушного потока вылетала достаточно регулярно. Но если в начале тренировки делала это, пытаясь удержать нейтральное положение на животе, а в середине «съезжала» в сторону после разворота или вращения, то в самом конце вылетала на маты после боковых скольжений или попыток лечь на спину.
Голикова продвинулась чуть дальше — освоила весь «живот» и даже научилась «сидеть». А Карсанов немного отставал. Хотя, вроде бы, пахал ничуть не менее добросовестно, чем девчонки. Тем не менее, результаты меня порадовали, и без четверти восемь я дал команду расслабиться. В смысле, отправил Рыжову к Тане, дождался прихода Росянки и на пару с ней позажигал в свободном режиме. Благо навыки, вбитые в меня инструкторами «Яровита», никуда не делись, а свою напарницу я чувствовал, что называется, спинным мозгом.
Закончили ровно в восемь, пару минут повеселились, глядя на осетина, перебравшего адреналина, и рванули собираться.
В раздевалке я первым делом посмотрел на смартфон и восхитился рекордному количеству пропущенных звонков. Первым делом набрал Алексея Алексеевича, задерганного Вяземским, сообщил, что только что закончил летать в его аэротрубе, описал ЧП в «Ариадне», переслал записи со своих микрокамер и подтвердил, что буду во Внуково в десять вечера. Общение с генералом порадовало значительно меньше — он был не в настроении, поэтому не столько расспрашивал, сколько цеплялся к мелочам. Зато Кононов внушил толику оптимизма, заявив, что «олигофрены из ТРЦ» нарвались на меня совершенно случайно, и пообещав при следующей встрече показать запись медикаментозного допроса.
Само собой, я позвонил и майору Денисову. Из вежливости. А потом со спокойной совестью стянул с себя комбез, наведался в душ, быстренько оделся и дал команду выдвигаться…
…Зал прилета Внуково-три оказался забит чеченцами, дагестанцами, ингушами и представителями других народностей Северного Кавказа. Добрую четверть собравшихся я знал как минимум в лицо, с парой десятков хотя бы раз сходился в поединке, а братьев Будаговых даже обидел. Где-то в начале осени сорокового года. Меня, естественно, тоже узнали. Даже в бейсболке и с темными очками. И, забыв о тех, кого дожидались, бросились в атаку. В хорошем смысле слова, то есть, отбили оба плеча, наговорили кучу приятных слов и даже поностальгировали о прошлом. О том самом, в котором мы регулярно встречались на сборах и в поединках, «делили хлеб» и так далее.
Магомед и Манап тоже вспоминали. Наше недолгое сотрудничество. Но на татами не вызывали. Видимо, догадываясь, что ничем хорошим это не закончится. И держались вдалеке, чтобы, ненароком, не пробудить во мне желание поглумиться.
Тратить время и нервы на общение с этой парочкой я не собирался, поэтому сосредоточился на тех парнях, которых уважал — познакомил их с Тимуром и девчонками, объяснил, почему не приезжаю в тренировочные лагеря, проводимые в Дагестане, записал десяток телефонов, пообещал «при первой же возможности» прилететь в Махачкалу, Грозный, Магас и так далее. Само собой, поинтересовался и причиной, собравшей эту толпу в аэропорту. И мысленно хмыкнул — парни ждали сборную России по самбо. С чемпионата Европы. С того самого, на который я так ни разу и не попал.
В самый разгар беседы на телефон прилетело сообщение от Виктора Сухова, «Легионера», которого Горин выделил в качестве «няньки», водителя и переводчика для съемочной группы канала «HBO», и я, прочитав три коротеньких предложения, нашел взглядом этого парня.
Линда тоже не заставила себя ждать — позвонила буквально через три минуты, извинилась, что набрала не сразу после приземления, и сообщила, что они уже проходят паспортный контроль. В результате, сборную я так и не увидел. Хотя, признаюсь, хотелось. Ведь в ней выступало сразу двое моих вечных соперников, один из которых сумел реализовать мою розовую мечту и взять золото на Европе. Зато вызвал очередной приступ черной зависти у братьев Будаговых. Вернее, сразу два — их перекосило и от демонстрации чувств очередной красотки, с радостным воплем бросившейся мне на шею, и от уважительного отношения всего коллектива съемочной группы, одетой в ветровки с логотипами канала «HBO» во всю спину.
Кстати, «свита», резко увеличившаяся в размерах, привлекала слишком много внимания, поэтому по дороге к паркингу мне пришлось уделить время стайке очень неплохо прикинутых студенток Плешки, собиравшихся лететь на «шопинг выходного дня» в Милан, и слишком уж глазастому мальчишке лет двенадцати, вынудившего родителей дать ему пообщаться «с самим Чумой» на редкость безобразной истерикой. Впрочем, дроны аудио- и видеофиксации, поднятые в воздух еще в зале прилета, снимали все подряд, так что я улыбался во все тридцать два зуба, раздавал рекламные буклетики со своей мордой лица во весь разворот и отвечал на десятки вопросов.
В итоге до машин добрались только в одиннадцать с копейками. Пока мы разводили ля-ля возле «Призрачных Рыцарей», Сухов подогнал наглухо затонированный минивэн «Мерседес», выделенный Алексеем Алексеевичем для телевизионщиков, и помог парням загрузить в него сумки и аппаратуру. После того, как я обозначил промежуточный пункт назначения, девчонки забрали к себе Линду, а мы с Карсановым влезли в салон моего «Шелби» и быстренько организовали конференцсвязь. Пока ехали до ресторана «Сам Пришел» на Юго-Западе, рассказывали гостям о Москве, России, республиках бывшего СССР и так далее. После того, как покормили, закинули Тимура на Академическую, к старшему брату, отвезли работников камеры и микрофона в Кунцево, в один из жилых комплексов Горина, в котором для них была выделена гостевая квартира, и со спокойной совестью отправились к нам домой.
Как ни странно, переключаться в режим влюбленной женщины гостья не стала. Разувшись(!) в прихожей, подхватила Таньку под локоток и унеслась в ванную. Там переоделась в игривый халатик, пришла на кухню, забралась в кресло, чем-то понравившееся еще в прошлые визиты, вцепилась в кружку с чаем, протянутую Леркой, и стоически дотерпела до конца инструментальной проверки. А потом начала нас грузить:
— Вчера утром мне позвонил Джеральд Миллер и настоятельно попросил перед вылетом в Россию заглянуть в Вашингтон. Как он выразился, буквально на пять минут. Как ни странно, не обманул — ждал мой самолет в аэропорту Рональд Рейган, подъехал к трапу и попросил передать тебе следующее: «Мы оценили посыл. Готовы играть в открытую. Все договоренности в силе. Остальное при личной встрече…»
Странное послевкусие после первой встречи с этой личностью никуда не делось, Линда, вне всякого сомнения, играла за нас, так что я аккуратно поделился с ней своими мыслями:
— Звучит, конечно, здорово. Но я отказываюсь понимать, с чего они в меня так вцепились!
Гостья непонимающе нахмурилась, потом сообразила, что я не шучу, расхохоталась. А после того, как закончила веселиться, расплылась в ехидной улыбке:
— Дэнни, скажи, пожалуйста, сколько у тебя сейчас подписчиков?
— Точно не зна-…
— Двести шесть с половиной миллионов… — перебила меня Таня.
— И их число постоянно растет… — довольно мурлыкнула гостья, сделала небольшую паузу и продолжила: — Но самое интересное не это. Не знаю, как у вас, в России, а у нас вся молодежь жаждет быть похожей на Чуму! Поэтому сметает с прилавков умные очки «Oracle», страхуется в «AIG», покупает себе «Призрачных Рыцарей» и убивается в спортзалах. Но и это еще не все — по утверждению аналитиков нашего канала, в Сети уже создано несколько фан-сайтов с базами данных твоих вкусов, привычек и предпочтений. Что здорово упрощает жизнь твоим фанатам, ведь там можно подобрать «правильный» прикид в твоем стиле под любые финансовые возможности. В результате продажи часов «Hamilton», деловых костюмов «Brooks Brothers», кроссовок «Puma», джинсов «Alpha Phi Omega», снегоходов «Yamaha» и далее бьют все рекорды, а компании-производители этих товаров готовы платить любые деньги, чтобы с тобой поработать.
— Мне почему-то никто не звонит.
— Так твой телефон автоматически отсекает входящие звонки со всех «левых» номеров! — хохотнула Анька. А мисс Доулан расплылась в довольной улыбке:
— Так и есть. Поэтому все желающие дозваниваются до меня.
— И?
— Работать со всеми подряд, на мой взгляд, грозит потерей лица. Поэтому я отобрала пять вышеперечисленных брендов плюс «Nike», «Stefano Bemer» и «Додж», провела с их представителями первичные переговоры и привезла тебе готовые рекламные контракты.
— Это, безусловно, радует, но мы, помнится, начали с обсуждения мотивов Джеральда Миллера… — напомнил я.
— Ты уже влияешь на мировоззрение миллионов молодых американцев, соответственно, в любой момент можешь превратиться в угрозу национальной безопасности США. Вот АНБ и засуетилось.
У меня мгновенно испортилось настроение. А американка и не думала замолкать:
— Дэнни, их можно понять. Возьмем, к примеру, наш канал. С момента подписания личного контракта с тобой и начала демонстрации эксклюзивных видеоматериалов количество его подписчиков выросло почти на двенадцать процентов. При этом наш главный конкурент, «Showtime», потерял порядка восьми. За первые сутки ротации анонса о скором показе документального фильма «Непобедимый боец» начался новый бум продаж подписок как внутри страны, так и в других странах, в которых мы ведем вещание. Кроме того, с недавних пор у тебя стали заканчиваться хейтеры — придурков, пытающихся заработать известность таким идиотским образом, находят и наказывают. Что интересно, красиво. Скажем, блоггера из Норфолка, Вирджиния, вытащили из дома, затолкали в машину, привезли в страйкбольный клуб, вооружили и заставили повоевать против сборной города. А видеозаписи пяти бесславных поражений самопровозглашенного эксперта по тактике боестолкновений с превосходящими силами противника выложили в его же блог.
Девчонки рассмеялись и заявили, что столь продуманных «защитников» меня-любимого не мешало бы как-нибудь поощрить. Линда согласилась с этим утверждением, но нити разговора не потеряла и продолжила меня «просвещать»:
— Будете смеяться, но и это еще не все! В среде промоутеров заговорили о мистере Горине и его непревзойденном нюхе на талантливых бойцов. Как я поняла, с подачи Грегора Грейси, расхваливающего тебя и твоего менеджера чуть ли не на каждом углу. Само собой, эти слухи мгновенно ушли в народ, и большинство игроков решило ставить на победу вашего протеже в первых пяти раундах! В общем, если Тимур покажет красивый бой, то рекламными контрактами завалят и его. Кстати, он уже начал подтягивать английский?
Я довольно усмехнулся:
— Алексею Алексеевичу лишняя реклама не помешает. Зарабатывать на ставках мы на время прекратим. Бой Тимура с Палачом не разочарует ни тебя, ни фанатов бокса. А с языком все в порядке — этот парень занимается с очень хорошим преподавателем пять раз в неделю по три часа и в скором времени заговорит.
Мисс Доулан кивнула — мол, я тебя услышала — уперла локти в стол, сцепила пальцы, пристроила на них подбородок и прищурилась:
— Что ж, тогда вернемся к съемкам моего фильма. Что у нас в программе на завтра?
— Почти все, что ты любишь! — ухмыльнулась Голикова. — Экстремальное вождение на автодроме, практическая стрельба в тире, подъем по стене башни «Федерация-Восток» и полеты в аэродинамической трубе.
— Кстати, во всем этом участвуешь и ты! — тоном, в принципе не допускающим каких-либо возражений, заявила «альфа-самка». — Вопросы?
Глава 9
…За первые полчаса тренировки сестры Тимура не сказали ни слова — сидели, как мышки, на матах в углу зала, влюбленными глазами смотрели на брата и каждый раз, как вспоминали пресс-конференцию, темнели взглядами и нервно сжимали кулачки. При этом самая старшая, Аза, которой в конце лета должно было исполниться семнадцать, гневно раздувала ноздри, нехорошо щурилась и сжимала губы в тонкую полоску, четырнадцатилетняя Заира кидалась из крайности в крайность, то умирая от страха за Тимура, то задыхаясь от ненависти к Гальего, а девятилетняя Фатима старательно копировала поведение то первой, то второй. В общем-то, я их понимал — до смерти обиженный «предательством» фанатов, выразившимся в появлении «непонятных коэффициентов» на бой, Палач все это мероприятие усиленно нарывался на трепку. Ну, а его хамское поведение и на редкость зверский вид — лицо, забитое татуировками практически целиком, сильно выдающиеся вперед надбровные дуги, широкие скулы и очень тяжелая нижняя челюсть, ассоциирующаяся у меня с отвалом бульдозера — не могли не впечатлить гордых, но скромных и домашних девчушек.
Сам Карсанов был спокоен, как тяжелый танк — хорошенечко размялся, без особого фанатизма поработал с тенью, вероятнее всего, представляя вечернее противостояние, а потом в том же стиле «потанцевал» в паре со мной. На мой взгляд, утро дня поединка можно было провести вообще без нагрузок, но Тимур заявил, что привык настраиваться на бои именно в таком режиме, и мы с Алферовым пошли ему навстречу. Так что во время легкого спарринга я то и дело взрывался коронками Гальего, а осетин либо отвечал отработанными контратаками, либо гасил их правильными перемещениями. Да, при этом самую чуточку перегибал с внутренней уверенностью в своей неминуемой победе, но эта самая уверенность никак не сказывалась на его внимательности и заточенности на поединок, так что я не задурялся. В смысле, выполнял ценные указания Дмитрия Петровича, легонечко наказывал осетина за крайне редкие ошибки и внимательно отслеживал его состояние. В результате ушел в этот «контроль» настолько глубоко, что не сразу врубился в смысл непривычной команды и несколько мгновений пытался сообразить, какую комбинацию надо изобразить после фразы «На сегодня достаточно».
Приблизительно так же затупил и Тимур. А когда сообразил, что можно расслабиться, поймал полотенце, брошенное ему Танькой, вытер мокрое лицо и усмехнулся:
— Как хорошо, что мы занимаемся разными видами спорта!
В этот момент рядом с ним нарисовалась Фатима, судя по насупленному личику, пребывавшая в ипостаси мелкой, но очень грозной воительницы, мертвой хваткой вцепилась в перчатку и задала напрашивавшийся вопрос:
— А почему?
— Денис намного быстрее, сильнее и выносливее меня. Посмотри, я весь взмок, а ему хоть бы хны.
— Ну-у-у, Чума у нас Терминатор! — хохотнул тренер. — А для категории «обычный спортсмен» ты пребываешь в великолепной физической форме. В общем, иди в душ, одевайся и дуй в номер — тебе не мешает отдохнуть и как следует расслабиться.
В душ рванули вместе, а минут через двадцать-двадцать пять вернулись в спортзал, взяли на прицеп трех мелких и трех взрослых девиц, вышли в коридор и «сдались» охране гостиничного комплекса. Чтобы обойтись без незапланированных встреч с особо хитрожопыми журналистами и моими фанатами. Почему «моими»? Да потому, что своих у Карсанова еще не было. Как минимум, тут, в Вегасе. Зато моих, прилетевших в Город Грехов, чтобы поддержать «близкого друга Чумы», хватало. И ведь они его действительно поддерживали. Особенно на пресс-конференции. Подбадривая воплями типа «Задай ему жару», «Нарт, мы в тебя верим» и «Нам нужен нокаут», задавая довольно интересные вопросы и не позволяя разойтись Палачу. Кстати, не забывали и обо мне, то и дело обращаясь напрямую. И, в конечном итоге, вынудили напомнить, что мероприятие посвящено не мне. Да, пыл поумерили. Но одна из самых активных фанаток, на редкость фигуристая, остроумная и энергичная уроженка Латинской Америки лет тридцати двух переключилась на Эстебана Гальего. И за считанные мгновения вывела его из себя:
— Парень, для бойца с рекордом в семнадцать побед на ОДИННАДЦАТЬ поражений ты слишком много говоришь. Может, стоит перестать строить из себя Супермена и начать тренироваться?
До нашего этажа мы добрались без приключений. А там проводили Карсановых до их номера, пообещали заглянуть в гости через час-полтора и пошли обратно, к своему. Вломившись внутрь, быстренько избавились от часов и отправили Аньку их «нейтрализовывать». Затем включили внешнюю камеру, проводили взглядами удаляющихся охранников, подождали, пока АНБ-шник закончит изображать биржевого брокера, разговаривающего по телефону, и впустили в прихожую.
Как и в прошлый раз, Джеральд Миллер обошелся без бессмысленного словоблудия. Вежливо поздоровался, принял приглашение пройти в гостиную, опустился в первое попавшееся кресло и как-то уж очень спокойно задал достаточно скользкий вопрос:
— Дэнни, скажите, пожалуйста, по какой причине вы не стали показывать мистеру Вьяземскому коммерческое предложение от компаний «Оракл» и «Форд»?
За считанные секунды, которые прошли с момента нашей встречи, он успел преобразиться, превратившись из классического белого воротничка в отставного военного, сохранившего волчью хватку. Хотя для этого, вроде бы, ничего и не делал. Мысленно восхитившись уровню этого навыка, я собрался с мыслями и рубанул правду-матку. Резонно рассудив, что такая прямота должна основываться на непоколебимой уверенности в «чистоте» помещения:
— Это предложение было настолько специфическим, что никак не могло попасть в мои руки без санкции соответствующих государственных структур. Часть информации, приведенная в документах на визы, тоже заставила задуматься, в результате чего я пришел к выводу, что получил своего рода комплект. Увы, согласно законодательству России, мы с Ростовцевой, как секретоносители, не можем иметь второе гражданство, а Татьяне с Валерией оно само по себе не требуется.
— Что ж, я вас понял. И очередной раз убедился в правильности выводов, сделанных нашими аналитиками. Кстати, эти же самые выводы подтвердил и фильм «Непобедимый боец»: вы и ваши подруги не курите, не пьете, не употребляете наркотики, не устраиваете вечеринки и оргии, не кичитесь своим успехом и не пытаетесь пробиться в ряды сильных мира сего. Что самое интересное, это не игра и не операция ваших спецслужб — вам действительно нравится жить по правилам, устаревшим лет на двести! И это подкупает.
После этих слов я поморщился:
— Может, обойдемся без красивых слов и эмоциональных крючков?
Миллер добродушно усмехнулся:
— Дэнни, вы сторонник честной игры, и мы с большим удовольствием идем навстречу. Говоря иными словами, ни в одном из предложений этого разговора не будет второго дна. Более того, я совершенно открыто объясню мотивы такого поведения. И, почти уверен, что смогу быть достаточно убедительным.
Я пожал плечами:
— Попробуйте. Мы вас внимательно слушаем.
Джеральд отзеркалил мой жест. С вероятностью процентов в девяносто просто так. А не пытаясь подстроиться для дальнейшей манипуляции. Затем закинул ногу на ногу и заговорил:
— Начну с небольшого уточнения — я неплохо представляю общую картину, но буду говорить о той части проблемы, которая непосредственно касается Соединенных Штатов. Итак, за год с небольшим вы превратились в кумира практически всей социально активной молодежи Америки. Вам подражают, вас уважают и к вам прислушиваются. Последнее пугает больше всего. Само собой, тех, кто понимает, на что способна такая сила, и тех, кто видел вполне конкретные результаты вашей деятельности, скажем, в войне с кланом Разумовских. Но при этом вы чисты, как снег в Антарктиде — на вас нет никакого компромата ни в одной из силовых структур России!
— Прошу прощения за то, что перебиваю, но слово «пугает», как правило, вызывает реакцию типа «Нет человека — нет проблем».
Миллер склонил голову к плечу и задал встречный вопрос:
— А зачем? Ведь вы абсолютно вменяемы и ни разу не воспользовались имеющимися возможностями во зло. Хотя могли! Чтобы не показаться голословным, приведу несколько примеров. Вы убежденный гетеросексуал, но ни разу не высказались против сексуальных меньшинств; вам не по душе многие традиционные американские ценности, но вы дружите с уроженцами нашей страны, причем совершенно бескорыстно; крупнейшие компании мира готовы платить вам за каждый чих, но вы отдали все общение с ними на откуп Линде Доулан и ни разу не проверили, насколько честно она ведет дела! Да, чисто теоретически угрозу в вашем лице можно было бы устранить. На всякий случай. Но это решение гарантированно создаст нам нерешаемые проблемы. Ведь такая смерть автоматически превратит вас в мученика, и спецслужбы России с огромным удовольствием воспользуются подаренной возможностью для решения геополитических задач.
Фальши я не чувствовал, как ни пытался. «Система» тоже молчала. А то, что говорил АНБ-шник, звучало более чем логично. Поэтому я попробовал раскачать ситуацию в плоскости, в которой было больше всего шансов добиться успеха:
— Если вы меня так хорошо изучили, то должны были понять, что я не продаюсь от слова «совсем».
Миллер по-мальчишески ухмыльнулся:
— А мы в принципе не собираемся вас покупать! Да и зачем? Поверьте, в современном мире понятие «секретность» здорово обесценилось. К примеру, точные координаты и поэтажный план базы подразделения «Яровит» мы приобрели году в девяносто седьмом за совершенно смешную сумму. А ваши спецслужбы приблизительно в том же стиле накладывают лапы на наши государственные тайны. Ну, и что вы теоретически могли бы нам предложить с имевшимся уровнем доступа? Ровным счетом ничего. Поэтому мы сочли куда более выгодным облегчить вам жизнь на территории США и обещаем адекватно реагировать на сигналы о преступной деятельности наших граждан так же, как это делают ССО и ФСБ России, получая от вас копии писем, приходящих в блог мисс Голиковой.
— То есть, комфорт в обмен на справедливое отношение к Соединенным Штатам? — уточнила Танька.
Джеральд утвердительно кивнул:
— Да, именно «справедливое»: мы хотим, чтобы вы оставались вне политики и не кривили душой, выполняя чьи-либо заказы.
— Что ж, звучит достойно… — после недолгих раздумий заключил я. — И, хотя в создавшейся ситуации ваш вариант комфорта недостижим, я все равно постараюсь не лезть в политику без особо веских личных причин.
АНБ-шник задумчиво потер идеально выбритый подбородок и поймал взгляд Рыжей:
— Мисс Валери, в одном из эпизодов фильма «Непобедимый боец» вы заявили, что ваша команда все делает вместе или не делает вообще.
— Было такое… — подтвердила Рыжая. — И это лишь констатация образа жизни и нашего общего мировоззрения.
— Что ж, вопросов больше нет. Я в восторге от состоявшегося разговора и приложу все усилия для того, чтобы вашей команде не пришлось жалеть о принятом решении…
…Через полчаса после ухода Миллера к нам нагрянули гости. Линда, Лиззи, Ларри, Билл, Арчи и Фил. Естественно, после предварительного звонка. Последняя троица, которую мы не видели сто лет, улыбались по принципу «Можно шире, но уши мешают» и жаждала поделиться мнением все о том же «Непобедимом бойце». Солировал Кавендиш, еще в прихожей наехав на Линду за то, что она не взяла их с собой на съемки и не впихнула в кадр:
— Первый показ этого фильма собрал аудиторию в шестьдесят миллионов человек, всех, кто в нем отметился, запомнили в лицо и будут узнавать на улице, а мы так и остались за бортом Истории!
— А если серьезно, то получилось очень здорово… — продолжил Морвиль, проходя в гостиную и склоняя голову перед моими оторвами. Потом сделал девчонкам по комплименту, заявил, что искренне рад видеть их в добром здравии, и продолжил начатый монолог: — Я не отрывался от экрана все пятьдесят минут и… поймал себя на мысли, что чувствую превосходство над остальными зрителями, так как начал заниматься практической стрельбой, джиу-джитсу и полетами в аэродинамической трубе намного раньше них!
— Кстати, мы тоже хотим взобраться на этот ваш небоскреб! — дав ему договорить, воскликнул Сеймур. — В моем спортивном клубе есть секция по скалолазанию, я посетил уже четыре занятия, так что в июне прилечу в Москву без пяти минут профессионалом!
— А с парашютом прыгать не передумали? — ехидно поинтересовалась Танька.
— Неа… — без тени улыбки заявил Ларри. — Более того, мы с Лиззи нашли инструктора по парашютному спорту и с его помощью заказали себе шлемы, комбинезоны, перчатки и первые парашюты.
Как и следовало ожидать, после этого заявления их чуть не убили друзья, «не ожидавшие такого изощренного коварства». А Анька, дав им выплеснуть самые острые эмоции, успокоила:
— На мой взгляд, покупать купол, не сделав хотя бы пару сотен прыжков, нерационально — почувствовав парашют, вы, вне всякого сомнения, захотите что-нибудь порезвее и подинамичнее. Так что имеет смысл начинать со студенческих, причем арендованных прямо на дропзоне. Именно поэтому мы с Денисом заказали парашюты только для нас двоих. А для Татьяны и Леры забронировали. На конкретные даты.
— А сколько у тебя прыжков, если это, конечно, не государственная тайна? — спросил Фил и уставился на нее с такой надеждой во взгляде, что я чуть не заржал в голос.
Росянка притворно нахмурилась, помурыжила его ожиданием, а потом смилостивилась:
— Две тысячи четыреста семнадцать.
— А отцепки были? — поинтересовался Лоуренс, во время общения с инструктором явно нахватавшийся вершков.
— Одна. На предпоследнем куполе. Но вам это не грозит — современные парашюты абсолютно стабильны на открытии, практически не подвержены отказам, а девятисекционники, на которых вы будете прыгать, уже избавлены от склонности к закруткам.
Тут в обсуждение влезла Лиззи. И развеселила:
Поделиться книгой: