Помоги проекту - поделись книгой:
— Обыщем всех либерцев. — согласился я. — Да, ты нашёл раненого?
— Нашёл. Твой первый выстрел сбил с него защиту, но убить не смог, хоть и оглушил. Я связал его, но если ты только скажешь…
— Он не скажет ничего полезного, можешь прикончить. — произнес я, прервав повисшую паузу. — Затем быстро осмотрим орденцев, я здесь насчитал шестерых, с этим.
— Сделаем, командир. — кивнул Хард, и направился к оглушенному подземнику.
Проводив его взглядом, я бросил листовки себе под ноги и ударил в них копьем хаоса. Всю стопку мгновенно разорвало в мелкие клочья. Шагнул к телу ко’тана, осмотрел его более внимательно. Перевернул, обыскал. Пустой. Поднялся, чтобы направиться к следующему телу орденца, но в этот момент перед глазами появилось несколько сообщений:
'
— Командир, мне кажется, здесь две звезды орденцев! — отвлёк меня от чтения Хард. — Я осмотрел два тела, эти воины из третьей крепости, приходилось видеть их.
— Согласен с тобой. И двигались они навстречу друг другу. Уверен, вторая вагонетка стоит где-то впереди. Так что грузимся на свой транспорт и уезжаем. Если по пути попадутся тела либерцев, остановимся, осмотрим.
Я оказался прав. Мы успели проехать меньше километра, когда натолкнулись на второе место битвы. Только здесь не было женщин и детей подземников, лишь два десятка охотников. Нашлись и тела ещё четырёх орденцев — двое в вагонетке, и ещё двое поблизости. Все в звании тана. При обыске у одного в рюкзаке обнаружились листовки.
— Всё, можно продолжать путь. — произнёс я после уничтожения бумаги. — Надеюсь, больше ничто не задержит нас.
Гул тяжелых колёс по рельсам успокаивал, усыплял. Освещенные участки тоннеля попадались всё реже, а темные наоборот — чаще и протяжённее. И если в первые трое суток на вагонетку было лишь два нападения тварей, то дальше подземного зверья стало в разы больше. Один раз нам даже пришлось остановить транспорт, чтобы зачистить десяток юрких существ, похожих на крупных летучих мышей. Они буквально облепили платформу и свистели так громко, что магические плетения восприняли этот свист, как нападение.
Первую остановку сделали прямо в тоннеле, спустя двадцать часов, как покинули место столкновения подземников и орденцев. Всё это время я размышлял, почему аборигены покинули своё убежище, и пришёл к выводу — во всем виноват хаос. Раньше не инициированных одарённых сдерживал отшельник, но после его смерти уже никто не контролировал хаоситов, и стихия взяла под контроль разум несчастных. Ну а простакам не оставалось иного выбора, кроме как последовать за более сильными.
На второй остановке попробовали заглянуть в подземное убежище отшельников, но нам не повезло — тупиковый тоннель оказался частично завален. Пришлось вновь отдыхать с посменным дежурством, устроив спальные места на лавках вагонетки.
— Командир, может двинемся по поверхности? — предложил Хард, когда мы наконец добрались до нормальной, действующей станции. — Ещё два дня такого пути, и я с ума сойду от безделья.
— Сейчас посмотрим, как нас пропустят в убежище. — ответил я. — Если свободно, то продолжим передвигаться под землёй, там безопаснее. А если будут какие-то ограничения, то придётся пешком, через пустошь. К сожалению, ни ты, ни я не знаем безопасный маршрут. А если учесть листовки, то я вообще не стал бы приближаться к фортам и крепостям ордена. Сдаётся мне, если бы не го’арат Крил, принявший меня в Либеро на особых условиях, нас бы вновь изгнали.
— Думаю, так поступают со всеми, кто пытается создать свой орден. — предположил воин. — Иначе как объяснить, что в пустоши безраздельно властвует Либеро.
— Ладно, тянуть больше некуда. — закончил я нашу беседу и прикоснулся к подсвеченному символу. И выдохнул с облегчением, когда тамбур свободно открылся, а мне не пришло никаких предупреждающих сообщений. — Заходим!
Подземное убежище не пустовало. Об этом мы узнали сразу, как только отворилась бронедверь. В коридоре горел свет, и нас встречал хозяин — отшельник ордена, в звании ко’тана.
— Давно ко мне никто не заглядывал. — спокойным голосом произнёс орденец. — Вы по делу, или проездом?
— Проездом. — ответил я, и протянул ладонь для рукопожатия, на ходу придумав нам с Хардом имена: — Ко’тан Хемул, со мной тан Мар. У нас плановый осмотр железной паутины, уже неделю катаемся по подземелью. Накормишь усталых путников?
— Это мой долг, как смотрителя за станцией. — усмехнулся отшельник. — Моё имя Синар, ко’тан.
Отшельник не только накормил нас, позволил помыться и отдохнуть, но ещё и снабдил в дорогу свежими припасами. Мы в свою очередь ненавязчиво расспросили, где находимся относительно орденских крепостей, и выяснили, что Синар подчиняется уже другому арату — Феору, коменданту первой цитадели.
Видимо к ко’тану действительно редко заглядывали гости, потому что расспрашивал он нас с жадностью, уговаривая задержаться. Но препятствовать нам, когда мы уже собрались и двинулись к тамбуру, не стал, лишь вздохнул устало и тяжело. Этим искренним вздохом он окончательно развеял мои беспочвенные подозрения.
— На обратном пути заглядывайте, буду рад вас встретить. — сообщил Синар, проводив нас до платформы.
— Постараемся. — ответил я и, помахав на прощанье, отдал вагонетке приказ. Наш тяжёлый, но надёжный транспорт скрежетнул, и покатился прочь из тупика, медленно набирая скорость. Выждав, когда мы удалимся, я повернулся к Харду: — Больше никаких остановок, до конечного маршрута. И так задержались.
Уставшие, с одеревеневшими мышцами, мы наконец добрались до конечной станции. Разумеется, не заброшенной. В подземном убежище нас встретили аж два орденца — отшельник и воин, оба в звании ко’тана. А ещё наверху, в башне, располагалась боевая звезда. Похоже арат Феор, в отличие от Всеволода, относился к занимаемой должности более ответственно. Я специально просмотрел карту железной паутины, и вышло, что у коменданта первой цитадели всего три неработающих станции, и нет ни одной пустующей.
В этот раз задержались всего лишь на четыре часа, которые я провёл с пользой — наконец погрузился в свое энергетическое тело, чтобы оценить изменения. А они имелись, и довольно серьёзные. Похоже, что переход с третьего на четвёртый ранг Тай Фун стал причиной сильного роста моих возможностей.
Во-первых, Хаос развёл бурную деятельность, сосредоточившись на расширении энергетических каналов и увеличения самых слабых центрах силы. Судя по внешнему виду, безумная стихия решила в кратчайший срок развить всю магическую структуру, доведя её до уровня, при котором я смогу свободно пользоваться четырёхзвездными техниками воды, и плетениями хаоса четвертого ранга. Если бы у меня в прошлой жизни была такая скорость развития, я бы прежний был самым сильным одаренным в своем мире…
Обратил внимание и на артефактное ядро — всё, что осталось от го’арата Каас. И с удивлением обнаружил, что хаос уже протянул к нему тонкий канал, примерно первого ранга. Более того, стихия собиралась полностью интегрировать артефакт в структуру моего тела, и это нарушало все планы. О таком мне еще не приходилось слышать, а значит стоило ждать неприятностей.
Закончив с осмотром, в целом остался доволен. Еще немного, и я смогу на равных сражаться с конами ордена. К тому же четырёхзвездные техники стихии воды открывали передо мной большие возможности. А сейчас пора покинуть убежище.
— Нам пора, Хард. — сообщил я воину, поднимаясь с кровати. Товарищ, в отличие от меня, решил выспаться после выматывающей дороги.
Позавтракав с орденцами, мы попрощались, сославшись на задание от арата Всеволода, и покинули убежище, наконец-то выбравшись на поверхность.
— Что-то здесь не так. — первым подал голос Хард. Понизив голос до шепота, он добавил: — Командир, чувствуешь, запах совсем иной, странный какой-то. Хаос, может я и ошибаюсь, но пахнет чем-то знакомым, из прошлой жизни.
— Морем. — усмехнулся я. — Где-то поблизости море. Мы на краю материка, сержант. До места, где иносы принимают отступников, сталось совсем немного.
— Ты всё ещё уверен, что хочешь этого? — Хард даже зашёл чуть вперёд, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Не хочу, так надо. — поправил я воина. — Видишь ли, сержант, сейчас у нас ещё есть шанс вклиниться в ряды врага, и изнутри вызнать его секреты. Такой шанс нельзя упускать.
— Что тобой движет, командир? Месть? Или что-то большее?
— Сейчас мной движет желание стать сильней. — ответил я чистую правду. — А ещё хочу получить способность, благодаря которой иносы путешествуют между мирами.
И не только иносы — добавил я про себя. После разговора с осколком души отшельницы у меня появилось мнение, что небожители используют для перемещения какие-то артефакты. Причем сами не могут их воспроизводить. А ещё меня очень сильно заинтересовало другое — зачем враг Либеро ищет кубы хаоса?
— Командир, ты встречал иносов в родном мире? — удивлённо произнёс Хард.
— Возможно. Я не уверен, сержант.
— Я задавал своему божеству вопрос — как он узнал про существование Артеи. И не получил ответа. — сообщил мне воин. — Так может и в моем мире побывали небожители?
— Вот поэтому нам обязательно нужно проникнуть в ряды иносов. — усмехнулся я. — Находясь в ордене, мы слишком мало знаем о враге.
— Нет. — произнёс я, жестом приказывая Харду замереть на месте. Айлин, после происшествия в подземном зале совета, впервые заговорила со мной.
— Я согласен на сделку. — мой голос прозвучал глухо, угрожающе, от чего Хард потянулся за спину, за копьем. Пришлось жестом останавливать его.
Айлин еще не закончила говорить, п у меня перед глазами появилось сообщение:
— Командир, всё хорошо? — спросил Хард, видимо заметил, что у меня изменилось выражение лица.
— Да, всё в порядке. Мне только что дали понять, что я получил услугу, за которую вряд ли смогу рассчитаться. Пошли, к следующей ночи нужно быть на месте.
Здесь, на побережье, всё было иначе. Не так жарко днём, и прохладно ночью. И множество тварей, круглосуточно снующих по своим делам. Пока шли, нам пришлось более десятка раз отпугивать слишком наглых хищников, решивших, что мы — хорошая добыча.
К месту добрались поздно вечером, когда местное светило уже опускалось за горизонт. И тем интереснее было наблюдать, как в небе, в сорока градусах правее от заходящего солнца, появляется черная точка корабля иносов.
— До последнего опасался, что старый отшельник что-то напутал. — признался мне Хард. — Но нет, всё верно. А если честно, то меня всего трясёт от осознания, что я добровольно пришёл к иносам.
— Не переживай. То, что ты чужак, уже невозможно распознать, а об остальном я позабочусь. Не пытайся прятать эмоции и чувства, они только помогут нам. Страх, злость — всё это естественно в данной ситуации, а вот спокойствие насторожит.
— Они что, сразу заберут нас?
— Да. Сначала будущим слугам покажут, что их ждёт после искупления, а затем вышвырнут назад, на Артхайн.
— Мерзость. — с отвращением произнёс воин, отворачиваясь от быстро приближающегося корабля.
Ожидание растянулось на четверть часа. Именно столько понадобилось судну небожителей, чтобы преодолеть разделяющее нас расстояние, и зависнуть в пятидесяти метрах над землёй. Почти сразу же вниз полетел якорь, с глухим ударом вошедший в землю на глубину добрых полутора метров. Следом с борта сбросили десятка два верёвок, и по ним вниз скользнули бойцы в черной броне.
— Странно, зачем столько воинов? — поинтересовался Хард.
— Не знаю. — ответил я. — Отшельник говорил, что встречающих всего трое. Не к добру это…
Материк Артхайн. Вторая цитадель. Го’араты Айлин и Крил.
— Что скажешь, сестра? — поинтересовался воин, с прищуром рассматривая магический купол, укрывший цитадель ордена.
— Похоже нам здесь не рады. — ответила ликвидатор. — Могу предположить, если подойдём к стенам ближе, по нам откроют огонь из бомбард. Я бы не хотела попасть в подобную ситуацию. Брат, ты знаешь, кто здесь комендант? Я не могу получить информацию от Либеро.
— Я тоже, сестра. Я тоже. Сдаётся мне, араты возомнили о себе слишком многое, и надо заметить, небезосновательно. Зря я позволил им копить силу. Думал, они будут использовать её по назначению, но эти глупцы решили, что личное могущество важнее, чем величие ордена.
— Разве среди нас не было того же? — с горькой усмешкой спросила Айлин. — Каждый думал лишь о своём.
— У большинсива из нас была цель — спасение родного мира. Во всяком случае я думал об этом. Но увы, моя планета не дождалась помощи. — Крил повернулся к ликвидатору: — А твою, судя по всему, ещё можно спасти.
— Зачем? Всё, что мне было дорого, давно уничтожено, а повернуть всё вспять — зачем? Лишь одно связывало меня с тем миром — богиня. Только я изменилась, пока ждала пробуждения. Знаешь, как мне удалось сохранить рассудок, находясь долгие годы в заточении?
— Даже близко не представляю. Не хотел бы пройти подобный ужас.
— Нет, это не столь страшно, если ты имеешь доступ к Либеро. Благодаря этому я создала свой мир, совершенствовала его, и многое поняла. Потому и отказалась от служения своей богине. Не хочу всего этого, с меня хватит.
— Тогда чего ты хочешь, сестра? — Крил пристально уставился в глаза Айлин.
— Хочу созидать новое, а не цепляться за старое. К тому же Артея, как я вижу, переживает не лучшее свое время. Будет интересно вернуть умирающую планету к жизни.
— Хм. А ведь наши мысли весьма схожи. Так что, уходим?
— Уходим. — кивнула ликвидатор, и две фигуры неспешно двинулись прочь от цитадели.
В это же время в одной из башен внешней стены наблюдатель в звании кона покинул свой пост, и поспешил к старшему по званию, чтобы доложить хорошую новость — штурма цитадели не будет.
Кто эти двое, подошедшие к стенам и заставившие арата Всеволода активировать защиту, наблюдатель не знал. Ему был отдан приказ — когда неизвестные приблизятся к внешней стене ближе, чем на сто метров, нужно будет активировать тревожный артефакт. А если удалятся — поспешить с докладом к непосредственному командиру.
Глава 11
Повстанцы
— Личное оружие, рюкзаки и пистоли с винтовками отложить в сторону! — раздался с борта корабля громогласный голос. — Времени вам даю пятнадцать секунд!
— Подчиняемся. — приказал я товарищу, и первым начал освобождаться от оружия. Снял с плеча винтовку и положил справа от себя, жестом показав Харду, чтобы он повторял за мной. Следом отправились пистоли, а за ними копьё. Хоть и небольшой задержкой, сержант тоже освободился от оружия. Едва мы выполнили приказ, к нам тут же направились четверо воинов.
Поделиться книгой: