Помоги проекту - поделись книгой:
Стал их забрасывать в паучьи капканы.
В ответ я видел теплоту паучьих глаз,
Насквозь пропитанную чувством благодарства.
От полномочия я приходил в экстаз!
В благотворительности есть свое коварство!
Однажды ночью мне приснился странный сон:
Я, словно муха, увязался в паутине.
Паук, как опытный мясник, большим ножом
Меня разделывал на части, как свинину!
Проснувшись утром я взглянул в тот уголок,
Где мой питомец накануне обитался,
И обнаружил, что несчастный паучок
От сытой жизни преждевременно скончался!
Мой паучок наверно жив бы еще был,
Если бы я закон природы не нарушил.
Нищий, голодный и худой, но он бы жил!
Питаясь соками мечты о жизни лучшей.
Зачем стремимся мы на что-то повлиять?
Мы на себя-то повлиять порой не можем!
Нам не дает покоя жажда созидать!
Инстинкт творца в нас при рождении заложен…
Откровение Кота
Я приличный воспитанный кот
Благородной элитной породы,
Мне недавно исполнился год,
Я почувствовал силу природы.
Поначалу не мог я понять,
Что такое со мной происходит,
Я с клубком разучился играть
И собаку дразнить в огороде.
Я совсем потерял аппетит
И забыл о своих увлеченьях.
Неприличный природный инстинкт
Управляет моим поведеньем.
Снег растаял, на улице март.
Я ночами не сплю, я страдаю.
Мною движет какой-то азарт,
Изнутри я как будто сгораю.
Непомерная жажда любви
Заставляет меня без умолку
Напевать серенады свои!
Только в этом не вижу я толку.
В моём доме живёт человек,
Пожилая дородная самка,
Она чешет мой шёлковый мех,
Я зову её ласково "Мамка".
Раньше с мамкой мы спали вдвоём,
Она тёплая — с ней мне уютно,
Но теперь на диване моём
Рядом с ней ночевать стало трудно.
Я ей песенки нежно урчу
И об голову трусь её телом,
Я вниманья, я ласки хочу…
Но в ответ мне за это влетело.
Я на мамку обид не держу:
Неразумные люди созданья.
Я ей ласково ухо лижу -
Вот такое моё воспитанье.
Я проснулся в горячем бреду,
В моём доме какие-то люди,
Что-то мне предвещало беду,
Но не знал я, какой она будет.
Попытался от них убежать,
Но меня не послушалось тело,
Я остался безвольно лежать,
В голове моей сильно гудело.
Я не знал, что случилось со мной,
Будто я перебрал валерьяны,
И не мог шевелить головой,
Словно я в самом деле был пьяный.
Постепенно в сознанье придя
Я свою обнаружил пропажу;
Но не мог понимать ещё я,
Как тот маленький орган был важен.
Навсегда мой позорный инстинкт
Надо мною утратил влиянье,
Возвратился былой аппетит
Испарились срамные страданья.
Год промчался, вернулась весна,
Вновь раздались котов серенады.
Им, беднягам, опять не до сна,
Их бы тоже кастрировать надо…
Я сидел на крылечке сыром,
Попивал простоквашу из миски.
Вдруг, — гляжу — на заборе моём
Греет спинку на солнышке киска.
Я не знал тогда, как поступить,
Чтоб она обратила вниманье,
Глаз не мог своих отворотить
От прелестного хвостовилянья.
Её смелый пленительный взор,
Как стрела, на меня устремился;
И, — о боже, — какой позор!
Я в неё безрассудно влюбился!
Грациозным и ловким прыжком
Она враз на земле оказалась,
Я с крыльца полетел кувырком,
Чего прежде со мной не случалось.
Я ещё не совсем понимал,
Поделиться книгой: