Помоги проекту - поделись книгой:
— Анджик золотой мой, — заорала тетка Роза, Сашка говорил у тебя джинса, хорошая модная есть?
— Да откуда тёть Роза, — нет у меня ни хрена это я так баловался, красил для себя, — открестился я от цыганки.
— Синькой что ли? — не поняла цыганка.
— Да не вываривал там рецепт сложный долго муздыхаться, может и не получится тёть Роз. Кстати у вас есть замки змейки и пуговки на джинсы?
— А тебе Анжи для чего? — хитро прищурилась, хромала.
— Да надо! Если есть куплю. Я тут экспериментирую со штанами, если что получится, вон Сашке покажу.
— Ну, скажешь сколько надо, замки есть хорошие УКК, да и пуговицы и заклепки Райфла, тебе не дорого продам, золотой мой. Ох, Анджи дед как узнает, даст лещей тебе!
— Да ладно тёть Роз чего такого то? С замками договорились? Рублей на двадцать возьму да и пошёл я делов полно, — и я съеб со свистом в сторону своего двора.
Цыгане еще пошептались в мою сторону и, таща сумки со своими батниками и поддельными джинсами, поплелись в сторону электрички.
Нарезав хлеба, и заварив черного чая из пачки привезенной батей из Африки, я налупился макарон и вымакивая кусочком хлеба жижу из под салата мирно прихлёбывал чаёк.
Тут зазвонил телефон и пришлось переться в дом.
Звонила краснодарская Лилька с не очень хорошими новостями.
Якобы джинсы, которые они у меня взяли погонять, у них с Иркой сперли на пляже. Они как бы сожалеют, и для того, что бы загладить вину готовы сходить со мной на городскую дискотеку…
Ну, них. Себе меня кинули и тут же предлагают кинуть еще раз. Знаю я этих Краснодарских чаек, я им еще билетик должен буду купить. Ага щаз…
— Да не Лиль всё нормально не надо ничего на дискотеку я не пойду некогда… дела и все такое…
Я выдержал паузу и бросил трубку. Вот же бля. девочки.
Ладно, что-нибудь придумаю, жалко конечно джинсы, но чувствую, меня просто решили обуть как какого-то станичного лоха. О! придумал. В два часа дня ко мне приперлась пара городских из компании «Палыча» на подстрижку. Пароль «Я к поляку стричься» ещё работал, и пацаны желали «сказочно преобразится».
— Нее братва теперь я стричь городских не буду, — огорошил я клиентов неожиданным отказом.
— Ээ поляк. Чо за дела, чо так то? Палыч говорил типа всё нормально, — не поняли клиенты.
— Было нормально, но чикса Палыча, Лилька взяла у меня джинсы «варенки» и говорит, что у нее их украли, бабло отдавать не хочет, ну и как мне теперь с городскими общаться? Баба вашего «Палыча» меня кидает, а я как лох должен вас стричь?
— Бля ну варенки то да, это не дело конечно, слышь поляк, но мы- то за деньги ведь?
— Пацаны да хули деньги, просто какая-то баба мнение о вас городских из мафии Палыча, как о нормальных и правильных чуваках спустила нах… Щас Гоча подойдет еще, идите лучше. Гоча ебанутый драться полезет или на городском дискаче с вашими зарубу устроит. нах мне это надо…
Городские были озадачены моими польскими — пиздабольскими речами.
— Слышь Поляк давай мы сами Палычу, скажем, разберемся там, а ты нас подстрижёшь?
Я сделал вид, что задумался.
— Короче пацаны я тут еще «химию» делаю, так нихуево получается, да и вам пойдет. Сделаю но больше никому из городских ничего делать не буду, пока баба Палыча деньги не вернёт, нах мне джинсы которые хер знает кто таскал.
— О ну это да, — закивали городские, — это нормально то так. по пацански. Мы Палычу все обскажем.
Возился я с городскими долго, надо было сделать «супер-пупер» (далеко идущие планы), да и опыта с перманентом еще особого не было. Но получилось нормально. Этаких два Александра Барыкина один белый другой туповатый.
Наказав городским до утра не мыть голову, я уехал к деду по делам. Была одна мысль с далеко идущими планами в которых могла помочь «новая бабуленька». Бабка была начальницей чего-то там большого и непонятного для меня. А вот в той организации, где бабка руководила, был склад рабочей формы, а проще говоря, спецовок, поставляемых, откуда — то со «швейки» с Кабарды.
Я пару раз там бывал, и Нью бабуля подогнала мне как-то комплект из короткой куртки и брюк с множеством швов. Спецовка была из какого-то серого непрезентабельного, но очень прочного материала. Вчера вечером я замочил, брюки и выварил их по технологической карте.
Получилось очень клёво, не хуже импортных. У сестры из коробки по старой привычке вытащил кожаную нашлепку, пару пуговиц на заклепках. Потом от не хрен делать обнаружив два клевых замка змейки, встрочил их в штанины превратив спецовочные брюки прямого покроя в модные бананы. Вот поэтому при разговоре с Лилькой я был спокоен и расчётлив.
Бабуля меня поняла с первого раза, но попросила невзначай сообщать о перемещениях деда.
Я конечно «пообещал», потом сообщил об этом деду, поимев неплохую выгоду с обеих сторон. Бабка сделал все просто, выписала накладную на отпуск спецовок на ветошь, куда-то там на производство.
В подробности я не вдавался. Просто на следующее утро съездил на склад в город, где получил двадцать комплектов перетянутых бечёвкой. Вопрос с размерами решил сам без бабули, презентовав кладовщице коробку немецких конфет, полученную мной от какого-то подстригавшегося пацана, вместо денег. Закинув спецовки в мешок, загрузился в автобус и зайцем доехал до электрички и оттуда до дома.
Встреченные знакомые пацаны из города донесли до меня новость, что Палыч ищет меня и вроде собирался вечером заглянуть в станицу. Я передал, что буду дома и убыл к себе. Пришлось на всякий случай подстраховаться и предупредить Гочу о возникших раскладах.
Гоча обрадовался возникшей напряженности, и принялся строить планы засад на городских.
Я же прибыв домой, начал сортировать серые спецовки, спарывать с них пластмассовые пуговицы и заводские бирки. Составляющих раствора хватало с запасом.
Намешав раствора и оставив его «вызревать» я принялся при помощи резинок и ниток накручивать узоры на штанинах и рукавах. Работа была, честно говоря, муторная, но требующая внимания. На пяти спецовках накрутил поперечные горизонтальные, на трех вертикальные. Потом решил отдохнуть и попить чайку с бутерами с маслом и сахаром. Пока пил чай, в голову пришла немного тупенькая, но интересная идея. Пошарившись в барахле брошенным сестрой я нашёл набор польских полиэтиленовых снежинок. Ага, вот это пойдет.
Разложив очередную спецуху, булавками закрепил снежинки в художественном беспорядке и тщательно промазал все раствором.
О а если!!!!
Если добавить ещё другого цвета. Пока «снежиночная» спецовка «настаивалась» я экспериментировал на лоскутке с различной красящей хренью, которая нашлась в доме. Больше всех понравилась марганцовка, дающая нежный розовый цвет на серой ткани. Дело пошло.
От скуки я задуплился кружечкой яблочной бражки, в которую дед добавлял корицу и ванильный сахар и продолжил эксперименты, вытащив на улицу катушечную «Романтику» и врубив Модернов Токингов вопя во все горло «Джеронимо Каддилак».
Забросив вязку узоров на остальных спецовках, сосредоточился на «Снежинке». Прокрутил с пемзой, выжал валиками, чуть подсушил и нанес новый слой снежинок, пройдясь марганцовочным раствором. Итак, еще пару раз чередуя растворы. Не забывал записывать, сколько чего намешал и сколько крутил в машинке.
Спецовка получилась цвета январского снега с вкраплениями серого и розовыми разводами в которых издалека угадывались узорчатые снежинки. Херня какая-то бабская. Нормальный пацан такого не оденет. Умаявшись, я так и заснул в саду.
Глава 6
Проснулся я уже под утро немного замерзшим. Пальцы чуть пощипывало от хлорки, а в целом настроение было боевое.
Понюхал высохшую «Снежинку». Ну вроде нормально, хотя чутка хлоркой еще отдает. Надо будет прополоскать еще разок, да пусть на улице отвисится на ветерке и свежем воздухе.
Так если цыганка с замками и фурнитурой не обманет, то можно будет пришить замки на низ штанов и на боковой карман. Ну а куртку сделать на пуговках. Мне бы еще найти кого-нибудь, кто на машинке нормально строчит. Весь в мыслях я поплелся в летницу, поставил на газ чайник, достал банку с индийским кофе.
Сделал бутерброд, из корки черного хлеба натерев её чесноком и чутка сбрызнув подсолнечным маслом. Съев нехитрый завтрак, поплелся опять в сад на оборудованное рабочее место по «выварке» спецовок. Надо закончить раз начал.
Провозился я с остальными комплектами до обеда, растворов еле хватило, резиновые перчатки-сантехника, найденные мною в гараже и военный респиратор неплохо помогали в работе. Так, что голова больше не шумела и кончики пальцев не щипало. Вывесив в дальнем конце сада на деревьях, готовые спецухи, я сходил в летний душ, поплескался. Блин надо к соседу дядьке Фёдору за яйцами сходить, да и мешок сахара он мне обещал достать.
— Джеронимо Кадиллак, чо то там блестящий знак, — напевая, я вышел из дома и, закрывая за собой калитку, узрел Будулая, маячившего неподалеку.
— Андж, я к тебе, — заорал он, махая мне поддельным Монтановским пакетом.
— Да я тебя же стриг вот только!
— Да неее, мамка прислала, ты же там змейки заказывал пуговицы и нашлепки?
— А ну давай, показывай!
Штук сто пуговиц-заклепок «Райфл», пятьдесят двадцати сантиметровых змеек фирмы УКК, и штук двести карманных заклепок тоже «Райфл».
Вроде нормальные, проверил, расстегивая и застегивая каждый замок, осмотрел пуговицы.
— Сколько хотите?
— Мамка сказала, за сто рублей отдаст, — возвестил Сашка.
— Да не, откуда у меня такие бабки, мне же родители присылают.
— Мать говорит, может за товар отдать!
— Да нету у меня никакого товара, откуда? Я на стрижках не особо- то зарабатываю, вы же все норовите бесплатно, или за магарыч. Вон двадцатку скопил, думал старые штаны переделать, — отбрехался я, и, оставив Будулая в недоумении, пошёл к Фёдору.
Ну их нахуй этих цыган. Надо по рынку прошвырнуться в Краснодаре, может там, что то можно найти?
Но мои затруднения с фурнитурой неожиданным образом разрешила Мадонна, ехавшая обратно со своим Витьком с моря.
— Ой, Андж, нашел проблему, у меня тетка буфетчица на корабле в моря ходит, у неё этого говна навалом, как раз армяне цеховики все берут. Говори сколько надо и чего!
Я быстренько просчитал потребное количество фурнитуры, добавил еще в заказ кожаных и матерчатых, лейбочек, ну и если будут.
Потом Машка, воспользовавшись моим телефоном, отзвонилась тётке в Новороссийск и продиктовала заказ. Держа трубку у уха, подозвала меня к себе.
— Андж, пакеты есть прозрачные фирменные «Идаха» (как оказалось Айдахо), большими буквами написано по-американски и на них фотка мужиков в шляпах. По рублю брать будешь? И пуговки с заклепками и змейки тоже «Идаха», за все без пакетов сорок.
Я чуть прикинул, ну все-таки не сто рублей, да и не у цыган беру.
— Да все без базара, заберу.
Оказалось, что все можно получить даже завтра, у тетки даже доставка была через проводника поезда, которому нужно было сунуть трешку. Вот это сервис не то, что цыгане, толкущиеся возле твоего забора. Я продиктовал Машке свой номер телефона, она передала его тетке и попросила отзвонится, когда все будет готово.
— Маш, а ты не знаешь, кого кто на машинке нормально сможет замки пристрочить и там подзаузить штаны?
— А я нахуя? Я, между прочим, не только парикмахер я и закройщица, и швея, между прочим! Зря, я, что ли в этой шараге училась?
— Сколько возьмёшь? Двадцать костюмов?
— Давай процентом, с продажи. Разберемся, ведь хер знает, за сколько ты фарцанешь костюмчики свои. Машинка у меня нормальная электрическая нитки хорошие есть. Так, что веди, показывай, что получилось!
Мы с Мадонной осмотрели результат творчества. Машка в принципе все одобрила, на листочке довольно быстро и профессионально накидала будущий вид комплекта. Я покормил гостей яишницей с помидорами, и когда мы довольные друг другом распивали индийский кофе, с баранками, мне кто-то позвонил в ворота. Это был Палыч. За ним рисовались Лилька с Иркой, а чуть вдалеке заняв выжидательную позицию пара городских пацанов.
Бляя! Надо было оповестить Гочу.
— Витек, поддержишь если чо? Тут ко мне на разборки городские приехали, — спросил я Машкиного парня. Витек шумно прихлёбывавший кофе, выглянул из летницы и молча кивнул головой.
— Слышь пОляк, я тут слышал ты на мою чиксу катишь, — без наглости но довольно суровым тоном, начал разговор Палыч.
— Чего это? Все как есть! Твоя Лилька кинула меня на штаны, взяла погонять, говорит, украли, а джинса эта сотку стоит, — ответил я, стараясь не показать мандраж. Ну в моем дворе драться то, конечно не полезут, но стоит мне выйти… Да и Гочину мафию быстро не соберешь, они сейчас кто где.
— Да чё ты гонишь, — вдруг подала голос Лилька, — когда я у тебя чо брала? Палыч, он пургу несет!
Вот так! Ничего она не брала у меня! И Ирка эта кобыла столичная в такт ей кивает. Естественно Палыч им поверит.
— ПОляк, что за базары? Мы с тобой нормально, а ты гнать начал, — поддержал своих баб Палыч.
И тут Палычу из-за забора свистнули. Подкатил на подстрижку Воробей, закадычный друг Гочи, рокер местного разлива, гоняющий на собственноручно собранной им Яве.
— Андж, чо там все в силе? — проорал Воробей через забор.
— Да закатывай моцык через калитку, — облегченно вздохнул я. Так получше будет. Витек в летнице и Воробей, тут уже и можно покувыркаться.
Воробей закатил свою Яву, и, увидев Палыча, довольно мирно поздоровался со всеми, потом подозрительно зыркнул на Лильку и выдал:
— О, Лихая, здарова, что тут делаешь?
Палыч выкатил шары и с подозрением зыркнул на Воробья:
— А ты что откуда мою чиксу знаешь?
Воробью были пофигу морские знаки, и он спокойно сообщил:
— Так я её в Джубге на пляже видел с пашковскими, с этим как его, армяшка…
— Саркис? — вдруг напрягшись, переспросил Палыч.
— Да хер его знает, может и он, — буркнул Воробей ставя на подножку моцык, — Андж как договаривались, ты обещал мне журнал показать как там…
— Ага! — ответил я наблюдая за реакцией Лильки на медленно багровеющего Палыча.
Лилька открыла рот, но не успела ничего произнести, как Воробей добил её фразой:
— Слышь Лихая, а джинсу вы девке той втюхали то?
А тут еще из летницы, вышел Витек, поигрывающий своими накачанными банками.
И Мадонна выперлась и, узрев девок, спросила меня, загоняя последний гвоздь в гроб непричастности Лильки.
Поделиться книгой: