Дети Безымянного

— Ты чудовище, — прошипела голова. — То, что ты сотворил со мной, отвратительно. Столь вопиющей несправедливости нет и не может быть оправдания.

— Формально, — заметил Давриел, — я представляю законную власть в этих землях, а ты пытался  прирезать меня во сне. На мой взгляд, то, что я сделал, вполне справедливо, и любой суд меня оправдает. Но давай заключим сделку. Ответь мне на пару вопросов, и я обещаю отпустить твой дух на волю.

— Я не стану помогать тебе причинять боль и страдания невинным, злодей!

— Ах, но взгляни-ка на эту бедную девочку на стуле, — произнёс Давриел, указывая на Тасенду. — Все жители её деревни были зверски убиты! Ночью их души похитил какой-то таинственный и ужасный монстр.

— Это случилось днём, — прошептала Тасенда. — И ничего таинственного в нём не было. Ты знаешь, что произошло. Ведь это сделал ты.

Голова перевела взгляд на неё, и её лицо приобрело сочувственное выражение. — Ах, дитя, — произнесла она голосом катара Ягрета. — Прости, я пытался, но подвёл тебя. Значит, всё вышло так, как я и боялся? Чудовища, подобные ему, редко удовлетворяются лишь парой убийств. Стоит им почувствовать жажду крови, как они возвращаются снова и снова...

Тасенда поёжилась.

— Порой меня и впрямь мучит жажда, — заметил Давриел. — Обычно я отдаю предпочтение хорошему красному вину, но после тяжёлого дня нет ничего лучше бокальчика тёплой крови невинно убиенных.

Голова вновь посмотрела в его сторону.

— Я даже купаюсь в ней, представляешь, — продолжал Давриел. — Прямо как в тех жутких историях. Не думай о том, насколько это непрактично — свёртывание, сложности с отстирыванием — просто прими это как данность. Но вам, чёрт возьми, всё время становится известно о моих гнусных ночных похождениях. И я хочу понять, каким образом. Как ты меня нашёл?

— О твоих злодеяниях я узнал в приорате, — ответил Ягрет. — Там мне рассказали о душах, что ты похитил.

— Кто рассказал?

— Сама приоресса.

Почему-то эти слова заставили Давриела нахмуриться. Его губы вытянулись в тонкую линию.

— Все знают о том, что ты творишь, — продолжил Ягрет. — Ты оставляешь за собой пустые оболочки, лишая их душ.

— Но почему вы решили, что это был я? — удивился Давриел. — Я, конечно, не из этих мест, но за годы, проведённые здесь, я понял, что у вас и без меня хватает угроз человеческой жизни. Почему вы уверены, что именно  я стоял за всем этим?

— Я уже объяснял тебе…

— Моя сестра тебя видела, — подала голос Тасенда, заставив обоих повернуться к ней. — Она беспомощно наблюдала за тем, как ты забрал моих родителей десять дней назад. А после этого — когда ты похитил души торговцев, путешествующих по деревням — тебя видел священник. А потом ты напал на Виллию посреди поля, наверняка разгневанный тем, что ей удалось сбежать от тебя прежде.

— Не притворяйся невиновным, чудовище! — воскликнул Ягрет. — Твои плащ и маску не перепутать ни с чем!

— Мои… плащ и маску? — переспросил Давриел.

— Те, что ты всегда носил, приезжая в деревню, — напомнила Тасенда. — Моя сестра хорошенько тебя рассмотрела.

— Она рассмотрела мои плащ и маску! — воскликнул Давриел. — Плащ и маску, которые я ношу специально, чтобы скрывать свою внешность и оставаться неопознанным! Никто не видел моего лица. Я прав?

Ну, формально Виллия видела только плащ и маску. Но всем было известно, что Хозяин Имения — злодей, который знается с демонами. Всем было известно, что...

Она снова посмотрела на Давриела, с его сборчатой сорочкой, тонкими усиками и фиолетовым галстуком — с его странным сочетанием мистических знаний и поразительной забывчивости.

— Адское пламя! — пробормотал он. — Похоже, у меня завёлся подражатель.

— Непростая задача, — откликнулась мисс Хайуотер. — Представь, сколько ему для этого пришлось бы бездельничать.

Давриел покосился на неё.

— Признай это, Дав, — продолжила она. — Изображать тебя под силу лишь непревзойдённому мастеру имитации. Большинство людей рано или поздно обязательно сделают хоть что-то полезное, и это моментально разрушит весь образ.

— Проверь, на месте ли плащ и маска.

— Освободи меня, — потребовала голова. — Я ответил на все твои вопросы.

— Я не уточнил дату и время, — ответил Давриел. — Я лишь сказал, что отпущу тебя на волю, и я сдержу слово. Когда-нибудь.

— Проклятые формальности!

— Насколько мне известно, именно формальности всё и решают.

— Но...

Давриел повернул что-то на крышке банки, и голова обмякла, её челюсть безвольно отвисла, а глаза закатились набок. Банка под ней вновь наполнилась тусклым сиянием.

Мисс Хайуотер порылась в платяном шкафу у боковой стены и извлекла оттуда чёрный плащ с характерным истрёпанным краем, напоминающим саван блуждающего призрака. Золотая маска изображала лицо демона с большими тёмными глазами, сложным узором извилистых линий и жуткой клыкастой пастью, похожей на оскал черепа. Хозяин надевал их каждый раз перед появлением на людях.

— Итак, — заключила она, — ваш наряд всё ещё здесь. Так что подражатель изготовил копию.

— Но зачем? — спросила Тасенда. — Какой смысл кому-то притворяться тобой?

— Мисс Хайуотер, — промолвил Давриел. — Так сколько, говорите, было покушений за последние пару недель?

— Четыре, — ответила она. — Пять, если считать эту девочку.

Давриел упал в кресло, потирая лоб.

— Что за вопиющая несправедливость! Кто-то там развлекается, а всю вину сваливают на меня! И как в таких условиях мне прикажете исполнять мои обязанности?

— Обязанности? — удивилась мисс Хайуотер. — Какие обязанности?

— В основном напоминать тебе о том, что нужно сделать, — пояснил он. — Не хочу, чтобы ты обленилась. На днях я даже написал себе напоминание..., — он похлопал себя по карманам, затем сунул руку за отворот пиджака и вынул клочок бумаги — весь залитый кровью от недавней колотой раны. Он укоризненно посмотрел на Тасенду.

— Ты… Ты и правда этого не делал, да? — тихо спросила она. — Ты не убивал жителей моей деревни.

— Адское пламя, разумеется, нет. Стал бы я истреблять деревню, которая снабжает меня чаем! Даже несмотря на то, что в этом году вы припозднились со сбором урожая, — он наградил Тасенду ещё одним укоризненным взглядом.

— Мы были заняты, — огрызнулась она. — Нас  убивали.

— Что за наказание? — простонал Давриел. — Я не могу позволить кому-то притворяться мной. Мисс Хайуотер, отправьте Злобогрыза, и, скажем, Верминала — пускай разузнают, кто может за этим стоять. А, и подумайте, где нам раздобыть новых крестьян. Может, если пообещать не пороть их первые два года, это привлечёт новых поселенцев?

— Ты поручишь это демонам? — изумилась Тасенда. — Почему бы тебе не заняться этим самому?

— У меня и без того уйма дел, — отрезал он.

— Он должен вздремнуть после ужина, — пояснила мисс Хайуотер. — Потом ещё слегка покемарить. Потом поспать. Потом понежится в кровати с утра...

Тасенда во все глаза смотрела на Давриела, который вальяжно развалился в кресле. Возможно, он и не убивал жителей её деревни, но  кто-то руководил шептунами во время нападения. Она слышала шаги, и люди видели кого-то, одетого в плащ и маску Давриела.

Убийца и его призрачные слуги по-прежнему находились на свободе. Ферласен была не единственной деревней в округе; оставалось ещё две, и вдобавок жители приората. Ещё сотням душ угрожала опасность. А Давриел собирался просто сидеть в имении, сложа руки?

Тасенда почувствовала, как в ней закипает гнев. Пускай этот человек и не убивал её друзей и семью собственноручно, но именно его неумелое и эгоистичное правление стало косвенной причиной тех смертей. Она решительно поднялась со стула, сбросив с себя верёвки.

Злобогрыз, всё это время наблюдавший за ней, шагнул к двери, отрезая ей путь к бегству. Но Тасенда и не думала бежать. Она бросилась вперёд и схватила сияющую банка со столика рядом с Давриелом, а затем — ни секунды не мешкая — со всей силы ударила её об пол. Банка разлетелась вдребезги, а голова укатилась в сторону.

Мерцающий огонёк души вылетел на свободу, и она услышала отчётливый вздох пленного катара, наконец-то избавленного от мучений. Огонёк поднялся повыше и принял очертания расплывчатой человеческой фигуры. Он выглядел именно так, как Тасенда себе и представляла — с волевым подбородком и горделивой осанкой, облачённый в плотное пальто охотника.

Воротник и впрямь был великоват.

Спа... Спасибо… Голос — словно дуновение ветра — пронёсся по комнате.

Давриел наблюдал за ними с выражением лица, смысл которого она не могла уловить. Изумление? Ужас от того, что она сделала с его трофеем?

— Формальности или нет, — сказала она, — а данное слово нужно держать. Уверена,что настоящий некромант не стал бы...

Спаси... спасибгрнб Спаааасиииииххх...

Тасенда осеклась и повернулась к призраку, который — вместо того, чтобы развеяться, как она рассчитывала — становился всё ярче. Его глаза расширились и превратились в бездонные чёрные провалы, исказив лицо. Пальцы вытянулись, а губы сложились в злобную кривую ухмылку…

— Катар Ягрет? — осторожно спросила она.

Тварь ударила молниеносно, полоснув бритвенно-острыми когтями по её руке. Крови не было, но руку пронзила ноющая боль, словно от мгновенного обморожения. Тасенда закричала и отшатнулась. Тварь — совершенно обезумевшая — бросилась на Давриела.

Злобогрыз был начеку. Огромный демон встал на пути у призрака, схватил его, словно тот был осязаемым, и отшвырнул назад. Дух издал гневный вопль, от которого у Тасенды заболели уши, и она со стоном зажала их ладонями.

Похоже, призрак мог становиться осязаемым по желанию — хотя в первый раз Злобогрызу удалось притронуться к нему, теперь он струился и ускользал, словно развевающийся на ветру занавес. При этом он снова и снова повторял искажённую версию слова «спасибо», умудряясь с каждым разом исковеркать его ещё сильнее.

Дух вновь поплыл к Давриелу, темнея и становясь более плотным. Злобогрыз выдернул из ножен меч, и тусклое магическое сияние клинка заставило призрака замешкаться.

Красная дымка заволокла глаза Давриела, сделав их зловеще-багровыми. Он встал, и из его ладоней вырвалась струя ревущего пламени, столь жаркого, что Тасенда невольно вскрикнула. Дух, оказавшись в эпицентре пожара, отозвался истошным визгом, затем свернулся, сморщился, и сгорел дотла.

На коврике и книжной полке позади него остался почерневший обугленный след. Тасенда смотрела перед собой, баюкая руку, которая до сих пор казалась заледеневшей в том месте, где по ней полоснули призрачные когти.

Красный туман в глазах Давриела развеялся. Он поморщился, словно волшебство причиняло ему боль, потёр виски и встряхнул головой. — Что ж, признаюсь, это пощекотало мне нервы. Злобогрыз, благодарю за своевременное вмешательство.

— Твоя душа достанется мне, оккультист, — прорычал Злобогрыз. — Я не забыл условия контракта.

Давриел подошёл к обгоревшему коврику и поддел пепел носком туфли.

— В твоей деревне случайно не было ткачей?

— Были, — ответила Тасенда. — Мастерица Гритих и её семья.

— Проклятье. Да будет тебе известно, девочка, что это огненное заклинание я вытянул из разума  крайне опасного пироманта. Приберегал его для особого случая.

— Катар…, — Тасенда растеряно моргнула. — Он ударил меня...

— Блуждающие призраки — гейсты, как вы их здесь называете — бывают опасными и непредсказуемыми. Многие из них, расставшись с телом, забывают себя, сохраняя лишь разрозненные обрывки воспоминаний. Ты поступила глупо и безрассудно.

— Мне очень жаль, — она отвернулась от обугленного коврика, прижимая руку к груди.

— Прекрасно. Рад это слышать, — Давриел кивнул головой в её сторону. — Мисс Хайуотер, будьте добры, расспросите девочку об этом самозванце, а затем вышвырните её в лес. И сообщите чертям, что если она ещё раз здесь появится, они могут сделать с ней всё, что пожелают.

— Вы не станете проверять её разум на предмет особых талантов, которые можно похитить? — поинтересовалась мисс Хайуотер.

— Да от неё за версту несёт Топью, — отмахнулся Давриел. — Нет уж, благодарю покорно. Головной боли мне и так хватает.

Один из демонов — горбатый, которого называли Бреригом — взял Тасенду за руку с намерением вывести из комнаты. Его кожа оказалась неожиданно нежной.

Тасенда упёрлась, пытаясь высвободиться из хватки демона. — Стойте! — крикнула она. — Моя виола!

Позади них любопытный чертёнок схватил виолу и принялся дёргать струны. Давриел небрежным жестом подозвал его к себе, и чертёнок мигом вручил ему инструмент.

— Я..., — пролепетала Тасенда. — Прошу. Это всё, что у меня осталось.

— Прекрасный инструмент, — произнёс Давриел. — Денег, вырученных с его продажи, как раз хватит на новый коврик. Но если ты будешь сотрудничать с мисс Хайуотер и расскажешь ей всё, что знаешь о самозванце, я, так уж и быть, разрешу тебе его оставить. Ты сама видела плащ и маску?

— Нет, — ответила Тасенда, понурившись. — Я... ничего не вижу днём. Благословение Топи — это одновременно и проклятье. Плата за те песни, что оно мне дарует…

Давриел вздохнул и махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.

Брериг вновь потянул Тасенду к двери за руку. — Пойдём, — приговаривал он. — Пойдём, я загадаю тебе загадку. Будет весело. Пойдём.

Она сопротивлялась ещё мгновение, а затем — когда к ним присоединилась мисс Хайуотер — всё же поддалась на удивление мягким понуканиям. Что... что же ей было уготовано теперь? За эту ночь она успела уже трижды избежать смерти. Шептуны. Топь. Хозяин Имения.

— Так значит, ты не видела самозванца, — уточнила мисс Хайуотер, на ходу извлекая тёмное перо и занося его над чистой страницей гроссбуха. —  Что же ты видела?

— Только трупы, — ответила Тасенда. — Очень много трупов. Я должна была остаться среди них. Моё место — в могиле…

— Не теряли ли они случайно цвет кожи? — окликнул их Давриел со своего кресла, продолжая вертеть в руках виолу. — Не становились ли они бледными или пепельно-серыми после того, как их опустошили?

Тасенда остановилась перед самой дверью, и демоны не стали её подгонять.

— Они выглядели так же, как и при жизни, — повернувшись, ответила Тасенда. — Только губы посинели. Их члены онемели, и несколько часов они оставались окоченевшими, — даже слишком окоченевшими, — а потом вдруг обмякли.

— Приостановка жизненных процессов вследствие прямого изъятия души, — рассеянно пробормотал Давриел. — Не исключено, что какой-то некромант- самоучка собирает урожай. Что же, могло быть и хуже. Если мисс Хайуотер сумеет разыскать души, полагаю, мы сможем откачать их до того, как начнётся процесс разложения. И тогда мне не придётся заказывать по почте новую деревню.

Тасенда не поверила своим ушам. Неужели от только что сказал...

— Откачать их?  — переспросила она. — То есть, вернуть их к жизни?

— Возможно, — ответил Давриел. — Для уверенности хорошо бы мне самому осмотреть тела. Но, судя по описанию, их состояние может быть обратимым — и сделать это будет гораздо проще, чем выращивать новых крестьян традиционным способом.

— Хотя, следует признать, далеко не так весело, — заметила мисс Хайуотер.