Поцелуй на краю ночи (СИ)

Последняя фраза прозвучала по-детски жалобно. Лютер снова вынул из кармана телефон и взглянул на экран, как будто мог пропустить сообщение.

Пока Джессика не дала ответ, было бы неплохо взять с собой кого-то третьего. Кого-то костлявого, болтливого и пахнущего дешевым одеколоном, которым, видимо, прижигали прыщи на тощей шее, появившиеся из-за слишком усердного бритья. Пара редких рыжих волосков все равно торчала на остром кадыке, напрочь отбивая всякий голод.

— Хорошо, — согласился Лютер, и рыжий тут же юркнул на заднее сиденье.

Рокси села вперед, пристегнула ремень безопасности.

— И ты с нами, Перси? — спросила она, и Лютеру показалось, что в ее голосе промелькнуло раздражение.

— Так что там, в тетради? — поинтересовался он у копа, садясь за руль.

— Аналитика по нераскрытым делам, мои наблюдения, — важно произнес Перси. — Вообще-то я почти уверен, что гибель Луизы — лишь часть пазла, и в Танорок пришло страшное зло.

Рокси сидела совсем рядом, такая теплая и наверняка дивно вкусная. Удачно, что она надела водолазку. Если что, высокий ворот прикроет след укуса.

— Возможно, вы правы, Персиваль, — криво усмехнулся Лютер и завел машину.

***

— Не думаю, что это хорошая идея, — заявила Сесилия.

Она села на стул, закинув ногу за ногу, всем своим видом давая понять, что разговор не закончен. Все такая же упертая и все еще красивая. Она не красила волосы, но седина ей шла, благородной серебряной оправой подчеркивая строгие черты. Сиреневый костюм выглядел элегантно и слишком нарядно для повседневного, и Джей с ума сходил от любопытства — уж не ради него ли Сесилия так приоделась.

— А я полагаю, все сложилось очень удачно, — возразил он.

Идея казалась ему не просто хорошей, а великолепной. Не хватало еще специальных агентов, рыскающих по Танороку! Как будто без того проблем мало. Нет, подсунуть Фосбергу юную красотку Рокси — прекрасный план. Агент уже поплыл: хватал ее за руки, смотрел плотоядно. Вот пусть лучше думает, как окучить девушку, а не сует нос куда не надо.

Что до Рокси — тоже вреда не будет. Напротив: может, уймется да оставит беднягу Прайса в покое. Клин клином…

Разумеется, говорить это Сесилии он не стал.

— Я ему не доверяю, — проворчала она. — У меня нехорошее предчувствие, Джей.

— Слушай, хватит с меня Перси, — раздраженно бросил он. — Тоже носится с какими-то предсказаниями, гороскопами, приметами… Я б уже уволил его к чертовой матери, да жалко. И почерк у него хороший. Вот как заяву на твою Рокси оформил — загляденье.

Сесилия изогнула бровь, взяла свеженькое заявление от мамаши Криса, сложила его несколько раз и, порвав, бросила в мусорное ведро.

— Агент Фосберг присмотрит за Рокси, раз уж ты не справляешься, — не сдержался Джей, проводив взглядом бумажные обрывки. — Лучше пусть с ним, чем одной по ночам шляться. Клумба еще эта идиотская… Вот скажи, что такого у них с младшим Прайсом произошло?

Сесилия неопределенно пожала плечами и, степенно поднявшись, пошла к выходу. Давнишняя травма почти не давала о себе знать. Если не приглядываться, так и не заметишь, что на правую ногу женщина опирается чуть тяжелее.

— Может, пропустим по стаканчику вечером? — предложил Джей ей в спину.

— У меня другие планы, — отказалась она.

Глава 3. Место преступления

Рокси сидела на пассажирском сиденье, искоса поглядывая на Лютера. Он согласился взять ее в напарницы, и теперь Рокси грызли сомнения. Ясно, что помощь ему не нужна — вон как уверенно ведет машину, как будто всю ночь напролет изучал карту города. Да и кофе она варить толком не умеет. А что касается отчетов, то с ними куда лучше бы справился Перси, который смотрел на специального агента со щенячьим обожанием.

Вывод напрашивался очевидный — агент Фосберг положил на нее глаз. Однако помимо немного старомодной галантности он пока что не позволял себе ничего такого. Тем лучше для него! Потому что она не какая-нибудь доступная девка.

Рокси от волнения прикусила ноготь и отвернулась к стеклу, за которым проплывали улицы родного города. Двухэтажные дома, аккуратные участки, некоторые даже с бассейнами. Бог знает зачем — тут постоянно идет дождь.

Но если она откажет агенту Фосбергу, то он может передумать и отправить ее мести улицы, и она так и не узнает, что случилось с Луизой, а значит, и с мамой.

Вчерашний план держать его на поводке трещал по швам. Очевидно, что агент Фосберг, в отличие от Криса, — зрелый мужчина и захочет куда большего, чем поцелуи. Но вдруг не захочет?! Крутит себе руль, а в ее сторону и не смотрит. Как же все сложно!

Рокси раздраженно мотнула головой, отбрасывая с лица отросшую челку, которую в дурацком порыве обрезала после расставания с Крисом. Это тоже его вина.

— Хочу заметить, что клумба получилась огонь, — немного смущаясь, произнес Перси.

— Спасибо, — буркнула она. — Хочешь, тебе такую же сделаю?

— Нет. То есть да, но… Ты смеешься, — понял он.

— Расскажи лучше, что там в твоей алой тетрадке, — попросила Рокси.

Мало ли, вдруг Перси наткнулся на ответы. Он-то все выложит как на духу и без поцелуев.

Перси и правда колебался недолго.

— Вы знаете, что в Танороке статистика по несчастным случаям почти в два раза хуже, чем в соседнем Уиллоушире? — спросил он, обращаясь скорее к Лютеру. — Шеф говорит, это потому, что у нас лесопилка, а у них ткацкая фабрика, но диких животных, аварии и падения с лестниц — прости, Рокси — не отнесешь на вредное производство.

— Ты падала с лестницы? — тут же спросил Лютер, нахмурившись и бросив на нее озабоченный взгляд.

— Нет. Не я. Бабуля, — ответила Рокси, сама не понимая, отчего ее так взволновал простой вопрос.

Быть может, потому, что в голосе агента Фосберга прозвучало искреннее беспокойство

— Рокси бросила колледж и вернулась в Танорок, чтобы ухаживать за миссис Медоу, — добавил Перси с такой гордостью, как будто его это как-то касалось. — Все думали, Сесилия останется в инвалидном кресле, но Рокси буквально поставила ее на ноги.

— Может, вернешься к делу? — предложила она. — Мы ведь собрались не для того, чтобы обсуждать мою жизнь.

— Где ты училась? — спросил Лютер.

— В колледже искусств. Хоть это и неважно.

— Рисование?

— Танцы. Давайте поговорим о Луизе. Может, дадите взглянуть на материалы дела? Вдруг я свежим глазом увижу какую-то деталь, несоответствие, что-то такое, что остальные упустили…

— Она ведь ходила к тебе в группу, правда? — наморщил лоб Перси. — Я видел ее у спортивного центра в таких розовых облегающих штанишках. Кажется, она здорово похудела.

— Ты работаешь тренером? — догадался Лютер.

— Она ведет группу пилатеса, — тут же влез Перси. — Я ходил пару раз в том году. Очень хорошо для спины, и потом легкость во всем теле, но шеф мне запретил...

— Луиза и правда ходила ко мне на занятия, — подтвердила она. — И показала очень хороший прогресс.

— Вы дружили? — спросил Лютер.

— Я бы не сказала, — ответила Рокси и вновь отвернулась, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции.

Ей нравилась Луиза Паркер. Полноватая хохотушка, добрая, отзывчивая и совершенно неконфликтная. В женских группах характер виден сразу: кто-то готов чуть ли не драться за любимое место в зале, кто-то бегает жаловаться администратору на сквозняк или духоту, кто-то просто ходит с таким лицом, что сразу видно — пэмээс. А Луизу все устраивало. Она приходила в зал в хорошем настроении, старалась выполнять упражнения и не расстраивалась, если что-то не получалось. Она помогала убирать спортивные снаряды, если другие девушки забывали или не хотели этого делать. Она здоровалась и прощалась с неизменной улыбкой, и даже оставила на сайте теплый благодарственный отзыв, который Рокси перечитала несколько раз.

— Она изменилась, — сказала Рокси, повернувшись к Лютеру. — Что-то произошло перед ее гибелью. Она похудела, это так, а еще стала резче, жестче и научилась давать отпор.

— Была какая-то ссора? — уловил он.

— Ерунда, в общем, — немного смутилась она. — Луиза не захотела меняться ковриками с Сидни.

— Сидни Моллес? — уточнил Перси.

— Если бы та попросила другим тоном, Луиза бы скорее всего уступила, — сказала Рокси. — Но ты же знаешь Сидни… Луиза отказала ей не моргнув глазом.

— Вряд ли ее убили из-за гимнастического коврика, — заметил Лютер.

— А это все же было убийство? — уцепилась за его слова Рокси.

Он глянул на нее, а потом вынул из кармана плаща початую шоколадку и откусил.

— Мы точно не знаем, — ответил вместо него Перси.

***

Лютер остановил машину у входа в парк, и Рокси отстегнула ремень безопасности.

— Подождете меня здесь, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Но, агент Фосберг, — лицо Персиваля обиженно вытянулось, — я… мог бы сориентировать вас на местности.

— Не надо, — отказался тот.

— Я бы хотел, если позволите, взглянуть на ваши методы работы…

Лютер едва заметно усмехнулся и покачал головой.

— Ждите меня здесь, — повторил он и, выйдя из машины, направился в глубь парка.

Подождав, пока он скроется под тенью деревьев, Рокси решительно открыла дверцу машины.

— Ты же не собираешься идти за ним следом? — громким шепотом ужаснулся Персиваль.

— Ты же не собираешься сидеть и ждать его, как верный пес? — в тон ему спросила Рокси. — Да брось, будем держаться в сторонке, он и не заметит…. Впрочем, можешь оставаться, сама пойду.

Она вышла из машины и, поежившись, застегнула куртку. Дождь наконец перестал, но темные тучи затянули небо над городом, спрятав солнце. Царство теней и сумрака, королевство дождей и туманов — вот чем был Танорок, и, шагая к воротам парка по влажной листве, Рокси придумывала новые эпитеты, которые становились все мрачнее: болото уныния, пустошь безвестности, кладбище бесплодных надежд.

Ей и правда пришлось оставить колледж и забыть о мечте стать хореографом, но она давно перестала об этом жалеть. Бабушка поправилась, и это главное. А еще Рокси внезапно узнала кое-что о себе. Кое-что такое, что меняло все.

Она остановилась у входа в парк. Забора не было, а старинные чугунные ворота стояли открытыми нараспашку. Створки вросли в землю, и по левой полз веселый вьюнок. Давным-давно у озера жили какие-то аристократы, решившие разбить чудесный сад. Аристократы давно почили, их белокаменный особняк пришел в негодность, а сад расползся вокруг озера, грозясь превратиться в настоящие джунгли. Периодически тут что-то выкорчевывали и подстригали, и по центральной дорожке можно было гулять, не пригибаясь под ветками, а мелкие тропинки разбегались по парку, как кровеносная система по телу, извиваясь самым причудливым образом.

Рокси не была в парке после того, как здесь нашли тело Луизы, и теперь в темной глубине ей мерещилось нечто жуткое. Лютер сказал — убийство, но Рокси и сама это знала. Кто-то заманил добродушную пышку Луизу в парк, и там напал на нее и нанес раны, несовместимые с жизнью, — так написали в местной газетенке.

Сидни, та самая стервозная блондинка из вечерней группы, говорила, что зверь перегрыз Луизе горло, и кровь вытекла из ее тела, впитавшись в листву.

Рокси шагнула под тень деревьев. Она знала старый парк как свои пять пальцев, она облазила все тропинки и даже купалась в озере, несмотря на бабулин запрет. Но сейчас Рокси казалась себе маленькой девочкой, ступившей в страшную чащу, где уже облизывает клыки матерый волк.

Рядом треснула ветка, и Рокси, подпрыгнув от неожиданности, обернулась и увидела Персиваля.

— Мы оставили машину открытой, — осуждающе произнес он.

Выдохнув, она прижала руку к груди, успокаивая заколотившееся от испуга сердце.

— Думаешь, кто-то украдет у агента Фосберга его запасы стремного шоколада? — предположила она.

— А что не так с его шоколадом? — заинтересовался Перси.

— Какой-то особо мерзкий рецепт, — ответила Рокси, вглядываясь вдаль.

Дорожка стелилась прямо и просматривалась вперед до самого озера, однако Лютера не было видно. Куда он подевался?

— Как думаешь, почему смерть Луизы вызвала интерес бюро? — спросила она. — Почему они решили прислать агента?

— Вообще-то это я отправил заявку, — признался Перси и поспешно добавил: — Только не говори шефу, а то он меня убьет.

— Мы с Джеем о’Коннелом, знаешь ли, не треплемся о том, о сем как старые друзья.

— Зато твоя бабушка — да, — он смерил Рокси оценивающим взглядом, будто сомневаясь, можно ли доверить ей тайну, и мрачно произнес: — Тело Луизы было обескровлено.

Рокси быстро обернулась туда, где послышался шорох — как будто хищник медленно крался к ней, чтобы наброситься из-за кустов. Вот только его ждет сюрприз. Потому что она вовсе не девочка в красной шапочке и готова постоять и за себя, и за тех, кого любит.

— Если хищник перегрыз артерии…

— Все равно, — Перси упрямо мотнул рыжей вихрастой башкой. — Да, ее нашли в луже крови, но сердце бы остановилось раньше. Я думаю, что это был…

— Вампир, — закончил за него Лютер, внезапно появляясь из-за дерева, и Рокси отшатнулась, а сердце снова забилось чаще. — Я читал вашу заявку, Персиваль. Хорошо написано, с вдохновением. Вы почему не выполняете приказы?

— Это все она, — быстро сдал ее Перси, спрятавшись за ее спину, и Рокси, обернувшись, бросила на него негодующий взгляд.

— Мне было интересно, — нахально заявила она, чувствуя себя нашкодившим ребенком. — И я не подписывалась сидеть в душной машине. В конце концов, мы одна команда. Значит, должны работать вместе.

— Да, — поддакнул из-за ее плеча рыжий предатель.

— Одна голова хорошо, а три лучше.

— Да!

— Вы должны использовать нас, — она сбилась, когда Лютер вдруг шагнул ближе, а его серые глаза жадно вспыхнули, но Перси подхватил ее мысль: