Центророзыск. Испанское золото

— В этом вопросе есть еще одна проблема, — высказал свое мнение Федорович, уже понимая, куда клонит Артузов. — У каждого склада, арсенала или генерального штаба человека не поставить. Как отличить испанца от итальянца или бразильца? Встречи и переговоры о покупке могут проходить где угодно. Газеты об этом не напишут.

— У меня есть кое-какая информация, кто и где будет этим заниматься в ближайшее время. Надеюсь, будет еще, — ответил разведчик. — Приезжают агенты с деньгами, не бедные. Им нужно демонстрировать свою представительность. Они селятся в приличных отелях, гуляют в дорогих ресторанах, почти всегда приглашая с собой будущих продавцов. С вербовкой информаторов тоже нет особых проблем. Общество разделилось. Газеты, можно сказать, работают на нас, печатая сводки с фронтов. Зайди в любой бар, послушай разговоры, и ты всегда найдешь родственную душу, желающую помочь народу Испании. Не мне тебе рассказывать, где и кого искать, ты на этом собаку съел.

— Значит, ты предлагаешь мне заняться этим делом, — задумчиво проговорил Федорович.

— Принимать решение, конечно, тебе, но я почему-то уверен, что ты бы все равно не остался в стороне, а так — это реальный шанс помочь.

— Да я уже и так не в стороне, только вот голову ломал до твоего сигнала на встречу, как с пользой дело решить.

— Значит, работаем вместе?

— Да о чем разговор. Сделаем, раз надо. Тем более что на всем на этом можно неплохо заработать, — старый оперативник с улыбкой приподнял бокал с вином в знак согласия.

— Ну ты хитрец. Уже и выгоду свою почуял. Вы крепко изменились с прежних времен, герр Аубахер, — тоже улыбнулся разведчик, салютуя своим бокалом.

Мужчины, закрепляя договор, отпили по небольшому глотку.

— Я так понимаю, — Федорович вернулся к прежнему разговору, — что не только этот Альварес шастает по Европе в поисках оружия.

— Правильно понимаешь. Как быстро ты можешь начать действовать, и сколько у тебя для этого людей? — спросил Артузов.

— Можно сформировать две-три команды, — задумчиво протянул оперативник, — в каждой человек по пять-шесть. Если в каком-то случае потребуется больше людей, значит, найдем и больше. Через два дня они будут здесь, но к этому времени мне нужны для них конкретные цели.

— Цели для них у меня уже есть, но твои люди здесь не нужны, работать им придется в Чехословакии, Австрии и Голландии. А теперь рассказывай, что у тебя тут случилось? — потребовал Артузов.

— Еще не случилось, но должно случиться обязательно. Три дня назад в мою компанию обратился некий господин с просьбой о найме десяти пятитонных грузовиков для перевозки груза во Францию. На резонный вопрос о конечной точке маршрута, от чего зависит стоимость аренды автомобилей, он назвал город на границе с Испанией — Ир. О характере груза, подлежащего перевозке, клиент уклончиво ответил, что пока точно не знает и просто выполняет требование своего хозяина о найме транспорта. Дату подачи машин на погрузку тоже назвал приблизительную — пять-семь дней. Не торгуясь, внес задаток, оплатил возможный простой транспорта и оставил требуемую сумму на оплату страховки машин. Меня такая недосказанность насторожила, и я отправил одного из своих парней осторожно разузнать что можно о клиенте. Им оказался некий господин Григорио Перес. Получив щедрую благодарность за информацию, дежурный регистратор отеля просмотрел карточки клиентов и сообщил, что в день регистрации Переса в отеле поселились Августо Маркес и Альварес ла Конто де Базилио. Последний занял один из самых дорогих номеров. Я приказал своим ребятам присматривать за этим Альваресом. А на следующий день он встретился с одним господином, который после рандеву отправился прямиком в здание генерального штаба. Тут всё и сложилось. Не апельсинами же генеральный штаб торгует, — усмехнулся Федорович, — их и в Испании хватает.

— Вот даже какие господа на побегушках у Франко, — с ноткой легкого сарказма в голосе проговорил Артузов.

— Неужто твой знакомый?

— Да нет, не имел чести. Но очень родовитая сволочь.

— Это я понял.

— А ты знаешь, как переводится Базилио? — и, не ожидая ответа от Федоровича, разведчик ответил сам: — Король.

— Вот мы этого короля и подвесим, как Буратино, и золотишко из него вытрясем, — ухмыльнулся оперативник.

— Удивил, Федорович. Ты что, и «Золотой ключик» читал? С чего вдруг?

— Ты знаешь, Артур, внук у меня появился, — немного смутившись, проговорил старый чекист.

— Еще больше удивил. Рассказывай, раз начал.

— Ну не совсем внук, но внук, — как-то путано ответил Федорович. — Степка. Смышленый, — произнеся эту фразу, битый, изломанный жизнью мужчина нежно улыбнулся, и даже морщины на его лице разгладились от воспоминаний и нежности. — Помнишь нашу операцию по захвату начальника лагеря в Сибири? Командиром той группы был мой агент еще по Центророзыску, а Степка его сын.

— Тезка, значит. Поздравляю, — понимающе произнес разведчик. — Береги малыша.

Старик благодарно кивнул. Отрешенность и мечтательность начали исчезать с его лица, и когда он поднял глаза, Артузов опять увидел жесткого несгибаемого бойца. Понимая, что больше откровений не будет, разведчик продолжил:

— А у меня к тебе другое предложение. Не надо трогать нашего Базилио.

— Что-то я тебя не пойму, — удивился оперативник. — То ты просишь помощи сорвать закупки оружия, то не надо трогать.

— Как ты думаешь, сколько у нас есть времени до момента, когда твои машины с грузом дойдут до границы с Испанией?

— Думаю, как минимум два дня у нас есть, — ответил Федорович.

— Я уверен, что когда вы туда доберетесь, следующим шагом твоего нанимателя будет просьба ее пересечь.

— А за это время ты свяжешься с испанскими товарищами, и они нас встретят на той стороне, — спокойно и даже несколько флегматично продолжил фразу разведчика старый оперативник.

— Схватываешь на лету, старый лис. Тебя не проведешь, но думаю, что так не получится, — с сожалением проговорил Артузов. — В этом районе, куда он хочет привезти груз, у франкистов, конечно, есть окно на ту сторону, но линия фронта меняется. Окно может быть перекрыто. Сделаем по-другому. Я свяжусь с испанскими товарищами, на французской стороне вас уже будут ждать. Произойдет тихий захват вашей колонны. Местные французские товарищи сами разберутся, когда и где будет удобнее перегнать машины на ту сторону, да и твоим людям так безопаснее, они будут вне подозрений.

— Согласен, — кивнул оперативник. — Только у меня один вопрос. Как я понимаю, данная операция по перехвату оружия «проведена» одной из твоих нелегальных резидентур во Франции? И никто не будет заниматься перегрузкой оружия из моих грузовиков на другой транспорт?

— Всё правильно понимаешь, — подтвердил Артузов.

— Так пусть эта «резидентура» и обеспечивает грузовики под перевозку. И так уже дважды два не трудно сложить.

— На меня намекаешь? Смеешься? И что ты хочешь?

— Что тут непонятного? Компенсацию их стоимости. Мне ведь надо будет дальше работать. Я, в отличие от твоих нелегалов, на довольствии в наркомате обороны не состою.

— Ну ты и пройдоха. Сам ведь сказал, что застраховал машины. Вот и получишь компенсацию, — возразил разведчик.

— Когда эта страховка еще будет, и будет ли вообще. Поднимется страшный шум. Во Франции начнется расследование. Страховая компания встанет в позу и может отказать в выплате.

— Это еще на каком основании? — удивился Артузов.

— Например, моя компания поступила авантюрно, — объяснил Федорович. — Недостаточно проверила клиента. Перевозила запрещенный груз, что спровоцировало нападение и захват грузовиков. Факта не скроешь. Мне молчать тоже нельзя, свидетелей хоть отбавляй.

— Согласен. Такое не замолчишь, даже если мы испанцев уберем. А ты знаешь, — помолчав несколько секунд, проговорил разведчик, — может, это и к лучшему. Пора вам, герр Аубахер, бросать свою нейтральную позицию и переходить в лагерь сильнейших. Ведь вы уже выбрали, на чьей вы стороне. Помогли тем, кто должен стоять у власти в Испании, но неожиданно и несправедливо вам нанесен серьезный ущерб. Вы пострадали за свои убеждения. В Дании сейчас немало сторонников Гитлера. В правительстве уже кое-кто одобрительно посматривает в сторону Германии. Вас поймут и поддержат.

— Гладко говоришь, — вздохнул оперативник. — Если честно, я уже сам подумывал сменить окрас, как говаривали мои бывшие знакомцы с Марьиной рощи, да всё как-то случай удобный не подворачивался.

— Вот, значит, и подвернулся. А под этот случай я тебе и подарок сделаю, — Артузов полез в карман и вытянул из него цепочку, на конце которой был прикреплен металлический кружок, в центре которого был вычеканен орел третьего рейха и шла надпись золочеными буквами.

— Что это? — спросил Федорович, протягивая ладонь.

— Читай, — усмехнулся разведчик.

По обводу кружки шла гравировка «Gehaim Statz Polizai», а на обратной стороне был номер.

— Гестапо, — протянул оперативник, убирая значок в карман. — За подарок спасибо, может, и пригодится.

— Ну, значит, договорились, — улыбнулся Артузов, протягивая бокал в сторону старого чекиста.

— Хитрец. Договориться договорились, но деньги вперед.

— Будут тебе деньги, — вздохнул разведчик. — Завтра в контору занесут. Вы ведь, герр Аубахер, предпочитаете наличные?

— Только наличные. Схватываешь на лету.

Мужчины дружно рассмеялись и, чокнувшись, закрепили договоренность.

— Ты уверен, что с таким грузом у моих парней не будет проблем во Франции? — задал вопрос Федорович. — Я бы не хотел, чтобы они отдыхали во французской тюрьме, когда есть много интересной работы.

— Ты же знаешь, что Франция выступила с международной инициативой о невмешательстве в испанский конфликт. Сделала она это, шантажируемая Англией, которая заявила, что в случае ее военного конфликта с Германией не сможет прийти на помощь. Но не это главное. Для нас в данном случае важно то, что она не хочет ссориться с Германией, активно поддерживающей Франко. Машины с оружием французы пропустят через свою территорию, зная, для кого оно предназначено.

— Пособники.

— Ты слишком категоричен, — не согласился с другом Артузов. — Это политика. Во французском правительстве сидят социалисты, и они симпатизируют народному фронту Испании, втихомолку помогают, чем могут. Никто не хочет себе навредить. Они просто «не заметят» колонну с оружием для франкистов, но и арестовывать граждан чужой страны не будут. Поднимется шум в газетах, а это никому не нужно. Там не было ни колонны с оружием, ни твоих людей.

— Грязная вещь эта политика, — буркнул Федорович и, сделав небольшой глоток вина, задал новый вопрос:

— А скажи-ка мне, до каких пор мы будем помогать Гитлеру?

— Ты это о чем? — недоумевающе посмотрел на него разведчик.

— Танковый учебный центр в Казани. Летный учебный центр в Липецке. Испытательный полигон под Томском. Фактически мы готовим своего врага, с которым, я не сомневаюсь, очень скоро будем воевать.

— Понятно, — протянул Артузов. — Так вот сообщаю — кончилась наша помощь. Как только в тридцать третьем году Гитлер пришел к власти, все курсанты были отозваны в Германию. Да и как сказать, чья помощь это была? Мы им помогали или они нам? Да и не Гитлеру мы тогда помогали, а Веймарской республике.

— Ну-ка, поясни, — потребовал Федорович.

— Да, эти центры были созданы по немецкой инициативе, но они были наши. Немцы привезли с собой всю технику и фактически материально содержали эти центры. По соглашению вместе с ними там проходили обучение и наши курсанты, и мы выпустили оттуда в несколько раз больше подготовленных командиров, чем получила Германия. Во всех наработках и проводимых экспериментах участвовали наши специалисты. На наших заводах и в конструкторских бюро в это время работали немецкие инженеры, помогая нам создавать и проектировать новые танки и броню. Мы получали в оплату из Германии станки и другое оборудование, которого у нас пока нет. Так что еще неизвестно, кто больше выиграл от этого сотрудничества, — развел руками Артузов.

* * *

— Томас, меня не будет дня четыре. Остаешься в конторе за старшего, — объявил герр Аубахер. — Твоя главная задача — удовлетворить все требования нашего испанца. Что с заказанными им грузовиками? Нам не нужны незапланированные остановки на дороге.

— Не волнуйтесь, герр Аубахер. Всё, как вы приказали. Восемь грузовиков уже в гараже, водители занимаются осмотром машин перед рейсом. Обнаруженные неполадки устраняются. Еще две придут сегодня, мы успеем их подготовить.

— Маршрут движения?

— Готов. Ознакомлю с ним водителей перед выездом. Хотя все равно пойдут одной колонной без отставших. В каждой машине в канистрах по сорок литров бензина на непредусмотренные случайности, — ответил Томас.

— Хорошо. Теперь слушай внимательно. Поедешь старшим в колонне. Испанец, скорее всего, будет вас сопровождать на своей машине. Как ты знаешь, груз специфический. Во Франции возможно всякое, и он будет его оберегать. На погрузке ты «догадаешься» о характере груза, водители, конечно, тоже. Устрой представление. Отказывайтесь от поездки. Ссылайся на большой риск и вину заказчика, что он не предупредил заранее о характере груза. Вы не хотите попасть во французскую тюрьму. Требуйте надбавку за риск. Утверждай, что если я узнаю о грузе, то могу всех вас уволить за подрыв доверия к фирме. Мы вне политики. Он никуда не денется, заплатит, машины же уже загружены. Отступать поздно, да и вам больше доверия. Требуй от него разрешения на провоз оружия, пусть хоть по нашей территории. Надеюсь, ты меня понял, разберешься, — дал указания Федорович.

— Сделаю. Можете быть уверены.

— Во Франции, когда доедете до границы, испанец предложит перевезти груз на ту сторону. Перед этим он должен обязательно связаться с агентом франкистов на французской стороне, чтобы проверить, открыт ли коридор, и получить пароль и проводника.

— Мне надо будет этого агента вычислить?

— Нет. Вас всех будут там контролировать. Проследить за этим Базилио не удастся. Я пошлю впереди вас своего человека. Этим займется он, — пояснил хозяин.

— Что делаем мы?

— Не соглашаетесь ни на какие уговоры. Требуете разгрузки. Там идет война, вы не хотите быть пленными или, тем более, убитыми. Вернуться без транспорта вы тоже не можете, а машины вам обратно угнать из Испании не дадут. Заберут на нужды армии.

— Это долго продолжаться не сможет. Они могут пойти на радикальные меры. Что стоит закопать десяток человек, — заметил Томас.

— Правильно. Поэтому вы должны приехать в Ир в первой половине дня или в обед. Переход через границу, скорее всего, происходит ночью, если пограничники и таможня не совсем едят с рук. Там гористая местность, так что ночью не ездят, а ползают. Погода тоже может подвести. Шуметь днем, чтобы вас убрать, они тоже не будут. Так что останавливайтесь в городе и дальше ни ногой. Держитесь вместе.

— Не думаю, что они сразу решатся с нами покончить. Наше устранение не решает их проблемы. Кто поведет грузовики? Первого встречного за руль не посадишь, тем более через границу, в страну, где идет война. Да у местного агента и не может быть под командованием отделения бойцов, они ему не нужны. Обыкновенная завербованная пешка. Всех возможностей — встретил, передал, возможно, перевел на другую сторону. На месте разберусь.

— Там без тебя разберутся. Не перебивай. Наш человек вычислит агента и сообщит на ту сторону, что вы прибыли. Местные французские товарищи помогут или бойцы народного фронта придут с той стороны. Ночью вас свяжут, машины угонят, испанцев заберут с собой. Утром можете идти в полицию. Если спросят, что был за груз, скажете, что везли рыбные консервы, — пояснил Аубахер.

— Ну, если так, то тогда это просто прогулка.

— Хочу надеяться, что так оно и будет. Возможно, мой человек захочет с тобой связаться. Пароль для встречи на немецком языке: «Не подскажете, который час?» Ответ: «Мои спешат, где-то без пятнадцати».

— Все понятно. Сделаю все в лучшем виде, — ответил старший колонны.

— Надеюсь. Удачи тебе.

* * *

— Кажется, ты хотел помочь нашим испанским товарищам? — задал вопрос Федорович спустя два дня, сидя в привычном кресле на втором этаже бара «Усталый докер». — Будет тебе Испания, но в Чехословакии.

— Это как? — спросил Василий.

— У нас появилась работа. Франко разослал своих людей по всей Европе с заданием покупать оружие, боеприпасы, медикаменты. За очень хорошие деньги вербует в свою армию врачей и военных инженеров. Сейчас его эмиссары пытаются купить оружие в Чехословакии, Австрии, Голландии, да и в других странах наверняка. Наша задача — помешать этому.

— Откуда дровишки? Ты виделся с Артузовым?

— Хорошо соображаешь. Да, я встречался с ним, и он просил помочь.

— Неплохо наши ребята у Франко работают. Но нас на все страны не хватит. Что, у НКВД нет специалистов по мокрым делам?

— После скандала с нашими нелегалами в Дании Сталин запретил силовые акции штатным сотрудникам. Еще одного провала наши дипломаты не переживут.

— А что, наша старушка Англия тоже приторговывает? Может, сначала здесь наведем порядок? — предложил Василий.

— Ей торговать особо нечем. С серьезным противником на суше она никогда и не воевала. Сухопутная армия не перевооружена. Кое-какого старья, конечно, наскрести могут, но это копейки. Из всех военных трофеев — копья южно-африканских зулусов да кремниевые ружья индийских сингхов. Думаю, скоро хватятся, да поздно будет. Продали пяток самолетов республиканцам да два десятка Франко. И вашим, и нашим. Вот и вся Англия, — подвел итог Федорович.

— Какова моя задача?

— Ты берешь своих людей, сколько посчитаешь нужным, и отправляешься в Брно. В городе и его предместьях расположены цеха и заводы фирмы «Зброевка», крупнейшего европейского производителя отличного оружия. В настоящее время Чехословакия является мировым экспортером по его производству. В этот город для закупки оружия Франко направлен некий Расул Бакар.

— Это еще что за птица? — удивился Василий. — Судя по имечку, на испанца совсем не похож.

— Франко притащил из Марокко наемников. Берберы жестоки и воинственны. В смелости им тоже не откажешь. Они никогда не видели танков, но не запаниковали и даже смогли оказать достойное сопротивление при наступлении республиканцев.

Историческая справка