В джазе только чижик-пыжик

— Да, и иногда он в этой панике становится слаб в постели. А для меня это важно! Я начинаю думать, что это со мной что-то не так, что он меня больше не хочет, — подхватила Яна и капризно надула губы, видя, как Валериан взглянул на нее.

«Один — один!..» — подумала Цветкова.

— Ну, что ж… Мне ваши проблемы знакомы, в них нет ничего особенного, это абсолютно наш профиль. Мы вам поможем. А вы не переживайте и не нервничайте. Вы очень гармоничная пара! Сейчас вас отведут в вашу палату, отдыхайте. Завтра начнется реабилитация.

Доктор нажал на какую-то кнопку, и появилась молоденькая медсестричка в коротком халатике и пригласила следовать за ней.

— Надеюсь, не она будет заниматься моим парнем на лечении? — не выходила Яна из образа.

— У нас персонал высокопрофессионален. Никто никогда не позволит себе ничего личного с пациентами. За это увольнение, — успокоил ее Даниил Павлович.

— Подумаешь, наказание! — фыркнула Яна.

— У нас очень хорошие зарплаты и работники держатся за свои места, — пояснил Даниил Павлович.

— Если она навиляет на свою упругую задницу моего парня, вообще работать не будет. Он же мало что молодой и красивый, он — богатый! Не хочу, чтобы им занимались такие медсестры!

— Дорогая, идем. Пожалуйста!.. — взял ее под руку Валериан и вытащил из кабинета главного врача.

Они оказались в палате, которая выглядела как люксовый номер солидного отеля. Большие окна с балконной дверью и каскадным текстилем — занавесками фисташкового цвета. Такого же цвета диван перед журнальным столиком, два кресла, двуспальная кровать с фигурным изголовьем цвета слоновой кости с золотом, шкаф, трюмо, ванная комната со всеми наворотами.

— Прикольно! — с нарочитой растерянностью произнесла Яна. — Значит, я жирная корова?

— А я слаб в постели? — уточнил Валериан.

— И зачем ты сделал нас парой? — спросила Яна.

— А ты хотела бы жить в женском отделении, а я чтобы в мужском? Ты ведь должна присматривать за мной, — улыбнулся он.

— Ничего я не должна. Хотя, да… Маме обещала. Но ложиться с тобой в одну кровать точно не обещала!

— Не волнуйся, я расположусь на диване. Как же ты убедительна! Такая ревность!.. Даже я поверил. Думаю, что наш эскулап тоже, — сказал Валериан.

— Старалась. Неужели я и правда выгляжу как анорексичка? — спросила Яна, ощупывая свои ребра. — Всегда такой была.

— Выглядишь ты хорошо, если не сказать — сногсшибательно. А наш-то эскулап за любую информацию зацепится, лишь бы заманить в свою клинику. По такой цене! Чур, я в душ первый. Я быстро.

— Ладно, — стащила Яна резинку с волос, распуская волосы. — Я люблю долго в ванной полежать, понежиться в пене. Самый лучший релакс!..

Глава пятая

Валериан с интересом рассматривал Яну. Лучи солнца щедро заливали их комнату. Она сидела напротив него в кресле абсолютно без косметики, в белом махровом халате.

Уже знакомая медсестра в коротком белом халатике на сервировочном столике прикатила им завтрак. На журнальный столик перед Валерианом перекочевали бутерброды с красной икрой, яичница с беконом и томатами, запеченная груша с маскарпоне, свежевыжатый апельсиновый сок. И все это было в одном экземпляре. Затем медсестра с самым прискорбным выражением лица повернулась к Яне.

— Мы знаем ваше отвращение к еде, нежелание принимать пищу, но вы должны сделать над собой усилие и выпить этот концентрированный белковый коктейль, созданный по нашей диетической технологии. Белок разработан в молекулы и даже такому привередливому желудку, как ваш, будет легко его усвоить. Не сможете выпить все, выпейте, сколько сможете. Если, простите, вас вырвет, нужно сообщить об этом лечащему врачу, Даниилу Павловичу.

Медсестра с бейджем «Лиза» на груди поставила перед Яной бутылочку, словно от детского питания, с делениями на двести миллилитров, наполненную с светло-серой жидкостью, от одного вида которой начинало подташнивать.

— Приятного аппетита, — сказала Лиза и вышла.

Валериан прыснул со смеху.

— Видела бы ты себя! Приятного аппетита!.. — передразнил он медсестру.

Яна сфокусировала свой взгляд на его лице.

— Значит, анорексичкой прикинься? Это же ты предложил? Отличная идея! — Она взяла бутерброд с икрой и целиком отправила его в рот. — Вот ты и пей эту муть! Я на таком питании долго не протяну!

— Ладно, здесь буфет есть, буду покупать тебе, что пожелаешь, — сказал Валериан, с удивлением наблюдая, как активно она уминает его завтрак. — Ты так много ешь?

— Это еще мало!.. — прожевав, отозвалась Яна.

— Чего же ты такая тощая? — удивился парень.

— Хороший обмен веществ! Активная я! Умственно и физически! — Яна уплетала уже яичницу. — А ты иди в буфет! Прикупи себе чего-нибудь.

— Не сразу же! Надо какое-то время выждать для приличия, — ответил Валериан.

— Как знаешь… — высосала Яна сок через соломинку и отвалилась от стола.

Валериан продолжал с интересом рассматривать ее. Все тарелки были пустые. Это ж с какой скоростью она все съела!..

— Мне не нравится твой взгляд, — сказала Яна. — Обиделся, что ли? Вот тут тебе высокодисперсный питательный белок есть. Он быстро усвоится, — икнула она. — Ой! Сока мало! Зажали, гады!

— Ты вчера в ванне лежала часа два и сегодня с утра… — прищурил свои черные глаза Валериан.

— И что? Ты следишь за мной? Я же говорила, что люблю это дело, — ответила Яна.

— Я-то не слежу, а вот камера наблюдения в ванной есть, и если ты там плескалась голенькая, то кто-то мог полюбоваться твоими костями, — сказал Валериан.

Яна внимательно посмотрела на него, ойкнула и закрыла грудь руками, словно прямо сейчас была голая.

— Не врешь?… Господи, как же так?! Это же ванная и туалет! Кому надо?! — запаниковала она. — Точно не шутишь? Хочешь, отрыгну твою яичницу?

— Успокойся… Сам в шоке! Я не вру. Вчера, когда до тебя пошел в ванную, заметил. Камера хорошо замаскирована. Кстати, направлена не на унитаз, только на ванну. И не переживай, я заклеил ее жвачкой. Тебя во всей твоей нагой красоте никто не видел.

Яна с облегчением выдохнула.

— Но это же беспредел! — подумав, возмутилась она. — Как смеют они наблюдать за человеком в ванне? Это не нарушение всех прав? Никто об этом не предупреждал!

— Успокойся. Думаю, что это незаконно. А ты сейчас пойдешь Даниилу Павловичу предъяву предъявить? Может, лучше не нарываться?

— А если они отлепят жвачку? — вопросом на вопрос ответила Яна.

— Не отлепят. Поймут, что рассекретили, и на скандал нарываться не станут, — вполне разумно рассудил Валериан.

— Покажешь, где это? — спросила Яна.

— Не бойся, перед каждым твоим походом в ванную буду проверять.

В этот момент в их палату вернулась медсестра Лиза и посмотрела на стол. Потом обратилась к Яне:

— Все-таки вы не смогли себя пересилить и поесть?

Яна посмотрела на свою бутылку.

— Знаете, как-то… Может, потом? — спросила она почти виновато.

— Это скоропортящийся коктейль. К сожалению, именно эту смесь пить больше уже нельзя. И я должна буду сообщить об этом Даниилу Павловичу.

— Да как скажете!.. — раздраженно ответила Яна.

— А вы молодец! — улыбнулась Лиза Валериану. — Аппетит у вас замечательный!..

— Не жалуюсь, — кивнул он.

— Сейчас для вас начнется индивидуальная программа лечения…

— Стоп! Подкатываешь к моему парню? Хочешь увести? Нет уж! Мы вместе! Живем вместе, программа у нас одна на двоих!

— У вас разные диагнозы и программы оздоровления тоже разные. Не я их составляла, не ко мне вопросы. Вот бассейн у вас общий, можете пойти туда. Секундочку. Извините, мне звонят. Да? Хорошо. Извините, но вас ожидает Даниил Павлович, не знаю, по какому вопросу. — Похоже, Лиза искренне недоумевала. — Заодно поговорите с ним о ваших предпочтениях по совместному лечению.

Всё тот же кабинет, тот же лощеный врач, вот только взгляд его стал не таким приветливым, настороженным, если не сказать злым.

— Присаживайтесь, дорогая моя пара…

Даже в его словах сквозило холодком.

Он внимательно осмотрел Яну и Валериана и вкрадчивым голосом проговорил:

— Я бы хотел знать, что вы здесь делаете? Нет, про меня можно разное подумать. Частные клиники, только деньги выколачивают, сочиняют диагнозы для того же выкачивания денег и так далее. Но диплом у меня не купленный, я двадцать лет оттрубил в государственной психушке, прежде чем открыть свою клинику. Всякого насмотрелся!.. И вот должен я вам сказать, что вы оба нуждаетесь в психиатрической помощи так же, как и я, то есть никак.

— Это вы подслушали или подсмотрели в свои камеры? — сузила глаза Яна. — Одну мы нашли в ванной! В ванной!.. Там люди моются, раздеваются догола!.. Может, и в комнате, то есть палате, они есть? И прослушка тоже? Это чтобы корректировать лечение? С благими намерениями?…

Даниил Павлович уж побагровел.

— Мне не надо никакой прослушки, чтобы понять, что вы, раз, — не любовники, и у вас нет друг к другу эротического интереса, два, — вы не родственники, три, — никакая вы не анорексичка, все у вас в жизни хорошо, вы полностью состоялись и как женщина, и как мать. И уж с мужчинами у вас никаких проблем никогда не было. Может, только их количество не устраивало… У вас, Валериан, никаких панических атак нет и не было, вы даже не знаете, что это такое. — Даниил Павлович внезапно схватил его за запястье. — В минуту опасности у всех нормальных людей пульс учащается, а вот у вас наоборот — брадикардия! Пульс менее шестидесяти сокращений в минуту. Это только у хорошо тренированных спортсменов и специально обученных людей встречается. И имя Валериан вам совсем не идет.

Парень вырвал у него свою руку.

— Спортсмен я, ага, шахматист.

— Не думаю, для шахматиста логики маловато. Думали, что я всю эту чушь проглочу? От кого скрываемся? Надо пересидеть в психушке? Не вопрос! Только цена вопроса иная и полная гарантия того, что моя клиника не всплывет ни в одной сводке. Тем более полицейской!..

— Зачем вам лишние знания? От чего? От кого? Надо пересидеть две недели, нас все устраивает, — ответил Валериан и посмотрел на протягиваемую ему бумагу с номером карты. — Не надо, я запомнил.

— Шестнадцать цифр? — удивился психотерапевт.

— Память хорошая. И ваши пятьсот тысяч уже улетели к вам. Мы можем спокойно идти?

— Можете, но аккуратно… — тут же смягчился Даниил Павлович. — Таблетки вам приносить будут, прячьте их куда-нибудь. За две недели, надеюсь, вы решите свои проблемы и свалите отсюда. Серьезно, мне неприятности не нужны!..

— Проблем не будет, — встал Валериан, поднимая за собой слегка шокированную Яну.

Они вышли в коридор.

— Иди в палату, я скоро, — шепнул он ей на ухо.

Его «скоро» продлилось почти час. Яна успела принять душ и переодеться в джинсовое платье выбелено-голубого цвета со стразами — по фигуре.

— Пойдем перекусим? — предложил Валериан.

— В буфет? Бедный мальчик проголодался. Я объела тебя? Идем. Я тоже, кстати, взяла бы десерт. Сладкое люблю! Наш босс нас прикроет? — подмигнула ему Яна.

Но Валериан почему-то не разделял ее оптимизма.

— Вряд ли. Тут недалеко есть кафе, сказали, неплохое. Особенно хорош кофе, — ответил Валериан, которому еще в поезде Яна говорила, что хочет кофе.

— Нас выпустят за территорию? — уточнила она.

— Денежные знаки, — с виноватой улыбкой проговорил Валериан, — и расположение Лизы делают свое дело.

Глава шестая

Кафешка-кондитерская, куда привел Яну Валериан, на самом деле оказалась очень уютной. Витрина изобиловала разнообразными десертами.

— Когда не знаешь, что выбрать, бери классику, — посоветовал Валериан.

— И то верно! Наполеон мне и сметанник с черной смородиной! — заказала Яна.

Себе Валериан заказал два классических эклера с белым кремом и белой помадкой сверху. Яне — кофе, себе — чай.

— Ты так скоро разоришься, соришь деньгами направо и налево. И много с тебя Лиза взяла за наш выгул? — спросила Цветкова.

— Вступлю с ней в интимные отношения, будет бесплатно, — ответил парень. — Она нам еще пригодится.