Воля Регулятора (СИ)

— Роман, ещё одно слово и тебе мало не покажется, — дядя угрожающе повысил голос.

— При всем уважении, Гена. Хоть слова моего сына и несколько резковаты, но согласись, что он во многом прав. Чем, кто-то вроде Алексея, может помочь нашему роду? Зачем тратить на него свои ресурсы и время?

— Жанна, постоянно потакая своему сыну, ты ему сильно вредишь. Вместо того чтобы отругать, ты его решила поддержать. Тебе не кажется, что подобное воспитание может плохо закончиться?

— Мой сын не сказал ничего неправильного. Зачем мне его ругать? — с мнимой наивностью в голосе спросила мачеха.

— Хватит! Вы не имеете права оскорблять Лёшу! Он ничего плохого не сделал! — Алина вскочила со своего стула и стремительно убежала на верхний этаж.

— Довели девочку. Вам не стыдно? — Геннадий смерил строгим взглядом брата и мачеху.

— Алине пора бы уже перестать смотреть на мир через розовые очки. Так что ей это будет только на пользу, — хмыкнула Жанна.

— Я пойду успокою её, — я сделал кивок в сторону дяди и, не обращая внимания на других членов семьи, встал из-за стола и последовал наверх.

Алину я нашёл лежащей на своей кровати в позе эмбриона. Девушка очень остро реагировала на всё, что касалось меня. И мне было очень приятно, что в этом мире была та, кто обо мне действительно заботится. Мне не хватало этого в прошлой жизни.

Хоть сестра и не видела меня, так как лежала лицом к стене, но она сразу поняла, что это пришёл именно я.

— Почему они к тебе так относятся? Ты ведь не сделал ничего плохого?

— В этом мире важна сила. Я же даже не обладаю магией. В их глазах я бесполезный балласт.

— Но почему нужно обязательно относиться к людям в зависимости от того, насколько они полезны? Почему нельзя просто любить человека, потому что он твой родственник?

— Потому что не все такие чистые и добрые, как ты, — хмыкнул я.

После моих слов Алина резко повернулась в мою сторону.

— Я что, такая хорошая? — девушка лукаво улыбнулась, задав этот вопрос.

— Безусловно, — активно закивал я.

Но наш разговор прервал постучавший в дверь слуга. Он сообщил, что нам пора в школу, и машина уже ждёт внизу. Так что мне пришлось оставить Алину и вернуться в свою комнату для того, чтобы собрать все нужные вещи и одеться в форму царской школы.

Через десять минут я, Алина и Роман уже стояли на улице. Автомобиль, который нас отвезёт в школу, был большим и респектабельным. Даже несмотря на то, что род Кутузовых сильно ослабел, всё равно мы оставались аристократами и в плане финансового достатка всегда будем превосходить большинство простолюдинов.

Изучая взглядом машину, я невольно вспомнил привычный для меня транспорт. Регуляторы, как и другие цивилизации, входящие в Ассамблею миров, освоили межзвёздные путешествия. Наши космолеты были способны преодолевать огромные расстояния. Даже путешествия между галактиками стали для нас обыденностью. А на самих планетах мы перемещались в летающих шаттлах на гравитационной подушке, в отличие от землян, которые до сих пор ездят на колёсном транспорте. Смотря на эту, казалось бы, недешёвую машину рода Кутузовых, я мог разглядеть архаичное прошлое развитой цивилизации.

Город, где жил род Кутузовых, назывался Петербург, весьма красивое место, что можно было легко понять, глядя из окна едущего автомобиля на его архитектурные решения, местами контрастные, но в то же время гармоничные. Мы втроём ехали молча. Роман полностью игнорировал меня с сестрой, а Алина всё ещё не отошла от ссоры за завтраком, из-за чего сидела, уставившись в свой смартфон. Но, собственно говоря, эта тишина меня устраивала.

Проехав через очередную мощёную улочку, мы наконец оказались на широкой стоянке, которая находилась возле массивного, и несколько вычурного здания с высокими мраморными колоннами и искусной резьбой по камню. Это и была та самая царская школа, где обучаются отпрыски аристократов. Множество автомобилей съезжались сюда, чтобы привезти школьников к месту обучения, в результате чего образовалась небольшая пробка. Когда же наш автомобиль всё-таки смог припарковаться на стоянке, мы вышли из машины и направились в сторону школьных ворот.

Роман, не став ничего говорить, влился в бурный поток школьников и вскоре исчез в толпе. Мы же с сестрой последовали к воротам вместе. Внутри царская школа казалась не менее вычурной, чем снаружи. Зеркально отполированный пол мог бы легко послужить зеркалом, настолько хорошо он отражал свет. А на стенах школьного холла висело множество старинных картин, нарисованных именитыми художниками прошлого. И впечатление завершали сами школьники, одетые в идеально подогнанные одинаковые элегантные костюмы.

— Алёшенька, мой первый урок во втором крыле. Так что нам придётся здесь разделиться, — во время обращения ко мне Алина тепло улыбнулась.

— Тогда встретимся в конце дня у ворот школы.

— Обязательно, — сестра кивнула и тут же поспешила в направлении своей аудитории.

Я тоже решил не терять время, чтобы не опоздать на первый урок.

Все это навевало воспоминания. В корпусе Регуляторов я также проходил обучение, когда попал туда, будучи новобранцем. В первую очередь мы изучали физиологию и биологию, так как без глубокого понимания этих предметов невозможно правильно улучшать свое тело с помощью Воли. Но, разумеется, кроме этого мы обладаем знаниями в области фармацевтики, технологий и много в чем ещё. Стандартное обучение Регулятора длится пятьдесят лет и если учитывать, что у всех нас есть абсолютная память, то можно представить, насколько огромным багажом знаний мы владеем.

Когда я подошёл к своему классу, то заметил знакомые лица своих одноклассников. Сам я вижу их впервые, но благодаря памяти Алексея, я знаю и помню всё, что знал он.

Ко мне подошёл один из одноклассников — толстый и невысокий парень, которого звали Максим Острожный. Он являлся единственным школьным другом Алексея и был весьма трусливым типом. Возможно, он сблизился с прошлым владельцем этого тела только потому, что тоже был изгоем. Максим из слабого рода и вдобавок тоже не смог пробудить магию.

— Привет, почему тебя не было вчера в школе? — немного заикаясь и смотря на меня своими маленькими свиными глазками, поинтересовался Максим.

—Да так, дела были.

У меня не было желания рассказывать ему про похищение и бандитов. Да и вообще, иметь с ним дело мне особо не хотелось. Для меня он был посторонним человеком. И если касательно сестры я ощущал бурю эмоций, которые мне достались от прошлого владельца тела, то в данном случае ничего подобного не наблюдалось. Но я не стал сразу посылать его далеко и надолго. Всё же он не сделал мне ничего плохого и к тому же может быть полезен.

Пока шли к нашей парте, Максим продолжал говорить ни о чём. В его речи было минимум полезной информации, и походила она, скорее, на болтовню приятелей. Так что я пропускал его слова мимо ушей, продолжая изучать обстановку.

К слову, большинство из одноклассников игнорировали меня и моего, так называемого, друга. Они старались даже не смотреть в нашу сторону, что подтверждало мою крайне низкую репутацию, о которой я узнал после изучения памяти Алексея. Ещё будучи диверсантом корпуса Регуляторов, отправляемым на самые разные миссии, я знал, что репутация — это очень важно. Без неё многие дороги будут закрыты, многие возможности будут утеряны. Так что одна из моих задач в этом мире — восстановить не только свою собственную репутацию, но и репутацию рода, членом которого я теперь являюсь. И если второе было очень сложной задачей, так как отмыться от клейма предателей всегда было непросто, то первое вполне выполнимо. Нужно просто показать, что Алексей Кутузов не тряпка, о него нельзя вытирать ноги, он вполне себе самодостаточный член общества с большим потенциалом.

Конечно, отсутствие магии сильно мешало стать кем-то значимым в глазах общества аристократов. Но разве магия это всё? Я не я, если не смогу себя зарекомендовать другим способом.

Мои размышления прервала подошедшая к моей парте невысокая девушка с прической каре и какой-то немного мышиной внешностью. По памяти Алексея я помнил её как Екатерину Зырянову. Девица знала, что Алексей неплохо разбирается в химии, и использовала его для решения домашних заданий.

— Эй, Кутузов. Ты сделал мою домашку по химии? — нагловатым тоном, как будто она боярыня, а я её холоп, обратилась ко мне Зырянова.

— Что, если да, а что, если нет? — решил я немного поиздеваться над девушкой.

Не ожидав такого ответа от малодушного Алексея, Екатерина насупила брови от возмущения.

— Кутузов, что за дебильные шутки! Где моя домашка? — Зырянова решила, что в данной ситуации нужно повысить накал наглости.

— Девочка, я-то мог бы делать тебе домашние задания, но вопрос в том, что равноценное можешь предложить взамен ты?

Глаза Зыряновой округлились от удивления. Она явно не была готова к подобным словам из моих уст.

— С чего я вообще должна давать тебе что-то равноценное? — немного отойдя от моего ответа, Екатерина продолжила наглеть.

— А то, что этот мир работает по принципу рыночных отношений. Чтобы я сделал что-то нужное тебе, ты должна в ответ предоставить что-то нужное мне. Разумеется, без этого можно было бы обойтись, если бы мы были близкими друзьями. Тогда я бы мог помогать тебе, не ожидая ничего взамен. Но я сомневаюсь, что ты считаешь меня своим другом, как и я тебя. Так что либо предлагай что-то нужное мне, либо можешь катиться на все четыре стороны со всеми своими претензиями, — я резко ответил Зыряновой, при этом глядя ей прямо в глаза.

Мои слова подействовали и, кажется, до девушки дошло, что никто просто так ей помогать не будет.

—Да ты совсем офигел, Кутузов! Чтобы я тебе что-то предоставляла из-за паршивой химии. Пошёл к черту! — немного покраснев от злости и негодования, Зырянова развернулась и последовала к своей парте.

— Зря ты так с ней. А если она решит тебе отомстить? Да и вообще, не похоже это на тебя, — боязливо заметил Максим.

Я же лишь хмыкнул. Не хватало мне ещё бояться мести взбалмошных девчонок.

Прошло ещё совсем немного времени, прежде чем в класс зашла дородная тётка в возрасте, с массивными очками на переносице. Женщина смерила всех учеников надменным взглядом и уселась на учительское кресло.

— Итак, сейчас мы начнём урок математики. Кто хочет доказать теорему, которую я задала на прошлом уроке?

Я поднял руку. Начинать восстанавливать репутацию стоило с малого. И как по мне, отличные знания по всем предметам как раз то, что нужно для старта.

— Кутузов. Неужели ты готов? — учительница посмотрела на меня изучающим взглядом.

— Ему очень не терпится опозориться, — я услышал презрительное заявление одного из одноклассников, которое тут же поддержали смехом остальные.

Это было неудивительно. Алексей показывал неплохие результаты только по химии, и все остальные предметы получались у него не ахти.

— Ладно, выходи, раз хочешь, — кивнула математичка.

Я же не стал терять время и как только оказался у доски, тут же начал каллиграфическим почерком на большой скорости расписывать доказательство теоремы. Когда я закончил, учительница проверила результат моей работы с удивлением в глазах.

— Но ведь ты решил теорему не тем способом, что был расписан в учебнике. Откуда ты взял это решение?

— Сам придумал.

— Да неужели, — недоверчиво хмыкнула математичка, — то есть ты хочешь сказать, что до этого никак не проявлял своих способностей в математике и тут неожиданно оказался в этом так хорош. Что-то не верится.

— Ранее я просто не уделял учёбе достаточно времени. И в последние дни решил это исправить.

Мои слова не были ложью. Конечно, знания в науках этого мира были смехотворными, если сравнивать то, что было известно развитым цивилизациям, таким как мой корпус Регуляторов. На самом деле, все цивилизации идут по одному направлению в развитии науки и технологий. Отличаются только названия тех или иных открытий. Так что мне пришлось попросту изучить все наименования по всем предметам до своего первого похода в школу.

— Раз так, то давай я проверю, как ты исправил свои пробелы в знаниях, — кивнула учительница, после чего начала задавать мне вопросы по предмету.

Сперва вопросы были очень простыми, но со временем они становились всё более сложными. И чем сложнее были вопросы, на которые я отвечал, тем сильнее менялось выражение лица учительницы, становясь все более изумлённым. Были также слышны удивлённые переговоры между одноклассниками. После пошли всевозможные задачи на доске — их я решал с неизменной лёгкостью. В итоге учительница от переизбытка эмоций даже встала со своего кресла, начав ходить по классу из стороны в сторону.

— Поразительно! Какой талант ты скрывал, Леша. Какой талант! Последние задачи были из институтского курса, но ты и их щёлкал как орешки, — вдруг женщина подошла ко мне вплотную и, схватив за плечи, приказным тоном потребовала: — Ты обязан пойти на олимпиаду по математике от нашей школы, которая пройдет через четыре месяца. Просто обязан!

— Отказываюсь, — покачал я головой.

— Но почему? — возмутилась женщина.

— У меня нет на это времени, да и не вижу смысла.

— А как же честь школы? Как же желание проявить себя?

Далее учитель начала перечислять ещё больше причин, но я всё равно продолжил отказываться. Ну а после прозвучал звонок об окончании урока, что спасло меня от дальнейших уговоров. Так что, вырвавшись из крепкой хватки женщины, я быстро ретировался из класса.

Пока я шёл по коридору, за мной увязался мой, так называемый друг. Догнав меня, Максим изумлённым голосом спросил.

— Когда ты так хорошо смог изучить математику? Что-то раньше я не замечал у тебя любви к этому предмету.

— Люди меняются и развиваются. Так что тут нет ничего удивительного.

Максим хотел что-то на это ответить, но тут же остановился, испуганно посмотрев на человека, преградившего нам дорогу в коридоре. Он был крепкого телосложения и с гоповатым выражением лица.

— А вот я и нашёл свою грушу для битья, — хмыкнул парень, посмотрев в мою сторону, и, переведя взгляд на следовавшего за мной толстяка, добавил: — Или ты, Максимка, хочешь заступиться за друга и помешать мне выбить из него всё дерьмо?

— Нет, ни в коем случае… Я не посмею… — трусливо попятился Максим.

От его трусости в презрении скривился не только я, но и другие ученики, находящиеся в коридоре. Ну а я думал, как ответить этому индивиду, стоящему передо мной.

Глава 4

Иван Слепнев. Так звали этого кадра. Люди, подобные ему, имеют низкую репутацию в обществе, и сами при этом часто подвергаются издевательствам и унижениям, но вместо того, чтобы воспротивиться такому порядку вещей, они отыгрываются на более слабых, вымещая на них свою злобу.

Иван был именно из таких жалких, на мой взгляд, людей. Он выбрал своей целью Алексея по двум причинам. Во-первых, тот не владел магией, вследствие чего не мог дать отпор. И, во-вторых, Алексей был слабохарактерным человеком, готовым тихо терпеть унижения, не пытаясь постоять за себя. Так что время от времени Иван избивал и унижал прошлого владельца моего тела, при молчаливом согласии присутствующих школьников. Никто не хотел встать на защиту кого-то из рода предателей.

— Ну что, недоумок. Куда бить, в почки или в печень? — Иван самодовольно улыбался, разминая при этом костяшки своих пальцев.

Не дождавшись ответа, школьный хулиган медленным, размеренным шагом начал ко мне подходить. Чем ближе он приближался, тем более явно была видна энергия красного цвета, обволакивающая его кулаки и предплечья. Я много раз видел подобное в прошлой жизни Регулятора. Иван напитывал свои руки эфиром, чтобы усилить и укрепить их.

Эфир бывает разных цветов. Каждый цвет обозначает определённые свойства. Например, красный эфир обладает более сильными атакующими возможностями. Чем ярче спектр у эфира, тем более мощными способностями он обладает. У Ивана эфир был очень блеклым. Это означало, что его возможности сильно ограничены.

По тому, что показал Иван, сразу стало понятно, что тот находится на самом низком магическом ранге. Он Неофит. Но, к сожалению, с нынешним состоянием моего тела, даже такого слабого противника мне не одолеть. Но мне точно не хотелось терпеть унижения от отброса вроде него. Нужно было придумать, как выкрутиться из данной ситуации.

— Может, рассмотрим какую-то альтернативу разрешения нашего сегодняшнего конфликта? — предложил я, снисходительно улыбнувшись краем рта.

— Альтернативу? — захохотал Иван, схватившись за живот. — Единственный возможный исход сегодняшнего конфликта — это избиения тебя, придурок. Ну, либо ты можешь встать на колени и поцеловать мой ботинок. Такая альтернатива тебя устроит?

— Раз ты не против решить конфликт с помощью физического воздействия, то что скажешь насчёт того, чтобы провести со мной официальную дуэль на школьной арене ровно через две недели?

— И зачем мне на это соглашаться, если я могу избить тебя прямо сейчас? — хмыкнул парень.

— Если ты побьёшь меня сейчас, то это увидит лишь горстка людей. А теперь представь, как ты покажешь своё доминирование на главной арене при взглядах всей школы. Это же будет явно круче, смекаешь?.. — я хитро посмотрел Ивану прямо в глаза.

После моих слов Иван, судя по его нахмуренным бровям, серьёзно задумался. Было видно, что его примитивный интеллект пытается понять и осмыслить всё сказанное мной ранее.

— Ладно, я согласен. Вот только я не собираюсь ждать две недели. Дуэль состоится через неделю, — кивнул парень.

— Как скажешь.

Я решил провести дуэль через две недели, так как был уверен, что за этот срок с помощью Воли Регулятора я смогу прокачать своё тело до того уровня, чтобы победить этого отброса. Недели тоже должно хватить, но в самый притык. Хорошо, что мозгов у Ивана немного, и он легко согласился на моё предложение, не подозревая о подвохе. Нам осталось только подать прошение на дуэль, и всё произойдёт, как я задумал.

Следующие уроки прошли аналогично математике. Чтобы поднять свою репутацию, я показывал отличные знания по всем предметам, удивляя тем самым своих одноклассников. То и дело слышался шёпот и изумлённые возгласы в классе. Кроме того, вскоре по всей школе расползлись слухи о неодарённом, который бросил вызов на дуэль магу эфира, хоть и слабого. Полагаю, многим будет интересно посмотреть на того безумца, кто осмелился сделать подобное.

Слухи дошли даже до моей сестры и сводного брата. Так что в данный момент, во время поездки из школы в поместье, мне приходилось выслушивать речь испуганной предстоящей дуэлью Алины.

— Алёша, зачем ты это сделал? Он же одарённый, а ты нет. Он может тебя покалечить! — насупив свой курносый носик, сестра делала мне выговор.

—Алина, я знаю, что делаю. Не волнуйся ты так, — в который раз я пытался успокоить разбушевавшуюся сестру. — К тому же этот Иван и раньше меня избивал без всяких дуэлей. Какая разница — произойдёт драка в коридоре или на арене?

— Раньше он не мог серьёзно тебя калечить, а во время дуэли у него будут развязаны руки.

— Алина, хватит его донимать, — неожиданно вклинился в беседу сводный брат. — У него либо появились яйца, либо он сошёл с ума. Но в любом случае сейчас он хотя бы не такой жалкий, как раньше.

Было заметно, что после того, как Роман узнал о предстоящей дуэли, его отношение касательно меня улучшилось. Мне кажется, сводный брат так не любил Алексея за его слабохарактерность и слабость. Теперь же, когда в это тело попало моё сознание, полагаю, наши взаимоотношения с ним наладятся.