Королева нарушенных клятв

— Господин, Трор, при всём уважении… — вздохнул Кир.

— К бою! К бою, придурки! Чё рты пораскрывали? — не унимался Трор.

— …город находится под защитой богини. Если Великая Кхуктикс позволила настолько сильно фонящему непонятной маной объекту приземлиться и использовать высокоуровневую пространственную магию, коею вы, несомненно, видели, это значит только одно.

— К бою! Я кому говорю?!

Кир тяжело вздохнул, и принялся допивать содержимое фляжки. Тем временем, к начальнику порта подошла троица крепких ребят в неброской одежде, без всяких опознавательных знаков. Они им были и не нужны — людей Анастасии Флорез знали в лицо. Сестра хозяина Туннолы прочно обосновалась здесь после памятного визита своего брата, и давно стала настоящей хозяйкой порта… И ещё около четверти всего города. По большому счёту, она примерно поровну делила власть с мэром и верховным жрецом Великой Кхуктикс.

— Стойте, куда вы меня тащите? — тон официального начальника порта резко изменился.

— Господин Трор, у госпожи Флорез для вас срочное задание, заключающееся в дегустации новейшего снотворного, — сказал один из бугаев, перекидывая невысокого мужчину через плечо.

— Стойте, какое… Что?! Нельзя! Я начальник порта! Меня нельзя-а-а-а!!!

Формального управляющего портом, представителя так называемой «официальной» власти, наглейшим образом унесли с места происшествия.

Когда Кир оторвался от опустевшей фляжки, рядом с ним уже стояла сама Анастасия Флорез.

Невооружённым взглядом ей можно было дать чуть больше двадцати. Одета она была отнюдь не по статусу — простенькие серые брюки, лёгкая курта и строгая белая блузка. Но вот колье с редким магическим кристаллом, зачарованные серьги и набор колец-артефактов на пальцах говорили о её социальном положении куда больше. Чёрные волосы заплетены в конский хвост, мимика не выдаёт напряжения, но Кир и ближайшие подручные чувствуют тревогу одной из трёх самых больших городских шишек инстинктивно.

При наличии же некоторого опыта, становилось понятно, что женщина отнюдь не так молода. Целый ансамбль косметических чар на лице и остаточная аура широко известных алхимических снадобий явно не просто так появились. Киру с его аномально высоким для своего уровня восприятием это всегда резало глаз, и он сознательно удерживал себя от того, чтобы не посмотреть сквозь них. Всё-таки единственный на его памяти глупец, не удовлетворившийся ответом Анастасии о её возрасте и решивший уточнить, насколько сильно женщине за тридцать, тоже был не последним в здешней иерархии человеком, которому до того случая многое прощали.

Каменный островок, ставший частью порта, но всё ещё заметно выделявшийся, вибрировал. Само пространство вокруг него периодически ломалось… То ли что-то пошло не так, то ли объект просто завершал «стыковку».

— Кир, не хочешь всё-таки полноценно переметнуться под моё начало? Не придётся отчитываться перед всякими дебилами типа этого Трора.

— Без обид, но богиня не одобрит служения, кхм, неофициальной власти. А без её благословения я сам понимаешь кто.

— Эх, не ценит тебя верховный жрец, ой не ценит. Ладно, моё дело предложить, твоё дело…. Твоё дело, Кир, напрячь глазки и узнать кто или что выйдет к нам из этого скромного каменного домика.

Работа старшего инквизитора-дознавателя в числе прочего включала в себя опознание всех хоть сколько-то подозрительных личностей, на которых не хватало опознавалок простых инквизиторов и стражников. Кир в этом плане был настоящим мастером, и мог вытаскивать куски Системного статуса даже из профессиональных скрытников уровнем выше своего собственного.

«Глазастик» Кир был в силу врождённых талантов раскачан в высокое восприятие, а класс инквизитора и благословение Великой Кхуктикс повышали эффективный уровень его «оценки» до каких-то запредельных по меркам обычных людей величин.

Даже когда Кир встречал кого-то, слишком хорошо защищённого от опознания или слишком высокоуровневого, он всё равно мог с высокой точностью назвать примерные возможности цели, воспринимая её ауру образами за счёт пророческого дара ясновидения.

Поэтому он и получил свою должность десять лет назад, несмотря на молодость и отсутствие связей. Поэтому его хотела завербовать семья Флорез, делая выгодные предложения при каждом удобном случае. Поэтому город устоял и не пал под натиском того культа — Кир вовремя засёк чудовищную тварь и сумел вычислить всю сеть культистов, что позволило атаковать по практически идеальному сценарию…

Люди Анастасии тем временем отгоняли стражу подальше. Леди Флорез, как и Кир, прекрасно понимали — кто бы не прилетел на странном каменном островке, их сюда впустили, ведь священная защита города даже не дрогнула. Памятный корабль Полумесяца божественные чары атаковали ещё на подходе, а маной от эльфов фонило в разы меньше. Это не культ, зародившийся внутри города, так что защиту гости обмануть не могли. Какой бы у тебя не был уровень, боги и их магия находятся в принципиально иной лиге.

И раз уж Великая Кхуктикс решила впустить в свой город загадочных гостей, пусть лучше их встретят не стражники, знаменитые слишком строгим следованием букве закона, а более гибкие во всех смыслах люди семьи Флорез.

— Твоих-то мордоворотов из храма ждать? — спросила Анастасия.

— То, что они ещё сюда не прибежали — хороший знак, — ответил Кир.

Отсутствие храмовников свидетельствовало не только о том, что Великая Кхуктикс разрешила гостям пройти через свои защитные чары, но и о том, что богиня напрямую связалась с верховным жрецом, приказав тому сидеть тихо. Иначе он бы в любом случае кого-то прислал. А уж если богиня пошла настолько далеко — ситуация действительно исключительная. За всю историю города, его покровительница снисходила до смертных лишь дважды. Короткой фразой в день создания алтаря и основания города, и массовым благословением в день атаки на тот проклятый культ…

— Ну да, ну да… — кивнула Анастасия, тоже прекрасно понимавшая, о чём свидетельствует отсутствие храмовников, — У тебя осталось во фляжке?

Кир отрицательно покачал головой. Напряжённое ожидание продолжалось…

Наконец, из каменного строения вышел человек. Высокий лысый мужчина, с пышными усами и татуированными висками. Одет он был скромно, и с учётом внешности вполне мог сойти как за обычного моряка, так и за одного из «быков» Анастасии. Вот только его дальнейшие действия были несколько… вызывающими.

— Он что, ссыт?

— Он определённо ссыт, госпожа. Причём не в море, а прямо на пирс.

— Никому не рыпаться. Кир, что там? Что это за хер? Какой уровень?

— Всё. Очень. Плохо, — отчеканил старший инквизитор.

Киру, несмотря на крайне развитую способность «оценки», приходилось видеть тех, кто явно был в другой лиге. Тех, о ком Система просто отказывается выдавать даже одно слово конкретики, но одного взгляда на которых достаточно, чтобы понять — этому человеку или существу ты не то, что не соперник, ты пыль под его ногами. Тех, от чьего присутствия интуиция визжит как свинья на скотобойне, а ясновидение начинает изъясняться крайне тревожными образами.

Таких, как Адам Флорез и его охрана — с виду вроде типичные мафиози, вот только сила в них чувствовалась такая, какой не бывает в нормальных людях. Как капитан с Полумесяца — вроде обычный эльф в военной форме, только вот никаких сомнений, что он и без корабля может сравнять с землёй добрую половину города. Как лидер культа — обычный старичок в обносках, смотря на которого видишь только всепожирающий рой чудовищных тварей, слышишь шелест искажённых крыльев и крики своих друзей и родных, пожираемых заживо …

Кир, как и многие пусть талантливые и хорошо устроившиеся, но всё ещё обычные люди, «застрял» в начале тридцатых уровней. Такие «нечитаемые» для него персонажи имели уровни начиная где-то с пятидесятого. При полном отсутствии защиты от опознания — с пятьдесят седьмого, ровно на двадцать пять уровней старше самого Кира. Так утверждала Система в описании способности, и это совпадало с выуженной из Анастасии информацией о её брате и его подручных.

Сейчас Кир смотрел на обычного мужика, справлявшего нужду прямо на причал, даже не удосужившись подойти к воде. Но видел старший инквизитор совсем другое. Он видел знакомое по другим встречам с крайне сильными личностями Системное сообщение — «оценка провалена». А ещё — несокрушимую крепость.

Лысый засранец не вызывал того страха и уважения, что внушали одним своим присутствием эльфийский капитан и хозяин Туннолы. Не вызывал он и того парализующего ужаса, что смеющийся дедок-культист. Вот только Кир ощущал всем своим нутром, что, если этот матерящийся ссыкун захочет, то может пройти город насквозь через все здания, и справить нужду хоть в кабинете мэра, хоть на алтаре Великой Кхуктикс, хоть в спальне Анастасии Флорез. И никто его не остановит, просто потому что невозможно остановить шагающий на тебя бастион.

— Насколько всё плохо, Кир? Чего нам ждать?

— У этого типа очень высокий уровень, он как минимум в одной лиге с твоим братом.

У слышавших эту реплику инквизитора очень красочно посерьёзнели лица.

— Уверен? Может из-за фонящей маны от этого здания ошибся?

— Нет. Я уверен.

— Ну, это было ожидаемо, — вздохнула Анастасия, — Вряд ли на летающем острове с пространственной магией мог прибыть обычный человек. Продолжаем наблюдение…

А дальше произошло то, от чего у Кира и Анастасии глаза натурально поползли на лоб. Из каменного здания на островке вышел ещё один мужчина и отвесил незнакомому высокоуровневому «монстру» подзатыльник.

Глава 3. Непримечательный город, часть 2

Кир и Анастасия напряглись пуще прежнего.

Для того, чтобы так вести себя с высокоуровневым любителем справить нужду в общественном месте, смуглый блондин должен был быть как минимум не слабее его. А двое незнакомых личностей пятидесятого и выше уровня в одном месте в одно время, очевидно, представляют куда более серьёзную проблему, чем одна такая личность.

Инквизитор повторно применил «оценку». Если лысый усач ощущался несокрушимой крепостью, то его товарищ-блондин был гораздо ближе к памятному эльфийскому капитану. Такая же спокойная, подавляющая мощь закалённого в невообразимых для обычного человека сражениях лидера…

Тем временем, лысый закончил своё неприлично долго продолжавшееся бесстыдство, и двое гостей, переругиваясь между собой, направились к сборищу стражи и людей Флорез. Анастасия пошла им навстречу, и Кир, тяжело вздохнув, последовал за ней.

— Здарова, — гаркнул лысый.

— Было бы очень неплохо сдать этого придурка в бордель или кабак, чтобы не мешался, — сказал блондин.

Кир про себя подметил две вещи — во-первых, незнакомец с первого взгляда определил, кто тут главный и обращался к Анастасии. На инквизитора он даже не смотрел.

Во-вторых, у блондина не было ни тени сомнения в том, что с ним будут считаться. Конечно, этого стоило ожидать — раз уж он достиг того уровня, на котором Кир не может получить вообще ничего из его статуса, подобные вещи он должен уметь чувствовать уже чуть ли не подсознательно. Но это наблюдение как раз подтверждало выводы Кира и окончательно развеивало сомнения, что в город прибыли два незнакомых «монстра».

— Ребят, проводите нашего дорогого гостя в «Лагуну,» — сказала Анастасия.

— Спасибо, плачу авансом, — блондин вытащил прямо из воздуха горсть золотых монет и крупный драгоценный камень, протянул руку женщине, — Если этого не хватит, доплачу по итогам.

Анастасия взяла деньги без тени сомнения, хотя ещё пару секунд назад была готова предложить гостям любой досуг на своей территории за «счёт заведения».

— Спасибо, Линч, — ухмыльнулся лысый, и тут же рявкнул, ни к кому толком не обращаясь, — Ведите меня к бухлу, ёпта!

Под молчаливые взгляды доброй половины собравшихся в порту, Ори последовал за парочкой бугаев, и вскоре они скрылись на одной из многочисленных прилегавших к порту улочек.

— Так, с одной головной болью разобрались… На какое-то время, — сказал Линч.

— И много у вас ещё головных болей? — спросила Анастасия.

— Наш теперь уже бывший летающий остров и это здание, — блондин кивнул в сторону строения, словно всегда стоявшего между двумя пирсами, — В общем, их отсюда уже не выковырять. Снести их у вас тоже не получится, а захватить лучше даже не пытайтесь. С кем мне договариваться по поводу претензий к этой ситуации?

Анастасия и Кир переглянулись.

— От меня, как от фактической хозяйки порта, претензий нет, — сказала Анастасия, — Но я представляю интересы семьи Флорез и за мнение главы не могу ручаться.

— Божественная защита Великой Кхуктикс вас впустила, так что претензий от верховного жреца, думаю, не будет, — сказал инквизитор, — Насчёт мэра не знаю, но в худшем случае достаточно будет заплатить в казну.

Блондин кивнул Киру и перевёл взгляд обратно на Анастасию.

— Ты сестра Адама Флореза?

Женщина кивнула.

— Тесен же мир… Ладно, с ним мы договоримся.

— Вы знакомы?

«Угу, парочка моих товарищей встречала его в одном очень далёком от вашего отражении Йон-Рунака, но мы уверены, что это почти тот же человек, потому что ваша семья является одним из скрепляющих мир якорей… Отличное объяснение,» — подумал Линч.

— Не совсем, — сказал блондин, — но у меня есть весомые основания полагать, что мы договоримся.

— Ну, дело ваше, это всё равно вне моей компетенции, — пожала плечами Анастасия.

— Что ж, тогда, раз претензий нет, пойду обрадую остальных, — Линч развернулся, и направился обратно к зданию, недавно бывшему частью летающего острова.

— Кризис миновал? — аккуратно спросил кто-то из свиты Анастасии.

— Надеюсь, что так, — ответила женщина.

Про себя же Анастасия, как и Кир, подумала: «нет, кризис только начался.»

Мало просто договориться с парочкой пятидесятых уровней об отсутствии претензий, нужно ещё убедиться, что в ходе их дальнейшего прибывания не возникнет поводов для нового конфликта. В котором гости уже не будут интересоваться претензиями городских, а предъявлять собственные…

Если бы только Кир и Анастасия знали, сколько на самом деле «очень высоких» уровней скрывается в странном каменном здании… Впрочем, инквизитор и хозяйка порта продолжали стоять на своих местах, глядя в спину удалявшемуся Линчу. Так что недолго осталось этим двоим пребывать в блаженном неведении, кое для них уже стало серьёзным стрессом…

Тем временем в святилище

Виктория снова пялилась на алтарь Нэш. Эльфийка, конечно, и так успела на него насмотреться во время полёта, но пока Линч на переговорах с местными, заняться больше нечем. Квест на перелёт был успешно выполнен, а Вика, как и почти все остальные, была слишком заёбана (во всех смыслах). Жизнью и бодростью светились лишь Мей и Мария.

Наконец, Линч вернулся.

— Переговоры прошли успешно, — сказал блондин, привлекая к себе внимание всех присутствовавших.

— Под «успешно» ты подразумеваешь, что к нам уже ведут этих «убеждателей?» — спросила Нимаэла.

— Нет, под «успешно» я подразумеваю, что нам не придётся равнять половину города с землёй чтобы нас начали воспринимать всерьёз.

— Пфф, отстой, — фыркнула суккубша.

— Нима, — внезапно изменившимся тоном, крайне ласково сказала Виктория, повернувшись к демонице, — Веди себя хорошо, ладно?

Нимаэла молча кивнула.

— Всех остальных тоже касается, — добавила блондинка, — Прежде чем займёмся Убеждателями, у нас есть три дня на отдых. Не забывайте, что в этом мире наша покровительница — чуждое божество, ради которого Хранители немного подвинули местный пантеон.

Реакция была хорошо заметна на лицах каждого. Испуг, паника, сомнение… Затем, в пределах полутора секунд — возвращение самоконтроля.

Первой храм покинула Нимаэла. А следом, заверив Викторию, что не будут создавать местным проблемы на ровном месте, наружу пошли и остальные.

Сириус, скуля, выбежал на улицу сразу после суккубши. Камилла промямлила: «простите, госпожа» и тоже ретировалась.

Испуганная Мей потащила за руку напряжённого Танаку. Эльза молча поджала губки и держала руку на рукоятке шпаги.

«А я чё, а я ничё,» — бормотал себе под нос Бейзил, направляясь к выходу.

Мактэн испуганно прильнул к Гогзу, и орчиха успокоила его: «да не бойся ты, знаешь же, что дальше своего страшного тона она не заходит.» Мысленно, Гогзу добавила: «пока не заходит.» Затем схватила блондина в охапку и выскочила из здания вместе с ним.

Дазанатт скривился и бросил на Викторию недобрый взгляд, прежде чем уйти.

Сарранар едва заметно поклонился блондинке, проходя мимо.

Эльринера предпочла пройти вдоль стеночки, дрожа и потупив взгляд.

Линч вышел из помещения медленно пятясь, не сводя с Виктории взгляд.

Эрик сохранял видимое спокойствие, только шёл на цыпочках.

Наибольшее самообладание сохранили Кен и Мария. Колдунья покинула храм зевая. Самурай же только сжал пальцы своей забинтованной руки — демоническая конечность у него всегда начинала ныть, когда Виктория вдруг ни с того становилась пугающей.