Помоги проекту - поделись книгой:
Победа на реке Граник открыла македонцам прямой путь в долину Тигра и Евфрата – центру персидской державы. Но Александр решил надежно закрепить эту победу созданием на побережье надежной промежуточной базы. Персы имели сильный флот (свыше 400 больших кораблей), который господствовал в Эгейском море и на востоке Средиземного моря. Он мог не допустить подвоза всего необходимого для поддержания боеспособности македонской армии. И это могло сорвать весь план Александра. Поэтому, прежде чем покорить Персию, он решает уничтожить ее морскую силу.
По приказу Александра македонские войска начинают захватывать все средиземноморское побережье Персидской империи. В 334–333 годы до н. э. он, завоевывая прибрежные районы Малой Азии, занимает одну за другой крепости, включая главный город Фригии Гордион, где произошел знаменитый инцидент с гордиевым узлом. Сопротивление македонская армия встретила только в Галикарнасе.
Осада Галикарнаса
После сражения на Гранике уцелевшие персидские воины отступили к Галикарнасу, вошли в город и заперлись в нем. Галикарнас являлся не только городом, но и крепостью: он был окружен высокими каменными стенами. Александр Македонский спешил завершить осаду победой. Он отдал приказ: взять город приступом.
Темной ночью подошли войска Александра к городу и начали штурм. Быстро приставили греческие воины к стенам города длинные лестницы и стали карабкаться по ним вверх.
Но персидский военачальник успел уже расставить на крепостной стене своих воинов. Их, правда, было немного, но зато у них было важное преимущество: они могли поражать греков, оставаясь сами за прикрытием.
Пока воины Александра взбирались по лестницам, персы, не теряя времени, забрасывали их камнями, засыпали стрелами и копьями. Кто достигал верха стены, тех они встречали мечами, сталкивали вниз.
Александру не удалось взять город сходу: приступ был отбит. Потери были так велики, что он не решился повторить приступ. Казалось, каменные стены делали город неуязвимым: пока они были целы, никакая, даже самая большая и храбрая армия не могла овладеть городом.
Тогда Александр решил перейти к осаде: проделать в стенах бреши и, прогнав со стен города его защитников, прорваться в город сквозь образовавшиеся проломы. Только в этом случае была надежда овладеть городом.
В продолжение многих дней подтягивали греки к осажденному городу свой обоз – целую вереницу возов, нагруженных бревнами и другими строительными материалами. Затем принялись за работу плотники. Несколько дней ушло на постройку метательных машин. Наконец машины были готовы.
Пять-шесть воинов стали у каждой машины и начали воротами оттягивать ее толстый канат. После долгой утомительной работы машины были готовы к действию. Каждая из них бросала бревно или каменную глыбу весом до 40–50 килограммов.
То камни, то бревна со свистом летели к городу. С размаху ударялись они в городскую стену, отбивали от нее кусок за куском. Иные камни, просвистев над самой стеной, залетали в город. Там они пробивали крыши домов, убивали людей.
Пока шла такая бомбардировка, греки, не теряя времени, подвозили к городской стене кучи земли и засыпали ров перед Галикарнасом. Напрасно сбрасывали персы на головы работавших камни, поливали их сверху расплавленной смолой – греки укрывались в специально сооруженных сараях на колесах и в длинных прикрытых бревнами канавах и не прерывали своей работы. Наконец грекам удалось устроить насыпь около 100 метров в длину и около 20 метров в ширину. Долго, выбиваясь из сил, на катках тащили греческие воины по насыпи две громадные осадные башни. В каждой башне было пять этажей.
Едва башня подошла вплотную к городской стене, как греки начали раскачивать тяжелое бревно, висевшее на цепях в нижнем этаже, и, раскачав, с силой ударять им в стену. На конце бревна был тяжелый металлический наконечник.
Так начал свою работу таран. Он должен был долбить стену до тех пор, пока не пробьет ее насквозь.
Персы пытались поджечь осадные башни, поливая их со стен города горящей смолой. Но на верхних площадках башен стояли легкие баллисты и катапульты – маленькие копии своих тяжелых сестер. Эта «легкая батарея» прогоняла персов с крепостной стены, не давая им поджечь башни.
Осада тянулась несколько недель. За это время жизнь в Галикарнасе стала невыносимой: градом летели камни и разрушали дома; трупы животных, разлагаясь, распространяли зловоние и заразу.
Городская стена постепенно поддавалась под мощными ударами таранов.
Наконец Александр назначил решительный штурм. К этому времени приготовлен был новый сюрприз: оставляя за собой дымный след, в город понеслись выброшенные катапультами пылающие бочонки со смолой – «зажигательные снаряды» греков.
В Галикарнасе начался большой пожар. Следующий залп осыпал город сотнями тяжелых камней. И в это самое время греки с криком бросились на штурм, полезли в город с осадных башен и по штурмовым лестницам.
Персы не выдержали. Галикарнас пал.
Захватив Галикарнас, македонская армия прочно утвердилась на участке побережья Малой Азии протяжением свыше 400 километров, который стал промежуточной базой македонян. Флот Персии, лишенный своих портов, ушел к югу и таким образом удалился от Греции – главной базы македонской армии. Он перестал играть роль важной силы в развернувшейся войне. Это являлось значительным стратегическим успехом молодого полководца.
Политика в покоренных провинциях
Для упрочения своего положения в Малой Азии Александр Македонский предпринял ряд мероприятий. Прежде всего, он оставлял неприкосновенным управление в покоренных провинциях, запретив увеличение налогов по сравнению с тем, что население платило персам. Но во главе покоренных провинций ставил своих начальников, которые обязаны были контролировать местную администрацию, создавать склады с запасами продовольствия, вооружения и снаряжения. В важнейших стратегических пунктах – городах и портах создавал сильные македонские гарнизоны, которые подчинялись местным начальникам и составляли ближайший стратегический резерв.
Большинство малоазийских городов добровольно открыло ворота победителю. Фригия сдалась полностью, а ее сатрап Атизий покончил жизнь самоубийством. Вскоре комендант города Сарды Митрен сдал город несмотря на то, что он был прекрасно укреплен, а расположенная на горе цитадель и вовсе была практически неприступна. Благодаря этой измене Александр без боя заполучил одну из самых сильных крепостей в Малой Азии и богатейшую казну. В благодарность царь ввел Митрена в свое ближайшее окружение, а вскоре назначил сатрапом Армении. Жители Эфеса также сдали город без боя: перед приходом Александра они свергли проперсидскую верхушку и восстановили у себя демократию. На место персидских сатрапов Александр назначал македонян, греков или, как в случае с Митреном, лояльных лично к нему персов.
Обеспечение безопасности глубокого тыла
Как известно, перед походом в Персию Александр часть своей армии, около 14 тысяч человек, под командованием Антипатра оставил в Македонии для охраны границ и порядка. Эта предусмотрительность молодого полководца вскоре оправдала себя.
Несмотря на значительные стратегические успехи, политическое и военное положение македонских завоевателей все еще не было достаточно прочным. Мемнон, выходец с острова Родос, служивший много лет в качестве наемника у персов, в 334 году до н. э. был назначен Дарием III главнокомандующим вооруженных сил Персии. Став главнокомандующим, Мемнон сделал ставку на борьбу с Александром в его тылу. С этой целью он начал усиливать флот персов в Эгейском море, имея целью перенести военные действия в Грецию. Вероятно, Мемнон имел план поднять греческие города, которые находились тогда под властью Македонии. Александр распустил свой флот, и Мемнон рассчитывал в полной мере использовать эту оплошность македонского царя. Он даже сделал попытку осуществить высадку десанта в Греции, но она успеха не имела, так как Антипатр своевременно занял побережье Пелопоннеса. В Вавилонии персы собрали большую армию и двинули ее в Сирию. В самой Греции усилились антимакедонские настроения: Афины отправили своих послов к Дарию, а спартанцы подняли восстание, но Антипатр подавил восстание Спарты и других примкнувших к ней полисов. Стратегический резерв выполнил свою задачу, обезопасив глубокий тыл действовавшей македонской армии.
«Само божество лучше всего борется за нас…»
Весной 333 года до н. э. армия Александра Македонского овладела Киликией. Здесь он получил сведения о том, что в северной части Сирии сосредоточились крупные силы персов. К месту сосредоточения персидской армии вели два пути через горные проходы, удаленные друг от друга на 50 км. Александр решил воспользоваться южным горным проходом и по прибрежной дороге через Исс двинул свою армию к месту расположения персов. Узнав, что Александр двигается на юг, в Сирию, Дарий III поспешил зайти в тыл противнику, прервав коммуникацию македонян. С войском, оцениваемым более чем в 100 тысяч человек, Дарий III занял позицию на киликийском побережье (современный залив Искендурун) около города Исса (современный город Искендурун, бывшая Александретта).
Арриан сообщает, что уяснив полученные от разведки сведения, Александр собрал своих военачальников, сказал: «Само божество лучше всего борется за нас, вложив Дарию мысль передвинуть свое войско из обширной равнины и запереть его в узкое место, где будет достаточно пространства для нас, чтобы растянуть свою фалангу, а у неприятелей, которые неравны нам ни телом, ни духом, их масса будет совершенно бесполезной в сражении. Македоняне, которые уже давно упражнялись в военном искусстве и опасностях, будут сражаться против издавна изнеженных персов и мидян, а самое главное, свободные люди вступят в бой с рабами; греки будут бороться здесь с греками не за один и тот же приз: стоящие за Дария – за плату и притом незначительную, а находящиеся с ними будут добровольно сражаться за Грецию».
Историки полагают, что Александр умышленно не только не воспользовался северным горным проходом для сближения с противником, но и оставил его незанятым при движении на юг, чем поставил под удар коммуникацию своей армии. Этот рискованный маневр македонской армии имел целью создать выгодную обстановку в бою, парализовав численное превосходство противника выгодными для себя условиями местности.
Приняв решение дать сражение, Александр выслал разведку к Иссе и организовал охранение армии. На рассвете македонская армия выступила по направлению к Иссе.
Сражение при Иссе
Стотысячное персидское войско во главе с царем Дарием III заняло позицию за рекой Пинар общим протяжением до 4 км. Правый берег реки был крутой, а там, где он казался доступным, персы насыпали вал. Когда были получены сведения о приближении македонской армии, Дарий выдвинул вперед легкую пехоту и конницу и под прикрытием их начал выстраивать свой боевой порядок. Персидская армия расположилась в две линии.
В первой линии в центре находились греческие наемники и отряд персидского царя, на флангах были размещены отряды лучших персидских воинов. Против левого фланга уступом вперед на высоту, занимавшую фланговое положение в отношении македонской армий был выдвинут сильный отряд персов.
Во второй линии в глубоком построении разместилась большая часть персидского войска. После завершения построения боевого порядка, Дарий дал знак передовым войскам отойти за реку Пинар. Отошедшую конницу он приказал построить на правом фланге у самого моря, часть конницы направил на левое крыло к горам. Расположение персов было скученным, вследствие чего они не имели возможности использовать свое численное превосходство.
Из-за огромной разницы в численности противостоящих войск Александр решил прибегнуть к тактике древнегреческого полководца Эпаминонда, который в бою при Левктрах (371 г. до н. э.) одержал победу над численно превосходившим его противником. Чтобы вселить в своих командиров уверенность в успехе, он напомнил им о победе на реке Граник и успешных действиях Ксенофснта с 10 тысячами греков в Азии.
Македонская армия имела боевой порядок, составленный из трех основных частей: правого крыла – тяжелой конницы под командованием Александра, центра – фаланги гоплитов и левого крыла – конницы пелопониесцев и остальных союзников под командованием Пармениона. Увидев, что персидская конница оказалась против слабого левого крыла македонской армии, Александр приказал фессалийской коннице скрытно перейти с правого крыла на левое. Парменион получил задачу подойти вплотную к морю и отразить попытки персидской конницы охватить левый фланг македонского боевого порядка. На правом крыле уступом вперед был расположен отряд разведчиков и лучников. Уступом назад и вполоборота направо фронтом к занятой персами высоте стоял сильный македонский отряд. Затем еще больше было усилено и удлинено правое крыло боевого порядка за счет центра, вследствие чего фронт македонской армии оказался длиннее фронта персидского войска.
Сражение началось с наступления македонской армии и контратаки персов. Александр приказал медленно наступать сомкнутыми рядами, чтобы не разорвалась фаланга. Подойдя на дистанцию полета стрелы, правое крыло македонян быстро устремилось на бездействовавших персов. Левое крыло персидского войска было опрокинуто. Но в центре македонская фаланга наступала не так энергично. Во время переправы греческие наемники контратаковали ее, сбрасывая в реку переправлявшихся македонских тяжелых пехотинцев. На левом крыле конница под командованием Пармениона была атакована персидской конницей, переправившейся через Пинар. По всему фронту шел жаркий бой.
Правое крыло македонской армии, где с кавалерией «товарищей» и гипаспистами находился Александр, опрокинуло левое крыло противника, повернуло налево против наемников, отбросило их от реки, отрезало от остального персидского войска и во взаимодействии с фалангой окружило. Когда стало ясно, что левое крыло и центр персов разбиты, персидская конница правого крыла стала отступать. Сам царь Дарий в этот момент бежал с поля боя, затерявшись среди охваченных паникой остатков своей армии. Маневрирование македонской конницы обеспечило успех в центре, но привело к потере времени. Преследование разбитого противника началось слишком поздно. Наступившая ночь спасла персов от полного уничтожения.
Военные историки отмечают высокую маневренность боевого порядка македонской армии, в то время как массы персидской пехоты и конницы были неповоротливы, а глубокое построение не позволяло им использовать свое численное превосходство. Исход боя решил фланговый удар тяжелой конницы, которая воспользовалась успехом лучников и легкой пехоты, захвативших переправу через Пинар на правом фланге боевого порядка македонской армии. Считается, что такое хорошее маневрирование в бою стало возможным вследствие расчленения боевого порядка и наличия опытных частных начальников. Между составными частями боевого порядка было налажено взаимодействие. Так, например, удар тяжелой конницы поддержали два подразделения фаланги. Наличие конницы и легкой пехоты позволило организовать тактическое преследование разбитой армии персов. Организация преследования была новым в то время явлением в истории военного искусства, связанным с развитием конницы как подвижного рода войск.
Также в сражении при Иссе Александр, по мнению военных историков, видоизменял методы фланговой атаки, применяя их к данным обстоятельствам и не изменяя духа самого боя. Он побеждает как числом и храбростью своих воинов, так и сплоченностью войска, отдельные части которого настолько подчинялись воле полководца, что он мог в любую минуту свободно распоряжаться ими, направляя их по своему желанию и усмотрению. Наконец, он побеждает гениальным руководством, осторожно ведя наступление, самоуверенно пренебрегая фланговым расположением персов и кажущимися непреодолимыми трудностями местности. Мудро отступая от обычной схемы, он укрепляет ведущее крыло и возбуждает во всем войске дух смелого наступления
Персидские потери в сражении при Иссе были огромны – более 50 тысяч человек. Македоняне потеряли 450 человек. Эта победа изменила политическую и военную обстановку для армии Александра Македонского в лучшую сторону. В персидском флоте после победы македонской армии и утверждения ее на побережье началось разложение. Финикийцы, составлявшие большинство флотских экипажей, испугавшись возможного нападения македонян, разбежались по домам. Господство на Эгейском море окончательно перешло к греко-македонскому флоту.
Рисунок-реконструкция мозаики (I век н. э.), изображающей кульминационный момент битвы при Иссе
Осада Тира
Население и гарнизоны городов Финикии сдавались македонской армии без сопротивления. Только жители Тира (Сур) не открыли ворота, хотя обещали заключить с Александром союз и не помогать персам. Однако тирский царь Адземилк воевал на стороне персов, а тирская флотилия была одна из самых многочисленных в Средиземном море. Переговоры Александра с горожанами ни к чему не привели – они даже отказали правителю Македонии войти в Тир с целью принести жертвы Гераклу. Жители Тира почитали финикийского бога, которого греки отождествляли с Гераклом, а ведь именно от этого божества Александр отсчитывал свою генеалогическую линию.
В ходе похода в Персию Александр не оставлял у себя в тылу городов и территорий, которые сохраняли верность Дарию, опасаясь удара в спину при дальнейшем движении на восток. Он не собирался делать исключение из этого правила для такого мощного морского центра как Тир. Город-порт был осажден. Осада длилась с января по август 332 года до н. э. Осада осложнялась тем, что Тир был расположен на острове почти в километре от материка. Город защищали 8–9 тысяч мужчин, граждан Тира. Флот финикийцев был полным хозяином в местных водах и мог снабжать и поддерживать с моря остров Тир. Согласно Юстину, Курцию и Диодору тирцы вывезли из города все небоеспособное население, хотя значительная часть женщин и детей еще оставалась в городе.
Чтобы добраться до города, Александр приказал соорудить от материка к острову мол шириной 60 метров. Постройка насыпи Александром вначале шла довольно быстро. Развалины старого Тира на материке предоставили в изобилии камень, дерево подвозилось с Ливанских гор. Десятки тысяч согнанных работников довольно быстро вели к стенам города мол. Но ближе к острову глубина пролива существенно возросла. Здесь по глубокой воде подходили финикийские галеры, да и приблизившаяся к стенам дамба стала доступна обстрелу с городских башен. Это делало работу строителей практически невозможной.
Для защиты дамбы от вылазок тирских триер македонцы установили на насыпи две деревянные башни, прикрытые шкурами и кожами от зажигательных стрел. На башнях по приказу Александра разместили катапульты, чтобы посылать тяжелые снаряды в приближающиеся вражеские галеры. Теперь жители Тира осознали, что судьба их города зависит от того, сумеют ли они разрушить башни на насыпной дамбе. Для этих целей они снарядили судно-брандер, наполнив его горючими материалами. Трирема, укомплектованная моряками-добровольцами, буксировала брандер к молу и подожгла его. Башни запылали. Другие финикийские галеры, ведя непрерывный обстрел, крейсировали вдоль мола, не давая македонцам приблизиться к горящим строениям. Одновременно на маленьких лодках высадился на насыпь десант тирцев и завершил разрушение построенных конструкций, сломали и подожгли все оставшиеся македонские метательные машины. Усилившийся в тот же день ветер нагнал волны, которые довершили уничтожение мола. Месяцы трудов македонцев пропали напрасно.
Эта вылазка существенно задержала штурм Тира. Но как стратег, отмечают историки, Александр Македонский обладал неограниченным терпением, которое, как ни странно, сочеталось в нем с безумной порывистостью в сражениях. Он приказал построить не две, а целый ряд башен на насыпи, мол значительно расширялся для установки большого количества метательных машин. Также Александр пришел к выводу, что без флота дело не обойдется. В сложившейся военно-политической обстановке это для Александра не представило трудностей. После разгрома армии Дария III у Иссы многие его союзники переходили на сторону Александра. Так, правители финикийских городов-государств Библа и Арада (Арвада) после того, как они были заняты македонцами, вывели свои корабли из состава персидского флота и отправили их в соседний Сидон, который в 333 году до н. э. тоже перешел от персов к македонцам. В него из под Тира прибыл Александр с контингентом гипаспистов и легких пехотинцев с намерением собрать собственный флот. Ему это удалось. Десять судов прибыли с Родоса (прежде это также был персидский оплот), еще десять из Ликии и три – из Сол. Вместе с сидонской флотилией у Александра оказалось 103 корабля. Дня через два прибыли правители Кипра с флотом не менее чем в 120 кораблей. Столь значительный переход эскадр и флотов на сторону Александра означал, что персидский флот очень скоро перестанет быть реальной силой. У Александра были основания радоваться: всего за две недели он овладел флотом вдвое более могущественным, чем тирский. Да и ситуация в Греции и Ионии, кажется, наконец улучшилась. Он сразу вызвал кипрских и финикийских механиков, и они стали строить осадную технику для размещения на баржах и больших транспортных судах. Александр был рад видеть переход на его сторону городов и царей, ранее преданно служивших персидскому царю.
Александр Македонский решил блокировать собранными 200 кораблями тир с моря. Флот города Тира не решился вступить в бой на море, но загородил доступ в гавань. Тогда под прикрытием кораблей македонская армия насыпала широкую плотину и установила на ней большое число стенобитных машин.
Когда была расшатана значи-тельная часть стены, македонская армия пыталась штурмовать брешь, но гарнизон города отразил эту попытку. Затем с кораблей были сброшены на стену штурмовые мосты. Начался общий штурм Тира. Гетеры первыми взошли на стену. Македоняне захватили несколько башен, чем закрепили свой первый успех. В это время македонский флот ворвался в гавань. Несмотря на отчаянное сопротивление защитников, Тир был взят: 8 тысяч горожан пали в бою, 30 тысяч были обращены в рабство. Город был практически разрушен.
В оценке историков эта победа имела не меньшее значение, чем победа при Иссе. Македонская армия заняла все побережье и утвердила свое господство на море. Сообщения армии были в безопасности. Тыл в результате всех этих побед становился прочным.
Поделиться книгой: