Уравнение для влюбленных (ЛП)

Физзи, игнорируя слова Джесс, присоединилась:

— Эта женщина сексуальна и молода. Она не должна тратить оставшиеся годы своей сексуальности на мамины джинсы и старые толстовки.

Джесс посмотрела на свой наряд, готовая возразить, но слова застряли у нее в горле.

— Может быть, и нет, — сказал Дэниел, — Но, если она счастлива, имеет ли значение, одета она по последнему писку моды или нет?

Джесс торжествующе улыбнулась Физзи:

— Видишь? Дэниел вроде как в команде Джесс.

— Знаешь, — в этот момент произнес Дэниел, комкая в руках тряпку для мытья посуды, довольный тем, что обладает каким-то тайным знанием, которым готов поделиться, — «Американо» тоже романтик.

— Дай угадаю, — предположила Джесс, ухмыляясь, — Он хозяин секс-клуба в дотракийской тематике?

Рассмеялась только Физзи. Дэниел же застенчиво пожал плечами:

— Он собирается открыть крутую современную компанию по подбору партнеров.

Обе женщины замолчали.

Что, простите?

— Сватовство? Сайт знакомств? — всё еще не веря, спросила Джесс. — Тот самый «Американо», который регулярно бывает здесь, в этом кафе, и никогда никому не улыбается? — она указала пальцем на дверь, находящуюся за ее спиной, через которую он вышел всего минуту назад. — Этот парень? Тот, который пусть и красавчик, но вечно выглядит мрачным и недовольным?

— Он самый, — кивая, подтвердил Дэниел.

— Возможно, Физзи, ты права, что ему нужно потрахаться, но предположу, что он прекрасно справляется сам.

***

ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, это конкретное событие понедельника произошло именно так, как и планировала Физзи — по понедельникам Попс забирал Джуно из школы и водил ее в библиотеку. Джесс уже успела подготовить предложение для Genentech, назначить встречу с Whole Foods на следующую неделю и просмотреть несколько электронных таблиц, прежде чем направилась в сторону дома, чтобы заняться ужином.

Машиной десятилетней давности, на которой едва ли было тридцать тысяч миль пробега, Джесс пользовалась так редко, что не могла вспомнить, когда в последний раз ей приходилось заправлять бак.

Всё в ее мире, удовлетворенно думала она по дороге домой, было на расстоянии вытянутой руки. Ее городок Юниверсити-Хайтс представлял собой идеальное сочетание квартир и разномастных домов, расположенных между крошечными ресторанами и независимыми компаниями.

Честно говоря, единственным преимуществом вчерашнего свидания было то, что Трэвис согласился встретиться в El Zarape, который находился всего в паре домов от неё; хуже самого скучного в мире разговора за ужином может быть только поездка на этот самый ужин в какой-нибудь квартал Gaslamp на другой конец города.

Оставался примерно за час до заката, небо покрылось мрачными тучами серо-голубого цвета, угрожая дождем, который привел бы любого водителя из Южной Калифорнии в замешательство.

В понедельник немногочисленная толпа становилась довольно шумной, собираясь на веранде новой пивоварни Kiwi-run, расположенной ниже по улице, а также неизменная очередь в Bahn Thai постепенно превращалась в клубок голодных тел; в тот момент три человека курили у входа на крыльце в их двор, полностью игнорируя специально установленный рестораном знак с просьбой не сидеть на частном крыльце по соседству с рестораном.

Арендатор Наны и Попса, мистер Брукс, установил снаружи на дверной замок камеру, и почти каждое утро он давал Джесс подробный отчет о том, сколько студентов колледжа тусовались на его крыльце в ожидании столика.

В поле зрения появился дом. Когда ей было четыре года, Джуно называла их жилой комплекс «Харли-Холл», и хотя в нем и близко не было той претенциозной атмосферы, которая требовалась для зала с большой буквы Х, название прижилось.

Харли-Холл был ярко-зеленым и выделялся словно изумруд на фоне коричневого оттенка штукатурки на соседних зданиях. Сторона, выходящая на улицу, была украшена горизонтальной полосой розовой и фиолетовой плитки, образующей узор — арлекин; большую часть года яркие цветы мандевиллы свисали из оконных цветочных ящиков.

Бабушка и дедушка Джесс, Рональд и Джоанна Дэвис, купили эту недвижимость в тот год, когда Попс уволился из военно-морского флота.

Так совпало, это было в тот же год, когда давний бойфренд Джесс решил, что он не готов быть отцом, и поэтому захотел сохранить возможность вставлять свой пенис в других дам.

Джесс закончила школу, а затем взяла двухмесячную Джуно и переехала в квартиру с двумя спальнями на первом этаже, окна которой выходили на бунгало Наны и Попса в задней части дома. Учитывая, что Джесс жила в Мишн-Хиллз, пока она не поступила в колледж Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, переезд был очень коротким. И теперь этот маленький и совершенный городок помогал растить уже и её ребенка.

Боковые ворота открылись с тихим скрипом, затем также закрылись за ней. Спустившись по узкой тропинке, Джесс вошла во внутренний двор, отделявший ее квартиру от бунгало Наны Джо и Попса.

Пространство было похоже на роскошный сад где-нибудь на Бали или в Индонезии. Вода в водопаде из камней тихо журчала, а вокруг доминировали яркие цвета: пурпурные, коралловые и медно-фиолетовые бугенвиллии доминировали на стенах и заборах.

Тут же откуда-то взялся маленький, с аккуратно заплетенной на голове французской косичкой ребенок, который набросился на Джесс:

— Мам, я взяла в библиотеке книгу о змеях, а ты знала, что у змей нет век?

— Я…

— А еще они едят пищу целиком, и их уши находятся внутри их головы. Угадай, где ты никогда не найдешь змей? — Джуно не мигая, смотрела на нее своими голубыми глазами. — Угадай.

— Канада!

— Нет. Антарктида!

Джесс завела её в помещение, сделав удивленное лицо и произнося в ответ:

— Вот это ничего себе!

— Именно. И еще помнишь ту кобру в фильме «Чёрный скакун»? Так вот, кобры — это единственный вид змей, которые вьют гнезда, и еще могут дожить до двадцати лет.

Этот факт действительно удивил Джессику.

— Подожди, ты это серьезно? — она бросила сумку на диван за дверью и направилась в кладовую, чтобы посмотреть, что можно приготовить на ужин. — Это же невероятно.

— Ага. Серьезно.

Джуно молча подошла к ней со спины, и в этот момент понимание происходящего тяжелым грузом опустилось на грудь Джесс. Она обернулась и увидела, что в широко раскрытом взгляде ее ребенка с застыло выражение упреждающей мольбы.

— Джуно, детка, нет.

— Ну, пожалуйста, мам?

— Нет.

— Попс сказал, это может быть красная крысиная змея. В книге говорится, что они «очень послушные». А может Королевского питона?

— Питона? — Джесс поставила кастрюлю с водой на плит. — Детка, ты в своем уме? — она указала на кошку, Голубку, спящую в закатном свете заходящего солнца. — Питон съел бы это существо.

— Королевский питон, и я бы этого не допустила.

— Если дедушка предлагает тебе завести змею, — сказала Джесс, — то он может оставить ее у себя дома.

— Бабушка Джо уже сказала нет.

— Еще бы, конечно, она так и сделала.

Джуно зарычала, рухнув на диван. Джесс подошла и села рядом, притянув ее к себе и обняв. Ей было семь, но она была такой крошкой; у нее все еще были детские ручки с ямочками на костяшках пальцев, и она пахла детским шампунем и древесным запахом книг.

Когда Джуно обвила своими маленькими ручками шею Джесс, она сделала глубокий вдох. У Джуно теперь была своя комната, но до четырех лет она спала с мамой, и иногда Джесс все еще просыпалась посреди ночи, испытывая острый укол тоски по теплу своей малышки рядом. Мать Джесс часто говорила, что ей нужно избавить Джуно от этой привычки, но советы по воспитанию детей были последним, что Джейми Дэвис должна была кому-либо давать. Кроме того, никто еще ни разу не занимал эту сторону матраса.

А Джуно была мастером по обниманиям, можно сказать, олимпийской чемпионкой с золотой медалью по объятиям. Она прижалась лицом к шее Джесс и сделала вдох, придвигаясь чуть ближе.

— Мама. Вчера ты ходила на свидание. — прошептала она.

— Угу.

Джуно была взволнована этим свиданием не только потому, что обожала своих прабабушку и прадедушку и потому, что бабушка Джо наготовила ей вкусняшки, пока Джесс не было дома, но и потому, что они недавно смотрели «Приключения няни», и Физзи сказала ей, что это довольно точное описание того, как проходят такие свидания. В голове Джуно, Джесс могла бы в конечном итоге встречаться с Тором.

— Ты ездила в центр города? Он подарил тебе цветы? — она слегка отстранилась. — Ты его поцеловала?

Джесс рассмеялась.

— Нет, этого я не сделала. Мы поужинали, и я пешком вернулась домой.

Джуно внимательно изучала ее, прищурив глаза. Она казалась вполне уверенной, что на свидании должно было произойти нечто большее. Вскочив, как будто что-то вспомнила, она побежала к своему чемодану на колесиках, стоящему у двери.

— Я тоже купила тебе книгу.

— Правда?

Джуно вернулась и забралась к ней на колени, протягивая покупку.

«Средний возраст и Кайф!: Полное руководство по знакомствам для женщин 40, 50 и старше.»

Джесс издала удивленный смешок.

— Это тетя Физз подговорила тебя на это?

В ответ Джуно довольно захихикала.

— Она написала деду.

За спиной дочери Джесс мельком увидела на холодильнике доску с напоминаниями, и кончики её пальцев охватило легкое покалывание. Там неровным почерком Джуно было написано

«ЦЕЛИ на НОВЫЙ ГОД»

НАНА И ПОПС

Найти персонального трейнера

Кашдый день совершать прагулку

Джуно

Научица любить броколли

Заправлять свою кровать кашдое утра

Пробовать что-то новое кашдое воскресенье!

МАМА

Пробовать что-то новое кашдое воскресенье!

Нана, будь более эгоистичной!

Делать больше вещей, которые миня пугают.

Ладно, Вселенная, подумала Джессика. Я поняла. Если миссис Брэди могла быть первопроходцем, возможно, пришло время попробовать и Джесс.

Глава 2

ПРОБЛЕМА с прозрениями: они никогда не приходят, когда очень нужны. У Джесс был слегка гиперактивный семилетний ребенок и процветающая карьера фрилансера, жонглирующего всевозможными математическими головоломками. Ни то, ни другое не оставляло много времени для составления списка приключений.

Кроме того, ей хватало дочери и карьеры; у нее было четыре хороших контракта на фрилансе, и хотя у нее не получалось откладывать, но она могла оплачивать счета — включая их астрономические страховые взносы — а также помогать бабушке и дедушке. Джуно была счастливым ребенком. Они жили в хорошем районе. Честно говоря, Джесс нравилась ее жизнь такой, какая она была.

Но фраза «Делать больше вещей, которые меня пугают», казалось, вспыхивала в ее голове словно неоновая вывеска всякий раз, когда она закрывала глаза между работой над данными.

По правде говоря, отсутствие свиданий в её жизни, вероятно, было больше связано с ленью, чем со страхом.

Не то чтобы я радостно и без оглядки прыгнула в это болото отсутствия личной жизни, — подумала Джесс. — скорее я медленно и постепенно опускалась в него, а поняла это только в тот момент, когда перестала задаваться вопросом, стоит ли постирать джинсы, которые я подняла с пола, прежде чем снова их надеть.

Джесс никогда не жаловалась на то, что стала мамой в двадцать два — рождение Джуно было лучшим подарком, который Алек мог ей оставить, честно говоря — но было бы справедливо признать, что она прилагала больше усилий, когда готовила обед для Джуно, чем те силы, что она вкладывала хотя бы в планирование и рассуждение о том, какого партнёра она хотела бы видеть рядом с собой.

Может быть, Физзи, Нана и обложка «Мари Клэр» не ошиблись, когда намекнули, что Джесс нужно выйти из своей зоны комфорта и мечтать о большем.

— Что это за выражение лица у тебя сейчас? — Физзи нарисовала воображаемый круг перед лицом Джесс. — Я как раз не могу подобрать слово.

— Такое? — Джесс показала на себя пальцем. — Осознание поражения?

Физзи кивнула, бормоча вслух, когда принялась печатать:

— «Она отвела глаза от его проницательного взгляда, осознание поражения окрасило ее черты в молочно-серый цвет».

— Ух-ты. Ну, спасибо.

— Я пишу не о тебе. Просто твое выражение лица было как раз подходящим. — она напечатала еще несколько слов, а затем взяла свой латте. — Мы уже обсудили этот вопрос в «былые дни нашей дружбы», когда ты четко дала понять, что не хочешь становиться главной героиней моих любовных романов. И по этой же причине я могу писать с тебя только какого-нибудь второстепенного персонажа или злодея.

Произнеся это, Физзи поморщилась от глотка, кажется, уже остывшего кофе — ей явно пора было сделать новый заказ. Но эти ее слова прозвучали для Джесс словно пощечина.

Джесс сидела тихо, глубоко погрузившись в мысли о том, что ее жизнь пройдет мимо, прежде чем она это осознает. Если Джуно когда-нибудь перестанет жить полной жизнью, это разобьет ей сердце.