Свекровь в законе (СИ)

– Ну, что вы, тётя! — успокаивающе прогудел Матиас. Он умел разговаривать с графиней так, что она не воспринимала его как щекастого малыша в слюнявчике. Его редкий талант помогал и в случае с грозной донной Розой. — Вы по-прежнему в отличной форме, но матушка волнуется, как бы вам не застудить спину на каком-нибудь горнолыжном курорте.

Донна Роза сроду на горных лыжах не стояла, но предположение племянника очень ей польстило.

Матиас тем временем повернулся к Дилану и прошептал:

– Беги!

Дилан понял – такой шанс упускать нельзя ни в коем случае. Попятившись, скрылся среди роз. Затаившись, понял, что маман все еще увлечена беседой с любимым племянником, к которому она не так строга, как к собственному сыну. А уж затем, не теряя стратегического преимущества, челночком между кустами перебежал к выходу из графского сада. Любовь делала его дерзким. Ни за что бы не решился он на подобный побег еще три дня назад.

Глава 6

– Маргарита Расстегай, пятьдесят два года, преподавательница любовной химии в магическом техникуме Зидаира, — бубнил скучным голосом Бивик, время от времени откусывая от шоколадного пончика и шумно прихлебывая кофе.

Инспектор расположился прямо в лаборатории Лиз. Точнее, это ее лаборатория находилась в участке, ей выделили уголок в общем офисе, где сидели детективы и инспекторы.

Стол Эдуарда был значительно дальше, да и место, где Лиз проводила тесты, было огорожено ширмой, но Бивик решил для экономии времени посвящать криминалистку в обстоятельства дела сразу, как только к нему поступала информация.

– В связи с преступными группировками не замечена, долгов и кредитов не имеет. В библиотеке на ее имя оформлен постоянный читательский абонемент. Те, кто близко знают пострадавшую, утверждают, что третьего дня у нее была серьезная размолвка с подругой, по имени Аманда Бинкс. Маргарита внесла свое имя в очередь на чтение дилогии о наследнике дракона, втиснув ее выше уже записанной фамилии Бинкс. А в момент совершения преступления и вовсе чуть ли не выхватила ее из рук Бинкс.

– Аманда Бинкс — это та свидетельница, которая дала подписку о невыезде? — уточнила Елизавета, стараясь дышать ртом, чтобы не ощущать смеси ароматов поджаренного в жире пончика и дешевого кофе из ближайшей забегаловки.

– Она самая. Не знаю вот только, стала бы она убивать из-за бульварной книжульки?

– Вы сами вчера видели этих читательниц. Такие ради возможности узнать раньше всех, кто кого родит, на всё готовы.

– Это точно, — причмокнул Бивик, — к тому же стало известно, что месяц назад Бинкс заняла у Расстегай крупную сумму денег, примерно пять тысяч зидалунгов. И отдала или нет, неизвестно. Надо бы уточнить это при допросе. Вполне явный мотив вырисовывается.

Пять тысяч зидов! Зарплата Елизаветы - двести пятьдесят! Этого хватает на съем комнаты и закупку ингредиентов для правильного питания на месяц вперед. Возникает два вопроса: откуда у скромной учительницы такие деньги, и зачем столь нескромная сумма могла потребоваться Аманде Бинкс?

– Фактов, которые могли бы подтвердить какую-либо связь между Пьером Бойлишем, Маргаритой Расстегай и Амандой Бинкс, пока обнаружить не удалось, — продолжал бубнить Бивик.

– Даже не знаю, в каком качестве уместнее рассматривать донну Бинкс, – задумчиво произнесла Лиз, переливая зеленоватый состав из пробирки в реторту, — она может оказаться как жертвой, которой предназначался яд из книги, так и подозреваемой.

– Точно, – подтвердил Бивик, и потянулся за следующим пончиком, с синей посыпкой, — идем дальше. Пьер Бойлиш – удивительно спокойный мужчина, который, как свидетельствуют соседи, ругался только со своей женой. Супруга требовала от мужа сменить работу или найти подработку, чтобы обеспечивать запросы семьи, при этом сама она всегда сидела с детьми. Даже когда младшему исполнилось двенадцать.

– И зачем ей избавляться от Бойлиша? Это ведь не заставит его зарабатывать больше, — не поняла Лиз.

– За три месяца до происшествия Пьер Бойлиш застраховал свою жизнь в пользу семьи, — Бивик стряхнул крошки с брюк на пол, — и в качестве страхового случая было указано и отравление неизвестными ядами.

– Как подозрительно!

Раствор в реторте окрасился в ярко-желтый и Лиз вздрогнула. Это была положительная реакция, означавшая, что частицы яда обнаружены еще на одной книге. Не зря она их скребла до полуночи.

– Всего в этом договоре указано около сотни вариантов, — почесал Бивик затылок жирными пальцами, — но один из них именно такой. Чего ты на свою склянку уставилась?

– Ещё как минимум одна книга из зала измен драконов отравлена, — сказала Елизавета, — это требует дополнительного объяснения!

– И как называется эта макулатура? То есть, литература.

– “Измена дракона двум истинным”, — прочитала Лиз написанное на сопроводительной карточке.

– Погоди, а первая как называлась? — Бивик был сбит с толку.

– “Измена лорда-дракона. Ты родишь мне наследника”.

– Это точно разные книги?

Бивик икнул.

– Абсолютно! Сами же видите, название совершенно другое.

Инспектор вздохнул.

– И как же теперь понять, кто должен был стать жертвой нового преступления? — растерянно спросил он.

– Возможно, у этих книг один круг читателей, надо посмотреть, вписана ли вторая в абонемент Расстегай или Бинкс.

– Молодчина, быстро как учишься всему! – крякнул Эдуард, приходя в себя. – Итак, у нас есть пока трое серьезных подозреваемых.

– Трое?

Елизавета начала прикидывать в уме информацию, которая у нее имелась.

– Аманда Бинкс, затем – жена Пьера Бойлиша… а еще кто?

– Горгона Изенгардовна Люсифер! — торжественным голосом ответил Бивик.

– Но как, почему?

– Она знала обе жертвы!

– Подождите. Но ведь это неизбежно! — запротестовала Лиз. — Она – смотрительница в библиотеке, а жертвы — ее посетители. Так любого сотрудника подозревать можно, хотя бы ночного сторожа.

– Можно, конечно. Если этот сторож так же, как Горгона Изенгардовна, выступал в качестве члена комиссии, которая оценивала деятельность преподавателя по имени Маргарита Расстегай год назад. И является двоюродной теткой жены Пьера Бойлиша.

– Ох… вы хотите сказать…

– Да! Горгона Изенгардовна была связана с обоими пострадавшими в обычной жизни. И не очень-то их жаловала. Она поставила самый низкий балл за урок Расстегай, заявив, что та использует слишком мало научной литературы в своих лекциях, и ей не стоит обучать молодых магов. А насчет Бойлиша, думаю, и так понятно, на чьей стороне были ее симпатии в семейном конфликте.

Дело становилось восхитительно сложным!

– Я собираюсь допросить подозреваемых! – Бивик зловеще сдвинул брови.

– Здесь, в участке? — будничным тоном уточнила Лиз.

– О, нет! Я задумал более изощренный ход!

Эдуард хихикнул, потирая потные ладони.

– Я уже велел доставить всех в библиотеку.

– Но зачем? — удивилась криминалист.

– Чтобы они давали показания на месте преступления. Это такой психиатрический ход.

– Психологический, — автоматически поправила Бивика блондинка.

– Неважно, — отмахнулся инспектор, — главное, убийца будет нервничать. И обязательно себя выдаст. Ты поедешь со мной в библиотеку? На допрос я, сама понимаешь, тебя пустить не могу. Это дело детектива. Но оценить обстановку ты мне на месте поможешь.

Лиз сначала хотела было отказаться, потому что у нее было еще около трехсот проб на проверку. Но потом вспомнила, что сама мимоходом назначила встречу этому милому графу Рихтеру на сегодня. А вдруг он придет и решит, что она его обманула?

Почему-то Лиз совершенно не хотелось, чтобы Дилан Рихтер в ней разочаровался. Ведь он такой…такой честный, благородный. И элегантный кавалер. Подарил ей прекрасные цветы, которые она совсем не оценила.

К Елизавете пришло запоздалое чувство вины.

– Да, пожалуй, я поеду с вами, — сказала она, хватая розовую, в тон сегодняшнему деловому костюму сумочку, — мне бы и самой не мешало посетить один из библиотечных залов. Возможно, там есть книга о редких животных ядах, по которой я обучалась в академии. Пока я не смогла установить, какое существо, кроме василиска, обладает такой парализующей силой.

Глава 7

– Снова здорово! – поприветствовала служителей закона Горгона Изенгардовна. — Вы уже нашли, кто у нас тут читателей травит? А то уже два зала опечатали. Клиенты очень беспокоятся.

– Мы со всем разберемся, гражданка Люсифер, — зловещим тоном пообещал Бивик. Он сейчас себя чувствовал великим детективом, который собирает всех подозреваемых на месте преступления, а потом называет имя преступника. И тот, рыдая, признаётся во всех совершенных им злодеяниях.

Эдуард протопал к первому из закрытых залов, отодвинул заградительную ярко-красную ленту, обозначающую место преступления, и отпер замок.

– Елизавета, ты будешь на стойке приема посетителей, — распорядился он, — держи глаза и уши открытыми. И отправляй ко мне по одному подозреваемому. Их уже должны были привести.

Лиз кивнула и направилась, куда ей велели. Горгона Изенгардовна, было, попыталась забежать вперед нее, но Эдуард сказал внушительно:

– А вас, донна Люсифер, я попрошу остаться. Допрос мы начнем с вас.

– Допрос?! — Горгона взвизгнула так, что рудиментарные змейки на ее голове открыли глаза и заколыхались. Обычно они просто были уложены в элегантную прическу и никак себя не проявляли.

– Именно. Пройдемте, Горгона Изенгадовна.

– Изенгардовна! – оскорбленно поправила Эдуарда смотрительница, но послушно пошла за ним.

Елизавете было интересно, о чем же будут беседовать инспектор и его суровая подозреваемая. Впрочем, девушка была уверена — Бивик постарается вывести строгую леди на признание.

Зайдя за библиотекарскую стойку, Лиз увидела, что в зале сидят трое читателей, изучающих книги, а особняком, на деревянной скамье расположились две женщины. Одна – испуганная и заплаканная брюнетка в черных одеждах, и вторая — Аманда Бинкс, уже знакомая Елизавете.

Стало быть, жена Пьера, Ева Бойлиш, уже осваивается в наряде вдовы! Рановато. Действительно, очень это подозрительно.

Лиз подумала, что все трое потенциальных обвиняемых – женщины. И это было логично. В учебниках криминалистики она неоднократно читала, что яд — чисто женское оружие.

Предполагаемые отравительницы не смотрели друг на друга, хоть и сидели на одной скамейке.

– Извините, — подала голос Аманда, – раз уж я все равно теряю тут время, можно хотя бы книгу взять? Я как раз начинала недавно погружаться в удивительный мир истории о драконьей измене сразу двум истинным. Очень поучительная и на редкость правдоподобная книга.

– Не велено! — ответил ей один из двух полицейских, что стояли по бокам от лавочки. Охраняли подозреваемых, чтоб не сбежали.

Сердце Лиз подпрыгнуло. Уж не та ли это книга, которую тоже успели отравить? Тогда еще вопрос, в кого целились. Может быть как раз Маргарита Расстегай и есть преступница. Она вначале обработала ядом первую из книг, которую читала ее подруга-должница, а потом принялась за вторую, но не соблюла технику безопасности и отравилась сама. Конечно, открытым остается вопрос, зачем ей было устранять Пьера Бойлиша… Но тут возможны варианты: она в тщательно скрываемом сговоре с его женой, либо просто вначале хотела поэкспериментировать. Забросить пробный шар, как говорят жонглеры огненными сферами.

Елизавета разволновалась от собственных смелых догадок, и даже забыла, что собиралась найти справочник по животным ядам. А скоро волнение еще усилилось, и с преступлениями в библиотеке это вовсе не было связано.

Жандармы заводили носами в предвкушении, а Лиз, наоборот, чуть не задохнулась, когда по залу поплыл запах свежих пончиков и того самого дешевого кофе!

И все это великолепие внес на вытянутых руках, кто бы вы подумали? Дилан Рихтер!

Увидев Лиз, граф улыбнулся так тепло и радостно, что девушка готова была простить ему и пончики, и деспотичную маму.

– Елизавета! — пропел он своим бархатистым голосом. — Я принес ваш полицейский завтрак!

Жандармы разочарованно вздохнули, поняв, что райская пища предназначена не для них.

– Вы… такой заботливый, Дилан!

Лиз и в самом деле была тронута. Настолько, что когда молодой граф протянул ей открытую, словно шкатулка с драгоценностями, коробку с вредной выпечкой, девушка зачарованно вытащила оттуда горячее, облитое розовой глазурью колечко. И, о ужас-то, откусила здоровенный кусок! А потом запила его глотком дряного кофе.

– Вам нравится? — Дилан посмотрел на свою юную фею с тревогой. Сам он не очень понимал, как такое можно есть по собственной воле. Но в кафешке “Мечта детектива” его уверили, что всё полицейское управление отоваривается именно у них. Мол, это общепит, авторизованный при местном участке.

— Очень… вкусно… — прошептала Лиз, — так вкусно, что хочется смаковать подольше. Можно, я потом это доем?

– Разумеется! — Дилан мысленно сказал спасибо кузену Матиасу.

По залу разнесся голодный вздох жандармов.

– Ой, а можно, я с коллегами поделюсь? — с надеждой спросила Лиз. — Тут так много этой… вкуснятины!

– Конечно, — торопливо согласился Дилан.

Полицейские радостно накинулись на коробку с подношением, от которой Елизавета с огромным облегчением избавилась. Ей остался лишь надкушенный пончик и чуть пригубленный стаканчик кофе. Она незаметно поставила всё это на стол.

– Не подскажете, где администратор? — Дилан попытался изобразить деловой настрой. Мол, он ради книги пришел, в конце концов. И по дороге просто прихватил угощение для поднятия духа полицейских.

– Её допрашивают! — прошептала Лиз. — Библиотека пока не работает в полном объеме. Читатели, которые уже взяли книги, пока тут, а когда уйдут, здание закроют. Я даже не вполне понимаю, как вы сюда прошли. Пускать внутрь запрещено!

– У меня были пончики, — Дилан пожал плечами, — ваши люди приняли меня за курьера.

– Как здорово вы придумали проникнуть в условиях ограниченного входа! — восхитилась Лиз.