Помоги проекту - поделись книгой:
"Юлиан не может иметь детей"
- Почему? Ему нельзя помочь?
"Нет, дитя моё, нельзя. И не отвлекайся, сейчас у тебя другое задание" - строго произнесла богиня.
- Да, Афина, прости, - тихо сказала Лина и бегом побежала в гостевое крыло дворца.
- Стой тут, - махнула она рукой солдату, приказывая остаться у стены, и без стука открыла дверь в свою комнату, чем перепугала Дианту, сидевшую верхом на своём муже. - Юлин, ты мне нужен, срочно! - крикнула она и криво улыбнулась подруге, прикрывавшейся одеялом. - Дианта, прости дорогая.
Закрыла дверь и прислонилась к стене, разглядывая красивую мозаику под ногами. Когда каждый день ходишь по этому дворцу, перестаёшь замечать, насколько он прекрасен. Потрясающе красивый пол, воздушные фрески на стенах и позолоченные орнаменты, украшающие колонны и потолки. Это всё стало повседневным... и она усмехнулась сама себе, вспоминая как радовалась красивым камушкам под ногами в первые дни пребывания в этом дворце. Это было так давно, как будто в другой жизни.
- Что случилось? - выбежал перепуганный Юлиан и недоверчиво посмотрел на солдата рядом.
- Плащ надень, Максимилиан будет ругаться, - буркнула Лина и пошла в зал, где их ждали хмурый полководец и инструктор солдат.
- Лина, это правда? - спросил Хрис, как только девушка появилась в дверях.
- Хватит! - крикнула она так, что подпрыгнули все без исключения, села за стол и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. - Простите Хрис, но я не настроена обсуждать своё решение.
- Конечно, Лина, прошу меня простить. Я так понимаю, Юлиана и этого солдата вы берёте с собой? - спросил он, разглядывая мужчин за спиной жены царя.
- Да. Максимилиан, ты останешься с нами? - спросила она и посмотрела на мужа.
- Нет, я не желаю это слышать, - грубо ответил он, и хотел, уж было развернуться, чтобы уйти, но вдруг вернулся и поцеловал её.
- Всё в порядке, иди, поиграй с Деметрием, я вернусь к ночи, - погладила Лина его по плечу.
Максимилиан коротко кивнул и быстро скрылся за дверью, а Лина обернулась к мужчинам, стоявшим за спиной, и усмехнулась, увидев их ошарашенные взгляды.
- Садитесь, - махнула она рукой на стулья перед собой. - Юлиан, это Левк. Левк, это Юлиан. Хриса вы знаете.
Юлиан недоверчиво сузил глаза, смотря на солдата, но промолчал, ожидая объяснений.
- Мальчики, Тиграна взяли в плен римляне, а мы идём за ним, - начала говорить Лина.
- Куда? - тут же спросил Юлиан.
- Ещё один глупый вопрос, и я тебя разжалую, несмотря на то, что Максимилиан тебя ценит, - недовольно сказала Лина, глядя на стушевавшегося друга.
- Лина, успокойтесь, - строго сказал Хрис, и она поняла, что действительно находится на взводе и никак не может прийти в себя после неприятного известия. Сердце колотилось как ненормальное, а по коже то и дело проходили мурашки. Толи от волнения, толи от прохладного ветра, по-хозяйски гулявшего по дворцу.
- В Рим, мы идём в Рим, во дворец Тита, вызволять нашего генерала. И если вы не готовы сопровождать меня, то можете быть свободны, - холодно сказала Лина, и посмотрела на Юлиана и Левка.
- Я с тобой, - уверенно кивнул Юлиан.
- Я тоже госпожа, - согласился с ним Левк.
- Хорошо, тогда займёмся уже делом. И, Левк, меня зовут Лина, договорились? - произнесла она и, увидев согласный кивок, продолжила. - Сначала расскажите мне, что делают с пленными римляне, и к чему нам нужно быть готовыми?
- Пытают. Что же ещё? - пожал плечами Хрис, и Лине захотелось пнуть его ногой.
- Хрис, вы специально злите меня? Да? Я знаю, что пытают, меня интересует - как и в каких условиях это обычно происходит. И ещё, сколько у нас времени...
- Самый распространённый метод, это растяжение членов на козле или на верёвках в висячем положении, - начал говорить Левк. - Римляне охотно пытают раскалённым железом, кипящим маслом, переламывание рук и ног. На самом деле они в этом деле очень преуспели, но скорей всего убивать его сразу не будут, и пытки, которые могли бы ему принести смерть не станут применять, - заключил солдат и Хрис с ним согласился.
- Так, ясно... - сказала Лина и очень постаралась, чтобы её голос не дрожал. Встала и прошлась по залу, думая, что делать.
- Афина? - очень тихо позвала она богиню.
"Что ты хотела, дитя моё?" - возник голос недовольной богини.
- Тигран жив? Сколько у меня времени?
"Он жив. Ты успеешь добраться до него"
- Афина, ты сможешь наградить Юлиана и Левка римским языком?
"Да. Пусть приходят сегодня в храм, и они получат желаемое", - сказала Афина и исчезла из головы Лины. Она повернулась к столу и увидела три пары изумлённых глаз.
- Что? - возмущённо спросила она и села обратно на своё место.
- Он жив? - осторожно спросил Юлиан.
- Да, жив. И Юлиан, Левк сегодня в храм к Афине сходите, она наградит вас римским языком, и дары не забудьте, - произнесла Лина и, увидев нерешительные кивки, продолжила. Времени было очень мало, и всю ночь обсуждать предстоящую операцию, не было возможности. - Левк, надеюсь, ты помнишь курс об оказании первой помощи?
- Конечно.
- Тогда собери всё, что нам может понадобиться, для оказания помощи Тиграну.
Солдат кивнул.
- Теперь нужно решить, как мы туда попадём.
- Сейчас в порту стоит торговый корабль из Карфагена, дальше он идёт к римлянам, я договорюсь, чтобы нас взяли, - уверенно сказал Юлиан, и Лина внутренне улыбнулась. Мужчины были собраны и сосредоточенны. Хорошо.
- Договорись, но так, чтобы никто не знал, с какой целью мы на борту. Наша легенда - ты мой муж, а Левк твой брат, и мы прибыли из какого-нибудь маленького римского города на карфагенском корабле, но задержались в Афинах. И нам ещё нужна одежда и деньги, много римских денег.
- Сколько? - подал голос Хрис.
- Столько, чтобы нам хватило на пару недель пребывания в Риме, и нанять корабль с безумным капитаном, который согласится плыть к берегам Греции.
Лина с мужчинами совещались ещё долго, оговаривая детали плана. Хрис и Левк оказались кладезем информации о римском народе, а Юлиан, к радости девушки, трезво смотрел на операцию, и замечал то, что её взволнованный мозг упускал из виду. Например, то, что нужно заранее продумать пути отступления, так как вернуться в Афины тем же способом, как они прибудут туда, не удастся.
Вернулась Лина в спальню к мужу уже за полночь, и тихонько легла рядом, очень стараясь не разбудить его.
- Наконец-то. Почему так долго? - пробурчал Максимилиан и повернулся к жене.
- Так получилось, прости, - шепнула она ему на ушко и удобно устроилась в его объятиях. Горячие сильные руки крепко обнимали, а приятный аромат сандалового дерева кружил голову, и хотелось лежать вот так всю жизнь. - Я тебя люблю, Максимилиан.
- Малыш, пожалуйста, будь осторожней.
- Конечно, мне нужна моя жизнь, для того чтобы прожить её рядом с тобой, мой полководец, - погладила она руку мужа. - Давай спать, мне вставать через четыре часа.
Лина почувствовала нежный поцелуй в шею и закрыла глаза, наслаждаясь горячим дыханием за спиной.
Максимилиан смотрел на жену в своих руках и не мог поверить, насколько всё изменилось в его жизни. Совсем недавно мир был другим. Царь Греции и военный полководец, строгий, властный и холодный, который был известен миру, как решительный и жестокий правитель. Для него уже была выбрана жена, достойная стать матерью его детей, и вся его жизнь была подчинена строгим правилам, признанным в обществе и статусу. Но Лина ворвалась в его жизнь как ураган и изменила всё, до чего смогла дотянуться, - царя и его страну.
Никому неизвестная, безродная девушка, появившаяся из ниоткуда, смогла завоевать не только холодное сердце Максимилиана, но всего греческого народа и не было в стране человека, не признавшего её. Немыслимо.
Лина скептически осматривала свою многослойную одежду и одежду Юлиана и Левка заодно. Она была неудобная...
- Это что? Без этого нельзя обойтись? - показала она кусок ткани, в который была завёрнута с ног до головы, как конфета.
- Конечно. Тогу носят все, кто является гражданином Рима со всеми плюсами его положения, а нам ведь не нужны лишние вопросы? - улыбнулся Левк. Он уже не робел рядом с женой царя и говорил вполне нормально, тем более Лина сказала, что операция официально начата и если услышит слишком почтительное обращение к себе, прирежет. Прямо так и сказала.
- Да... но почему белый? Мы как три альбиноса. Я хочу красную тогу...
- Лина, алый в Риме носят куртизанки, - холодно сказал Максимилиан, который стоял в стороне и недовольно смотрел на жену, и особенно недовольно на короткие чёрные волосы на её голове. - И хватит уже обсуждать такую ерунду, как одежда.
- А мужчины-то, почему не могут одеть что-нибудь цветное? Сейчас модно зелёный... - Лина проигнорировала гневный взгляд мужа и продолжала задавать вопросы.
- Цвет от моды не зависит, а зависит от традиций и есть цвета одежды, которые просто неприлично носить. Для мужчины любой яркий цвет - неприличный, а оранжевый, либо зеленый сразу намекает на их пассивную роль в... любовных утехах между мужчинами, - поведал Левк.
- О! Полководец, нужно твоим солдатам, занимающимся этим непотребством, раздать зелёные хитоны. Знаешь, что я вчера видела? И ладно ночью, а они же средь бело дня! - воскликнула Лина и возмущённо замахала руками.
- Прекратить! - Максимилиан гневно на всех смотрел, и всем своим видом показывал, что терпеть это больше не намерен.
- Да, нам действительно пора. Иди ко мне моё солнышко, - произнесла Лина и нагнулась, чтобы обнять сына. - Не скучай, мама скоро приедет и привезёт дядю Тиграна.
- Мама, - ответил малыш и начал вырываться из слишком крепких объятий. Лина отдала сына мужу, и обняла их обоих. - Не переживай полководец, всё будет хорошо.
Лина с двумя мужчинами незаметно покинули дворец и быстро направились в порт, где уже готовился к отбытию торговый корабль из Карфагена. Договориться с владельцем судна оказалось совсем не сложно, выяснилось, что таким образом путешествуют многие, и для них даже были оборудованы специальные каюты. Маленькие и тесные, но зато изолированные ото всех.
- Лина, может попросить другую комнату? - осторожно спросил Левк, смотря на тесное помещение с тремя лежаками, в котором им предстояло провести пятнадцать дней.
- Зачем? Тебе тут не нравится? - улыбнулась девушка и с усмешкой посмотрела на солдата. - Располагайся.
Юлиан окинул взором лежаки и пристроил в углу большую сумку. Левк, когда начал собирать всё необходимое для оказания помощи Тиграну, сперва брал всё, что только можно было. Но, когда сумки были собраны, он оценил габариты поклажи и вытащил оттуда всё, что можно было приобрести в Риме. Хотя Лина и не верила, но в Греции была очень развита медицина, и многие растворы и препараты можно было приобрести только там. Ими Левк и ограничился, тем более сумки и без того были большими. Одни банки с чёрной краской весили не мало.
Лина прошла к крайнему лежаку и легла на него.
- Пятнадцать дней безделья... Сдохнуть можно... - проворчала она, задирая ноги на стену.
На палубу она решила лишний раз не выходить, чтобы не вызывать вопросов, хотя комнатка действительно была тесновата, ровно три шага в ширину и пять в длину. Не разбежишься. Благо, что корабль был новым, и каюта выглядела довольно чистой. Тесной и душной, но зато с приятным ароматом какого-то дерева, и лежаки были свежими и удобными.
Корабль мерно качался на волнах, Лина как обычно медитировала, за неимением другого дела, Левк куда-то ушёл, а Юлиан лежал рядом и изучал кинжалы, отданные на время операции Левку. Они были прекрасны. Рука мастера-оружейника, легендарного Тирея, была видна опытному взгляду сына кузнеца, и он очень жалел, что не умел пользоваться подобным оружием. Лина даже не стала предлагать их Юлиану, зная, что он не владел кинжалами, в отличие от Левка. Это было первое оружие, появившееся у девушки, и даже когда Тирей изготовил новые клинки специально под женскую руку, старые клинки остались при ней и хранились как память. Но хорошему оружию не место на полке, оно обязательно должно быть в бою.
- Юлиан? - вдруг произнесла Лина и открыла глаза. - Ты знаешь, что не можешь иметь детей?
Мужчина открыл рот от изумления. Откуда Лина узнала? Он поднял глаза на девушку, а она очень серьёзно смотрела на него, требуя ответа.
- Да, - чуть осипшим голосом ответил он.
- А Дианта знает?
- Нет, я ей не говорил, - резко ответил Юлиан и отвернулся от Лины, злясь, что она начала этот разговор. Эта тема была слишком больной для него, и он старался не думать об этом.
Лина подсела к другу и обняла его за плечи, видя его реакцию.
- Юлиан, она должна знать, - мягко, но настойчиво произнесла она.
- Лина, я не хочу говорить об этом.
- Пожалуйста, повернись ко мне, - попросила она, взяла мужчину за руку и потянула к себе. - Юлиан, Дианта должна знать об этом.
- Зачем?
- Она будет винить себя.
- А если я ей расскажу, то она будет знать, что виноват я и бросит меня, - гневно сказал Юлиан, но руку у Лины не отнял. Ему было приятно её утешающие прикосновения, они были нужны ему. Эта давняя проблема очень волновала его, но он никогда ни с кем не обсуждал её, держал в себе.
- Нет. Дианта любит тебя, она никогда не станет упрекать тебя в этом.
- Лина, тебе не понять...
- Юлиан, я понимаю тебя как никто другой, - строго сказала Лина. - Я никому не говорила кроме Максимилиана и Алкмены, но то, что я смогла родить, это чудо. После тяжёлого ранения я не могла иметь детей, и Максимилиан знал об этом, когда брал меня в жёны. Он знал, что у него не будет наследника. Понимаешь? - Лина посмотрела в глаза Юлиану и увидела его ошарашенный взгляд. - И забеременеть я смогла только благодаря богам, но даже после этого я не могла родить сама и... в общем вот, - подняла она тунику и показала шрам, оставшийся после экстренного кесарева сечения.
- О боги, Лина... - тихо произнёс он, не веря своим глазам.
- И да Юлиан, я тебя понимаю, потому что я знала, что мне не суждено стать матерью, и я смирилась с этим. И я, и Максимилиан.
- А что это вы тут делаете? - спросил появившейся в дверях Левк и, улыбаясь, посмотрел на Лину с Юлианом.
- Обнимаемся, не видишь что ли? - засмеялась Лина и наглядно подтвердила свои слова, обняв крепкую мужскую руку друга.
Поделиться книгой: