Помоги проекту - поделись книгой:
– Ладно, пап. У меня куча дел, а я и правда проспала почти до обеда… Я подумаю. Обещаю.
– Хорошо. Целую тебя.
– И я…
Бросив телефон на кровать, Лена пошла в ванну.
Странный звонок отца произвел не слишком приятное впечатление. Она не хочет чтобы в ее жизнь вмешивались. А отец явно пытается это сделать. Из лучших побуждений. Но все же…
Телефон вновь зазвонил. Не дойдя до ванны, Лена вернулась к постели.
– Привет, надеюсь ты встала?
Лена засмеялась.
– Сегодня всех очень волнует мой долгий сон. Очень похоже на зависть.
– Да?! – Игорь рассмеялся. – А кого еще волнует твой сон? Кто еще входит в число завистников?
– Папа звонил. Он хочет чтобы я к нему приехала.
– Да?!… А чего вдруг? Нормально все?
– Да, вроде, нормально. Говорит, что просто соскучился…
Лена вздохнула. Не обьяснять же мужу про то, что ее отец говорил что-то там про какую-то помощь. Он вообще любит выстраивать всевозможные теории и схемы решений разнообразных проблем. И зачастую довольно необычными способами. Очевидно, профессия накладывает отпечаток… Игорю совершенно не обязательно знать об очередной странности, родившейся в голове у тестя.
– Ясно, – протянул Игорь. – Ну, а чего, возраст, наверное, дает себя знать. Он один, его можно понять… Сьезди. Сменишь обстановку. Тебе тоже на пользу пойдет…
– Я ему сказала, что подумаю…
– Отлично… Лен, мне нужен скан документов. Забыл их на столе, когда уходил.
–Сейчас отправлю.
– В синей папке…
– Хорошо, думаю, найду, – улыбнулась она.
– Все, пока, нужно бежать, через пять минут встреча… жду документы.
– Да, сейчас пришлю. Целую.
– Целую…
Сунув телефон в карман пижамных штанов, чтобы больше не пришлось возвращаться, Лена вновь направилась в ванную. Подойдя к двери она развернулась и пошла в кабинет мужа. Мало ли, может документы прямо срочно-пресрочно нужны.
«Интересно, я сегодня зубы почищу или нет?» – ворчливо подумала Лена, делая фото документов и отправляя их мужу.
Глава 2
Получив багаж, Лена вышла из здания аэропорта. Тут же один за другим, с предложением подвезти «недорого», подскочило несколько таксистов. Отказавшись от их услуг, Лена поискала глазами машину отца.
– Пап!
– Ой! Привет, а я тут зачитался… – Федор Владимирович выбрался из машины и радостно сгреб в свои медвежьи обьятия дочь. – Привет! Худющая! Ужас!…
– Пап! – Лена засмеялась. – Мне кажется, ты всегда тайно мечтал, чтобы я была колобком.
– Ну, может не колобком, но точно более упитанной, – смеясь сказал отец. – Долетела хорошо?
– Прекрасно. – Лена улыбнулась. – Успела закончить перевод статьи. Она мне жуть как надоела. Язык корявый, невозможно читать.
– Ну и хорошо, что закончила. Сейчас поедем пообедаем, а потом прокатимся кое-куда…
– Пап, эта загадочность, меня прямо пугает.
– А ты не пугайся, – засмеялся Федор Владимирович. – Уверен, что ты согласишься с моим мнением.
– Если бы я еще знала твое мнение…
– Узнаешь. Все сейчас обедать, все остальное потом.
Обед в небольшом ресторанчике, который как поняла Лена совсем недавно открылся, оказался выше всяких похвал. И еда и обслуживание были на высоте.
– Ну что, не хуже чем в Москве? – с мальчишеским хвастовством спросил Федор Владимирович.
– Знаешь, большинство московских заведений далеки от того, чтобы являться мерилом, – улыбаясь ответила дочь. – А здесь действительно очень приятное место и кухня отличная.
Когда официантка принесла кофе, Лена не удержалась и вновь спросила, что же все-таки задумал отец. Но Федор Владимирович был непреклонен.
– Леночка, это тот случай, когда лучше один раз увидеть… Только я тебя прошу очень настоятельно. Ты, пожалуйста, не делай никаких поспешных выводов. Хорошо?
– Пап, ты меня все больше пугаешь. Я, по-прежнему, ничего не понимаю, но, знаешь, все сильнее и сильнее напрягаюсь.
– Просто доверься своему отцу.
Лена немного нервно рассмеялась.
– Учитывая, что отец психиатр, именно это и пугает сильнее всего.
Федор Владимирович расхохотался и похлопал дочь по руке.
– Твой отец считается одним из лучших специалистов в своей области, не забывай.
– И это пугает еще больше.
– Ну, с чувством юмора у тебя все в порядке, это главное, – вкладывая купюры в папочку со счетом, сказал Федор Владимирович. – Поехали. А то ты совсем изведешься.
Глава 3
– Вот, смотри, какой центр отгрохали. Внутри тоже все по последнему слову науки и техники, – с нескрываемой гордостью сказал Федор Владимирович.
– Да, впечатляюще, – сказала Лена, разглядывая современный комплекс, по отдельным признакам явно имеющий отношение к медицине. – Ты теперь здесь работаешь? Новая больница?
– Не совсем больница. Центр реабилитации. Я здесь не на постоянной основе. Меня приглашают на консультации когда бывают особенно затруднительные случаи.
Лена кивнула. Честно говоря ей было по-прежнему непонятно для чего отец хотел чтобы она приехала. И, как оказалось, посетила вместе с ним больницу, ну или, как уточнил отец, центр реабилитации. И сфера психиатрии и психологической помощи, которую, судя по направленности центра, тут оказывали, ее вообще не слишком интересовали. Нет, дело нужное и даже очень, кто спорит. Но какое она может иметь ко всему этому отношение совершенно не ясно.
– Пап, так зачем мы сюда приехали? Ты говорил что-то о помощи кому-то. При чем тут я? Я, в отличие от тебя, не медик…
– Это центр реабилитации для детей оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Здесь есть множество направлений. И разумеется очень большое внимание здесь уделяется именно психологическому сопровождению при восстановлении…
– Так это детский центр?! Пап, ты серьезно?! – Голос у Лены стал резким и злым. – Знаешь, это уже даже не смешно. Обычно твои чудачества, они довольно забавны, но на этот раз…
– Лена! – Федор Владимирович перестал улыбаться. Лицо его стало непривычно серьезным и даже приобрело суровость. – Поверь мне, что среди многочисленных пациентов этого учреждения, нет ни одного со смешной или забавной историей. Сплошь трагедии и драмы. – Федор Владимирович достал из кармана пачку сигарет и закурил. Сделав пару затяжек, он затушил сигарету и бросил ее в урну. – Все никак не брошу. Стараюсь. Вон, конфеты ношу в кармане…
Он вынул из кармана пиджака карамельку и засунул ее в рот.
– Пап, извини. Я не хотела тебя расстраивать. Но ты ведь понимаешь, что мне…
– Лена! Я понимаю, что тебе нужно жить дальше. Очнуться, собраться с силами и жить. Как живут эти дети, – он указал рукой на больничный комплекс. Положив большую ладонь на плечо дочери он добавил уже мягко, как обычно. – Именно для этого я тебя и пригласил.
– Ладно, пойдем. Раз уж я все равно приехала, давай, воплощай свой план в действие…
Федор Владимирович улыбнулся. Улыбка была немного грустной. Жаль, что жизнь не всегда подвластна законам логики и уж точно она не согласуется ни с какими научными выкладками, расчетами и неопровержимыми законами. Порой жизнь опровергает все. И если это не удачные и приятные обстоятельства, а напротив, трагедия, то она может раз и навсегда изменить, сломать человека. И время, и последующие с течением этого времени события, залечат раны, но прежним человек не станет никогда. Шрамы так и останутся в душе. И память о том, как они были получены тоже.
– Пошли. – беря дочь под руку сказал Федор Владимирович.
Глава 4
– Ой, Федор Владимирович! Рада Вас видеть!
– Здравствуйте Екатерина Николаевна. Вот, познакомьтесь, это моя дочь, Елена. Похожа на меня? – Федор Владимирович весело рассмеялся. Женщина врач к которой он обращался тоже засмеялась.
– Очень похожа. Я сразу подумала, что вы родственники.
– Екатерина Николаевна, у меня к Вам просьба. Я бы хотел познакомить дочь с моей любимой пациенткой. Можно ее сегодня увидеть?
Доктор улыбнулась.
– Конечно. Она любит когда Вы приходите. Даже начинает хоть как-то контактировать, – Екатерина Николаевна сделала легкий жест рукой, – ну насколько это вообще возможно, сами понимаете…
– Погода хорошая, думаю лучше всего устроить встречу на свежем воздухе, как Вы считаете, Екатерина Николаевна?
– Конечно. Она любит прогулки. – доктор взглянула на маленькие часики на своем запястье. – Тааак… Сейчас полдник. Как только он закончится, сестра приведет к вам девочку в парк. Вы будете на своем обычном месте?
– Да, там очень приятно и никто не мешает, – улыбнулся Федор Владимирович.
Екатерина Николаевна кивнула на прощание и полетела дальше легкой стремительной походкой по своим многочисленным врачебным делам. Лена проводила дружелюбную женщину медика взглядом, размышляя о том, что это какой-то феномен, а возможно такая особая суперспособность, которой наделены отдельные представительницы женского пола, которым по роду их занятий приходится бывать весь день, что называется, на ногах. И они совершенно спокойно справляются с этой задачей, делая это на высоченных каблуках, и, вроде как, не испытывают никакого неудобства. У Екатерины Николаевны, например, каблуки были явно сантиметров десять, а то и выше… На самом деле о подобной ерунде, Лена думала, чтобы не думать о вещах более серьезных и неприятных. Например о затее ее отца. Что взбрело ему в голову?! Зачем? Почему нельзя просто оставить ее в покое?
Расположенный возле реабилитационного центра парк был вполне симпатичный и прекрасно благоустроенный. Затейливо рассаженные кусты и деревья, аккуратные дорожки между ними. Пара детских площадок. Стол для игры в шахматы, чуть дальше стол для настольного тенниса. Уютно расположившиеся в тени деревьев скамейки и несколько крытых беседок на случай дождя или наоборот слишком жаркого солнца. Те кто занимался проектированием центра подошли к делу ответственно и толково, подумав и о функциональности, и об эстетике, и о комфорте.
Федор Владимирович подвел дочь к скамейке, расположенной в достаточном удалении от центральной части парка. Здесь и впрямь было уютно и это место было словно обособлено от всего остального. Такой маленький зеленый уголок, где можно вообразить себя даже и не в парке расположенном на территории больницы, а в лесу.
Девочка была очень маленькой и худенькой. Поверх довольно симпатичной пижамы, был надет выцветший от многочисленных стирок байковый халат, явно великоватый по размеру для такой малышки. Обувь на ногах девочки заметно контрастировала с одеянием. Легкие изящные туфельки из плотной ткани, с вышивкой из блестящей нити и маленькими пряжками изумительной красоты, поблескивающими разноцветными стразами. Как будто обувь была сшита на заказ, причем явно у дорогого мастера.
При виде удивительных туфелек Лена ощутила неподдельное любопытство. Если прочая одежда девочки, явно больничная, то обувь совершенно точно была ее собственная. Такие туфли в больнице не выдадут, и на то чтобы просто дали доносить чьи-то, подошедшие по размеру, не похоже. Туфельки почти совсем новые, дорогие и сидят на маленькой ножке, словно и впрямь сшиты искусным мастером именно для ее хозяйки.
– Привет! – сказала Лена и улыбнулась девочке.
Девочка смотрела на Лениного отца, на нее. Она не улыбалась. Не ответила ответным приветствием. Просто стояла неподвижно. Переводя взгляд с одного на другого.
– Я Лена. А ты?
Девочка ничего не ответила.
– Она тебя не понимает, – мягко сказал отец.
– В смысле?! Она иностранка? Английский, немецкий – на каком к ней обращаться?… – Во взгляде Лены обращенном на девочку в появилось сострадание. – Или у нее проблемы со слухом?
– Нет. Просто она не понимает.
Лена озадаченно посмотрела на отца, потом опять на девочку.
На худеньком личике казалось не отражалось ни одного из свойственных детям чувств. Ни любопытства, ни смущения, ни испуга, ни радости или наоборот злости. Ничего. Словно все эмоции стерли с этого прелестного словно у ангелочка лица.
– Что с ней случилось? – одними губами прошептала Лена, не сводя глаз с девочки. В груди возник болезненный комок. Лена почувствовала неожиданное желание подойти и обнять ее. Спрятать от всего плохого. Помочь ей избавиться от того что у нее внутри. От того, что не дает жить, как сказал ее отец. Он сказал, что хочет чтобы она помогла одному человеку. И сейчас Лена, как ей казалось, поняла, что он имел ввиду. И еще отец сказал, что они могут помочь друг другу… В глазах невыносимо защипало и Лена быстро отвернулась, стараясь справиться с собой.
– Так что с ней случилось? Она такая… милая… – взяв себя в руки, повторила свой вопрос Лена. Федор Владимирович пожал плечами.
– Никто не знает. Три месяца назад ее нашли на территории стройки нового микрорайона. Как она туда попала непонятно. На улице был холод, а на ней было только легкое платье и вот эти туфельки. Никаких признаков насилия или жестокого обращения. Только ссадина на руке, но, вероятно, она оцарапалась обо что-то пока пробиралась по стройплощадке. Рабочие вызвали полицию и скорую. Несколько дней она провела в городской больнице, а потом ее перевели сюда, потому что ничего выяснить про эту девочку не смогли. Вообще ничего. И в розыск никто не подавал… Было такое впечатление, словно она появилась ниоткуда…
– Дети не появляются ниоткуда. Может она правда иностранка? И каким-то образом потерялась… Хотя, это не обьясняет почему родители ее не ищут. А может с родителями что-то случилось? Ну, знаешь, как бывают жуткие сообщения, про туристов, которые поехали куда-то и… В общем, что-то нехорошее происходит…
–Не думаю. Об исчезновении целой семьи точно стало бы известно. И девочка выглядела так, словно только что вышла из дома, а не спасалась бегством от банды преступников или от маньяка.
Федор Владимирович пожал плечами и потянулся за сигаретами, но вспомнив что они на территории больницы, да еще детской, залез в другой карман и вынул из него несколько конфет. Он протянул конфеты девочке и сам взял одну, и дал знак Лене тоже взять конфету. Девочка подошла и взяла конфету из протянутой ладони. Положив ее в рот, она кивнула. Федор Владимирович показал ей рукой место на скамейке между ним и Леной. Девочка посмотрела на свободное место, на Лену и села.
– Вот умничка, – сказала Лена и улыбнулась девочке. Она хотела погладить ее по голове, но не была уверена, что малышка воспримет проявление внимания положительно. – Ты сказал, что она не понимает, что ей говорят. Но она не выглядит, не знаю, недоразвитой или неполноценной. Дети ведь очень быстро учат языки, если допустить, что она не говорит по русски. За три месяца, она наверняка могла выучить отдельные слова, да и несложные предложения тоже. Даже если, к примеру, она по какой-то причине потеряла память, или что-то вроде того, можно ведь научить ее заново говорить… Ну я так думаю. Она ведь не из леса пришла, как порой опять же в новостях рассказывают про найденных где-то в глуши «маугли». – Лена покачала головой. – Какой только жути в новостях не рассказывают. В общем, я к тому, что эта малышка явно жила в цивилизации и выглядит вполне смышленой. Ее пробовали учить, обьяснять как-то значения слов? У нее очень осмысленный взгляд.
Поделиться книгой: