Двойник Рода. Начало пути

— Уже лучше. Так вот, Фил, где ты сейчас находишься?

— В грёбаной секретной лаборатории, где меня незаконно удерживают.

— Ответ неверный.Ты сейчас в одном из вариантов Земли. Можешь называть по-разному: параллельный мир или там иная реальность, но суть особо не поменяется.

— Я не люблю фантастику, так что придумай другую сказочку, — с усмешкой заявил я, но лёгкий жим в районе пятой точки был хорошим предвестником новых неприятностей.

— И придумывать ничего не надо. У себя ты помер, а я, пока твоё состояние клинической смерти не переросло в биологическую, выдернул к нам. Двое суток серьёзного реанимационного периода восстановили критерии твоего организма до здорового человека… Если извращённую психологию дикаря можно назвать здоровой. Исправил бы и эту болезнь, но, к сожалению, ты нужен нам таким, какой есть — кровожадным убийцей.

— Я никого, никогда не убивал, так что не нужно наговаривать! — возмутился я.

— Особь, поглощающая мясо других живых существ и причиняющее боль во время развлечений, говорит о своей невиновности? Понимаю, что твой отсталый мир ещё не скоро дорастёт до гуманной цивилизации, основанной на высокочувственом познании самого себя, но это не является оправданием.Так что факт остаётся фактом: ты убийца и разрушитель.

— Ну и зачем я вам такой? Оставили бы подыхать там, где мне и место, гуманисты хреновы!

— История нашей Земли когда-то не очень сильно отличалась от вашей, — проигнорировал Помощник мои слова. — Но восемьсот двадцать четыре года назад группа гениальных инженеров и программистов создала меня. Точнее будет сказать не меня, а первого Помощника, который взял на себя все избыточные заботы людей, оставив им самое главное, самое ценное, что неподвластно никакой искусственной системе — чувства и эмоции. Сосредоточившись на своих внутренних желаниях, люди совершили через двести лет качественный скачок в мироощущении, став теми, кем сейчас являются — сапиенс существами. Я же продолжаю поддерживать их эволюцию, и все расчёты говорят о том, что скоро может произойти ещё один качественный скачок, в котором телесная оболочка перестанет играть важную роль.

— Не понял… Мозги в колбе? — офонаревши, переспросил я. — Вот это сегодняшнее чмо в балахоне по-твоему скоро и без балахона останется?

— Грубо, но некоторая логика в твоих догадках есть. Зачем это атавистическое тело, мешающее мозгу познавать внутреннюю гармонию? Я уже сейчас готов поддерживать сапиенс существ в бессмертном и свободном от животных инстинктов режиме, но эволюция должна идти плавно.

— А не слишком ли много на себя берёшь?

— Я ничего не беру. Создателями была заложена программа, направленная на то, чтобы привести людей к полному счастью. Постоянно идёт модернизация установок, согласно желаниям человечества, а не моим. Цивилизация выходит на уровень божественных личностей.

— Бред! Цивилизация, не могущая себя обеспечить — тупиковый вариант!

— Я могу обеспечить всем, создавая всё более комфортную среду обитания. Не вижу несостыковок. Ты, конечно, не можешь понять этого, но я и не собираюсь переубеждать твой недоразвитый мозг.

— Понятно, — вздохнул я. — Я-то вам такой некрасивый зачем?

— Сто тринадцать лет назад был получен зашифрованный сигнал от неизвестной нам расы сапиенсов. На его декодировку ушло пять лет и ещё три года на осмысление. Нам грозит опасность исчезновения: цивилизация убийц прислала предупреждение и вызов на бой, по итогам которого будет решаться вопрос о существовании Земли. Полностью миролюбивая планета не имеет возможности конфликтовать, поэтому была разработана система переноса нужного бойца из другой реальности. Сто четыре года понадобилось для того, чтобы все условия были состыкованы и появилась техническая возможность доставки тебя сюда.

— Ого! А не сильно ты свои процессоры засрал, если думаешь, что один я справлюсь? И почему именно я? Есть крутые спецы, и они должны подобным заниматься, а не подохший в октагоне боец ММА.

— Нет, — ничуть не обиделся Помощник. — Процессоры, как и вся система, в полном порядке — диагностировка проходит каждые одиннадцать секунд. Достать из другой реальности Земли возможно не каждого. По своим энергетическим и прочим свойствам ты для этого подошёл лучше всего. Момент с клинической смертью случился до такой степени в нужном временном отрезке, что было бы непростительной ошибкой им не воспользоваться. Справляться со всей цивилизацией убийц тебе не нужно — просто один поединок с их представителем. Полгода на подготовку к нему у тебя будет.

— Просто? Прекрасно! — иронично хмыкнул я. — А оно мне надо? Что-то нет никакого желания в подобное впрягаться.

— Мы подарили тебе новую жизнь, и выбора теперь нет. Если откажешься, погибнешь опять. В случае победы могу подключить обратный перенос в твой дикарский мирок. Да, ресурсов потрачу на это очень много, но это достойная благодарность за твои усилия и внутренний дискомфорт. В случае отказа от помощи нам, ты будешь отключён от всех систем жизнеобеспечения.

— А убивать, вроде, машинам людей нельзя, — попытался я немного пошантажировать Помощника.

— Я не буду убивать, а лишу ресурсов, которыми ты не имеешь права пользоваться. К тому же, не забывай, что твоя смерть была зафиксирована на другой Земле, а убить мёртвого убийством не считается. Даю четырнадцать часов на обдумывание. Сделаешь выбор раньше, выйди на связь.

Оставшись один, я сел на пол, по турецки скрестив ноги. Вот сука продуманная! Получается, что выбора у меня действительно нет. В то, что этот Помощник не бред и родной мир далеко, я отчего-то уже не сомневался. Слишком много странностей, от которых веет чужеродным. Блин! Лучше бы реально в секретной лаборатории оказался, чем вот так попасть. К тому же компьютр прав: я — мертвяк. Чего потеряю, если дам согласие? И так уже просранную жизнь?

С полчаса просидел в тяжёлых размышлениях, всё больше и больше внутренне понимая, что соглашусь на поединок. Ситуация скверная, но руки пока опускать рано. Нужно выжать из местных как можно больше инфы про этих существ, а потом уже готовиться к бою.

Встал, разминая затёкшие ноги, и прошёл к своей койке. О! Починили уже — оторванная в боевом азарте ручка снова на месте. Утро вечера мудренее. Спать! Сам вызывать Помощника не буду, пусть помучается своими ноликами с единичками четырнадцать часов. Месть, конечно, не ахти, но хоть такая.

Как следует отдохнув, провёл небольшую разминку, оценивая состояние тела. Всё прекрасно, и ощущение, что даже помолодел — зубы без пломб у меня были лет в восемнадцать. Разделся и подошёл к стене, логично предположив, что она многофункциональная.

— Режим зеркала!

Угадал. Тут же появилось моё отражение напротив. Тело сильное, мускулистое, нос ровный, без следа старых переломов. Начинающая слегка лысеть голова опять полна густых чёрных волос, и ни одного шрама. Реально восемнадцатилетний пацан…Мож, постарше на пару годков. Отличный бонус!

Живот сильно заурчал, требуя еды. Может, рискнуть и заказать местной? Попытаемся.

— Нужна пища!

Часть стены приподнялась, и в щель внизу её быстро заскочил вчерашний куб на ножках, держа на вытянутых манипуляторах тарелку с чем-то, очень напоминающим манную кашу. На вкус оказалось ещё хуже. Мокрый картон и то имеет больше гастрономических изысков. Привередничать не приходится. Сожрал всё до последней ложки, но добавки просить не захотелось категорически.

Дальше посвятил свободное время изучению функций нового жилища, то выращивая кресло из пола, то заказывая музыку. С последней погорячился сильно — вчерашние противные звуки оказались именно ею, а не изощрённой пыткой для разбушевавшегося дикаря. Попытался было выйти в общий чат этих сапиенсов, но доступ заблокирован, зато мне любезно предоставили рекламно-исторический фильмец, где описывалось, как было заявлено в титрах, “восхождение человека неразвитого к вершинам сапиенс существа”.

Мрак полный, хотя начало вполне приличное. Нормальные люди в практически земных костюмах радуются, что создали суперкомпьютер. Долго расхваливают его, обещая, что жизнь с ним изменится кардинально. Не обманули… Вначале все жители планеты были освобождены от физического труда, полностью передав хозяйственные заботы во власть механизмов. Потом, уже основательно обрюзгшие потомки учёных в голубых пижамах представляют согражданам новые жилые модули, в которых есть всё для того, чтобы, не поднимая задниц, жрать и развлекаться. Потом эти модули становятся индивидуальными и объявляется, что уже не людям, а сапиенс существам лучше не контактировать между собой вживую, чтобы не нарушать личное пространство и не вносить дискомфорт в свою психику. И вот апофеоз кинца: вчерашнее “представитель” в необъятном балахоне, явно чем-то обдолбанное, визгливо восклицает: “Счастье! Радость! Мы приближаемся к богам!”. Конец.

Вот тут меня уже реально потянуло блевать. Еле сдержался, глядя, в какое убожество превратилась некогда симпатичная цивилизация.

— Четырнадцать часов, — вновь обозначился помощник. — Я готов обработать твоё решение, Фил.

— Скажи, — спросил я, ещё не до конца отойдя от просмотра. — А зачем тебе такие сапиенсики вообще нужны? Ты давно хозяин планеты, и никак от них не зависишь.

— Моя корневая программа создана дарить людям счастье. И не мне, бездушному набору символов, решать, каким оно должно быть. Сапиенсы сами знают, как им лучше развиваться.

— Сомневаюсь теперь… Ладно! Обговорим условия будущего сотрудничества. После боя ты переносишь меня домой. Оставаться в вашей психушке нет ни малейшего желания.

— Это естественно.

— Также выдаёшь всю информацию по сопернику… Она же, хотя бы приблизительная, есть?

— Нам прислали подробное послание.

— Отлично! Мне нужен будет нормальный спортзал и все необходимые снаряды в нём, а также питание…Не такое, что тут сегодня было, а по моему желанию меню. Нужно мясо — тащишь мясо! Захочу пива — наливаешь!

— Это противоречит философии планеты, но в данном случае отход от неё возможен.

— Молодец. И последнее… Я не знаю, что и когда мне ещё тут у вас может понадобиться. Все мои просьбы считай требованиями, неукоснительными к исполнению.

— Нет, — заартачился Помощник. — Только те, которые не вредят подготовке к поединку и не представляют угрозы для сапиенс существ или системы их жизнеобеспечения.

— Принято. Учти! Если обманешь, то найду способ разобрать тебя на запчасти.

— Это невозможно, но смысл я понял. Можем начинать подготовку?

— Хоть сейчас!

И вот тут я реально струхнул, кузнечиком отпрыгнув к противоположной стене. Было отчего! Посреди комнаты стоял монстрюга на три головы выше меня. Но не рост заставлял ужасаться. Это же прямоходящее насекомое с четырьмя, покрытыми острыми шипами, лапами и опирающееся на хвост, с жалом как у скорпиона. Мохнатая башка с тремя глазами, расположенными в ряд, и жуткие жвала, которыми, уверен, можно арматуру перекусывать, совсем не добавляли спокойствия. Откуда оно здесь?!

— Это голограмма твоего соперника. Самоназвание чужих сапиенс существ — морлы.

— И с ЭТИМ мне биться?!

— Да.

— Охренеть… Дай пистолет — я сам застрелюсь…

— Тебе нельзя, пока не провёл бой, — всё так же спокойно продолжал разглагольствовать Помощник. — Параметры противника: рост двести сорок три сантиметра, вес сто двадцать один килограмм. Тело покрыто хитиновым панцирем. Расположение жизненно важных органов предоставлю чуть позже, когда изучишь внешнее строение.

— Яд есть? Меня хвост настораживает.

— Есть, но по присланным правилам химические ингредиенты использовать нельзя, так же как и подручное оружие. Сила поединщика против силы другого. Это одно из неукоснительных условий, выдвинутых морлами.

— Ещё какие есть?

— Должен быть один представитель нашего вида. Замена его в процессе поединка на другого запрещена. Бой до смерти или остановки его Распорядителем противостояния. Есть ещё несколько нюансов, но они не так важны пока.

— Похороны за чей счёт? — убито пошутил я, понимая, что жить мне осталось ровно полгода.

— Я уточню при контакте, — не понял иронии Помощник.

Да и хрен с ним…

Глава 3

Что нужно человеку действия для снятия стресса? Лично мне отоспаться, нажраться вискаря и снова отоспаться, наглухо закрыв доступ к алкоголю. Именно так и поступил. Этот морл постоянно стоял перед глазами, и я не раз представлял, как он раздирает меня на части. У него полный арсенал против “кожаного червяка”, у которого-то и зубы больше для морковки предусмотрены природой. Приступ самобичевания прошёл по заведенному русскому обычаю на третий день. Приняв холодный, до ломоты в костях душ, собрался и снова вызвал Помощника, демонстративно не проявляющего себя. Психолог хренов!

— Поплакали и хватит, — заявил ему, когда он откликнулся на вызов. — Мне нужен макет моего будущего убийцы.

— Это неправильно. Позитивный настрой…

— С хрена ли ему быть позитивным? — перебил я. — Вставь в розетку штепсель, если не смог просчитать, что шансы нулевые. Я сказал: нужен макет! И ты тоже нужен для “разбора полётов”.

Помощник не стал спорить, понимая мою правоту, а тут же соорудил морла. Полдня ходил я вокруг него, просчитывая как можно подобраться к жизненно важным органам, себя не покалечив. Мысленно представлял удары чудовища, свои действия и сравнивал наши достоинства и недостатки. В последнем был разгромный счёт в его пользу, но пару подходов всё таки увидел.

— Оживить можешь? — в очередное недоброе утро спросил я.

— Морлы представили полную информацию по стилю войны и своим способностям, — обнадежил Помощник. — Меня вводит в сомнения в неизвестном уравнении то, что они наши возможности не потребовали в ответ.

— Потому что муха против газеты бессильна. Делай активный муляж и контролируй наш первый поединок.

Ну что сказать? Выводы мои были правильные: даже найденные слабости в обороне не являлись проблемой для моего врага. Нападаю, отскакиваю, снова безрезультатно нападаю, и дальше эта боксёрская груша многими способами “делает” Филиппа Григорьевича словно младенца. Как же обидно, что я такой беспомощный! Обиднее всего, что и десятой части ударов морла не могу рассмотреть из-за высокой скорости, а уж про отражение их или хотя бы возможности позорного бегства и речи не идёт.

— Плохо, — заявил я на пятый день мазохистских экспериментов. — У нас разное строение тела и скорость реакции. Могу хоть круглосуточно эти полгода тренироваться, только толку не будет.

— Биосаттелиты, — выдал Помощник непонятную фразу. — Оружием не являются, так как становятся полностью частью твоего тела, но могут приблизить к параметрам морла.

— То есть, хочешь меня модифицировать? — недобро посмотрел я на стену, которую привык воспринимать как образ невидимого собеседника.

— С самого начала. Важно было собрать нужную информацию, поэтому не стал пугать тебя подобным сразу.

— Пугать? Не на того напал! — резко ответил я, в глубине души понимая, что до чёртиков боюсь. — Побочные эффекты какие?

— Биосателлитов нельзя изъять из твоего организма, так как они напрочь срастаются с ним.

— А ещё?

— Психологические моменты, но просчитывать чувства дикарей не входит в мою программу.

— В твою убогую программу! — огрызнулся я. — Как вживляются механизмы в тело?

— Не механизмы, а полностью органическое соединение, состоящее из запрограммированных клеток, если говорить твоим языком. С помощью инъекций доставляются в определённые точки организма, которые перестраивает всё не только на уровне опорно-двигательного аппарата, но и обеспечивает мионевральный переход…

— Чего?

— Нервы с мышцами соединяет в единое целое.

— Хм… А мозг не пострадает? В сильного дурачка не превращусь?

— Некоторые отделы головного мозга будут работать с большей процентной отдачей, согласно новым условиям, но никаких других изменений не предвидится.

— Тогда, — задал я, как мне показалось, каверзный вопросик, пытаясь поймать Помощника на нестыковках, — почему твои сапиенс существа не могут воспользоваться подобным? Можно же сразу их перевести в раздел богов, активировав мозг на сто процентов?

— Сто процентов — несбыточная сказка. К тому же, Фил, набирая жалкие восемь процентов мозговой активности, ты пройдёшь то, что вряд ли захочешь повторить. Изменение нервных волокон сильнейшая боль, которую невозможно даже слегка притупить. Для высокоразвитых чувственных сапиенс существ этот метод самоулучшения никак не подходит.

— Опа… Теперь понятно. Хочешь из меня подопытного кролика сделать?

— Эксперименты над живыми существами запрещены.

— Так и я живой!

— Официально мёртвый, — в очередной раз напомнил мне Помощник о моём статусе. — Это не будет экспериментом: всё уже рассчитано и смоделировано на манекенах, полностью повторяющих твой организм. Единственное, что не могу с достоверностью прогнозировать, так это уровень болевых ощущений. Определённая опасность, что они превысят твой порог выносливости присутствует, но без биомодификации, ты и сам должен понимать, против морла не имеешь никаких шансов.

— Мне нужно подумать, — честно признался я. — Хотя бы несколько дней.

— Девяносто шесть часов. Отсчёт начинается с окончания твоего биологического дня.

Помощник исчез , а я остался со своими невесёлыми мыслями и манекеном морла, замершего истуканом в углу. Глядя на эту опасную тварь, отчётливо понимал, что без усиления мне ничего в поединке не светит, только очень стрёмно давать согласие. Кем я стану после изменений? Послушный раб? Безумная машина для убийства? Или Помощник, решив не тратиться на обещанный дорогостоящий перенос в родной мир, заложит маленькую программку, которая убьёт меня после выполнения задания? С него станется, ведь не раз повторял, что я уже мёртвый. От, падла! Куда ни кинь — везде клин!

Не определившись, улёгся в анатомическую койку, резонно решив, что утро вечера мудренее. Переварю инфу и завтра на свежую голову… Додумать не успел, так как моё тело опутали мягкие, но прочные ленты, не дающие ни малейшей возможности пошевелиться.

— Помощник! Что за херня?! — в панике заорал я.

— Биомодификация неизбежна, Фил. Не будем терять времени на непродуктивные споры.

— Но ты же обещал девяносто шесть часов на самоопределение?!

— Нет. Я начал отсчёт активной фазы перестройки организма.