Предатель. Ты не знаешь о сыне

Я открыла глаза и приподняла голову. Он смотрел мне туда с таким желанием и восхищением, вожделением, что у меня снова перехватило дыхание. Ему нравится на меня так смотреть?

Но дальше мои глаза снова сами собой закрылись, потому что эмоции оказались сильнее меня и унесли меня в сладкую негу. Я обессиленно снова упала на подушки, а потом выгнулась к нему навстречу — его пальцы коснулись меня в зоне половых губ…

Мягкие массирующие движения пальцев, задевающих пульсирующий от желания бугорок, срывал с моих губ стон за стоном. Глаза плотно сжаты, а пальцы хаотично сминали простыни и углы подушек. Я сжимала ткань, впивалась пальцами в Архипа, вообще не понимала толком, что вытворяет моё тело.

Было так хорошо, эмоции так захлёстывали, что я забывала дышать, и сердце моё стучало как попало.

Сдерживать себя я больше не смогла и почти перешла на крик, когда вместо пальцев чувствительного бугорка коснулись его губы и втянули в себя мою нежную кожу.

Теперь он принялся ласкать меня языком, выводя по клитору нечто невообразимое, шире заставив раздвинуть меня ноги и дать ему пространство.

Меня больше ничего не смущало, я позволяла ему управлять собой как он хотел, не пыталась сжиматься и даже, наоборот, осмелела и подавалась к нему вперёд, словно пытаясь найти у него покой для себя, будто просила его дать мне разрядку, хотя, конечно, ещё вовсе не понимала, что именно ищу и прошу.

— П*здец какой-то… — простонал он, прерываясь буквально на несколько секунд. — Не могу больше…

Я открыла глаза, чтобы понять, что случилось, и увидела, как Архип освободил свой показавшийся мне довольно большим член. А потом принялся ласкать сам себя, издавая глухие стоны, и возвращаясь к ласке языком по моему влажному и набухшему от желания клитору.

Эта сцена, где Архип явно больше не мог сдерживать возбуждение и решил помочь сам себе, при этом продолжая ласку мне, отчего-то распалила меня окончательно.

По телу пошла мелкая дрожь, какие-то сладкие спазмы, которые словно накатывали на меня волнами всё сильнее и сильнее, пока пружина, что скручивалась внизу моего живота не лопнула, выпуская наружу всё моё напряжение.

Я вцепилась в него пальцами, пока меня била судорога.

Я, кажется, орала как ни в себя, потому что получила то, что искала — разрядку.

Сладкую, яркую, почти мучительную, но такую долгожданную.

Сквозь туман до моего сознания донеслись и слишком громкие стоны Архипа, а потом на мой живот полилось что-то горячее… На область под грудью он улёгся головой и тяжело дышал, пока меня всё ещё потряхивало под ним.

— Твою мать, Снежинка… — сказал он мне, когда отдышался и поднял голову. — Я кончил, потому что ты кончила.

* * *

Ни о чём подумать Архип не дал мне. Он убрал салфеткой сперму с меня и с себя и снова придавил меня своим телом. Его пальцы снова ласкали мой клитор, вызывая новую волну желаний. Я охотно поддавалась ему, закрыв глаза, наслаждалась этой лаской. Я понимала, что он хочет перейти к настоящему сексу и переживала — больно будет? А как всё это происходит? Боже, страшно как…

Но бояться Архип мне тоже не дал. Он горел решимостью меня присвоить по-настоящему. Он улегся между моих ног, смотрел в мои глаза.

— Сейчас будет больно. Надо потерпеть. Потом будет хорошо, — предупредил он, поглаживая моё бедро и направляя свой член прямо ко входу в меня…

Боль прошила тело. Я вздрогнула и закусила губы. Простыни смяли мои дрожащие пальцы.

— Ай…

— Тише, тише, — гладил меня по волосам Архип, стараясь осторожно проталкиваться вперёд. — Очень туго…

— Больно… — заныла я, но парень уже не готов был останавливаться. Он снизил давление на меня, но всё равно продолжил протискиваться в меня…

Когда он оказался почти весь во мне, Архип начал медленно двигаться во мне.

И боль стала смешиваться с невероятными ощущениями…

Я сжимала его руки, которыми он опирался о матрас, целовала их, плечи, всё, до чего смогла дотянуться. Архип осмелел и стал набирать темп. Мои громкие и его глухие стоны заполнили комнату. Мне было больно и прекрасно одновременно. Я не просто занималась впервые сексом, я любила его, дарила всю себя.

Его член двигался во мне, я видела, как ему хорошо, и от этого было хорошо и мне.

Боли почти уже не ощущала, я получала невероятное удовольствие от его движений члена внутри меня. Он вбивался в меня, крепко сжимал меня руками, стонал от удовольствия, и я ощутила, как новая волна удовольствия накатывает на меня…

Пружина лопнула и я, вцепившись в него пальцами, закричала, извиваясь под ним.

Я чувствовала четко ощутимую пульсацию внутри меня, вызванную новым оргазмом, и Архипа тоже свело сладкой судорогой.

— Твою мать… А-а-а… — стонал он, продолжая вбиваться в меня, пока пульсация не прекратилась. Его член тоже пульсировал во мне, выбрасывая в меня горячую сперму. — Блин…

— Что? — прошептала я, прижимаясь к нему, и ощущая как дрожу. Боль снова начала заполнять всё моё тело с непривычки близости с мужчиной…

— Я не сдержался, — сказал он. — Кончил в тебя…

— Ну и что?

— Ты можешь забеременеть.

— И пусть, — блаженно улыбнулась я. — Разве ты не хочешь от меня ребёнка?

— Хочу, но не так рано, — пробормотал он. — Ладно, утром я сгоняю в аптеку и куплю тебе то, что нужно. Пошли в душ.

Он повёл меня в душ и сам бережно вымыл кровь и сперму. Но в процессе опять так возбудился, что член снова налился.

— Я хочу тебя ещё, — толкал он меня к кровати. — Хочу…

И снова свалил на матрас. Мы опять поддались животным инстинктам, даря друг другу наслаждение до самого рассвета, когда просто уже отрубились от усталости в объятиях друг друга.

ГЛАВА 5.

Я стеснялась, но Архип смог сделать так, что я доверилась ему и расслабилась.

Я даже спасовала в самый ответственный момент, но ласка и страсть моего юного мужчины победила.

Сама не заметила, как его руки оказались на моих джинсах и стали нетерпеливо расстегивать пуговицу.

Неосознанно ухватила его за руку и крепко сжала. Распахнула глаза и встретилась с его напряжённым взглядом.

— Ты… Ты передумала? — перевёл дыхание парень. Он сгорал от страсти, но чутко прислушивался к любой реакции моего тела. — Не хочешь? Я, наверное, тороплюсь.

— Нет, я… Я просто боюсь, — ответила я честно.

— Это нормально для первого раза, — сказал он, усаживаясь рядом и отпуская меня.

Несмотря на то, что ему было сложно нажать на тормоза, он готов был забить на себя и руководствовался не своими желаниями, а моими. — Но я постараюсь сделать всё так, чтобы больно было меньше, чем хорошо. Или ты не готова?

— Не знаю… — покачала я головой.

— Ты не хочешь?

Я посмотрела на него. Он сейчас перестанет меня целовать и вот так гладить, как раньше? Нет, вот этого я точно не хочу. Пусть продолжает.

— Хочу, — ответила я, расстёгивая застёжку бюстгальтера сама и вынимая руки из лямок. Глаза Архипа снова загорелись.

— Что ты делаешь со мной, Снежинка…

— Поцелуй меня, — попросила я и снова закрыла глаза. Так мне менее страшно… Хотя я почему-то верила Архипу, что он сделает мой первый раз поистине волшебным…

И он сделал. Нежные ласки и осторожные действия Архипа расслабили меня.

Я стала взрослой.

— Я люблю тебя, — шептала я сквозь слёзы, потому что этот момент был настолько чувственный и пронзительный, что я не могла себя сдерживать.

— И я люблю тебя, Снежинка, — шептал он в ответ, зацеловывая снова и снова мои губы, которые уже и без того нещадно болели…

— Я не смогу без тебя, — плакала я. — Меня больше не существует отдельно от тебя.

— И я не смог, — сказал он и погладил меня по спутанным от подушек волосам. — И не хочу без тебя.

— Что будет дальше?

— Не знаю.

— Они придут за тобой.

— Я буду бороться за нас до конца.

— Думаешь, тебе дадут шанс?

— Я попытаюсь.

— Спасибо, — это всё, что я могла сказать на его попытку спасти нас.

Знала, что она не увенчается успехом, но я была рада знать, что Архип хотя бы имел желание быть вместе, и всё равно была ему безумно благодарна.

За эти часы нежности и любви. За чувство, что я любима и нужна. За эту попытку, которая была нужна нам обоим…

Мы любили друг друга пока за окном не забрезжил рассвет, только тогда, обессиленные, мы уснули в объятиях друг друга.

Однако идиллия продлилась недолго… Ранним утром у Архипа зазвонил телефон и прервал наш сладкий сон.

— Да, — сел он на кровати и принял звонок. — Да. Неважно где. Я сказал вам, мама, что я не вернусь. Родите себе другого сына и продайте его. Динка подождет, она ещё молодая. Ну что “Архип”? Я хочу жить своей жизнью, а не по вашей указке. Что “подожди”, мам? Как? Когда? Ты серьёзно? Да, я понял. Конечно, сейчас приеду. Не брошу я тебя, не рыдай. Жди.

— Блин, — закрыл он лицо руками когда повесил трубку.

Я обеспокоенно смотрела на него, сев в кровати и нервно закусив нижнюю губу. Я ждала, что он мне скажет.

— У отца инфаркт, — повернулся он ко мне. — Он в реанимации. Я должен вернуться домой.

ГЛАВА 5.2.

Архип оставил мне деньги на оплату квартиры и продукты и уехал. Он пропал на несколько дней. Отвечал в сети сухо и коротко. Не звонил. Я решила, что ему просто плохо и покорно ждала его обратно.

Он сказал, что всё это правда — отец в самом деле угодил с инфарктом в реанимацию, где врачи боролись за его жизнь. Ему провели операцию и сейчас он будет проходить реабилитацию, но пока Архип поддерживает маму и остаётся с ней рядом. Я, конечно, прекрасно его понимала, но мне очень не хватало общения с ним да и ощущение, что всё как-то не так, меня не покидало.

Я ждала его целых пять дней. Почти не ела, плохо спала, потому что уснуть не могла и временами просто проваливалась в сон уже от усталости. Ходила как робот в магазин и что-то готовила. А потом оно пропадало и я еду почти всю выбрасывала. Но я всё надеялась, что вот-вот дверь откроется, и я встречу его с обедом.

Когда шёл шестой день, в дверь наконец позвонили.

Я глянула в глазок и сердце бешено застучало — Архип! Он вернулся ко мне… Боже, какое облегчение! Я так боялась, что его обратно просто не отпустят.

Открыла дверь и едва он вошёл в квартиру, как тут же я повисла на его шее, но…

Архип был хмурым, он лишь мягко приобнял меня в ответ и проигнорировал мой поцелуй…

— Привет, — сказала я, слегка отстранившись от него и с тревогой вглядываясь в его лицо. — Что-то случилось?

— Привет, — ответил он. Архип был серьёзен и собран, и что-то с ним точно было не так. Как будто он изменился и повзрослел лет на десять. — Нет. То есть да, но не с папой. С ним всё стабильно, слава богу.

Я не стала сейчас акцентировать своё внимание, что такая сухая встреча после разлуки меня задела. Он успокоится и всё наладится… Может быть, мама что-то сказала ему такое, что он теперь сам переживает.

Он снял куртку, разулся и прошёл в комнату.

— Будешь обедать? — спросила я, готовая нестись накрывать на стол. У меня как раз подошёл суп, остывал теперь на плите.

— Нет, — ответил он и сел на диван. Он указал рукой на место возле себя. — Сядь, Крис. Нам надо поговорить.

Я послушно села возле него. Понятное дело, что надо. Просто бегать и прятаться мы не можем, нужно что-то решать. И я чувствовала, что сегодня Архип пришёл с каким-то решением.

— Я тебе должен кое в чем признаться… — замялся Архип. — В Москву с тобой мы не поедем.

— Понятно… — глухо отозвалась я.

Конечно, я расстроилась, что наши планы летят в никуда. Мы так долго планировали этот отъезд… И у Архипа есть веские причины. Мать с отцом всё равно своего бы добились, но то, что он сказал мне, выбило почву из-под ног.

— Я…женюсь.

— В…смысле? — опешила я.

Вообще-то, я думала, что у нас отношения. Мы столько прошли вместе, собирались уезжать. Я провела с ним ночь, свою первую ночь в жизни… А он сказал, что женится? Нет, не может быть… Я не так что-то поняла…

Умоляю, любимый, скажи, что я просто не расслышала…

— Я женюсь на Динке, — говорил хмурый Архип, а я просто не могла поверить в то, что слышу. — Понял, что люблю её.