Под знаменем черной птицы. Книга 1

Весь обязательный курс Марк выучил, кое-что – и лично написал, но вот в дебри того, что происходило в древние времена, предпочитал не забредать. Знал, что до прихода водных богов Авророй, Троксом и Седесом правили предтечи: маги невероятной силы и искусные творцы. Затем что-то случилось, они заигрались с силой самой смерти, и исчезли. Оставив после себя сеть порталов между мирами, движущиеся по водной глади полисы Авроры и Блудницу.

— Расскажи, я послушаю, — проговорил Марк. — А заодно о том, с чего вдруг она решила ожить. Не могла бы еще лет семьдесят постоять, чтобы с ней другой глава визумария разбирался.

— Повстречала Безумного. Стражники доложили, что видели здесь одного мага с котом-телохранителем. Глупо думать, что это не наш давний знакомый.

Пока что ничего необычного. Магов на Авроре хватало, как и котов. Выведенные предтечами гибриды людей и животных, имусы, уже несколько тысяч лет исправно делали всю грязную работу за людей. Из котов, например, выходили отличные бойцы: послушные, исполнительные и невероятно сильные. Никто не воспринимал их всерьез, пока один вдруг не решил ввязаться в политику. Проходимец отхватил себе Трокс, ближайший обитаемый мир, теперь раз за разом вмешивался в дела Авроры.

И всегда непредсказуемо, с размахом! Но с оживление Блудницы он превзошел сам себя.

Разряды били в небо один за другим, будто бы целенаправленно метили во что-то невидимое отсюда. Крей уверенно шагал вверх, на ходу заготавливая какое-то убойное заклинание. У Марка даже кожу пощипывало от наполнившей воздух энергии. Одна из молний ударила рядом с ними, оставив темное пятно на ступеньке. Лорд-протектор невозмутимо направился дальше, в то время как Марк поспешил спрятаться за магическим щитом и заодно пробормотал молитву безликим водным богам, а после – и почитаемому на Троксе Уводящему Во Тьму. Не то чтобы был повод вызвать к покровителю врат в загробный мир, но тот все же единственный из богов, в чьей мощи Марк имел несчастье убедиться.

Блудница тем временем еще немного переместилась, несколько раз переступила с ноги на ногу, резко встряхнулась, обрызгав мрамор каплями расплавленного золота, и задрала голову вверх, разглядывая точку, куда били молнии.

— Безумного видели здесь? И почему сразу не доложили? — не так давно Марк разослал по постам стражи распоряжения присматриваться ко всем котам. И сразу же сообщать ему, если найдут того самого.

— Расслабились, — пожал плечами Крей. — Мы же избавились от кота. Посчитали проблему закрытой.

Это лорд-протектор посчитал, Марк не сомневался, что однажды кот вернется. И снова по-крупному нагадит им, совершив нечто из ряда вон выходящее. Вроде оживления статуи, несколько тысяч лет мирно простоявшей на главной площади Прималюса. Без слоя позолоты женщина еще меньше походила на блудницу и на наложницу кого-то из предтеч — тоже. Темная одежда, местами разорванная и опаленная, все еще кровоточащие раны, военная выправка и взгляд, от которого Марку хотелось вытянуться по струнке и быстро доложить обо всех происшествиях на вверенной ему территории.

— Да благословят вас водные боги! — Крей чуть наклонил голову, выражая почтение Блуднице. Та же нахмурилась и сложила руки на груди. Все еще частично голой, но кого это смущает?

— Спятил? Нет никаких богов, кроме двуединых.

Говорила она спокойно, немного иначе произнося звуки, но Марку стало не по себе. Ожившая статуя в целом непривычна, а уж когда она еще начинает богохульствовать…

— Двуединых почитают лишь на темном Троксе, — на всякий случай уточнил Марк. Блудница едва заметно прищурилась, провела по волосам, приглаживая их, затем уверенно двинулась вниз по ступеням, будто не замечая Крея.

— Хорошо, разберусь с этим позже. Пока отведите меня к ответственному за город прим-лорду.

— Представителю Совета двенадцати, — Марк поправил ее с некоторой опаской, после чего стащил с себя пальто, догнал Блудницу и протянул ей. Какая-никакая, но леди, лучше бы прикрылась.

— Это обычная девка, она даже слабее тебя. Прикажи своим людям прибить ее издали, — Марк поморщился, получив мысленное сообщение от Крея. Лорд знал, насколько тяжело Марку давалась магия, но постоянно это игнорировал.

— Ане боишься разборок с Советом? Они не одобрят самоуправство, — от такого недюжинного усилия на лбу выступил пот, Марк тайком его вытер, то и дело поглядывая на Блудницу.

— Я смогу их убедить, что это был единственно возможный выход. Или думаешь, проблем с котом нам мало, нужно добавить к ним восставшую шлюху?

Марк стиснул зубы и отправил одному из своих людей мысленное распоряжение прострелить Блуднице голову, пока женщина не добралась до подножия пирамиды и не спряталась за спинами стражей.

Едва слышимый свист снаряда заставил Марка зажмуриться: все же Золотая блудница была неотъемлемой частью Прималюса, зачем кот решил ее оживить? Теперь придется выбивать из Совета деньги на дубликат статуи. Смогут ли криворукие скульпторы повторить облик Блудницы? Все же женщина она видная, а уж грудь…

Но вместо того, чтобы рухнуть на ступеньки с пулей в голове, Блудница чуть сместилась в сторону и невозмутимо пошла дальше. Снаряд раскрошил гранит прямо у ног Марка, а по позиции неудачливых стрелков несколько раз ударили молнии.

К счастью, площадь почти опустела, и никто из горожан не видел подобной демонстрацию божественной мощи. Не было ни грома, ни следов магии, только ослепительно белый поток разрядов, выжегший участок в добрый десяток метров.

— Простите нас за это недоразумение, — Крей догнал Блудницу и подставил той локоть. – Виновные будут наказаны.

— Об этом можно не беспокоиться, — голос Блудницы звучал ровно, будто бы в самом деле не происходило ничего необычного, — уверяю, они уже наказаны. Следящий За Порядком не оставил бы нападение на мирную прим-леди без возмездия.

Марк сглотнул вязкую слюну и дал себе зарок поближе познакомиться с вероисповеданием жителей непросвещённого Трокса. Водные боги в очередной раз сплоховали, а он не принадлежал к тем, кто готов слепо верить, несмотря ни на какие казусы.

— Все в порядке! – Крей отсалютовал стражникам. – Совет разберется с происходящим! А пока пригоните нам автомобиль.

— И еды, — добавила Блудница.

Люди таращились на них и не спешили действовать. Крей стоял на месте с этакой царственной отрешенностью, мол, его дело отдать приказ, а уж остальные радостно все исполнят. Но это не всегда работает.

— Живо нашли транспорт, пока лорд не начал гневаться! И не покормить красивую женщину с голой грудью может только мужеложец или кастрат. И попробуйте только попросить у меня отгул для похода по бабам, после того как вскрылись ваши гаденькие тайны!

У Марка были заготовлены аргументы и похлеще, но стражи зашевелились и так. Через пару минут к ним пригнали более или менее сносный автомобиль, и даже натянули брезентовую крышу. Все-таки перспектива остаться без лишних выходных здорово стимулирует сообразительность и служебное рвение. Пока они забирались внутрь, один из бойцов притащил целый пакет выпечки. Блудница забрала все себе и немедленно начала жевать. Наконец, двери автомобиля закрылись, и он покатил к зданию Визумария, то и дело подпрыгивая на брусчатке.

— Вы бы еще на гусеницах катались по пешеходной зоне, — Блудница уже успела сжевать три булки и потянулась за четвертой.

Марк, привыкший к тому, что жена, как и другие знатные дамы, в его присутствии питается только листьями салата и фруктами, чувствовал себя несколько неуютно. Как будто присутствовал при чем-то непристойном, но завораживающем. И еще его серьезно беспокоил вопрос: насытит ли Блудницу выпечка, или им нужно искать новые продукты?

— Пока у нас есть немного времени, расскажите мне, что произошло в последние пять тысяч лет. У подобного упадка должны быть причины.

Крей побледнел и едва заметно сузил глаза, Марк мысленно усмехнулся: дражайший лорд-протектор всерьез считал себя хорошим правителем и настоящим прогрессом, а здесь пришла какая-то девка из прошлого и попрекает упадком.

— Ну… живем потихоньку, — все же выдавил Марк. А что она хотела? Не так просто пересказать временной отрезок в пять тысяч лет. Особенно пересказать так, чтобы ненароком не обидеть девицу, все эти годы пробывшую в облике золотой статуи, сжевавшую за две минуты целый пакет булок и умеющую призывать божественный гнев. – Чтим предтеч, — наглое вранье, давным-давно ушедшие предки, когда-то построившие все полисы Авроры, были персонажами сказок, страшилок для детей. Их не чтили даже в самых глухих уголках дикого Трокса. Но наложнице одного из них точно не стоит об этом знать. – И водных богов тоже чтим.

— Самозванцев?

Крей нахмурился еще сильнее, затем все же вмешался в разговор:

— Водные боги – единственные настоящие боги Авроры. Они перемещают города вслед за приливами, даруют нам магию и защищают от мертвых.

— Я же говорю – самозванцев, — Блудница скомкала пустой пакет и откинулась на спинку сидения.

— Ты бы жрецам это сказала, стерва беловолосая, — про себя произнес Марк. Нужно и в самом деле стравить Блудницу со жрецами водных богов. Вдруг те окажутся удачливее его стрелков.

Девица широко улыбнулась, будто прочитала его мысли.

— Меня зовут прим-леди Айвен Милана, последняя из рода Арк-Хай.

Глава 2

Анрир надвинул капюшон поглубже, скрывая нечеловеческие черты и ввинтился в центр толпы. Стражники не смогли управиться с паникующим людским морем, а все протекторы и бойцы визумария столпились вокруг оживающей статуи. Он бы и сам с удовольствием полюбовался на чудо, но нужно успеть где-нибудь укрыться до тех пор, пока все не стихнет. Даже если сам это организовал.

Боги двуединые, он вернулся домой из другого мира, вернул к жизни примовскую тварь, и все еще жив и свободен! Удачный день, пуская и суматошный.

«Левая грудь Блудницы» — не самый лучший трактир в Прималюсе, но весьма популярный. Рассчитан на студентов, забегающих сюда перекусить, а то и снять комнату с приличной кроватью, если не повезло с понимающими соседями. Потому здесь всегда многолюдно. Но сегодняшний день – особенный. День, когда оживают статуи. И, дергая входную дверь, Анрир приготовился к тому, что та окажется закрытой, но ошибся.

Хозяин одиноко стоял за стойкой бара, подкручивая ручку радиоприемника. Загадочные шумы и шипения сменяли друг друга, но музыки или новостей не было.

— Доброго дня, Йен, — Анрир обошел деревянные столы и сел рядом со стойкой. Высокий рыжий мужчина по другую сторону щипнул себя за правый ус, без лишних вопросов налил полный стакан сливочницы и протянул его Анриру.

— Шутишь? Выручки нет, все сидят по домам и молятся вашим и нашим богам, лишь бы защитили их от гнева Блудницы.

— Я думал, ты тоже закроешь «Грудь», — Анрир залпом выпил приторно-сладкий ликер, зажмурился от удовольствия и жара, сразу же ударившего в голову.

— Моя бабуля, да спится ей сладко на дне единого океана, обещала лично выползти из водной бездны и оторвать мне усы, если вздумаю закрыть «Грудь» в обеденное время. А ты не знал мою бабулю, ее угроз я боюсь поболе, чем какую-то там доисторическую шлюху, вдруг решившую ожить. А ты что тут делаешь? Да еще в таком виде, будто тобой счищали раковины с причальных бортов Прималюса, а перед тем насадили на гарпун.

Анрир перевел взгляд на испачканные в крови куртку и рубашку, рассеянно потер одежду салфеткой, сразу же покрывшуюся коричнево-серыми пятнами, затем отбросил ее и выпил второй стакан сливочницы.

— Зашел тебя проведать. По старой дружбе.

— А…, — Йен неопределенно махнул рукой, указывая на Анрира.

— Путешествовал. А странствия всегда полны опасностей.

— Ты знаешь, как я люблю всякие истории, благо после девицы, мутившей сразу с тремя преподавателями, тренером университетской команды по гребле, ректором и десятком студентов, которых она пользовала не иначе как для души, в моем скромном кабачке ничего интересного не происходило. Но моя бабуля, — а ты помнишь как я ценю ее мудрость, — всегда говорила, что если я обзаведусь сомнительным приятелем, который появляется в гостях только тогда, когда в городе случаются разного рода катастрофы, то не стоит допытываться, как этот приятель провел время, и не его ли стараниями в городе неспокойно. Особенно – если этот загадочный хмырь имеет привычку щедро оплачивать мои услуги и не создает проблем.

Йен со вздохом выключил радиоприемник и поставил на стойку сразу две бутылки сливочницы. Анрир всегда уважал в людях профессионализм, а рыжий хозяин трактира – точно был мастером своего дела: понимал, что нужно клиенту, следил за чистотой и не задавал лишних вопросов.

— А твоя бабуля, легкого ей посмертия, была мудрой женщиной, — Анрир потянулся к большой вазе с крекерами и запустил в нее руку. Соль неприятно щипала разбитую губу и, смешиваясь с приторным ликером, образовывала странное послевкусие, зато капризный желудок вполне благосклонно отнесся к такой пище.

— Сам не перестаю восхищаться, — трактирщик полез под барную стойку и вытащил банку с крохотными шоколадными конфетами. — Страшно представить, что не лупи она меня полотенцем в процессе обучения, мог бы и пропустить половину наиценнейших советов.

Он тяжело вздохнул и потер шею, видимо, как раз там и находились точки внедрения бабушкиной мудрости. И Йен даже не знал, насколько ему повезло: вздумай Анрир перечислить всех своих «учителей» и то, как происходил этот процесс, рассказ бы затянулся надолго, а потирать пришлось бы все тело.

— И чувствую: нужно сменить название трактира, — продолжил Йен. — Грудь Блудницы была символом Прималюса, ее даже на марках изображали, а теперь…

— Всю Блудницу вместе с пирамидой, — поправил его Анрир. Голова отяжелела, и, казалось, стоит только прислонить ее к чему-нибудь, он сразу же провалится в сон. Но нельзя, вначале неплохо бы отмыться от грязи и крови. — В итоге грудь получалась меньше игольного ушка.

— А у кого же из нас в юности не было хорошей лупы? — трактирщик подкрутил ус и подмигнул большому плакату на одной из стен. Изображенная там Блудница мало походила на реальную, скорее — на дорогую шлюху из столичного борделя, но судя по засаленным краям, посетителям нравился и такой вариант. А главное — грудь можно различить и без специальных устройств.

— И с лупой ее проще нафантазировать, чем разглядеть. А теперь по городу будет бродить живая Блудница, не думаю, что твой трактир опустеет.

— Знаю я этих баб: грудь она наверняка спрячет. А символом города не может быть то, что никто не видит. И, чувствую, все это уже в прошлом, нужно шагать вперед. Непросто придумать такое же дерзкое, звучное название, которое не придется менять в ближайшие семь лет, иначе разорюсь на вывесках, — Йен достал небольшой поднос, поставил на него обе бутылки и банку с шоколадом, присоединил к ним ключ от номера и подвинул к Анриру. — Еще бабуля учила, что не стоит слишком много болтать с тем самым приятелем, что всегда появляется во время катастроф. Ибо после таких дел, к которым он, без всякого сомнения, непричастен, приятель захочет девок, ванну и спать, а не трепаться с любопытным трактирщиком.

— Девки в Прималюсе так себе, горячей ванны не найти даже в самых дорогих гостиницах, но сейчас меня и холодная устроит, остается только сон. Спать буду долго, а ты за это время закажи мне хороший костюм, чтобы не стыдно было выйти в люди и познакомится с приличной девицей, — Анрир забрал поднос и с неохотой встал со стула. От усталости и алкоголя голова кружилась, а мышцы мелко тряслись, так что поднять наверх будет непросто. Но и дальше сидеть здесь бессмысленно, нужно отдохнуть.

— Сам же жаловался, что на наших девок у тебя не встает.

— Эта — особенная, — Анрир улыбнулся и поплелся в номер.

***

— Лапушка! – Марк, наконец, пристроил Блудницу под опеку Крея и смог вернуться домой. Точнее – это лорд-протектор спровадил его, чтобы остаться с богохульницей наедине. Но Марк-то точно знал: завтра утром Крей снова вызовет главу визумария. Чтобы лорд так долго продержался наедине с женщиной, которую не сможет связать? Немыслимо! Хотя настроение такое, что Марк сам был не прочь вытворить что-нибудь этакое, желательно – с подушкой и одеялом. Властно обмотаться ими и спать.

— Лапушка, я пришел.

— Уже жду! – голос жены раздавался с террасы, Марк направился туда, пожалев, что отоспаться у него сегодня не выйдет.

Оливия лежала на кушетке, изогнувшись так, чтобы подчеркнуть все достоинства улучшенного магией тела. И еще на ней был особенный пеньюар, тот, что висел в отдельной секции гардероба, рядом с вечерними платьями, был связан вручную умелицами с окраины восточного сектора, стоил дороже, чем вся одежда Марка, и в целом являл собой секретное оружие для выбивания из супруга особенно дорогих подарков и не самых честных поступков, связанных с его службой.

— А я так ждала моего главу визумария, — она плавно поднялась с кушетки, подошла к Марку и расстегнула первую пуговицу на его рубашке. Затем вторую, третью… запустила ладони под белую ткань и, едва касаясь, провела по коже. Марк сжал ее ягодицы и притянул жену к себе. Пожалуй, именно такое завершение дня станет самым правильным. Но особенный пеньюар…

— Говорят, что сегодня вы с Креем разбудили от тысячелетнего сна древнюю воительницу, которая разберется с Безумным.

Она шептала на ухо Марку, одновременно стаскивая с него рубашку и поглаживая по груди. Дурацкая привычка вести серьезные разговоры во время прелюдии к сексу, неужели нельзя вначале все обсудить, чтобы потом не отвлекаться от процесса? А так пришлось поднять Оливию на руки, отнести на кушетку, затем усадить к себе на колени.

— Брось, Лапушка, это Безумный разбудил Блудницу.

Оливия улыбнулась и переместилась так, чтобы оседлать Марка, затем будто бы случайно поерзала и сжала его бедра своими.

— Но кто об этом знает? Слухи, сплетни, домыслы. А у визумария – контроль над крупнейшими печатными изданиями. Дай им распоряжение, пока не поздно, и уже завтра все в секторе проверят в нашу версию.

— Конечно, Лапушка, как скажешь.

В словах Оливии был здравый смысл, но настолько искажать правду – все же перебор. Вот немного подкорректировать – совсем другое дело. Праведное дело, в некотором смысле. Кто-то же должен успокоить жителей полисов Авроры.

Оливия поцеловала его, расстегнула ремень на брюках и ширинку. Марк же развязал пояс ее пеньюара и положил руки на упругие груди, приятной тяжестью легшие в его ладони. Оливия приглушенно застонала и выгнула спину, напрашиваясь на новую порцию ласки. Марк с удовольствием исполнил невысказанную просьбу, после же стянул с себя брюки и…

Оливия резко оттолкнула его и села рядом.

— Так иди и сделай это. Несколько распоряжений для твоих помощников, и северный сектор получит единственно правильную версию событий. Крей уже примеряет императорскую корону, Блудница ничего не знает о текущем положении дел, а народ хочет услышать, что все под контролем.

— Хорошо, Лапушка, дай мне только несколько минут, — Марк потянулся к жене, но та отгородилась рукой.

— Вначале дело, а после сладкое. Ты знаешь, несколько минут меня не устроят.

Она послала ему воздушный поцелуй и откинулась на подушки. Такая красивая, манящая, сладкая… шантажистка!

Марк мысленно выругался, натянул рубашку, сходил за новым пиджаком и поплелся к стационарному телепорту в здания визумария.

Вот же женушка! Да с тем количеством денег, что Марк вбухал в подгонку тела Оливии под одной ей ведомый идеал, шантаж сексом – преступление против совести! И здравого смысла: содержание двух-трех любовниц обошлось бы дешевле. Но любовь — такая беспощадная стихия…

***

Здание Визумария точно строили примы, правда, из-за многочисленных переделок уже не узнаешь, для чего оно служило раньше, а по прошлым визитам в город Айвен не успела запомнить все настолько точно. Да и перестроили Прималюс порядочно, даже странно, что местные до сих пор держались за наследие примов, а не подгоняли все под себя.

Побродив несколько минут по зданию, Айвен нашла объяснение: нынешние жители Авроры просто не способны создать что-то похожее. Разрушенные части комби-плит заменяли грубым кирпичом, вышедшие из строя светильники – обычными электрическими, а плиточные обогреваемые полы – деревянным паркетом.

Благодаря многочисленным переделкам здание походило на лоскутное одеяло, сшитое из остатков ткани. В особенно отдаленных форпостах Союза офицерские жены часто увлекались рукоделием, и благодаря инспекциям у Айвен скопилась целая коллекция разнообразных подушек, одеял, салфеток, именных платков и шарфов. Милые вещицы, хотя и бесполезные.

Были. Пять тысяч лет назад.

Внезапно грудь сдавило, воздух загустел и не желал проникать в легкие, сердце колотилось, а на ладонях выступил пот. Это все происходит не с ней. Просто сон, а вероятнее – наведенная галлюцинация. Ведь не может быть такого, чтобы Айвен оказалась одна среди ненормальных альтеров, забывших все технологии, зато почитающих выдуманных богов и освоивших ритуалы похищения чужой силы.

Представившийся лордом-проректором Крей по магическому потенциалу больше походил на слабого прима, чем на альтера, при этом его энергетическая оболочка состояла из такой дикой мешанины разнородных обрывков чужих аур, что не понятно, как он вообще жил. Но Крей не выглядит больным. Точно как это здание: тысячи заплаток на старом остове не сделали его целым, но помогли продержаться несколько тысяч лет.

Впрочем, еще один залп с замаскированного летающего дрона уничтожит и лорда-протектора и сам Визумарий, осталось продержаться тридцать шесть часов до перезарядки орудий.

— Леди Блудница, с вами все в порядке? – один из сопровождавших альтеров обеспокоенно вглядывался ей в лицо, но тронуть так и не решился.

— Прим-леди Айвен, — поправила она, подавив панику. Ничего, кроме победы. Так что не время раскисать. – Стоит ли записать мое имя на специальной карточке с пояснительными рисунками?